Охота на чудовищ

      В участке смуглого парня встретили презрительными взглядами, полными отвращения и неприкрытой ненависти. Это чудовище забрало жизни многих невинных людей, прервав их судьбы взмахом пожарного топора, уже за одну малышку Китти Бьюгл, которой не исполнилось и десяти, он заслуживал самого жестокого наказания. Но в его "послужном списке" значились десятки фамилий, разные возраста, разные слои. Он не убивал за что-то, он просто убивал.       — Усадите его, — в комнату для допросов вошел комиссар Кроу, а Хоран остался стоять за зеркальным стеклом, явно опасаясь мести. Зейна усадили на жесткий стул, приковав наручники к ножкам, а затем их оставили наедине.       — Я ничего не делал. Это ошибка, — пакистанец старался сохранять спокойствие, но паника то и дело подкатывала к горлу, сжимая его липкими колючими пальцами.       — Отрицать очевидное бесполезно, мистер Малик. У Вас нет алиби на время преступлений, которые начались, кстати, в то же время, как Вы приехали сюда, Вы располагаете инструментами, необходимыми для смены капотов на машинах, относящихся к преступлениям, которые совершались в тот промежуток времени, когда заканчивалась Ваша смена в порту и начиналась смена в баре. Хотите что-то сказать? — мужчина сел напротив него, затянув галстук.       — Я могу найти еще десяток людей, которые таким же образом, как я сам, могли бы сыграть для следствия роль убийцы только потому, что оказались неподалеку. У Вас ведь нет прямых доказательств, — рассудил парень, взяв себя в руки.       — В этом Вы ошибаетесь. Мы располагаем показаниями свидетелей, но это было бы для Вас половиной беды, — комиссар достал из кармана пакет с куском ткани. — Узнаете его, мистер Малик?       — Почему я должен узнавать какую-то тряпку? Я постоянно вытираю руки о разную ветошь после ремонта, — казалось, он искренне недоумевал, при чем тут эта тряпица.       — Это часть блузки мисс Клейтон, убитой неделю назад в парке рядом с баром. Вы можете объяснить, каким образом этот предмет попал к Вам домой? — поднажал Рудольф, сверля преступника взглядом.       — Понятия не имею. Возможно, мне его подкинули с утра эта блондинка и брюнет, потому что хотели свалить вину на кого-то и закрыть дело. Вам же только это и нужно, верно? Так вот, Вы не можете обвинять меня, используя все эти сфабрикованные факты! — вспылил Зейн, дернувшись вперед и зашипев от того, что наручники впились в запястья.       — Успокойтесь. Если бы мы отпускали каждого, кто говорит, "это мне подкинули", наш город утонул бы в преступности. И еще, Джин не из тех, кто подкидывает улики, лишь бы закрыть дело, — сурово пробубнил Кроу, встав со стула. — Кроме того, мы располагаем показаниями одной особы, которая заметила эту тряпку еще до прихода детектива и свидетеля к Вам. Неужели, Вам настолько изменяет память, что не помните даже скандала, что Вам учинила Ваша спутница, когда нашла данный предмет?       — Черт, так вот она о чем говорила... А я и не заметил, про что она. Но я все равно понятия не имею, откуда в моем доме взялась эта вещь, я клянусь, — устало произнес Малик, переведя взгляд на зеркало. С той стороны Найл нервно отшатнулся от стеклянной глади, будто бы боясь, что его увидят. Он уже дал показания и подписался под ними, так что теперь опасался мести со стороны того, кого он заложил.       — Зря Вы отказались от присутствия адвоката. Хотя, он бы Вам ничем не помог. Мой Вам совет: признайтесь, иначе Вас замучают допросами, испытаниями и так далее, но результат останется тем же.

***

      В кабинете комиссара Гарри подписывал показания, не упуская ни одной детали, тщательно проверив каждое слово цепким взглядом, в паре мест подрисовав запятые и исправив буквы. Его фамилию и имя печатными буквами ручка безукоризненно вывела внизу листа, завершив дело размашистой подписью.       — Поздравляю! — молодой человек вздрогнул от неожиданности, выронив ручку и уставившись на бесшумно подошедшую к нему блондинку. — Прости, если напугала, — Джин звонко рассмеялась, расслабленно приземлившись в отцовское кресло. С ее плеч будто гора свалилась. Еще бы, это дело висело камнем над головами всех полицейских города целых три месяца, а теперь с ним покончено раз и навсегда. Можно вздохнуть свободно.       — Спасибо. Ты меня напугала, — чуть улыбнулся парень, сняв разболтавшуюся повязку, осторожно отлепив нити от корки, затянувшей рану. — Как я выгляжу? — Стайлс очаровательно улыбнулся, видимо, тоже испытывая облегчение от того, что все закончилось. Теперь его жизни ничего не угрожает, а в частности безумный и неповторимый стиль вождения его временной напарницы.       — Хоть сейчас на обложку, — отшутилась Вирджиния, закинув ноги на стол, лениво потянувшись. — Спасибо тебе. Этот кусок не позволит ему отпереться. Таким, как он, место в одиночной камере до скончания дней. Смертная казнь была бы для него слишком легким наказанием.       — Ты правда так думаешь? — Гарри вздрогнул, только представив, что значит провести всю жизнь в тесной комнатушке в полном одиночестве.       — А ты думаешь, что его можно пожурить и отпустить? Нет, приятель, такие, как он, не меняются. Никогда, — Кроу хлопнула его по плечу и встала. — Ступай домой, тебе стоит отдохнуть. Это был трудный день. Я позвоню, если что-то еще понадобится, — блондинка вышла из кабинета, оставив кучерявого в одиночестве.       — Надеюсь, что не понадобится, — едва слышно пробормотал парень, поднявшись и направившись к дому, спустившись по черной лестнице, не желая столкнуться с репортерами, уже осаждавшими полицейский участок.