Спасение

Рэтчет и Джазз осторожно перенесли бесчувственный корпус на транспортировочную платформу и повезли на покраску. Всю дорогу диверсант с любопытством разглядывал его и доставал товарища расспросами о будущей расцветке. – Я подумывал оставить белый с красным, – наконец признался медик. – Но, наверное, будет лучше, если основным тоном сделать синий. – Кое-где сохранилась краска, – подтвердил серебристый трансформер. – Может, быстренько намешаем ему синий металлик? А мелкие детали отделки выкрасим желтым. Медик мысленно согласился с диверсантом – изначальный цвет был ужасен и подошел бы трактору, но никак не мотоциклу. Он активировал подъемник и придал своему подопечному сидячее положение, голова его безвольно склонилась на грудь, облегчая доступ к креплению под спинной броней. Зацепив карабин, Рэтчет отрегулировал высоту и отогнал платформу, чтобы потом не оттирать с нее краску растворителем. Кое-какие детали требовали прокрашивания вручную, но только после того, как основная работа будет сделана специальными автоматами. Джазз уже все подготовил, и Рэтчету оставалось только наблюдать через стекло за тем, как все поверхности обезжиривают и слегка зачищают. Грунт был нанесен в несколько слоев, и такие действия не могли обнажить голый металл, но медик все равно поймал себя на легком волнении, внимательно осматривая броневые пластины. После того, как малейшие загрязнения и мелкие частицы были удалены, утратившее матовость покрытие было полностью готово к нанесению краски. Загудели компрессор и мощный вытяжной вентилятор, пульверизаторы начали распылять краску, тщательно покрывая все поверхности. Она уже была яркой, но в то же время не вызывающей. Нельзя было не отметить, как прекрасно выбранный Джаззом тон подчеркнул изящество конструкции, а уж когда он подсохнет и влажный блеск перейдет в глянцевый… – Так быстро, – озадаченно проговорил Рэтчет. – Когда сам находишься в покраске, это кажется настоящей вечностью, – поддакнул Джазз, прислонившись к медику плечом. – Ты никогда раньше не наблюдал за покраской? – Всегда находились более важные дела… – оправдался тот, забыв добавить, что еще ничья покраска не казалась ему важной. Он сверился с внутренними часами, надо было дать краске слегка подсохнуть, прежде чем входить в бокс. Да и вытяжка еще не очистила воздух, а мелкие частицы краски могли навредить воздухозаборникам. Не заклеивать же их дополнительной фильтрующей лентой, как он поступил со все еще пребывающим в оффлайне трансформером. Ощущение было не из приятных, системы начинали перегреваться, и огромных усилий стоило преодолеть соблазн хоть немного продуть их. Джазз задумчиво помешивал желтую краску в банке, как будто прикидывал, не позвать ли еще кого-нибудь на помощь, а потом прихватил набор кисточек и поманил за собой Рэтчета. Вытяжка продолжала работать, так корпус быстрее подсыхал, но все равно было немного жарко. Пока диверсант расписывал спину, Рэтчет влез под щитки. Вовсе не обязательно было там прокрашивать, но это здорово улучшало внешний вид и предохраняло от ржавчины. Паховую пластину пришлось снять вовсе, чтобы обработать некоторые элементы соединительных систем. – Он начинает реагировать, – заметил Джазз. – Пора закрывать. – Сейчас, – откликнулся Рэтчет, тоже заметивший изменения поля и температуры. Он нанес еще несколько штрихов у хромированной заправочной диафрагмы и стравил из своих систем нагретый воздух, чтобы краска схватилась. Осторожно прикрепив паховую пластину, он занялся оформлением шлема, пульверизаторы не тронули маленькие рожки по бокам, и для окантовки некоторых деталей требовалась самая тонкая кисть. Джазз повернул трансформеру голову и слегка потеснил Рэтчета, чтобы изобразить эмблему на грудной пластине. Оставалось немного мелких элементов на манипуляторах и около коленных сочленений, казалось бы, что может пойти не так? Медик остро почувствовал вспышку поля, спасенная искра буквально полыхнула в своей камере. Он оттолкнул Джазза и сам немного отступил, но не так далеко, чтобы слегка соприкасаться полями. Подумав еще миг, он уселся прямо на пол, неловко подогнув под себя ноги. Без всякого диагностического подключения он улавливал панику, в которой находился включающийся трансформер. К счастью, он был надежно пристегнут к подъемнику и не смог бы себе повредить, разве что краску смазать. Трансформер заозирался по сторонам, задевая краем шлема удерживающий его трос, то сужая, то расширяя диафрагмы. Пока что получалось не очень синхронно. Изображение мелькало, свет то вспыхивал, раздражая, то тух совсем, очертания предметов размывались. Взвинченные системы отказывались подстраиваться. – Я друг, – Рэтчет придал своему голосу более низкое звучание, рассчитывая, что это немного успокоит незнакомца. В конце концов, тот не мог не узнать его поле после всего произошедшего между ними. – Я хочу помочь, помнишь? Ты можешь мне доверять. Круглые окуляры замигали, как будто систему закоротило, миниатюрный трансформер дернулся и закачался на подвесе, потом попытался дотянуться до завинченного карабина, но манипуляторы слушались плохо. Раньше такая мелочь не смогла бы его удержать. Тонкая струна лопнет в мощных манипуляторах, только бы ухватить ее. Серво приводы загудели от непривычной нагрузки, но рука описала какую-то непонятную дугу, бессмысленно стукнулась о щиток, прежде чем снова безвольно повиснуть. «Шлак! - подумал трансформер. – Да я на части разваливаюсь!» – Тише-тише, не торопись, – терпеливо попросил медик. – Тебе надо откалиброваться. Джазз понял, что его присутствие будет пока что только мешать, и тихо покинул бокс, был слышен только щелчок закрывшейся за ним двери. Диверсанта не было видно за стеклом, но слегка затрещали динамики, а следовательно, он мог слышать все, что происходило внутри. – Меня зовут Рэтчет, – проговорил медик и тут же был перебит миниатюрным трансформером, обретшим подобие контроля над вокодером. – Куда, ржа задери, дели мое оружие? – голосовой модулятор издавал какие-то скрежещущие звуки вместо нормальной речи, но при желании можно было разобрать. – Почему здесь все такое огромное? Помещение казалось просто необъятным. Окружающие конструкции давили, норовя завалиться на прикованного трансформера и попросту расплющить. Даже его от такого жуть брала, а он робким никогда себя не считал. Да еще этот громадный белый транспортник. «Да с такими габаритами трансформой должен быть шаттл! – поразился он, пытаясь разглядеть собеседника. – Праймас, куда я попал?» Медик передвинулся ближе к подвешенному трансформеру, который вроде бы притих, но все еще слегка вращался вокруг своей оси взад и вперед. Он остановил эти трепыхания и принялся объяснять, что оружие было буквально уничтожено триадой, но позднее непременно нужно будет установить новое. Эта информация была воспринята благосклонно, даже слишком. Линзы расфокусировались, мотор замедлил обороты… – Вижу, тебе нравится меня слушать, – белый трансформер слегка улыбнулся. – Как тебя зовут? – Маунткраш,* – голос его больше не был похож на скрежет металла по стеклу и уже слегка слушался, в нем появились возмущенные нотки: – Что смешного? Неблагодарный пациент слегка дернул ногой, стукнув спасителя, но тот не обиделся, примерно представляя, какой дискомфорт испытывает транспортник, который раньше не поместился бы в таком маленьком помещении. – Твое имя как нельзя лучше подходит к новому корпусу, – сознался Рэтчет и вытащил из-под брони кубик сверхзаряженного. Пить его или угощать нового знакомого медик не собирался. – Он стандартного размера, сойдет для калибровки? Бывший транспортник шокировано воззрился на куб энергона. Не то, чтобы раньше он не видел сверхзаряженного, но кто ж разливает его в таких безумных количествах? По мере того, как сказанное доходило до его процессора, диафрагмы окуляров раскрывались все больше и пришел в движение зум. Медик тем временем приподнялся, чтобы его поле охватило небольшого трансформера. Уловка сработала, тот немного отвлекся и успокоился, давая процессору возможность встроиться в новую систему координат. – Ты уже подсох, давай-ка отстегну, – предложил Рэтчет и слегка стравил воздух от удивления. Только что безвольно свисавшие манипуляторы обхватили его за корпус, а шлем с недавно выкрашенными рожками лег на грудную броню, как раз туда, где находилась искра. Рэтчет лениво просунул руку под спинную броню недавнего партнера по слиянию, отметив, что такая близость исподволь влияет и на него самого. «Это очень непрофессионально, – отругал себя медик, извлекая карабин и обнимая свалившегося ему в руки трансформера в ответ. – Не отпускай, – глухо попросил Маунткраш, борясь с собственными системами и впиваясь в белые броневые щитки, как будто медик удерживал его от падения в бездну. – Я, кажется, не могу стоять. Рэтчет обвел штекером диагностический разъем и, так как возражений не последовало, воткнул его, подсоединяясь. Проанализировав системы на предмет неполадок, он передал: «Придется заново учиться ходить. Потихоньку, Краш, я рядом». Медик прикусил губу, осознав, что совершенно забыл о медицинской этике. Он не только совершил насильственный контакт, но и вовсю пользовался его последствиями, да еще назвал подопечного коротким именем. Как знать, вдруг Маунткраш не захочет даже видеть его, когда отголоски слияния выветрятся из их систем? Двухколесный не без помощи утвердился на уходящем из-под ног полу. Все-таки стоять он мог, хоть и не без труда. Не сводя с него взгляд, Рэтчет слегка отодвинулся, но синий трансформер сразу почувствовал себя неуверенно и поспешно сделал широкий шаг, желая остаться в поле партнера. Когда Он во второй раз свалился в руки медику, по громкой связи транслировался смешок Джазза: «Ребята, не в покрасочном же боксе!» – Этот корпус слишком легкий, – Маунткраш повернулся к Рэтчету спиной, стараясь скрыть смущение, но не учел того, что медик все чувствует благодаря диагностическому подключению. – Не было чего посолиднее? Я даже бетой не был таким мелким, аж процессор сбоит! – Мой корпус тебя тоже не устроил бы, – развел руками белый трансформер и тут же вынужден был ловить опасно накренившегося Краша. – Защитный тип, – хмыкнул он, довольно достоверно изобразив на лицевой пластине презрение, а потом потершись ею о белый корпус. Он пригасил окуляры, когда чужие манипуляторы скользнули по свежей краске, наслаждаясь плавностью линий. Маунткраш верно определил. Рэтчет и правда был снабжен функцией такой развертки брони, чтобы можно было в случае необходимости прикрыть раненого и убрать его с поля боя. Ввиду последних событий она была почти бесполезной, ведь приходилось отсиживаться на базе. Все десептиконы получили первоочередной приказ во что бы то ни стало убить единственного автоботского медика, так что если поблизости мелькал светлый корпус, они бросались в бой, как съехавшие с катушек шарктиконы. – Тебе бы сейчас не помешал полный цикл перезарядки, – Рэтчет убедился, что системы Краша работают без сбоев и отсоединился от него. – В медотсеке сейчас кавардак, но ты можешь воспользоваться моей перезарядной платформой. – Только при одном условии, – легко согласился синий трансформер, снова валясь ему в руки… на сей раз специально.