Змееуст

      Я почувствовал, что все мысли, мечты и тайные желания вытащили из моей головы так, как вещи и другие предметы вытряхивают из коробки. Это было крайне неприятное ощущение, но моё тело резко замерло, будто восковая фигура, и воспоминания понеслись перед мысленным взором, подобно мчащемуся поезду: вот я только родился, меня завернули в пелёнки и передали матери, которая тут же отказалась от меня... Мне пять лет, дети из старшей группы отобрали машинку, которую в тайне от всех подарил мне добрый старый робот-дворник... Мне восемь, я впервые устроил драку с тем мальчишкой, который обозвал мою мать проституткой, родившей меня от неизвестного космолётчика... Мне десять, я плачу: робот-дворник, что был моим единственным другом много лет, был списан и увезён на свалку... Шестнадцать лет, я в реанимации после порки из-за неудавшегося побега из детского дома... Семнадцать лет, я в армии, по выигранному конкурсу попал на курсы снайперов королевского уровня, за что меня, кстати, чуть не убили, встреча с Ириной - будущей женой и первой любовью, рождение дочери Юли... Двадцать лет, начало службы в горячей точке, потеря ноги... Двадцать три года, перевод в другую часть, знакомство с Романом Лисицыным... Двадцать четыре года, измена жены, болезнь дочери и её гибель... Двадцать шесть лет, назначение на должность учителя, изнасилование меня Тришкевичем, встреча с Романом, секс с ним, похищение, травма, змеиное кольцо на члене, привязывающее к себе крепче любых оков...       Наконец, эта пытка кончилась. Я рухнул на пол, задыхаясь и чувствуя себя так, будто из меня резко выкачали весь воздух. Я лежал, кашляя и пытаясь восстановить дыхание. С трудом повернув голову, увидел, что Роман находится примерно в том же состоянии. Он лежал с закрытыми глазами и не шевелился. Я встал и, сильно шатаясь от шока, подошёл к нему. Похлопывания по щекам не принесли результата, хотя сердце билось ровно. - Он не очнётся, пока суд не будет закончен. Голос Императора звучал в моей голове, и одновременно его было слышно по всему залу. - Поднимись. Я с трудом встал на колени и, цепляясь за стену, выпрямился. - Да начнётся суд! - прогремел голос. В зале, словно из под земли, появились министры. - Я прочёл твои воспоминания, Павел Туманов. Ты очень сильный человек, и у тебя есть ангел-хранитель. Твоя дочь умоляла меня выслушать тебя и помочь спасти твою любовь. Но мой министр обороны настаивает, что ты принадлежишь ему, а Лисицын украл тебя у него. - Ложь! - моё громоподобное восклицание эхом прокатилось по залу. - Не смей прерывать меня! Я Император! Резкая боль в висках, цветные пятна перед глазами. Но ничего из того, что я испытывал, не отразилось на моём лице. - Простите, повелитель, - опустился на одно колено. Протез неприятно звякнул о пол. - Ты прощён, но если Сергей Петрович предоставит доказательства, подтверждающие его слова, то ты будешь отдан ему. Я кожей ощущал на себе жадный взгляд Тришкевича и почти чувствовал, как его раздвоенный, как у змеи, язык касается моей кожи... Но не обернулся. Я думал только о Романе и о том, как мы будем счастливы, когда спасёмся от этого чудовища. - Сир, - медовым голосом произнёс Тришкевич, выступив вперёд и бросая на меня взгляд, в котором светилось торжество. - Этот мужчина является моей собственностью, так как на нём надето кольцо с моей родовой печатью. - Он сделал паузу и улыбнулся, а я был готов поклясться, что видел его заострённые клыки и раздвоенный язык. - Поэтому я прошу Вас как мудрейшего из монархов вернуть то, что принадлежит мне. - Что ж, твои доводы, Сергей Петрович, кажутся мне разумными, но я должен лично убедиться, что ты не лжёшь своему Императору.       Я чувствовал, что мучительный спазм сжимает моё горло, не давая опровергнуть эту ложь. Я посмотрел на Трищкевича и вновь увидел его улыбку, полную торжества и обещания причинить мне страдания за то, что я отверг его. Сергей снял с пальца белую перчатку, и я ясно увидел кольцо в виде серебряной змеи с гранатом вместо глаза - такое же, как то, что было надето на моём члене. Он легонько щёлкнул по глазу, отчего тот стал зелёным, а я приподнялся над полом и замер с распростёртыми руками и вертикально сложенными ногами. - Я сам продемонстрирую Вашему Величеству, что всё, что я сказал - чистая правда. - Уверенный в своей победе, Сергей подошёл ко мне и начал расстёгивать молнию на моих джинсах, а у меня, наконец, прорезался голос: - Не-е-е-ет!!! Не смей прикасаться ко мне! Но меня уже никто не слушал. Он почти снял нижнее бельё, когда раздался спокойный голос: - Остановись, ничтожный змей! Руки этой твари замерли; видно было, что он тоже узнал говорившего. - Роман Лисицын! Как ты смог очнуться и победить сонную паутину, которой я окутал твоё сознание? - Даже сам Император был удивлён, а министры зашептались и привстали со своих кресел, со скрипом отодвигая их. - Это было не просто, но я... - Роман резко выпрямился и расправил плечи, вызвав у меня чувство сильного восхищения. - Проклятущ-щ-щий! Живуч-ч-чий, значит. Но это легко исправить, - раздалось шипение, и совсем близко не по-человечески клацнули зубы. - Сир, я могу доказать, что министр лжёт. - Роман посмотрел прямо в глаза Императору, что до него ещё не делал никто. - Он стёр воспоминания о том, как на самом деле это кольцо оказалось на этом человеке из его памяти, но не стёр их из своей! - Нет! Вы не с-с-сделаете этого! - зашипел мерзавец, отшатнувшись. Император резко выбросил вперёд руку и вывернул наизнанку память Тришкевича. Я поморщился, вспомнив это ужасное ощущение: будто твой мозг постирали, прополоскали и выжали.       Мысли Сергея понеслись по всему залу, подобно картинкам проектора. Я подошёл к Роману, но тот оттолкнул меня и зачем-то резко подался вперёд, вытаскивая на ходу кинжал из ножен. Он развернул его тыльной стороной, не только отразив низкий удар, но и выбив оружие из рук противника. Стража, которую я до сих пор не замечал, рванулась вперёд и закрыла собой Императора. Министры повскакивали со своих мест, и зал наполнился шумом и криками. Визжали женщины, что-то орали мужчины, однако не многие на самом деле понимали что происходит.       Все ждали приказа монарха. Когда стража отступила, Император поднял руку, призывая к порядку. Стало тише, Император сошёл с помоста, подобрал кинжал и выставил его на общее обозрение, подняв над головой. - Ты гнусный предатель! Узрите же оружие, которым этот негодяй хотел прикончить Вашего Императора! - с этими словами монарх швырнул кинжал к ногам Тришкевича. - Слушайте же мой приговор! - Император сел на трон и благосклонно посмотрел на меня и Романа. - Отныне ты, Павел Туманов, свободный человек. С тебя и Романа Лисицына снимаются все обвинения. Сергей Тришкевич снимет кольцо власти с твоего... с тебя, Павел. Я не смог сдержать счастливой улыбки, но Император ещё не закончил свою речь: - Я дарую разрешение на возобновление проекта "Синица". - Император перевёл взгляд на Тришкевича и продолжил, но уже совсем другим тоном: - Арестовать! Ты сгниёшь заживо в тюрьме, это я тебе обещаю. Солдаты кинулись на Сергея, но он ловко уклонился, словно предугадывая движения стражников, обтекая их как вода. - Чёрта с-с-с-с-с два! Я с ужасом увидел как из-под длинной мантии Тришкевича показался змеиный хвост. Зрачки стали вертикальными, как у змеи, изо рта высунулся длинный язык, обнажив нешуточного размера клыки. - Демон! Взять его! Но поздно, змей уменьшился в размерах и уполз в ближайшую щель. - Обыскать дворец! Найти его! Гвардейцы ринулись выполнять приказ, а Император устало откинулся на спинку трона: - Суд окончен, но тех пор, пока Тришкевич не найден, Роман Лисицын и Павел Туманов находятся под моей августейшей защитой. Им будут предоставлены комнаты во дворце. Я чувствовал, что меня одолевает сон и, не выдержав напряжения, провалился в небытие.       Это была спальня во дворце. Над кроватью опущен полог. До него доносилось пение редких видов птиц и аромат свежего ветра и цветов, врывающиеся в открытые окна. Он потянулся и повернулся, чтобы обнять спящего рядом возлюбленного, коснулся его спины, наслаждаясь этой близостью. Любимый повернулся к Павлу. — Я же говорил тебе, что ты будешь моим. — Это не Роман. Это Тришкевич. Он попытался отодвинуться, вскочить с кровати, но змеиный хвост с неприятно-холодной чешуёй схватил его за запястье и крепко удержал в постели. — Я предупреждал тебя, Пашенька. Говорил, что возьму тебя. Ты будешь моим. — Рома! — закричал он. — Рома, помоги мне! Смех, смешанный с шипением звучал у него в ушах. — Он не поможет тебе, Паша. Разве ты не помнишь? Он был убит ещё на суде, когда его приговорили к смерти. Разве ты не помнишь, Пашенька? Он мертв.       - Нет! - закричал я, вскакивая с кровати. Дверь распахнулась, и в комнату влетел Роман, зажигая ночные мотыльки. Эти бабочки с их мягким свечением немного меня успокоили, но я испуганно уставился на Романа. Тот подошёл к постели и ласково посмотрел на меня. - Рома, это было ужасно! Мне приснилось, что ты умер! - Но я не умер, Паша. Я жив и люблю тебя! - Он попытался меня обнять, но кольцо на члене сжалось, принося с собой волны боли, растекающиеся по всему телу. Роман понял в чём дело. Ведь никто, кроме хозяина, кольцо снять не мог. Любимый попробовал мне улыбнуться, но улыбка получилась горькой, поскольку угроза в виде Сергея Тришкевича никуда не исчезла. POV Роман От проклятого кольца можно было избавиться только двумя способами. Либо его снимет тот, кто надел, либо... оно исчезнет само, когда "хозяин" умрёт. Что ж, ради того, кого я люблю, можно было и рискнуть.