Centuries +41

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Хоумстак

Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Драма, Философия, Даркфик
Предупреждения:
ОМП, ОЖП
Размер:
Драббл, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Некоторые легенды были рассказаны, некоторые - обращены в пыль или золото.
Но ты будешь помнить меня столетиями. (с)

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
25 октября 2014, 09:57

Some legends untold
Some turn to dust or to gold
But you will remember me, remember me for centuries

Fall Out Boy "Centuries"



Он подходит бесшумно - Дэлис никогда не жаловался на отсутствие реакции, просто он единственный, чье присутствие сидвеллер так и не научился ощущать - кладет руку на плечо адмирала и замирает рядом с ним, смотря сквозь защитный экран на проплывающие мимо их корабля астероиды. Молчание Фериэля не напрягает, даже наоборот, привносит в тишину, окружающую Этерни, что-то новое. Дэлису спокойно, так, как не было в детстве, так, как не было на Альтернии.

Приказ Императрицы покинуть пределы планеты посеял среди троллей хаос: никто не понимал, зачем ей это было необходимо, никто не знал, чем это закончится, а все догадки быстро обращались в пыль, - страх перед неизвестным сковывал умы. И сидвеллеры и лэндвеллеры боялись неизвестности.
Они боялись не напрасно.
Следующим приказом Снисхождения было собрать всех взрослых троллей в портах для дальнейшего распределения по кораблям звездного флота. Дэлис, как и другие офицеры высшего звена, должен был явиться в первую очередь. Наверное, никто больше не мог похвастаться таким безразличием к собственной судьбе, какое было в тот момент у него.


Да, как бы ни было прискорбно вспоминать, ему до сих пор больно: Дэлис потерял на Альтернии слишком многое, чтобы цепляться за право дышать ее воздухом, бороздить просторы ее морей и смотреть в небо, освещаемое зеленой и фиолетовой лунами. Он закрывает глаза, надеясь, что на этот раз воспоминаний не будет.
Пора бы ему запомнить, что надежды тщетны.
Его - в особенности.

Сначала был Ванадис.
Этерни отказывался верить тому, что говорили ему офицеры. Отказывался верить обгоревшей трости, которую принесли ему матросы. Отказывался верить штабным врачам, виновато отводившим взгляд. Отказывался верить в то, что Дис умер. Детестар казался неубиваемым, вечным. Куда более вечным, чем сам адмирал.
Дэлис всегда полагался на него. Доверял - не только себя, и не столько. Доверял корабль, доверял команду. И никогда - никогда! - капитан первого ранга, а затем уже и вице-адмирал не подводил доверие.
Единственный раз, когда это произошло - стоил Ванадису жизни.
Именно тогда "Исполнитель" и попал в эпицентр шторма. Там, в окружении сошедшей с ума стихии, Дэлис позволил себе быть слабым. Корабль носило из стороны в сторону, то поднимая на гребень шестиметровых волн, то бросая в их основание. Вся команда, кроме вахты и штурмана, спряталась в каютах, молясь Мученику о спасении.
И только адмирал стоял на заливаемой водой верхней палубе, упиваясь собственной болью, как в иные времена - боем. В его глазах отражался свет молний и виднелось собственное безумие. Он стоял, несгибаемый, под гнетом разбушевавшегося моря, тщетно пытаясь забыть о последних мгновениях жизни друга.


Ему все также хочется кричать, хотя, казалось бы, смысл? - прошли десятки оборотов, сотни событий, и он, адмирал звездного флота, до сих пор остается в строю живых.
Как бы отчаянно ему не хотелось обратного.

Потом - Севил.
В его смерть было поверить куда проще: может быть, из-за фатализма, с которым его мейтсприт говорил об этом; может быть, из-за того, что Этерни пришлось убить Севила. Сложно назвать причину.
Дэлис помнил каждую черточку, каждый взгляд, каждую фразу, которыми они обменялись в последнюю встречу. Помнил, как сильно ненавидел Севила за то, что тот оставляет его одного. Помнил, как ненавидел Севила за его последнюю просьбу.
Этерни не мог отказать.
Гордый и своевольный, как морской ветер, Дэлис не мог сказать ему "нет".
- Я скоро умру, мой век, акуленыш, в сотни раз короче твоего.
- Не юли, Сев. Ты позвал меня сюда явно не для того, чтобы мусолить всем известные факты?
- В точку. Ты будешь меня проклинать за это, я знаю, но тем не менее... Убей меня.
- Что?!
- Ты слышал. Дэлис Этерни, адмирал флота Ее Высокомерного Снисхождения, я прошу тебя выполнить мою последнюю просьбу или все твои слова об офицерской чести - пустой звук?.
- Сев, не надо, прошу тебя. Я буду вынужден тебя убить, если ты не прекратишь этот фарс.
- Это все отговорки. Надо же, а я-то думал, что ты - настоящий офицер, воплощение воинских идеалов...
- Прекрати! Заткнись!
Он не помнил, как клинок оказался в его руке, а затем - в груди Эшеса. Он не помнил, осознавая с всевозрастающим ужасом: Севил сыграл на его гордости. Он боялся поднять глаза, до сих пор ощущая эфес клинка в руках - произошедшее просто парализовало его. Дэлис впервые надеялся, что это все - сон, кошмарный сон, который вот-вот должен закончиться, но оранжевая лужа под их ногами продолжала расти, а насосная мышца Севила, которую он ощущал через лезвие клинка, постепенно замедляла движение. Он жмурился, кусая губы, но все-таки решился посмотреть на Эшеса: тот улыбался, из уголков его губ тонкими струйками сочилась кровь, а права рука ласково потрепала Этерни по волосам.
- Сев?.. - Дэлису давно не было так страшно, ему казалось, что он забыл это ощущение, однако все было иначе.
- Это прекрасный удар, акуленыш. Прости, что пришлось тебя заставить, иначе ты бы... не... смог...


После смерти Севила Дэлис не раз и не два признавался себе в ненависти к крылатому лоубладу. Даже сейчас, стоя на капитанском мостике, бороздя космические просторы в поисках планеты, пригодной к колонизации, он признается себе в этом чувстве. Он любит Севила. До сих пор. И при этом - отчаянно ненавидит.
Рука на плече сжимается лишь крепче, помогая справиться с очередным приступом гнева.

Смерть Ократы, как и она сама когда-то, была к адмиралу милосердной: Прейхип умерла незадолго до Севила. Дэлис в тот момент сражался с очередной повстанческой фракцией, а когда вернулся обратно, то нашел непривычно серьезного Эшеса и абсолютно невменяемого Фериэля.
Как потом мейтсприт объяснил ему, едва они ненадолго остались вдвоем - "Она просила его. Говорила о том, что он спасет ее от мучений. Так оно, в общем-то и было, вот только знаешь? Легче от этого не становится."
Дэлис понимал.
Кивал и даже (кто бы сомневался?) умудрялся "держать лицо".
Только вот каждый раз, как только удавалась такая возможность, уплывал на несколько суток в море, убивая троллей и лусусов чуть ли не голыми руками.
Если бы он знал, сколько боли принесет суша - ни за что бы не ступил на проклятый Гогом берег.



- Прекрати.
Дэлис вздрагивает, открывает глаза и недовольно щурится: свет незнакомой звезды даже через защитный экран остается чересчур ярким для чувствительной сетчатки глаз. Фериэль смотрит на него понимающе - и от этого тянет выматериться.
- Прошлого не вернуть.
Этерни все это знает. Стампи говорит ему все так, словно адмирал ни разу не пытался принять этот факт.
- Они давно стали историей.
Это не вызывает облегчения у Дэлиса - он стискивает зубы, чтобы ненароком не послать своего бывшего кисмесиса подальше.
- Ради Гогпода, Дэл.
- Я зарекся делать что бы то ни было ради других. Тебе ли этого не знать?

Фериэль красноречиво промолчал.
Невысказанная вслух благодарность повисла между ними очередной бледной ниточкой, несчетное множество которых уже связали этих двоих.

По желанию автора, этот фанфик могут комментировать только зарегистрированные пользователи