Опиумное море

      Со времени своеобразного заключения Аллена, прошло уже... а сколько собственно прошло? На этот вопрос не то что кому-то, он даже себе ответить не мог. Аллен потерял чувство реальности и перестал считать дни еще когда был в академии, смысл говорить об этом теперь. В комнате в которой нет окон или даже элементарно света, очень сложно ориентироваться во времени суток. А спрашивать того человека не было смысла, все равно не ответит.       В конце концов из-за постоянной тьмы и тишины реальность вновь перепуталась с видениями и галлюцинациями. Аллен даже начал говорить сам с собой, при этом думая что разговаривает с кем то другим. Шизофрения. Страшно это однако.       - Опять болит, - простонал Аллен прижимая ладонь к животу и болезненно кривя губы.       Это правда. В последнее время он часто чувствует болезненные спазмы внизу живота и боль в пояснице. И если второе еще можно объяснить, то первое немного пугает, так как даже не смотря на постоянное насилие боль ни когда не была столь длительной. К тому же время от времени у него идет кровь и это вызывает в нем глухое беспокойство.       Множество раз у Аллена возникало тайное желание все же попросить Кросса отвезти его в больницу или на крайний случай привезти врача сюда. Но всякий раз подумав он откидывает подобные мысли в сторону, потому что понимает что Кросс ни за что не согласится и возможно вновь разозлится. Так что ему оставалось просто молча терпеть дальше, всякий раз корчась от медленной, мучительной боли после очередного сношения, и наблюдая как простынь вновь окропляется кровью. Его кровью. А еще больше заставляло беспокоиться то что кровотечение чаще всего случалось когда кросса рядом нет, не после сношения и не во время него. Просто начиналось спонтанно. Тогда Аллен еще не знал что это может быть. Просто не догадывался. А может и знал, с учетом своей профессии, но просто боялся прислушаться к тому что шепчет ему собственная интуиция.       Так было до тех пор пока в одно из своих пробуждений, все от той же боли, он не обнаружил на простыне весьма характерные и говорящие сами за себя кровавые комки плоти. Тут и гением быть не нужно чтобы понять что это. В этот момент внутри Аллена словно бы что-то разбилось и исчезло, оставляя после себя осколки, пустоту и гнетущую боль.       Аллен не был глупым и сразу понял что потерял ребенка, о существовании которого внутри себя собственно говоря даже не догадывался. А кровавые комки плоти были достаточно крупными чтобы понять что забеременел он еще до того как попал в это место и вот чем обернулось это теперь. Пусть он ни когда не задумывался об этом как таковой. Считал что ему еще рано, что нужно для начала закончить учебу и начать работать, обзавестись своим жильем и хоть в коей то мере семьей. И в общем то по сути ни когда не стремился стать родителем, всегда настаивая на качественном предохранении, но видимо не доглядел. Теперь же... теперь он понимал что безвозвратно потерял маленькую частичку самого себя и кого-то из тех двоих, а может обоих сразу. Эти размышления принесли мучительную боль и заставили взвыть в голос, давясь собственными слезами. Он потерял его. Потерял.       Он потерял своего ребенка!       Звучит как приговор. Чувство вины стало просто невыносимым, а к нему добавилось ещё и отчаяние, делящее место с ненавистью. По бледным щекам градом стекали слезы, из горла вырывались глухие рыдания и непонятные бормотания. Он словно бы вновь начал сходить с ума.       В таком состоянии его и застал Кросс. Аллен, обычно сжимающийся в страхе при виде этого человека, в этот раз кажется даже не заметил его появления в комнате. Глухие рыдания постепенно становились громче, а невнятные бормотания переходили во вполне отчетливые крики, и все равно было невозможно разобрать о чем он кричит. Его пальцы судорожно сжимали вновь перепачканные кровью простыни и прижимали к себе, а крики становились еще громче, постепенно перерастая в истерику.       Мариан Кросс не понимал в чем причина подобного срыва, и соответственно в своей манере попытался узнать у Аллена что случилось. Но тот казалось даже не заметил и закричал еще громче, во весь голос. Последовала оглушительная пощечина, в миг принося вроде бы отрезвляющую боль и заставляя бледную кожу заполыхать алыми оттенками, но и это не помогло. Аллен и этого словно не заметил, продолжая свою скорбную «песнь».       - Аллен! - зло зарычал Кросс, тщетно пытаясь добиться от приемного сына хоть какой то реакции. Но все бесполезно. Тот не обращал на него ни какого внимания, продолжая рыдать.       Мгновение и только что на несколько секунд притихший омега, подобно раненному зверь взвыл, поднимая голову к потолку. В его отчаянном вое было столько боли и страдания, что даже у Кросса тревожно сжалось сердце. Да, он был жесток и беспощаден, однако это были его методы воспитания! Да он не был намерен отпускать Аллена и отдавать его кому-то еще, он намерен был оставить его при себе. Но даже так, он не хотел чтобы очаровавший его омега сошел с ума в последствии, однако и не осознавал своей вины в этом. Такой он человек.       Когда Аллен вновь завыл, Кросс не выдержал и вырвал из рук того простынь, тут же разворачивая ее и смотря на то что тот так судорожно пытался скрыть от посторонних глаз и словно бы уберечь. В один миг причина истерики омеги ему стала понятна.       Выкидыш.       Для большинства нормальных омег с естественными желаниями и чувствами, подобное естественным образом становится ударом, и видимо Аллен не являлся исключением. Хотя со стороны смотря на него, Кросс и не мог сказать что тот так уж сильно рвался стать родителем, но видимо даже так, это сильно потрясло его.       Задумавшись Мариан не заметил как с безумным блеском во влажных глазах Аллен бросился на него, пытаясь забрать у него ранее отнятое.       - Верни... ВЕРНИ! - истерично закричал он с нездоровым блеском в глазах, он словно бы в миг растерял весь страх и чувство самосохранение, лишившись рассудка.       Его руки сильно дрожали, а из горла продолжали вырываться рыдания и в этот момент Кросс кое-что заметил. По бледным, изуродованным синяками и порезами бедрам, стекала кровь, пачкая белье, уже давно не белоснежное. То здесь то там на нем находилось множество кровавых разводов . Это соответственно не понравилось Кроссу и он понимал что если что нибудь срочно не сделать, он может потерять омегу, которого столь долго пытался вернуть, а терять Аллена он не был намерен.       Однако на все попытки привести Аллена в более менее надлежащий вид и на слова о том, что ему нужно в больницу или хотя бы вызвать врача на дом, Аллен отвечал истерикой и криками. Бился в руках как безумный, всячески пытаясь вырваться и продолжая судорожно прижимать к себе простынь с завернутыми в нее кусочками плоти его потерянного ребенка.       В итоге поведение Аллена настолько разозлило Кросса, что он просто плюнул и на врачей и на плачевное состояние самого омеги, и просто взял его силой как делал это обычно.       Грубые толчки и боль в голове из за оттянутых рукой Кросса волос, совсем не отрезвляла сознания Аллена. И до того не прекращающаяся боль в животе и пояснице стала больше. Однако Аллен словно и этого не замечал. Его сознание вновь помутилось. Он продолжал глухо рыдать время от времени переходя на крик, все это время продолжая сжимать перепачканную в крови простынь. И ведь он даже не замечал запах гниения исходящий от вышедшей из него плоти, который ясно давал понять что плод мертв уже не первый день, пусть и вышел только сейчас.       Рука Кросса стальной хваткой сжалась на шее Аллена, сжимая пальцы все сильнее и сильнее, словно бы пытаясь задушить. В конце концов Аллен почти потерял сознание от нехватки воздуха и только тогда Кросс наконец оставил его в покое.       Раздался характерный звук захлопывающейся двери и комната вновь погрузилась в темноту. Аллен молча лежал на кровати и пустым взглядом смотрел куда то в сторону. Из уголков глаз по прежнему стекали капельки слез, а изо рта - слюна. Дыхание постепенно восстанавливалось, но его сознание все еще блуждало на грани и кажется в ближайшее время он не собирался приходить в себя, инстинктивно ограждаясь от страданий.       * * *       - Уже месяц прошел, а мы до сих пор так ни чего и не нашли. Куда же он мог увезти Аллена?       - Понятия не имею. Куда угодно! Не удивлюсь если их вообще в стране уже нет.       - Тогда кому нибудь нужно уехать из страны и продолжить поиски там.       - Идиот! И куда ты поедешь? Просто наобум? Рехнулся? Он мог увезти Аллена куда угодно!       - Успокойтесь оба!       В помещение витало напряжение и не почувствовать его мог лишь беззаботный идиот не волнующийся ни о чем. Вот уже на протяжении месяца директор академии Черный Орден, его младший брат, двое альф и еще один омега пытались найти пропавшего Аллена Уолкера. Однако все поиски так ни к чему и не привели. Подросток словно сквозь землю провалился и ни единого следа. Нет, время от времени им удавалось найти что нибудь, однако в конце концов след обрывался и они вновь оказывались в тупике.       - Я даже представить боюсь что сейчас с Алленом и в каком состоянии он будет если мы его все же найдем... - тихим, дрожащим голосом прошептал темноволосый омега.       - Алма, не нагнетай, - поджав губы произнес Линнел и положил подбородок на сцепленные в пальцах руки, -И так паршиво, а тут еще ты на мозги капаешь.       - Линнел! Алма! Вы тоже успокойтесь! - наконец выйдя из себя окончательно рявкнул Камуи и ударил ладонями по столу, - Нам всем плохо и мы все переживаем за Аллена, но одними разговорами и ссорами ни чего не сделать!       - И что же ты предлагаешь сделать? - кинул косой взгляд на Камуи Канда.       - Вы все едите в Берлин, а я остаюсь здесь и продолжаю поиски.       - Берлин... нии-сан, это же...       - Да Линнел, там Аллен жил до того как приехал в Академию и там же находится их с Кроссом дом. Хотя очень сомневаюсь что Мариан отвез Аллена именно туда, слишком рискованно. Во всяком случае покупайте билеты и летите туда. Деньги я дам. Все что узнаете без промедления сообщайте мне.       - Хорошо.       Когда кабинет опустел Камуи наконец позволил себе минуту отдыха которые в последнее время выпадали ему все реже и реже. На поиски пропавшего Аллена они убивали все силы, обыскивая едва ли не каждый уголок города. Но впрочем безрезультатно, так как даже в полиции им не смогли помочь, или правильнее будет сказать что они тоже ни чего не нашли. Так сколько же еще им понадобится времени чтобы найти его и жив ли он вообще? Кто знает что может прийти в голову Кроссу. От этого ненормального можно ожидать абсолютно всего. И Камуи с неприятной дрожью во всем теле ожидает. Он не наивный и прекрасно понимает что даже если они и найдут Аллена, то он отнюдь не будет в прекрасном состоянии без единой царапинки сидеть и ждать их взаперти как принцессы из сказок. Уже хорошо если он будет жив и хоть сколько нибудь вменяем.       Вздохнув Камуи провел руками по лицу и кинул последний раз взгляд на бумаги лежащие пред ним, после чего убрал их в ящик стола. Действительно, пользы от них ни какой, все равно он уже знает что них и ни чего нового не увидит даже если перечитает.       Сколько же им все таки еще придется убить времени и сил на поиск этого взбалмошного, но такого родного сердцу, омеги? Судя по всему еще очень много.       * * *       - Мариан, ну как? Ты нашел того мальчика которого искал столько лет? - мило щебетал прижавшийся к боку мужчины миловидный омега.       - Конечно, наконец то он со мной, - самодовольно хмыкнул Кросс и прижал юношу ближе к себе за талию.       - А он не будет ревновать если узнает что не единственный у тебя? - посмотрев на Кросса поинтересовался паренек.       - Не думаю что его это сильно озаботит, в конце концов он знает, что во многом для меня важнее остальных, - ухмыльнулся Кросс и настойчиво провел ладонью по бедру омеги, на что тот довольно замурлыкал и прижался еще ближе.       - Ты так это говоришь, что я даже ревную.       - Не стоит, я ведь здесь, с тобой, - хмыкнул Кросс и заткнул парня поцелуем, решив что на этом достаточно разговоров о том кто «ждет» его дома.       Нет, на самом деле Кросс не был наивным и прекрасно понимал что омеге до него вообще нет дела. Аллен сейчас вообще не в том состоянии, чтобы думать или заботиться о чем-то или ком-то кроме себя самого, хотя сейчас он пожалуй даже на это не способен. Слишком слаб и беспомощен.       Мариан уже несколько раз приводил к Аллену своего знакомого врача, но всякий раз омега начинал брыкаться, кричать и делать все возможное чтобы не подпускать к себе ни кого. Он словно бы боялся чего то. В такие моменты даже Кросс не мог ни чего сделать, потому что Аллен словно превращался в кого то другого, словно становился диким неуправляемым зверем. И все это время он неотрывно держал рядом с собой ту простынь с его погибшим ребенком. Мариан совершенно не чувствовал беспокойства по этому поводу, так как точно знал что это не их с Алленом ребенок, да и его запах не менялся с тех пор как Мариан нашел его. А это может означать лишь то, что уже тогда он был в положении, но судя по всему и сам не знал об этом. В таком случае Мариану тем более нет смысла беспокоиться, ведь ребенок не его, а своего они еще успеют сделать. Главное чтобы Аллен пришел в себя, подпустил к себе врача и хоть сколько нибудь покорился. Тогда все пойдет по его плану и этот омега наконец станет полностью его. А еще...       С это мыслью которой он не позволил развиться, Кросс окунулся в свое очередное ночное развлечение.       Когда Мариан Кросс покинул стены заведения, частым клиентом которого он являлся, то тут же взял в руки телефон и набрал известный одному ему лишь номер. Спустя несколько гудков трубку наконец взяли.       - «Да»?       - Джош, как продвигается дело?       - «Тьфу ты, Кросс, это ты»...       - А ты ждал кого-то другого?       - «Ну... если честно то да. Скажем так — я надеялся. От твоих звонков всегда кроме неприятностей и кучи работы ни чего не бывает».       - Ты не вправе жаловаться. Я вам за это не плохо плачу. Ну так как? Есть новости?       - «Дело продвигается и вас активно ищут, но все следы мы заметаем и вам пока что ни чего не угрожает, но советую быть на чеку. Опекун твоего драгоценного омежки купил четыре билета на самолет в Берлин. Отправление... о! Они уже вылетели»!       - Кто именно?       - «Два альфы и две омеги».       - Не думаю, что это проблема. Займитесь ими.       - «Извини, но зная, что означает твое «займитесь», я смело заявляю: на мокруху — не пойду! Ни я, ни Роберт на это не подписывались».       - Тогда просто поручи это Альфреду.       - «А сам этого сделать не можешь»?       - Могу, но тогда это займет больше времени, потому что сейчас я занят.       - «И чем же это, позволь узнать»?       - Буду выхаживать своего омежку, а то он совсем сник и не дает себя лечить. Совсем от рук отбился.       - «Знаешь... Я искренне сочувствую этому бедному омеге. Зная тебя, я ни сколько не сомневаюсь в том что он спит и видит как бы сбежать от тебя вновь».       - Поверь, такой возможности я ему не предоставлю.       - «Ну-ну».       - Кстати насчет омег... Мне в голову пришла не плохая идея.       - «И какая же, позволь поинтересоваться»?       - От альф как я и сказал можете избавиться, а вот омеги... если они хорошенькие, то их можно продать за вполне приличную цену. Этим то вы можете заняться?       - «Ну если этим, то да, можем. Роберт все быстро организует, правда придется кому-то из нас тоже лететь в Берлин, чтобы поймать их».       - Ни чего, не переломитесь.       - «Кросс, какая же ты скотина»...       - Не наглей Джош. Не будь ты омегой Роберта, и я бы тебя за твой наглый язычок давно бы прикопал где нибудь в подворотне.       - «Не угрожай мне! Я этим бизнесом тоже не просто так занимаюсь, и не будь я способен себя защитить то долго в нем не продержался бы»!       - Ну-ну, в общем займитесь уже наконец своим делом и позвоните как только будут какие-нибудь новости.       - «Без проблем».       Посмотрев еще какое-то время на экран, Кросс убрал телефон в карман и вошел во двор дома, в котором сейчас собственно и жил. Сегодня он намеревался во чтобы то ни стало привести Аллена хотя бы в более менее надлежащий вид. Да хотя бы в ванную затащить и искупать, уже было бы хорошо. А то смотреть на него всего измазанного кровью, смазкой и спермой не очень приятно, а прикасаться еще неприятнее. В конце концов когда твоя пара чиста и хорошо выглядит, всегда приятнее смотреть на нее и вообще это радует глаз.       Только Кросс собирался войти в нужную ему комнату, как его отвлек звонок телефона. Раздраженно цыкнув он достал мобильник и взглянув на экран тут же взял трубку.       - Слушаю.       - «Привет Мариан. Где ты сейчас находишься»?       - Шэрон? Я в своем доме, в Бранденбурге. А зачем тебе это собственно?       - «Нужно увидеться».       - Зачем? Соскучился?       - «Ты, старый ублюдок. Вздумал шутить со мной? Я черт побери твой жених! Не смей относиться к нашим отношениям столь халатно»!       - Шэрон, ты же знаешь...       - «Да блядь, знаю! Но и ты знаешь что мне плевать на наличие у тебя дома еще одного омеги. Я твой жених и ты, мать твою, не имеешь права разрывать помолвку»!       - Я и не собирался, не стоит так нервничать. Кстати об омеге... Насколько скоро ты собираешься приехать?       - «Хм? Думаю сегодня ночью или завтра утром уже буду у тебя, а что»?       - Да вот думаю, что раз не могу я, то ты то определенно сможешь образумить этого упрямца.       - «В плане чего»?       - В плане искупаться и позволить врачу проверить себя, пока не занес какую-нибудь инфекцию.       - «Кросс, что ты уже натворил»?       - Ты о чем?       - «Не прикидывайся идиотом, сукин сын! Я пусть и омега, но как ни кто другой знаю какой ты на самом деле ублюдок и что этому мальчику благодаря тебе пришлось пережить! Что ты, мать твою, уже натворил»?!       - Ни чего такого я не натворил. У Аллена случился выкидыш и он теперь в слегка невменяемом состоянии. Собственно это все.       - «Чт... Собственно это все, твою мать?! Кросс, сукин ты сын, как ты посмел довести ребенка до такого состояния»?!       - Ну я ведь не знал, что он в положении.       - «А мозгами ты пошевелить не мог, скотина?! Он же омега! У него слабое здоровье! Как ты вообще мог позволить себе так обращаться с ним? Или все твои извилины рассчитаны только на то чтобы пить, курить и трахаться? Ах да! Как же я мог забыть. Еще и издеваться! Уж в этом-то тебе точно равных нет»!!!       - Шэрон, тебе не кажется что ты перегибаешь палку?       - «Не кажется! Кто если не я, поставит тебя, ублюдка, на место»?       - Кажется ты совсем страх потерял...       - «Если ты забыл, то напомню: я ни когда тебя не боялся. Наверное потому что сам не многим от тебя отличаюсь, если конечно не считать того что я не чертов педофил и маньяк по совместительству. А так мы с тобой составляем идеальную пару психов».       - Какова характеристика. Самому себя не жалко?       - «А должно»?       - Полагаю, что - да.       - «Значит не правильно полагаешь. Во всяком случае, жди. Буду у тебя настолько быстро насколько это возможно, а ты пока подготовь все возможное и не трогай мальчика».       - Хорошо.       - «Ты точно слышал, что я сейчас сказал? Не смей даже близко подходить к бедному ребенку, пока я не приеду и не приведу его в нормальное состояние»!       - Я же сказал — хорошо.       На этих словах Кросс сбросил вызов и еще какое то время посверлив взглядом дверь комнаты в которой находился его драгоценный омега, все же решил не рисковать и уйти по дальше от нее. Шэрона лучше не злить.       Этот проклятый омега, являющийся его женихом вот уже несколько лет, а если быть точнее то все шесть (и чего только ждут, спрашивается?), даже и не думал бояться его или слушаться. Шэрон - это единственный омега, против которого Кросс старался лишний раз не идти. И уж каким бы он ни был сильным альфой, как говорится «на каждого самца всегда найдется своя самка, способная поставить его на место». Нашлась. И пожалуй именно поэтому Кросс и согласился жениться на нем, когда ему это предложили родители Шэрона. Сам омега тоже не сказал ни слова против, зато КАК горели его глаза в тот день. Глаза, на тот момент, семнадцатилетнего омеги, горели азартом и еще чем-то очень опасным. Тогда Кросс еще раз убедился в том, что сделал правильный выбор, соглашаясь на помолвку. Такую омегу он не сможет сломать, но и бросать поиски Аллена он не был намерен. Тогда он только-только пропал и Мариан был в ярости от того, что упустил его, но так просто давать ему гулять на свободе он не был намерен, то, собственно, особо и не напрягался. Он знал что у него есть время.       И вот Аллен наконец у него и Шэрон узнал об этом считай сразу. Вот только вместо того, чтобы взбрыкнуть на тему «козел неверный», он наоборот обеспокоился о судьбе Аллена и как-то не добро посмотрел на Кросса. Тогда у Мариана сложилось ощущение, что Шэрон недоволен не тем, что у него появился соперник, а тем кто именно им оказался и, собственно, самим поступком Кросса. Казалось, Шэрон презирал его от всей души. Но тогда он так ни чего и не сказал, зато в этот раз высказался знатно и чувствуется ему, что это еще не все.       Тряхнув головой Кросс отправился на кухню, собираясь напиться. В конце концов, спать он не собирался, а идти куда-то еще было лень.