Мятежный владыка ветров +141

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Толкин Джон Р.Р. «Сильмариллион»

Основные персонажи:
Манвэ (Сулимо, Аран Эиниор, Таимо, Вальтур), Мелькор (Моргот, Бауглир, Моринготто, Морион, Алкар)
Пэйринг:
Мелькор/Манве
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Фэнтези, Пародия, PWP, AU, Стёб
Предупреждения:
Изнасилование, Инцест
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Это верх искаженности!» от Леди Фаэтон
«За искажённого Манвэ!» от Markiz-Samigina
Описание:
Как бы оно было, если бы главой совета валар стал Мелькор, а не Манвэ, и в Арду на выселки отправился не злой обиженный Мелькор-землетряс, а злой обиженный Манвэ-ветродуй.

Посвящение:
Фандомная битва, команда fandom jrrt 2014

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Половина идеи фика принадлежит заявке: «А я хочу Мелькор/Манвэ, рейтинг повыше, страдания позаковыристей. Что-нибудь о тайных встречах, прям как раньше!» Правда, автор подумал, что как раньше повторить ему не удастся, и решил приукрасить концепцию переворачиванием всего с ног на голову. Альтернативное развитие событий. Юмор, стёб и пародия возможны. Кинки в виде инцеста и даб-кона прилагаются.
26 октября 2014, 15:18
То, что победил Мелькор, а не он, оглушило Манвэ подобно раскату грома и яркой вспышке молнии, поразившей его в самую суть естества. Запуганные и растерянные валар так утомились войной, что готовы были принять сторону кого угодно, лишь бы она прекратилась. И решающим преимуществом оказалась мелькорова харизма. Он очаровал прочих валар своей шумной и неуёмной жаждой жизни. Растормошил каждого по отдельности, обещая невероятные открытия после каждого землетрясения. Волшебная животворящая случайность порождала хаос и вместе с тем массу новостей и неожиданных приключений. У Манвэ от всего этого голова болела так, словно земная твердь вокруг трескалась и осыпалась в бесконечную пустоту Извечной Тьмы. А остальным неожиданно оказалось всё равно. Они с равным вниманием и восхищением могли слушать и степенные речи Владыки Ветров, и полные пылкой страсти монологи Тёмного Вала.

Разбитый во всех смыслах этого слова, Манвэ пересёк океан и потерянный бродил по пустынным просторам Срединной Земли. К счастью, его майар не оставили своего Владыку даже на этот раз, и он был несказанно им за это благодарен. Эонвэ скрашивал для него те времена, когда расстроенный Манвэ хотел хоть с кем-нибудь пообщаться. Но по большей части он всё же молчал, и лишь его холодные ветра высушивали земли на северо-востоке, сдувая семена и ослепляя немногочисленных животных, что ещё не бежали в поисках более приятного климата.

Квенди, что жили в этих землях, под воздействием стихии Манвэ стали низкорослыми и узкоглазыми. Климат не давал их новым поколениям вырасти — они, будто навечно, застревали в детском возрасте. Так их тела сохраняли больше драгоценного тепла и влаги, не растрачивая их на рост. От всего этого Аман полнился слухами об Искажении Манвэ: будто бы опальный вала буйствует в Срединных Землях, портит и губит Перворождённых. Оромэ зачастил в необъявленные владения Манвэ, стал собирать несчастных под свою опеку. Когда Манвэ узнавал через своих слуг, что рассказывают по велению Мелькора о нём наивным эльфам валар, ярости его не было предела. Морские волны дыбились словно горы от его буйной злости, и тем самым он усугублял своё положение ещё сильней. Лжец и исказитель — вот кем он стал после победы Мелькора.

Однажды Манвэ сидел в своей юрте из оленьих шкур. В здешних краях не было так холодно, как на севере, чтобы нуждаться в надёжном обогреве, но в голых выветренных скалах цвета багрового заката ничего не росло и не плодилось. Эонвэ отправился на охоту, а остальные майар бродили ещё дальше, охраняя покой своего Владыки, дабы соглядатаи Мелькора не проникли к нему незамеченными. Но, видимо, куда не смог пробраться соглядатай, проник сам Тёмный Вала.

Полог шатра был откинут резким взмахом сильной руки, впуская в красноватый сумрак серый дневной свет. Двухметровый Мелькор вынужден был согнуться в три погибели, чтобы вначале заглянуть, а затем без приглашения войти. Манвэ поднял на него взгляд презрительно сощуренных глаз. За годы изгнания в этом песчаном ветреном краю кожа его потемнела, волосы выгорели до охряно-белых, мелкие, едва заметные издалека морщинки избороздили сухую кожу. Мелькор же наоборот расцвёл: тёмные прямые волосы лоснились в лучах тусклых светильников, и их красноватые блики скользили по, свесившейся с плеч нагнувшегося Мелькора, шёлковой глади. Чёрные, украшенные золотой вышивкой, одежды Тёмного Вала тяжёлым покрывалом лежали от плеч до подошв его высоких сапог. Мелькор распахнул полы мантии и сел перед братом, широко улыбаясь.

— Я не приглашал тебя в мой дом, — глухо прошелестел Владыка Ветров.
— А я пришёл с миром, мой возлюбленный брат. Однако вся Арда — мой дом, а не твой. И дом тех валар, что приняли мою сторону. Один ты всё ещё не желаешь покориться. Или я ошибаюсь?
— Возлюбленный? Значит, так ты меня называешь, в очередной раз явившись уговаривать принять твои поганые методы и взгляды на суть творения Илуватара?! — Владыке Ветров не понадобилось много времени, чтобы вызвериться. Но, кажется, Мелькор на то и рассчитывал. Он протянул руку и крепко схватил брата за острый подбородок.
— Тише. А то сбегутся твои майар и увидят, как ты милуешься с Тёмным Вала. Что они вообразят на это? — голос Мелькора стал обворожительно бархатным, Манвэ почувствовал, что теряет волю и контроль над своим телом, как бывало уже много раз раньше.
— Совет валар планирует пойти против тебя войной, чтобы остановить разрушительное воздействие твоих ветров на Средиземье. Я не могу противиться воле совета, потому пришёл сюда лично, чтобы попытаться уговорить миром и не допустить неуместного кровопролития, — Мелькор увидел туман в зачарованных глазах брата и потянулся к нему навстречу, мягко касаясь губ. Манвэ хотел возразить, что Мелькор как раз-таки может противиться воле совета, а вернее даже — это совет не сможет противиться ему, если тот пожелает выдвинуть противоположное предложение. Но Мелькор умело манипулировал мнением своих подчинённых и всегда направлял их желания в нужное самому себе русло. С волей Манвэ ему было совладать и того проще, когда они оказывались наедине.

Пропихнув крупные ладони под многослойную одежду Владыки Ветров, Мелькор настойчиво обнажил его торс до пояса. Манвэ стыдливо поёжился, ощущая на себе взгляд брата. Он всегда был изящнее Мелькора. Его, созданные для полёта, тонкие кости не несли на себе крепких мышц, как остов Тёмного Вала. Манвэ ахнул, когда Мелькор накрыл его соски большими пальцами. Он обхватил его торс ладонями, будто покорную игрушку, и медленно опустил Манвэ на спину. Тот прикрыл глаза, отрешаясь от внешнего мира. От своих майар, от своих принципов. Как же давно он на самом деле не видел Мелькора, как давно не ощущал его рук на своём теле.

— Расслабься, — прошептал Тёмный Вала в душном сумраке. Полог входа давно по его велению рухнул обратно, накрепко сомкнулся с краями шкур стены, а сам шатёр накрыло маревом невидимости, чтобы услужливые майар Манвэ не помешали им в самый неподходящий момент. Владыка Ветров ощутил, как в его тело промеж ягодиц упирается сухой твёрдый палец Мелькора.
— Хочешь этого, хо-о-очешь, — протянул Тёмный Вала, а потом облизал большой палец и всё-таки ввёл его в тело брата.

Манвэ дёрнулся и беззвучно ахнул. Слегка растянув его, Мелькор сел между его колен, расстегнул ремень, скреплявший мантию, и принялся развязывать шнуровку на штанах. Манвэ приподнялся на локтях, рассматривая свои грудь и живот. Бледные на смуглой коже соски уже расслабились после прикосновений Мелькора, и Манвэ сам с интересом потёр правый.

— Разденься. Я хочу взять тебя беззащитным, — тихо велел Тёмный Вала. Манвэ почувствовал, как от этих слов на его возбуждённой головке выступает смазка, и поспешил избавиться из остатков одежды.

Мелькор же не спешил разоблачаться. Распластанный на шкурах, с вплетёнными в волосы орлиными перьями, стройный и худой Манвэ заворожил его. Мелькор только расстегнул рубашку, чтобы соприкоснуться обнажённой грудью с вожделенной сухой кожей брата. Подхватив его под бёдра, Мелькор отметил, какие они стали сухие и твёрдые, а потом удобнее подтянул к себе, но не стал брать его сразу. Он положил свой бледный, с алой головкой член ему на живот, чтобы напомнить, что это такое. Но Манвэ не смотрел. Он откинул назад голову, запрокинул за неё руки и ждал.

— Эй, братец, взгляни, что сейчас окажется у тебя вот тут, — Мелькор прижал к низу его живота ладонь, игнорируя влажный член Манвэ. Владыка Ветров послушно приподнял трепещущие ресницы и сквозь их радугу взглянул на вожделенный орган.
— М-м-м, он прекрасен, — мурлыкнул Манвэ, и Мелькор довольно ухмыльнулся.
— И он тебя хочет, мой непокорный братик, — приподняв его ещё выше и подсунув под спину валик из смятой одежды, Тёмный Вала вылил на свой член целый тюбик ароматизированного масла, а затем нащупал большими пальцами дырочку брата, чтобы наверняка не промахнуться.

Первые несколько секунд Манвэ было тянуще и жгуче больно, но когда головка проникла в него, он ощутил разливающееся по телу, вверх от промежности, горячее наслаждение. Мелькор подхватил его под лопатки и потянул на себя. Протяжно застонав, Манвэ обнял Мелькора и уткнулся подбородком ему в плечо. Тёмный Вала частыми ритмичными движениями вошёл в него полностью, а потом стал сотрясать до основания естества мощными толчками, будто с намерением проникнуть в него по уши.

Манвэ, в ответ на эти действия, часто захныкал Мелькору в ухо. От этих звуков Тёмный Вала сам терял контроль и забывал про всё на свете.

— Мой малыш, ну чего тебе стоит? Нам необходимо быть вместе. Никакая Варда не сравнится с тобой в сочетании непокорства и беззащитности. Она уже мне наскучила. И как же я соскучился по тебе, мой сладкий!

Манвэ встал на колени, упёрся локтями в мягкую шкуру, подметая её длинными, чуть изогнутыми, словно перистые облака, волосами. Мелькор полностью разделся и снова взял его, на этот раз сзади. Перехватив одной рукой за плечо, он резко натянул Манвэ, не давая ему возможности вырваться. Провёл второй рукой по волосам, намотал на ладонь внушительную прядь и плавно потянул на себя, чтобы ненароком не свернуть резким движением брату шею. Манвэ болезненно застонал, не в силах вырваться и принимая его так глубоко, насколько это было возможно.

— Кричи, рыдай, мой маленький глупый брат, — хрипло прорычал Мелькор, и Манвэ не заставил себя долго ждать. Мелькор совершил несколько сильных толчков, а потом отпустил его волосы и заставил прижаться грудью к полу. Широко разведя пальцами его ягодицы, он просунул один из них в дополнение к своему члену.
— Растяну тебя так, что ты нормально ходить не сможешь. Хочу, чтобы ты долго меня не забывал, чтобы пустота в твоей заднице в конечном итоге заставила тебя сдаться и прийти ко мне с покорностью.
— Это ты снова придёшь ко мне и склонишься перед входом в мой шатёр, — с тихим смешком отозвался Манвэ.
— Ах ты ж хитрый гадёныш! — Мелькор усмехнулся и, положив обе руки обратно ему на бёдра, стал ритмично и с силой вколачиваться в его поджарый зад. Манвэ нетерпеливо заныл, потянулся рукой к собственному члену и крепко стиснул у основания. Мелькор вдруг просунул руку ему под горло, провёл кончиками пальцев вверх по подбородку к губам и надавил, вынуждая открыть рот.
— Пососи. Я знаю, ты очень хочешь чем-нибудь занять свой сладкий ротик.

Манвэ послушно сделал, что ему велят и стал жадно облизывать губами и языком указательный и средний пальцы Мелькора. Длинные и крепкие, на первый взгляд они не производили ощущения особой чувствительности, но Манвэ знал, что эти пальцы во многом искуснее даже пальцев Аулэ. Мелькор разомлел от его действий, представляя, что одновременно берёт его и сзади, и в рот. Манвэ приглушённо хныкал с занятым ртом, одной рукой то приближая, то оттягивая собственный оргазм.

— Сколько раз ты хочешь, чтобы я в тебя кончил? — спросил вдруг Мелькор, и голос его прозвучал сдавленно, будто он уже был в преддверии разрядки.
— Несчётное количество раз, — раздался мысленный ответ в его голове, и Мелькор согласно кивнул.
— Мое семя будет течь с тебя, как паводок с весенних гор, — пообещал он хриплым шёпотом, а потом спустил глубоко в его тело. Манвэ, ощутив этот выплеск внутри себя, тоже кончил, забрызгав ладонь липким семенем. А затем забрал его пальцы в рот на всю длину и так замер, не желая выпускать Мелькора из своего тела ни из одной из сторон.

К рассвету, Манвэ напоминал истлевшую на солнце ветошь. Он лежал пластом на спине, на сбившихся шкурах, а Мелькор обводил пальцем его перепачканные в засохшей сперме внутренние стороны бёдер. Он просунул два пальца в его не смыкающуюся до конца дырочку и заткнул её всей ладонью с согнутыми оставшимися пальцами. Наклонился к брату и медленно поцеловал в губы.

— Ты можешь сопротивляться сколько угодно. Но рано или поздно ты сдашься мне, — прошептал Тёмный Вала. — Как всегда сдаёшься первым в постели.

Он кончил в него ещё пару раз, но этого Манвэ уже не помнил. Он провалился в глубокий сон без сновидений, и после этого ещё долго в океанах Арды был штиль, а в пустынях и тундре затишье. Дождь пролился на иссушенную землю, и кое-где даже появились оазисы.

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.