Uingukage. Сокрытый в Тени Крыла. +1254

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Naruto

Пэйринг или персонажи:
Минакуро Като
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Драма, Экшн (action), Даркфик, POV, Попаданцы
Предупреждения:
Смерть основного персонажа, OOC, Насилие, Нецензурная лексика, ОМП, ОЖП, Underage, Смерть второстепенного персонажа, Элементы гета
Размер:
Макси, 1246 страниц, 303 части
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Потрясающее произведение!» от Rikudo-sensey
«Просто супер!!!» от Лукинофф Азатор
«Добротно!» от Etas
«Мрачненький фанфик))))» от Наруто_и_Сакура_Узумаки
«Отличная работа!» от XiNatA-chan
«Отличная работа!» от steppppan
«Пожалуй, лучший фик по Наруто.» от Мистер Каюк
«За большую работу!» от Кицунэ Миято
«ЭТО_ШЕДЕВР!!!» от chekist_sto
«Отличная работа!» от Evse
... и еще 30 наград
Описание:
Он пришел в совершенно незнакомый ему мир. Не по своей воле и не по своему выбору. И чем больше он узнавал этот мир, тем очевиднее становилось - это мир сильных, где у слабых нет ни свободы, ни выбора. Он не хотел быть слабым, но стать сильным не так-то просто. Но он готов идти вперед, через тела врагов и, если потребуется, друзей. Он не будет подстраиваться под мир. Он его изменит. Сколько бы времени и сил на это не ушло.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Первый том завершен.
Второй том: https://ficbook.net/readfic/3451638

Глава 60

3 ноября 2014, 19:18
      
      Небольшой… даже не город, так, большая деревня. Скорее всего, просто местный административный узел. Несколько улиц, большой рынок, крупное административное здание, лавки, мелкие забегаловки, прочее, прочее, прочее. Для торговцев это была, так сказать, конечная остановка. Крестьяне охотно покупали то, чего здесь никто не делал. Красивая одежда, хорошие изделия из металла да и из прочих материалов. Специи. Торговцы брали по заниженным ценам сельхоз продукцию. По меркам синоби город располагался относительно недалеко от Конохагакуре. Ну, подумаешь, пару дней пути (на высокой скорости, естественно). Но для простых смертных это была дыра, до которой еще надо было добраться. Тем не менее на нескольких заведениях висели символы кланов Конохи. Сарутоби, Яманака, Акимичи, одно заведение с символом Нара. Их мы, естественно, обходили стороной. Было несколько заведений со скрытыми символами - не проходи я тренировки АНБУ, не знал бы. Но их мы сначала тоже обошли. Я потом туда наведаюсь, в одиночестве. Аккуратно разделились. Данго ушел вместе с Синдзи. У него была самая малая ударная мощь из нашей четверки, а у старика наиболее высокая, так что пока разделились поровну. Ага, ну и другой интерес у меня тоже был. Выбрали дешевую гостиницу. Выглядела она неплохо. Все же торговцев здесь останавливается много, так что деньги в городе водились. Сговорились быстро, оплатили на ночь вперед и за питание. Комнатку нам дали одну с двумя кроватями - такими были вообще все дешевые комнаты в этом городке. Для экономных торговых партнеров, наверное. Каору в простом кимоно, крестьянских сандалиях, с соломенной шляпой на голове смотрелась… забавно. Я не лучше. Один кусок ткани на поясе, закрывал тело почти до колен. Второй обматывал плечо и руку. Дешево и сердито. Таких вокруг бродили десятки. Краем сознания вспомнил, как выглядел мой старый мир, и усмехнулся. Нет, теперь я синоби, так что это не более, чем повод ухмыльнуться.
      Зашли, сели, сидим, ждем. Каору не решилась сама вызывать дождь, но он и так должен был начаться ближе к вечеру. Тогда она сможет почти не светить своей чакрой, да и "натуральный" дождик затронет куда большую площадь, так что не станет бельмом: "смотрите, здесь используют дзютсу!" Правда, радиус способностей девушки это не изменит, но проверить город все же будет не лишним. Синоби здесь точно есть, парочку я уже видел, но того, кто наслал технику, она могла вычислить, а большего мне и не надо.
      - Чем займемся до вечера? - спросила Каору, проверяя, не заметны ли ее кунаи на поясе под кимоно.
      Я сидел у окна и всматривался в прохожих. Интересная постановка вопроса.
      - А что, на вечер уже есть планы?
      Она пожимает плечами, что мне было видно в отражении. Стреляет в меня глазками, но как-то неубедительно. Подходит к своей кровати, которая так же в зоне моего обзора, ложится ногами ко мне и так приподнимает колено… Эх, была бы она не в шортах… А так она просто издевается, дразнит.
      По улице проходят троица тюнинов Конохи, видят меня, перекидываются парой слов и идут дальше. Остальные вообще не обращают внимания, у них и своих хлопот хватает. А вон и Данго со стариком, устроились в забегаловке в нашем поле зрения. По уму мне бы сейчас к осведомителю в гости зайти. Поспрашивать, что слышно в округе, да и отчет отправить. Но… Задание шло от Корня. Поверить в шпиона среди рядового состава синоби Конохи? Запросто. Шпион среди АНБУ? Уже маловероятно, да и информация у него будет ограниченная, касающаяся только его непосредственной работы. Естественный предохранитель, так сказать. Шпион среди Корня? Ха, даже не смешно. Численность у них маленькая. Затерять нереально. Да и каждого кандидата проверяют… Долго. Главный у них - грамотный мужик. Ограниченность ресурсов с лихвой компенсируется полным отсутствием информации о составе, численности, применяемых приемах. Ну, информация есть, но крохи, жалкие, скорее даже догадки. Атаки они проводят почти всегда неожиданные и весьма успешные. Если вообще проводят, предпочитая очень тонкую игру. Ликвидации в девяти случаях из десяти преподносятся как случайность или вообще как закономерное стечение обстоятельств. И никаких намеков на вмешательство корешков. Провалы и у них есть, но это скорее исключение из правил. Самый большой недостаток, опять же, - сильная ограниченность в ресурсах, не позволяющая создать крупную постоянную сеть. Системного подхода к проблемам нет, поэтому чаще выходит, что Корень - оружие последнего шанса, когда все остальное уже не сработало. Вот и накладываются определенные рамки.
      Напарник и старик закончили обедать и удалились. Поднимаюсь и иду к выходу, слыша, как девушка встает вслед за мной. Теперь нам предстоит пообедать под присмотром уже тех двоих. А что делать? Правила никто не отменял.
      По пути слежки я не заметил, Каору тоже выглядела спокойно. Удобного места под окнами знакомых незнакомцев не оказалось. А раменная мне не нравилась. Копия Ичираку из Конохи. Сидеть спиной к выходу, причем нам обоим, это как-то слишком. Заметив мои сомнения, девушка бодро зашагала вперед.
      - Давно я не ела лапши.
      Кормили хорошо. Полноватая женщина и ее сынишка обслуживали клиентов бодро и с душой.
      - Не хочешь зайти к нашим друзьям? Мы давно их не видели.
      Голос полностью нейтральный, лишь немного заинтересованный.
      - Может, позже? А то к вечеру дождь соберется, потом мокрыми возвращаться.
      Ага, вот посмотрим, кто у нас в соседях, а потом будем отчитываться. Кивает. Мы, подруга, против некоторых правил идем, а ты даже не хочешь узнать, почему? Хотя объясняться потом мне, ее это мало затронет. Или тот вопрос о доверии? Я же ответил на него положительно. Теперь просто доверяет? И это будущий АНБУшник? Хм, тебе еще учиться и учиться.
      - Наелась?
      - Ага.
      Вернулись в комнату. Я к окну, она на кровать. Остаток дня провели в молчании. Перед самым дождем Данго и Синдзи-сан снова появились в поле зрения, и медик получил от меня кивок. Язык жестов или даже полужестов. Не дергайся, на тот свет всегда успеем, а передохнуть нам все равно не помешает. Они ушли, и вскоре начался дождь. Девушка подключила свою технику. Молчим. В комнате нет света, так что почти сразу стемнело. Я с чувством легкой меланхолии все так же сидел у окна, прислонившись лбом к холодному стеклу. Вскоре Каору оборвала тишину:
      - Ничего. Пара тюнинов, несколько теней. Это все.
      Тенями называли тех, чья чакра была мала. Люди, так и не ставшие синоби. Или синоби, почти не имеющие способностей. Подделать ауру тени почти невозможно. Возможно, но это нерационально - слишком много мороки. Всех тонкостей я не знаю, но все известные мне сенсоры в один голос говорили, что тени разительно отличаются как от людей, так и от синоби. Чакра в них как бы спит, совсем. Любое применение техник оставляет едва ощутимый след, а со временем следы смешиваются в определенную общую картину. Так можно определить специалиста по гендзютсу или по определенной стихии. На языке сенсоров это "запах" чакры. Так вот тени не пахли. Будто призраки в мире синоби.
      Девушка отпустила технику, немного помедлила, и подошла ко мне.
      - Что дальше?
      - Ложись. Завтра подумаем. Я оставлю следящую печать, хлопнет, если гендзютсу кто-нибудь попробует наложить. А если и попробует, подумаешь, два гэнина, какой с нас спрос?
      Девушка еще немного помедлила:
      - А ты?
      - Сейчас тоже лягу.
      Она вернулась к кровати и стянула кимоно. Я повернулся к ней и начал наблюдать. Или все же смотреть? Или подсматривать? Каору заметила взгляд, стянула закрывающий грудь кусок ткани. Повернулась.
      - С чего вдруг такой ко мне интерес?
      - Я и раньше на тебя смотрел.
      Кивает, но отвечает:
      - Раньше ты смотрел не так.
      Поднимаюсь и подхожу почти вплотную. Тусклый свет с улице едва отражается в глазах. Темно, и ее эмоций мне не видно. Поднимаю руку и нежно провожу обратной стороной пальцев по щеке, лишь едва ее касаясь. Не отстраняется, но и не приближается. Рука продолжает движение. Шея, плечо, край груди. Не хочу спешить, не сейчас. По ее коже пробегают мурашки, но не от холода. Прикосновения немного непривычные, но реакция пока та же. Не "да", но и не "нет". Вновь касаюсь лица, так же от края глаза, по скуле, но теперь к губам. Едва касаясь. Я дразню ее, или же это она дразнит меня. А может, это взаимно? Я могу положить руку ей на поясницу, притянуть к себе, но тогда она однозначно оттолкнет меня. Ведь еще не дала согласия. Но позволяет дразнить. Зайдем чуть дальше и с другой стороны. Ладонь касается бедра и медленно поднимается вверх, через все тело, к груди. Едва касаясь, чувствительно задевая только сосок. Я хочу подразнить ее, а прикосновение вызывает дрожь в собственном теле. Легкая судорога предвкушения в спине. Ладонь остается на груди, едва касаясь ее, медленно, нежно. Снова задеваем сосок, и изо рта доноситься едва слышимый выдох. Новая судорога в спине. Наслаждение, предвкушение. Азарт охотника, вцепившегося в верткую добычу. Черт, что за сравнения? Откуда такие ассоциации? Пока левая ладонь играет с грудью, правая вновь касается лица, на этот раз уже плотнее. Поглаживаем, и чуть-чуть тянем к себе. На лице улыбка, но она отстраняется. Нет, еще рано, мы еще недостаточно дразнили друг друга. Точнее все же она недостаточно дразнила меня. Пусть игра дается ей не легче, чем мне, но во мне уже кричат инстинкты. Спина и ноги слегка дрожат. Ладонь пробегается по волосам, мягкие, приятные. Хочется что-то сказать, уже набираю в грудь воздуха. Но ее пальцы ложатся на мои губы, останавливая так и не появившиеся слова. Немая игра, по ее правилам. Ее рука на моем лице, играет с губами. Хочется поймать, поцеловать. Она же эмпат, пусть и слабый, но сейчас-то она меня ощущает. И наслаждается. Скрывать желание не вижу смысла. Наоборот, передаю его ей, надеясь быстрее получить желанное согласие. И доступ к такому желанному телу. Вторая рука с лица переходит на грудь, тогда как первая опускается ниже. Провести ладонью по ткани шорт, чуть сдавить. Ладонь сама переходит к паху, но тут ее перехватывают и перекладывают на шею. Но ее дыхание становиться все чаще. А вместо мурашек по коже от каждого прикосновения пробегают волны легкого напряжения. Рука перебегает на спину, и я чувствую судороги в ее теле. На каждое прикосновение к груди легкий порыв податься вперед, поддаться, позволить, разрешить, и лишь откинуться в наслаждении. Вторая ее рука касается моей груди. Я отрывая свою руку от нее лишь на миг, чтобы сбросить с плеча ткань, но возвращаюсь к приятному процессу. Игра, эта игра. Делаю шаг вперед, против собственной воли, уже едва способный соблюдать правила. Ладонь пробегается по ее лицу улыбающемуся лицу и, едва коснувшись ушка и охватившись за шею, тянет на себя. Поддается. Медленно, будто неохотно, но движется мне на встречу. И в паре сантиметров друг от друга наши лица замирают. Губы едва не касаются ее губ. Я чувствую ее дыхание, глаза уже не различимы во тьме. Страсть, но нет. Страсть не дает наслаждаться каждым мгновением. Она хочет наслаждаться и заставляет меня медлить. Моя ладонь снова скользит по ее телу до попы, чтобы снова притянуть к себе. И вновь она поддается. Я чувствую, как соски упираются мне в грудь, как напрягается ее тело, как она едва сдерживает первый стон. Как мне самому хочется застонать. Мое бешено бьющееся сердце сейчас почти невозможно не услышать. Но она все так же медлит. Дав мне приблизиться, насладиться моментом, не тем, что уже был, и не тем, что будет после. Предвкушение, желание. Теперь я, ощущая ее запах, чувствую и биение ее сердца, не такое быстрое, как у меня. Не такое сильное. Ладонь гладит попу и без разрешения проникает меду ног, резко, но нежно - одно касание, без нажима. Еще рано, не все ей дразнить меня. И девушка все же не сдерживает стон. Запрокинув голову протяжно выдыхает. Пальцы ощущают влагу, но ладонь снова уходит на спину, поглаживая, и каждым новым кругом задевая край шорт и чуть спуская его вниз. Целую ее шею, нежно, медленно, позволяя насладиться моментом. Ее руки уже ласкают в ответ мое тело, но сосредоточиться на свои ощущениях я не успеваю. Легкий рывок вперед с ее стороны, прижаться плотнее, голова одним движением оказывается параллельно моей, и ее губы чуть задевают мое ухо. Легкая ласка пронизывает тело взрывом наслаждения, я напрягаюсь, обхватывая ее тело. Она пользуется этим, передавая опору мне, а сама обвивает ногами мое тело и чуть трется пахом о выставленную вперед ногу. Чувствуя наслаждение, мягкие пощипывания одними губами она превращает в нежные укусы, вызывающие в теле новые волны восторга. Но игра затягивается. Эта была игра тел, но это не были чувства. Она чуть-чуть отстраняется от меня лишь для того, чтобы найти своими губами мои. Поцелуй приносит какой-то… покой. Дразнящее меня тело куда охотнее отвечает на ласку, идет на встречу, поддается. Поцелуй, нежный, ласковый, долгий, неожиданно обрывается. Каору быстро отстраняется от меня, отступает на несколько шагов. В темноте не видно, но она улыбается. Игра еще не закончена. Шагнул вслед за ней. Мой шаг вперед, ее назад. Но сдерживаться уже тяжело. Рывок вперед, и я прижимаю ее к стене. Не сказать, что она сопротивлялась, но успела закрыть мой рот ладонью. Ага, нового поцелуя пока не видать. Хм. Ладонь уже без препятствий пробегает по груди, и уходит вниз. Чуть задерживается на краю шорт, пальцы поддевают ткань и устремляются внутрь. Но медленнее, нежнее. Ее глубокий выдох, и отчетливое ощущение влаги на пальцах. Одно движение средним пальцем, и ее стон. Ее руки дергаются, но я быстрее. Перехватил, вытянул вверх, держа обе ее ладони вместе. Теперь моя маленькая игра. По моим правилам. Приближаюсь, вновь оставляя между нашими лицами сантиметры. Хочу слышать, чувствовать каждый ее вздох и стон. Ладонь начинает стимулирующие движения, пока очень осторожные и нежные. Дразнить, не спешить, медленно. Она закатывает глаза и начинает обрывисто дышать. Нет, мне нужен твой стон. Чуть быстрее, медленно, по нарастающей, наращивать темп. Нежно, не углубляться, не спешить, сдерживаться. Первые неконтролируемые стоны кажутся музыкой. Ее тело все меньше принадлежит ей, сосредоточенное на моих прикосновениях, сосредоточенное на ощущениях. Сначала медленные движения в такт, но затем все сильнее и быстрее. Желание, едва удерживаемое в рамках игры. Выражение наслаждения на лице, и все более громкие стоны. Ее движения, все больше просящие меня углубиться, зайти дальше, продолжать. А ее влага уже вовсю стекает по ногам. Уже почти судорожное движение тела, подходящий пик, но она находит, как меня обломать. Вцепившись в мои губы, она изливает все свое наслаждение в страстном поцелуе, но не в протяжном стоне, которого я хотел. Ее тело расслабляется, снова, через легкий спазм, напрягается, но все же пока не подчиняется хозяйке. Губы наконец отрываются от моих, и она начинает судорожно дышать, восполняя нехватку воздуха. Поднимаю на руки теперь уже совершенно податливое тело и переношу на кровать. Нарочито медленным движением избавляю от остатком одежды. В нос ударяет теперь уже сильный запах ее возбуждения, срывая остатки моего контроля. Игры и прелюдии закончены. Ее лицо, улыбка, дыхание, каждое движение, желание, даже запах - все подтверждает мои мысли. Не нужно быть эмпатом, чтобы видеть это. Уже находясь в легком опьянении от страсти снимаю и с себя одежду. В ней нет ни капли страха, или я не представляю, как можно его запрятать в такой момент. Она девственна, нежным прикосновением, пока еще руки, убеждаюсь в этом. Да, наверное не многие могут похвастаться, что у них был такой первый раз. У меня крутилось много вопросов, которые стоило задать, но не сейчас. Сознание решило уступить место страсти, и дальше лишь наслаждалось процессом.
      
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.