Мой Дракон

Сообщение от Дракона Рокуро получил лишь на следующий день к вечеру. К этому моменту его уже не отпускало чувство, что Такео, бывший какое-то время очень близко, снова недостижим. Дракон исчез, не появившись ни в рёкане, ни на ринге. Когда же принц ступил на корабль и юнга, побледнев от страха и волнения, передал ему слова неизвестного и показал две золотые монеты, то просто онемел. Так, молча, он и схватил пацана и выкинул его за борт, а потом вцепился в свои волосы, не мигая и не шевелясь. Что-то похожее он испытал тогда, когда узнал о смерти Такео, но та ситуация была фатальна, а теперь… Теперь к боли примешалась ещё и обида - Такео был рядом и видел его, узнал, что Рокуро ищет, и не кинулся в объятья! Исчез, оставив прощальное сообщение! О том, что, возможно, он услышал обещание смерти от рук принца, Рокуро и в голову не пришло, ведь, что ни говори, а уж он-то всегда прав! - Искать! Всё перевернуть, но найти! Но как можно найти человека, если его ждали на каждом стоящем на приколе корабле, а сколько их ушло с утра в море… Принц, не желая признаться в поражении, ещё несколько дней оставался в городке, лихорадочно ожидая новостей, но постепенно его энергия кончилась. Апатия завладела им, так что поиски, начатые с таким азартом, постепенно прекратились. И через две недели, когда надежды, что Такео всё ещё здесь, уже не осталось, его корабль взял курс на запад, в город Маэдо. Домой. Дни летели за днями, не принося никаких новых впечатлений или эмоций. Поселившись в особняке Акиры и Кена, совсем не задумываясь, не стесняет ли их его присутствие, Рокуро погрузился в тоску - он никак не мог понять поведение Такео. Ведь всё время с тех пор, как он узнал о том, что Змейка жив, принц был практически уверен, что на протяжении года жизнь его контролировал Мастер Фудо. Когда же тот умер (удалось!), парень мог просто испугаться наёмных убийц, ведь он не знал, кто их послал, поэтому-то и уехал. Несмотря на то, что никаких доказательств у него не было, принц был полностью уверен, что Дракон и есть Такео. Но той ночью на пирсе - как он мог метнуть в него кинжал, а потом снова исчезнуть?! И почему же он предпочёл убежать, а не вернуться к своему хозяину?.. Он же хотел Рокуро, разве нет? Принц столько раз вспоминал и прокручивал снова и снова те моменты, когда стоял, прижавшись к черноволосому так тесно, что чувствовал его срывающееся дыхание, его бешеное сердцебиение, его тело, реагирующее на любое движение Рокуро… Он не мог ошибиться! Такео хотел его почти так же сильно, как и он сам хотел парня. Так что случилось? Почему той ночью Такео не только не появился рядом, но и попросту исчез, да ещё и оставил прощальную фразу: «Стал большим и сильным…» Да на что он намекает? Не на то ли, что теперь уже не удастся почувствовать власть над ним? Но ведь Рокуро не власть нужна - ему нужен весь Такео: закрытый, молчаливый, так мило старающийся сдержать стоны и вздохи, что рвутся наружу сквозь стиснутые зубы. Вздрагивающий на каждое слово, что произнесено на ушко, умоляющий взглядом о чём-то… Не может быть, чтоб ему не нравилось! Все эти мысли и вопросы, на которые он не мог дать ответа самому себе, так измучили принца, что он сам не заметил, как начал избавляться от них, подсыпая в кальян то, что позволяло хотя бы на несколько часов забыться, окунуться в мир, где нет места одиночеству, где всё так, как сам захочешь... Никакие дела, визиты, посетители не могли вытащить его из этого болезненного состояния. Но в один из дней дверь в его комнаты распахнулась без предупреждения и доклада, и на пороге возник смутно, сквозь туман наркотика, знакомый человек. Он сказал кому-то снаружи, что сам доложит о себе, захлопнул дверь и подошёл ближе к принцу, что полулежал на софе. - Кто ты? И чего тебе надо? Голос Рокуро был совершенно недовольным, ведь его выдернули из таких приятных видений. Там был Сад Камней… - Рок! Неужели не узнал? Принц прищурился: - Так называл меня только один человек… Это ты, Минору? - Я, конечно! Беловолосый сел на софу совсем близко к Рокуро, касаясь его бедра своим, и потянул из рук кальян. - Чёрт, забористая штука! – сказал он, выдыхая густой дым. - Тебе чего вообще нужно здесь? - Нет, ну как ты меня встречаешь? Можно и побольше энтузиазма. - Слушай, я оставил тебя и всё с тобой связанное в столице, далеко в прошлом. И ты это понял, так что ты здесь делаешь? Минору поморщился, вспоминая неприятные моменты их расставания, но согнал недовольство со своего лица. - Соскучился, - наигранно весело сказал он, откидываясь назад и прижимаясь к Рокуро ещё больше. – Сложно поверить? Узнал вот недавно, что ты вернулся из своего похода. Кстати – не нашёл его? - Нет… Кого? Ты о ком? - Хахах! – блондин рассмеялся. – Твои секреты пусть с тобой и остаются. Но если ты один и накуриваешься до одурения – значит не нашёл. - Ты слишком много себе позволяешь! Забыл – я не звал тебя! И как ты узнал обо мне из столицы? – подозрение мелькнуло в голосе принца, но тут же рассеялось, когда он снова затянулся кальяном. - А я не из столицы. Я тут… неподалёку. Минору посерьёзнел, подобрался ближе к принцу, что полулежал, откинувшись на подушках, и заглянул в полуприкрытые глаза. - Рок, ну же, Рок… Я так часто вспоминал о тебе, - его пальцы скользнули по груди к запаху туники, пробираясь к голой коже. – Давай отпразднуем встречу, я скучал. Он наклонился и быстрыми поцелуями скользнул вверх по руке, держащей кальян. - Эй, Минору, отва… Но ладонь скользнула ниже, плотно прижимаясь к члену, надавливая и сжимая. - Я всё сделаю сам, Рок!.. Помнишь? Тебе понравится… Рокуро, смятый быстрой, сильной лаской, замолчал, пытаясь собрать разлетевшиеся мысли, хотя это и было сложно. Тело реагировало однозначно, ведь он столько времени ни с кем не был, но вот в голове… Он совершенно ясно понимал, что Минору - совсем не тот, кого бы он хотел видеть в своей постели. Пусть даже не Такео, но совершенно точно не этот скользкий блондин (возбуждение резко пошло на спад). Рокуро схватил наглые руки и скинул со своего тела. - Отвали! – злобно бросил он в красивое, но неприятное ему лицо. - Да что с тобой? – попытался словно в шутку спросить Минору, но было видно, что тон задел его, и он едва сдерживает злость. Хотя руки убрал, да и вообще – отодвинулся дальше. - Мы давно закончили игры с тобой. Было глупо… И не начинай снова. Едва раздражающий фактор убрался от его тела, сознание принца снова затуманилось новой порцией дыма. - И вообще… Давай уже… не задерживаю. Глаза его закрывались, и он не видел, как Минору кусает губы, возможно, от злости, и тянет к нему руку, но обессилено роняет её. - Ну а так? Как всё идёт? - преувеличенно бодрым голосом спросил блондин, будто продолжая прерванный разговор. – Как скоро придут войска из столицы? - Войска? – Рокуро даже глаза открыл, непонимающе уставившись на него. - Ну да. У вас же здесь непростая ситуация, нужна помощь Императора… - Да ты что? Какая ситуация?.. Всё в норме… - Даже так? В норме?.. – Минору почти презрительно глянул на принца, чьи глаза готовы были закрыться, но выражение лица смягчилось. – Тогда я пойду, мой принц. Приятно было увидеть тебя… Рок… - снова почти вопросом продолжил блондин, но принц перебил: - Слушай, мы, конечно, знакомы давно и всё такое, но… Ты мне не нужен, я говорил, забыл что ли? - Слишком хорошо помню! – сквозь зубы прошипел вскочивший Минору. – Прощай! Он, не оборачиваясь, твёрдым шагом вышел из покоев Рокуро и быстро прошёл к воротам, где его ждали двое слуг. Выражение его лица всё сильнее искажали гримасы злобы и ненависти, периодически он шептал: - Значит, вали, да? Погоди, мой принц! Я заставлю тебя смотреть только на меня. Ты пожалеешь, что променял такого, как я, на какого-то раба! Ненавижу, ненавижу тебя… Я тебе покажу, чего я стою! Ты в моём владении будешь умолять о милости, а я ещё и подумаю… Проснувшись на следующий день, Рокуро не сразу вспомнил их встречу. А вспомнив, поморщился - что было нужно этому блондину, что когда-то согласился ему помочь, приехав к папочке, а потом, после его смерти, забравшийся в постель к самому Рокуро. Всё было решено ещё тогда, в момент отъезда из столицы, так какого… А о чём он ещё спрашивал? Какие войска? Но эта мысль быстро вылетела из головы Рокуро, как только он вспомнил свои ощущения от прикосновений Минору. Чёрт! Его тело хотело близости с блондином, с физиологией не поспоришь, но вот разум… Рокуро совершенно не тянуло снова связываться с ним и он смог остановиться. Мысль, пришедшая следом, заставила его похолодеть, замерев, осознавая ужасную правду – Такео хотел его только физически! Всё это время Рокуро исходил из того, что Такео тоже заинтересован в нём, а как же иначе? Но…Только тело его реагировало на прикосновения: в крепких объятьях принца черноволосый словно таял, сгорал от желания. И сердце колотилось, как ненормальное, и дыхание сбивалось, и он желал, жаждал, чтобы Рокуро взял его, но… Но сам Такео, там, внутри своей души, не хотел его… Это больно резануло по сердцу и Рокуро в первый, наверное, раз серьёзно задумался о природе их отношений. Даже там, у Сада Камней, Такео выказывал нестерпимое желание только пока не кончил. А когда Рокуро был в нём, сходя с ума от близости, от обладания, он снова стал совершенно безучастен, не отвечал на поцелуй… Не тянулся всем телом, не прижимался тихонько, словно чтобы Рокуро не заметил… Просто холод. В переходе дворца, раскидав его охранников, Такео лишь презрительно сказал что-то, но не взглянул томно, не дал и намёка, что помнит о том, что было между ними и что он ждёт продолжения. А у Майи! Снова его тело! Оно горело под губами Рокуро, так горело!.. Но шёпот: - «Не надо!» Ему самому всё это было не надо! И поэтому Такео сбежал из дворца, не желая оставаться с Рокуро – ему было не надо! И весь год с Фудо провёл, не пытаясь дать знать о себе – ему было не надо. И последняя встреча… Он снова ушёл, ведь все эти отношения с Рокуро – то, чего ему не надо!!! Рокуро растерялся, когда вдруг через столько времени понял, что единственным, кто хотел быть вместе, являлся он сам. Принц! Хотел быть с каким-то рабом! «Нет, не рабом, - поправил он себя. – Такео уже не раб. Он свободный человек, которого я хочу… Брось! Брось лгать! Не просто физически хочу – хочу, чтоб всё время был рядом, чтоб я видел в его глазах радость, чтоб он тянулся ко мне, чтоб доверял, чтоб… видел только меня!» О причинах этих желаний Рокуро думать не хотел, да и не мог признаться себе, что, возможно, чувствует к нему… Нет! Уже то, что было, принесло глухую тоску, рождённую знанием, что от Такео ждать ответных чувств не приходится – не смог принц поведением своим их вызвать… Только портил всё со своей гордыней и непомерным самомнением, ни во что не ставя желания и мнение самого Такео. Да чего же он хотел? Чтобы парень влюбился в идиота, который только и может, что зажимать по углам и шептать, что тот раб и его место в постели? Или в тупого идиота, что грубо, не считаясь с желаниями, трахнул ночью в саду и бросил там же одного? Или напоил наркотиком, лишь бы добраться до тела, причинить боль не умея, да и не желая уметь добиться взаимности нормальным, человеческим путём?.. Это знание нелегко было принять, а уж тем более смириться с ним. Сейчас он бы сделал всё по другому, сумел бы показать, как много значит Такео для него, что он не игрушка, не раб, не только тело, но и человек, желание быть с которым рядом душу разрывает на части… «Какие красивые слова! – издевательски тянуло подсознание. - Как поздно они пришли, и кому же их теперь сказать? Крикнуть – не услышит, ведь Такео ушёл. Просто ушёл навсегда». И не вернётся, хотя и знает, где можно принца найти… И Рокуро, только что начавший взрослеть и видеть, наконец, этот мир не через призму своих амбиций, а без прикрас, испугался. И снова окунулся в дни, наполненные туманом, дымом и сожалениями о прошлом. И много дней его никто не беспокоил, пока однажды из столицы со срочным курьером не пришло письмо от Императора. - Акира, стой! Успокойся! – высокий Кен едва поспевал за Акирой, что, сжимая в руке лист с гербовой печатью, нёсся по коридорам огромного особняка. - И не подумаю! – сквозь зубы отвечал Акира, взлетая по ступеням лестницы. - Он же наш Правитель, нельзя к нему в таком состоянии. Акира вдруг резко остановился, так, что Кен врезался в него сзади. - Нельзя?! – взревел он. – А забросить всё на наши плечи можно?! А валяться там два месяца, куря наркоту, можно?! - Но мы же сами всегда справлялись со всем. Он и не нужен был… - А теперь вот, - Акира потряс бумагой перед лицом супруга, - он просто необходим! Если бы не он – этого, - он выделил слово, - этого бы не случилось! Резко развернувшись, он помчался дальше, не обращая больше внимания на уговоры Кена. Дверь в покои принца распахнулась от решительного пинка и врезалась в стену с грохотом, что заставил его почти подскочить на софе. - Какого!.. – начал было он, но Акира не дал ему договорить. - Какого чёрта это тянется уже два месяца?! – заорал он, подскакивая к софе. - Акира? Это ты? - Конечно, я! Невысокий человек стремительно подошёл к кальяну, что дымился рядом и метким ударом ноги отправил его в стену. Тот разлетелся на куски, оглушив на мгновение присутствующих прощальным звоном, выпуская клубы дыма и забрызгивая всё вокруг ароматной водой. - Да здесь дышать невозможно! Кен – окно! И Кен послушно и быстро открыл большое, в полный рост окно, впуская холодный, ждущий первого южного снега, воздух. - Акира! – голос Рокуро стал угрожающим. – Ты подумай ещё раз, с кем ты говоришь! - А с кем это я говорю?! – уперев руки в бока, переспросил мэр города с издёвкой. - Этот город, эта провинция, и ты, и Кен твой – вы все принадлежите мне! И не смей… Но договорить ему не дали. Приблизив своё лицо совсем близко к лицу Рокуро, Акира злобно прошипел: - Ах, принадлежим! Хозяин, значит! А хозяин знает, что творится в его провинции?! Нет, он под наркотой! Хозяин в курсе, что на нас постоянно нападают степняки со свободных земель? Грабят и убивают жителей, что ему принадлежат?! Нет! Хозяин обдолбанный сидит в закрытой комнате и носа из неё не показывает! А может, Хозяин хотя бы собирается попросить помощь у Императора? Нет! Снова ответ отрицательный! Ведь Император отказал провинции в помощи, отдав её насовсем своему брату, принцу и нашему, мать его, хозяину!! Акира кинул смятую бумагу на колени опешившему от такого напора принцу, выпрямляясь. - Так что будем делать, о, Хозяин?! Кен, подошедший сзади, положил ладони ему на плечи, словно прижимая гнев внутрь, погладил успокаивающе. - Тише, Акира, тише. Немного погоди. Они молча смотрели, как Рокуро читает снова и снова текст, пытаясь понять написанное. Наконец, он поднял голову. - Так это?.. - Да, Император нам не поможет. Он просто отделил нашу провинцию от Империи в Ваше владение и желает Вам счастливо править! – в голосе снова проскочила издёвка, но Кен сильнее сжал пальцы на плечах, и Акира немного расслабился. - А у нас что, какие-то проблемы? - Ооо! – почти взвыл мэр, но Кен ловко развернул его к себе лицом и прижал к груди. - Да, принц, у нас проблемы, но есть и намётки их решения. Раньше мы всё делали сами, но теперь ситуация изменилась, - наконец-то решил вмешаться он. - Чёрт… - Рокуро встал, подошёл к окну, вдыхая свежий воздух, что выветривал из головы туман, и понимая, что эта вспышка эмоций рассеяла что-то в нём без возврата, что он полон энергии и решимости изменить свою жизнь. Что это ему просто необходимо, чтобы выжить. - Вы идите в кабинет Акиры, всё подготовьте, а я подойду, как только приведу себя в порядок. Через час встретимся. Пора мне быть в курсе… И добавил в удаляющиеся спины супругов: - И слугу мне, который в кабинет проводит. Я ж там не был никогда. Акира почти подпрыгнул, но Кен сумел его удержать. - Да, Ваше Высочество! Когда почти через час Рокуро подходил к кабинету, где его ждали Акира, Кен и Шо, он совершенно ясно понял, что глухую пустоту, которая образовалась у него внутри, надо заполнять самому. Раньше он был полон надеждой и азартом найти Такео, и это делало его почти счастливым, но теперь, когда все надежды рассеялись, и он осознал, что лишь его ошибки привели к одиночеству и сожалению, необходимо было найти новую цель. Чтоб не пропасть, не потеряться, не подвести людей, которые зависят от него. В конце концов - он всё же сын Императора Катсуро! В кабинете, сидя на кресле во главе стола, он просто молча слушал, как его вводят в курс дела, обрисовывая ситуацию в общем за последнее время. А ситуация была не из лёгких. Все группы разбойников, что изредка нападали на богатую провинцию, объединились под началом какого-то вождя, и теперь их рейды были хорошо организованы и приносили большие потери. Бороться с ними своими силами уже не получалось, и Акира принял решение просить военную помощь у Императора. На что тот отправил распоряжение, что вся Провинция Маэдо выходит из состава Империи и отдаётся в полное владение принца Рокуро, который теперь становится её Правителем. И Акира подал принцу письмо от Императора, что пришло сегодня утром в общем пакете: «Так что, дорогой брат, со своими проблемами тебе придётся разбираться своими силами, а у меня и так забот хватает: твои братья номер два и четыре объединились и хотят сместить меня с трона, так что войска мне и самому нужны. Удачи и счастливого правления». Далее следовали бумаги с гербовыми печатями, подтверждающие, что помощи ждать не приходится. - Акира, Кен, что скажете? - Ваше Высочество, необходимо очистить свободные земли от банд, только тогда мы сумеем выжить. Просто укреплять границы не выход. - Свои войска? Наёмники? - Недостаточно, поэтому по провинции объявляем мобилизацию. И нанимаем воинов, опытных, чтоб поставить командирами. Используем все возможности, что есть. Хотя… этого мало, - в разговор вступил бывший наёмник Шо, что стал теперь правой рукой Кена. - Есть предварительные договорённости с соседями на севере, отличный вариант. Мы сможем взять эти земли в клещи, я уже планировал, - Акира развернул на столе карту и стал показывать принцу расположение потенциальных союзников и свободных земель. - Но там необходимо присутствие, чтобы заключить союз. Ваше присутствие, как Правителя. - Ну да… Здесь вы сами лучше моего знаете, что делать, - Рокуро невесело усмехнулся. – А куда мне направляться? - Княжество Яо, Ваше Высочество, к Князю Вославу. - Ладно… Через пару дней. Через два дня Рокуро отплыл на своём корабле из Провинции и города Маэдо на север, в Княжество Яо, чтобы заключить договор с Князем Вославом о военном сотрудничестве с целью очистить свободные земли от банд степняков. С ним были планы, разработанные стратегом Акирой и целая стайка соколов для связи. Вот и всё… Настало время заняться своими обязанностями и оставить, наконец, мечты в прошлом, где им самое место. Как бы ни было больно и печально, но о Такео надо забыть - он никогда не согласится вернуться, даже не появится, чтобы дать принцу шанс доказать, что теперь-то он может быть достоин любви Такео. Ведь это именно то, что так нужно Рокуро… Но любовь нельзя навязать, нельзя приказать тосковать и скучать, нельзя искренность купить обещаниями и красивыми словами. Рокуро не сумел стать для Такео единственным необходимым человеком, и с этим надо просто смириться. Такео задержался во дворце на более долгий срок, чем планировал, целых три дня длились совещания у Князя со всеми военачальниками. Пока Такео ездил с разведкой, было получено сообщение, что соседи с юга согласны на сотрудничество и со дня на день с визитом появится новый их Правитель. Он только что вступил в права и имени его ещё никто не знал, но для Господина Такеши и остальных важным было не это – планы мэра Акиры, что слыл прекрасным стратегом, вот чего все так ожидали, а пока обсуждали сложившуюся обстановку, отмечали места сборов разбойников и возможные места зачисток и сражений. Всё это заняло много времени и сил, но, как только всё закончилось, Такеши отбыл из дворца, взяв с собой нескольких слуг и предупредив, где его могут найти в случае необходимости. Кагэмадзяйя «Котонэ» встретила его ночной тишиной, зевающий привратник, открыв ворота, был едва не снесён норовистым конём Господина Такеши, весь его вид очень отличался от того, в каком он появился здесь несколько дней назад. Общий зал был уже закрыт, окна не светились приветливо, но Такео туда и не смотрел – он торопился в приватный домик, стоящий на отшибе среди нескольких таких же построек. Пока не отпуская подчинённых на отдых, вошёл внутрь. Отметив про себя, что ирори почему-то не горит, словно здесь никого нет, Такео прошёл в спальню, начиная беспокоиться. Так и было – футон так и не разложен, несмотря на поздний час, и где Хикару - неизвестно. Не было его и в купальне, и даже в специальную комнату заглянул Такео, но и там было темно и пусто. Он с силой дёрнул шнур вызова слуги и вышел на улицу, едва сдерживая ярость и страх за Хикару. По дорожке к нему уже бежали служители заведения, предупреждённые о его появлении. Бочком, трясясь от страха, они прошли между слугами Такео и приблизились. - Где мой кагэма? – голос звучал вроде ровно, но с угрозой. - Господин… - тот, что провожал его к домику в прошлый раз, склонился чуть ли не до земли. – Мы и не ждали Вас уже. Такое долгое отсутствие… - Не заговаривай мне зубы! Где Хикару?! - Господин, прошу Вас, не гневайтесь… Такео схватил его за горло стальными пальцами, чувствуя, что теряет контроль от желания раздавить этого скользкого человека. - Или ты отвечаешь сейчас же, или… - угрожающе начал он, но человек сказать ничего не мог – только мычал что-то и качался в хватке Такео на подгибающихся ногах. - Я скажу, Господин! – выступил вперёд другой, более молодой служитель, поборов страх. – Сегодня утром прибыл давний клиент, что всегда брал только Хикару, и хозяин, видя, что Вы столько дней отсутствуете, послал его туда. Тот не хотел, но он до сих пор не выплатил свой долг, так что его и спрашивать не стали. - Где он? – голос и лицо Такео стали совершенно бесстрастны, как в минуты сильного волнения, злости или ярости. - Крайний дом, что у ограды. С красной крышей. Такео не слушал дальше, он, откинув в сторону полуживого от страха служителя и кивнув своим сопровождающим, быстрым шагом направился к указанному домику, готовый вырвать юношу у кого угодно. Но только не оставлять его без помощи, с такой живучей надеждой, что отравляет день за днём, постепенно превращаясь в отчаяние, как это и было в его жизни. Дом не был заперт – здесь не ожидали визитов, поэтому Такео прошёл внутрь, тихо отворил дверь в специальную комнату, откуда доносился неясный шум, и замер, пытаясь сдержаться и не сломать, не убить сразу же того, кто находился внутри. Хикару был здесь. Обнажённый, со свежими ссадинами и сечёными ранами на спине, что нанесли, видимо, плетью и стеком, он стоял на коленях посреди комнаты, с ошейником, пристёгнутым прямо к кольцу в полу, так что щекой он просто упирался в холодные, покрытые толстым слоем лака, доски. Растянутые в стороны руки тоже были крепко зафиксированы, лишая его возможности двигаться. Белые волосы раскинулись по полу, прилипли к лицу, на котором застыла гримаса страдания. Человек сзади бил его по поднятым бёдрам, оставляя всё больше вспухших рубцов, и на каждый стон только довольно улыбался. Другой рукой он пихал в юношу бамбуковый меч, что используют на тренировках, грубо вонзая в измученное тело жёсткую палку. Всхлипы заводили его, заставляя напрочь терять голову и издеваться всё более жестоко, он уже не видел живого человека перед собой – только существо, которое надо истязать, наслаждаясь его болью, его беспомощностью, его страданиями. Его смертью, наконец. С каждым разом заходить всё дальше, пьянея от безнаказанности и власти, не это ли и есть – счастье?! Он не успел понять, что же произошло, когда удар отправил его в полёт к стене, где он и застыл, потеряв сознание. Такео, не собирающийся сейчас им заниматься, упал перед Хикару на колени и осторожно вытащил меч, закусив губы от вида содрогнувшегося тела. Шепча какие-то успокаивающие слова, смысл которых даже до него самого не доходил, он погладил юношу по голове, прикосновениями стараясь показать, что всё закончилось. Тот с трудом разлепил зажмуренные глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на мужчине и сдерживая стоны. Ключи от наручей и ошейника лежали рядом на столике, вместе с инструментами пыток и окровавленной плетью, так что, осторожно расстегнув их, он освободил парня, который тут же повалился на бок. Такео взял юношу на руки и вышел в главную комнату, где его уже ждали слуги и прислужник из чайного дома. - Быстро плед! Мы идём в наш дом, вызови лекаря, сейчас же! Даю пятнадцать минут, если жизнь тебе дорога, – голос его был снова спокоен и холоден, но чувствовалось в нём обещание скорой смерти, если не сделает служитель всего в короткий срок. Так что тот, метнувшись в спальню и укутав юношу пледом на руках у Такео, стрелой умчался в сторону выхода за лекарем. Да ещё и хозяина привести – не разбирать же ему ошибки начальства, в конце то концов. Вон из-за простого кагэма, да ещё и не свободного, какая жуткая история выходит! - Хикару, не бойся, всё прошло, я приехал, теперь тебя никто не тронет. Такео шептал эти слова, пока осторожно нёс парня к их домику, стараясь не потревожить истерзанное тело. - Приехал… - едва слышно выдохнул юноша, прижимаясь щекой к плечу Такео. – Я ждал, не хотел идти… - Я знаю, не трать силы. Тебя осмотрят, всё будет нормально, потерпи немного. - Ладно, это ничего. У нас же ещё целых четыре дня осталось. Или три… не помню… - Даже не вспоминай, теперь этих дней будет сколько угодно. Я больше не отдам тебя, не оставлю здесь одного. - Правда?.. - Да, даже не сомневайся. Всё кончилось, запомни. Мы побудем немного, пока ты не выздоровеешь, а потом уедем, и ты забудешь об этом месте навсегда! Хикару не нашёл в себе силы, чтобы ответить, он плакал от облегчения, и его слёзы оставляли тёмные пятна на расшитой узором шёлковой одежде Такео.