Неосторожное желание

Я не слишком хорошо описываю романтические отношения, но я - честно! - старалась. Намекните, если что-то покажется... странным (?). Я лежу на верхней полке на животе и смотрю в открытое окно. Иногда пахнет лесом, иногда – дымом, но чаще всего я не улавливаю запах. Изредка я высовываю руку в окно и слушаю Юлькино ворчание. Подруга разгадывает кроссворд и пытается консультироваться с Конан. Безрезультатно, впрочем. Скучно. Мимо проносится со страшным грохотом товарный поезд. Переворачиваюсь на спину. Скосив глаза, замечаю, как морщится иномирянка и тянется к телефону с наушниками. Да-да, плохо, когда твой слух слишком тонкий. Вздыхаю. Отворачиваюсь к стенке. Закрываю глаза. Час. Второй. Третий. Телефон под рукой. Спускаю вниз. - Ты куда? – Шепотом спрашивает подруга. Конан лежит с наушниками, глаза закрыты. - В туалет. Отстаиваю очередь. Через десять минут ко мне присоединяется Юля. В кабинку мы заходим вместе. - Ну? - Сасори. - Да я знаю. Даже сделаю вид, что поверю. – Глухо. - Прости. Но вы знакомы-то чуть больше недели! - Орочимару и Мадара? Ах да, и Пэйн. - Пойти бы им всем в…! - Ого. А мне казалось… - Я не влюблялась. Точно. – Добавляю я прежде, чем она переспрашивает. А потом мы играли в карты, собравшись в одном из купе. На желания. Ничья была ровно до тех пор, пока мы с Юлькой не переглянулись. И разнесли всех в пух и прах. Так-то! - Я хочу в ночной клуб. - Что? – Орочимару выглядит удивленным. - Мы приезжаем вечером. Вылетаем в десять утра. В промежутке я хочу побывать в ночном клубе. - А ты Юки-чан? - Аналогично. - Хорошо. – Просто отвечает санин. Кажется, мы прогадали. С поезда мы выходим в семь вечера по местному времени. Нанимаем несколько такси и едем в гостиницу, где уже забронированы номера. В десять мы готовы к выходу. Дым сигарет, громкая музыка. Мне кажется, будто сердце бьется с ней в такт, а в крови – алкоголь, хотя я еще ничего не пила. Я смеюсь и требую у Орочимару коктейль. Всего через час я понимаю, что мое тело не больно-то мне подчиняется. Но тревога никак не уходит, и я заказываю еще что-то синее на пробу. - Может быть, хватит? – Саске смотрит на меня с каким-то разочарованием и пониманием. - Братик, не сейчас. – Выходит почти нормально, только слишком медленно. Юля и Сасори исчезли минут двадцать назад. Встаю, пошатнувшись. - Мне надо отойти. Орочимару возникает, словно из ниоткуда. Поддерживает под локоток и улыбается одними глазами, светло-желтыми, как у дикой кошки или змеи. До уборной мы с ним не доходим – я запинаюсь и с визгом вцепляюсь в рубашку санина, стараясь удержаться на ногах. Реакция у него хорошая, признаю, ибо сама не понимаю, в какую секунду оказываюсь прижатой к стене. - Такая смешная, - горячий шепот на ухо. – Почему ты всегда убегаешь, пока не оказываешься зажатой в угол? По спине побежали мурашки. Странно. От мужчины, стоящего, рядом со мной жарило как от печки, но мне было холодно. Сердце стучит как сумасшедшее. - Зачем я тебе? Мой змей немного отстранился и посмотрел в глаза. Не знаю уж, что он пытался разглядеть в них, ведь алкоголем я залилась по самую макушку. - Ты нужна мне. Ты уникальна. – Руки на талии. - Всегда мечтала услышать что-то подобное, - фыркнула я. Колотило меня все сильнее. Хотелось вырваться из навязанных объятий, из цепких сетей его взгляда. Его губы так близко, я точно знаю, что должно произойти по законам жанра, но отчаянно не хочу… - А что это вы тут делаете, Орочимару-сан? Вас искал зачем-то Итачи-сан, говорил, что срочно. На секунду лицо санина искажается, но совладеть с собой он успел. Отойдя от меня на шаг, поворачивается к Тоби. - Я занят. Мы, - сделав ударение на этом слове, - заняты. - Но Итачи-сан очень хочет вас видеть. А Юми-тян я отведу! – В очередной раз меня подхватывают и начинают тащить непонятно куда. - Спасибо, - хрипловато шепчу я, не веря, что все обошлось. - Да не за что. Я помню, ты говорила, что не пьянеешь, сколько бы ни выпила. - Угум. - Что-нибудь узнала? - Я уникальное и очень нужное создание, - мне даже хватает сил на самоиронию? - Ничего полезного. - А Итачи, правда, искал Орочимару? - Он был обеспокоен твоим долгим отсутствием. - Ясно. Я стою перед зеркалом, а передо мной – дилемма. Хочется умыться, а еще лучше – сходить в душ или принять ванну, но… И угораздило же меня накраситься. Вздыхаю и в четвертый раз мою руки жидким мылом. Помогает слабо. К нашему столику возвращаюсь уже под ручку с Тоби, как ни в чем не бывало. Усаживаюсь рядом с ним и сижу будто в трансе, но заскучав, вытаскиваю Саске танцевать. Прикрыв глаза, я позволяю музыке захватить мое сознание. Всё. Конечно, Юки и Сасори понимали, что это не любовь. Симпатия, страсть, приятие, необходимость, но не любовь. И все же оба пытались доказать себе обратное. В доме у них не было ни шанса на что-то большее, но здесь, в толпе таких же молодых и влюбленных, скрытых дымом и полумраком, здесь они могли поговорить. И не только. Взяв девушку за руку, Сасори повел ее в примеченный им укромный уголок. Когда-то гениальный марионеточник Сунны был популярен у девушек. Так что опыт у него был весомый. Но торопиться или к чему-либо принуждать Юки он не собирался. Они стояли близко, не касаясь друг друга. Очень медленно, не желая пугать, Сасори провел кончиками пальцев по щеке девушки и застыл, услышав судорожный вздох, почувствовав, как холодные пальца касаются запястья, увидев, как затем Юки прижимается щекой к его ладони. Юля внезапно с пронзительной ясностью ощутила, что вот сейчас, вот-вот произойдет что-то, что изменит ее жизнь, если только она позволит этому случиться. И потому никогда не стеснявшаяся никого и ничего, она робко шепнула: «Продолжай». Прикосновение теплых губ было нежным, осторожным, мимолетным. Только отчего-то закружилась голова, а в животе будто стайка бабочек поселилась. Оставаться на земле казалось совсем невозможным. На всякий случай девушка ухватила Сасори за плечи, прижимаясь теснее. А еще, разделяя печаль, скрывавшуюся в его взгляде, Юля внезапно поняла смысл давно услышанной фразы: горше вина, слаще меда.