Learning Curve

После завтрака Шерлок и Генри сидели за столом, застланным газетами, и вырезали тыкву. Мужчина разрезал ее, а мальчик, без тени брезгливости, вычерпывал слизкие внутренности. Хоть это было и странно, но Холмс гордился за это своим сыном. Мальчик поднес руку к лицу и вдохнул, неловко поморщив носик. - Не очень вкусно пахнет. Мы можем съесть это? Шерлок усмехнулся. - Ну, не то чтобы сразу, из оболочки можно сделать тыквенный пирог или что-то другое. А семена - запечь в духовке. - Мы ведь это сделаем, да? - взволнованно спросил мальчик, уже просеивая семена через дуршлаг. - Конечно, - ответил Холмс, помогая ему. - Мы можем дать немного господину Уотсону, когда он придет! - О, думаю, мы обязательно поделимся. Как насчет положить их потом в какой-нибудь красивый мешочек? - ответил мужчина, чувствуя приступ волнения при упоминании имени Джона, но он сразу же подавил его, зная, что эти чувства не были тем, что он мог бы себе позволить. - Что случилось, папа? - обеспокоенно спросил Генри. Шерлок понял, что непроизвольно сделал слишком серьезное лицо. - Ничего, просто задумался. Какая температура печи должна быть? - О, тогда ладно. Знаешь, я так взволнован приходом господина Уотсона. А ты? - Да, конечно, - ответил Шерлок. «Это было слишком верно подмечено», — пронеслось в голове мужчины.

***

Несколько часов спустя, после того как тыква была вырезана, Генри принял ванную (благодаря тому, что он был весь покрыт внутренностями тыквы), они были уже на полпути к продуктовому магазину. Мальчик был настолько взбудоражен, что чуть ли не вибрировал. Шерлок будет готовить всё почти с нуля, поэтому им придется провести много времени в секции с продуктами. - Генри, не мог бы ты выбрать шесть помидоров? - спросил Шерлок, беря набор с травами, - только убедись, что они хорошие. - Вероятно, говорить это не было необходимостью, ведь мальчик всегда отбирал только зрелые продукты. Ребёнок кивнул и побежал к стендам с овощами. В то время как он просматривал их, немного отстраняясь от прилавка, чтобы лучше разглядеть, Генри случайно врезался в женщину, стоявшую сзади него. Из-за этого мешок, который она держала, выпал, и яблоки покатились по полу. Глаза мальчика округлились, и он со страхом попятился от женщины. - Посмотри, что ты наделал! - начала кричать она, двигаясь в сторону рассыпанных фруктов, - они теперь наверняка побиты, и меня заставят платить за них! Глаза Генри еще больше расширились; зная, что должен извиниться, но не мог вымолвить ни слова. - Вы должны попросить прощения, молодой человек, - настаивала женщина, - посмотрите, сколько неприятностей Вы мне доставили. Нервная женщина всё ещё стояла и зло смотрела на мальчика. - Хорошо? Я жду извинений. Слезы ужалили глаза ребёнка. До сих пор не издавая ни звука, Генри было обидно и одновременно страшно. Ему хотелось, чтобы хоть кто-то спрятал его от кричащей и ужасающей женщины. Губы сомкнулись в тонкую линию, давая понять, что он не откроет свой рот. - О, Бога ради, скажите хоть что-нибудь! - сказала она угрожающим тоном. - Просто извинитесь! В этот самый момент появился Шерлок, и Генри со всех ног пустился к нему, чтобы спрятать свое лицо в отцовском плаще. Выражение лица Холмса было мрачным и злым. - Какой человек вопит на ребенка ради извинений за несчастный случай? - прошипел он. - И то, что вероятнее всего, что ошибка была совершена с Вашей стороны, ведь Вы не отрываетесь от своего телефона даже на несколько секунд. Это что, отправка SMS-сообщений? - Шерлок откровенно глумился над женщиной. - О, Ваш муж все-таки узнал? Вы пытайтесь спасти брак. Не беспокойтесь об этом, - закончил он жестко. Женщина ошеломленно уставилась на него и через несколько секунд молча ушла, забыв о просыпанных на пол яблоках. Холмс всё ещё был разгневан, но сев на корточки, он как можно мягче обратился к своему сыну: - Генри? С тобой всё в порядке? Мальчик лишь утвердительно кивнул и возмущенно фыркнул. - Ты хочешь закончить покупки? Генри вытер лицо рукавом. - Да, - произнес от так тихо, что Шерлок едва услышал его. - Хорошо. Прости меня, не стоило оставлять тебя одного, - чувство вины было написано у него на лице. После этого мальчик обнял отца за шею, а тот ответил такими же крепкими объятиями. Он взял корзину и начал наполнять ее пухлыми красными помидорами. Это был не первый раз, когда случалось что-то подобное. Если это происходило, Генри обычно молчал целый день, а остаток вечера проводил в своей комнате. Оставалось только надеется на то, что ужин с Джоном позволит забыть мальчику эту ужасную ситуацию.