Плакса

Я не знаю, сколько так, просидел в столовой комнате в одиночестве, но Бет всё ещё не вернулась. Я совершенно без понятия, что с ней сейчас происходит, и эта неизвестность просто не даёт мне покоя! Волнение и страх за подругу настолько меня одолели, что пОтом с ладоней, которые я вытирал всё это время об штаны, можно напоить немалое количество обезвоженных детей в Африке. Я проработал в этой компании ровно пять лет и прекрасно знаю, что мистер Уэй совершенно не относится к типу железных и беспощадных начальников, а значит, мне не стоит так сильно волноваться. Он не уволит, это точно, а вот зарплату урезать может. Насколько мне известно, у Бетси сейчас туго с деньгами, и поэтому для неё уменьшение заработной платы равносильно увольнению. Другими словами: она уйдёт. И что ж, похоже, у меня всё-таки есть причины для волнения. — Эй, Фрэнки, я пришла. — Ох, только не это. Мне сейчас совершенно не до неё. — Соскучился? — Да, только отстань от меня, пожалуйста. — Я искренне надеюсь, что мой голос не прозвучал слишком жалобно или напряжённо, потому что мне, ну, очень не хочется привлекать к себе внимание. — Произошло что-то плохое, Фрэнки? — Голос у Анетты резко переменился и стал каким-то чересчур заботливым. — Могу ли я как-то тебе помочь? — Можешь оставить меня в покое? — Я готов выть от нежелания разговаривать. — И я сделаю всё, что ты только пожелаешь. Удивительно, но после моей просьбы не последовало пошлого комментария или шуточки, как я ожидал. Вместо этого секретарша сочувствующее покачала головой и положила руку на моё плечо. — Расскажи мне. Обещаю, никто об этом не узнает, если дело такой сверхсекретной важности. Можешь мне довериться. Да тут даже никакого секрета нет! Я всего лишь волнуюсь за подругу и ничего больше! На самом деле я просто хочу, чтобы меня оставили в покое. Если расскажу об этом секретарше, то непременно посыплются всякие утешения, подбадривания и прочее. А я этого совершенно не хочу. Мне нужно обычное одиночество. — Анетта, я доверяю тебе, правда. Но сейчас я хочу побыть один. — Но Фрэнки! — Её голос стал настолько скрипучим и капризным, что я невольно заскрежетал зубами. — Я действительно хочу тебе помочь! О, Боги! Уведите эту настырную девушку куда-нибудь подальше от меня. Пожалуйста! — Эй, — пробасил кто-то возле моего столика, — он же сказал тебе, что хочет побыть один. Что конкретно ты не поняла? Рик, золотце моё! Вот уж я кого действительно не ожидал. — А ты кто такой, пухляш? — дерзко ответила Анетта, кривя губы. — Для тебя никто. А теперь оставь Айеро в покое, пока не начала перевариваться в моём желудке. Что мне нравится в Рике, так это его способность высмеять свои недостатки. Когда кто-то начинает ему перечить, то он угрожает съедением заживо. В шутку, естественно. Но это выглядит одновременно и забавно, и пугающе. Пренебрежительно фыркнув, Анетта вышла из-за стола, и, стряхнув невидимые крошки с юбки, походкой от бедра направилась к выходу. — Ты в порядке? — спросил Рик, без тени беспокойства на лице, как только секретарша скрылась из виду. — Да, спасибо, Рик! Я тебе должен до конца жизни! По-доброму усмехнувшись, Рик пожелал хорошего дня, и, вернувшись за свой столик, оставил меня в долгожданном одиночестве. Наконец-то. Часовая стрелка на циферблате моих наручных часов перевалила уже за двенадцать часов и сорок восемь минут, показывая скорое окончание обеденного перерыва. Ёрзая на месте и заламывая пальцы в ожидании, я всё это время усердно старался игнорировать бурчания и завывания желудка, просящего еды. Ведь мне совершенно не до неё. И, как бы шокирующее это ни звучало, мне также не до работы. Ох, если Бет не придёт до конца обеденного перерыва, то я сам вломлюсь в кабинет к мистеру Уэю. Обещаю. *** Что ж, вот прошло уже десять минут с того момента, как работники разошлись по своим офисам, но Бет всё ещё не вернулась. Уже не зная что и думать, я "выпрыгнул" из офиса Бетси, в который зашёл в надежде застать подругу там, и чуть ли не бегом помчался в кабинет мистера Уэя. Но, не успел я и до лифта дойти, как вдруг меня кто-то схватил за руку и повёл обратно. Этим «кто-то» оказалась Бетси. — Куда ты так несёшься?! — воскликнула она, приволочив меня обратно в свой офис и посадив на первый попавшийся стул. Её голос был настолько озлобленным и раздражённым, что мне стало даже немного страшно. А зная подругу в гневе, то молча сидеть, ожидая пока она сама заговорит, кажется мне самым умным решением в данной ситуации. И безопасным. Но Бет не проронила и звука. А поскольку время нерезиновое и отчёты сами собой не заполнятся, то я решил рискнуть. — Ты... в порядке? — Да. — Её голос всё ещё оставался напряжённым. — Расскажешь, что было там? — Я старательно подбирал каждое слово, боясь ещё больше разозлить девушку. Но, чёрт, я даже не могу нормально сформулировать вопрос. — Зачем? Ничего глобального не произошло. Никто не умер, все живы. — Ну, он тебя... не уволил? — Я даже затаил дыхание в ожидании ответа. — Нет. Это хорошо, но мне важны детали. Что именно он ей сказал? О чём именно они разговаривали? Но, думаю, лучше сейчас оставить Бетси в покое. Тем более я не мог не заметить как её голос иногда вздрагивал, словно она до этого плакала. — Хорошо, я пойду работать. — незамедлительно встав со стула, я поправил немного помятую рубашку, и, взглянув на подругу, обнял её, не сдержавшись. — Бет, ты можешь рассказать мне всё что угодно. Я выслушаю и помогу, чем смогу. Не закрывайся от меня. Одарив меня неверующим взглядом, девушка тяжело вздохнула и тоже обняла меня, устало прикрыв глаза. Уперевшись своим подбородком в моё плечо, Бет снова прерывисто вздохнула. — Я тебе позже всё расскажу, а пока мне нужно отдохнуть. Понимающе кивнув, я медленно отстранился от Бетси, и напоследок сжав её плечо в качестве поддержки, ушёл, держа путь обратно в свой офис. Но единственное, что мне сейчас хочется — это узнать правду. Так уж получилось, что я родился очень (ну, очень) любопытным существом и поэтому не могу сосредоточиться на чём-либо, пока всё не разузнаю. Но, надеюсь, я всё-таки смогу сконцентрироваться на работе и отложить всё ненужное на потом. — Где ты был? Я волновалась. — и это первое, что "мне попалось под ноги", как только я зашёл в офис. — Продолжай работать, не отвлекайся, — грубо ответил я и, не отрывая взгляда от пола, прошёл за свой стол. В другое время мне бы мгновенно стало стыдно за свою резкость, но сейчас я слишком измотан, чтобы волноваться из-за таких мелочей. Тем более это же Анетта, а она — насколько я её знаю — не обижается по таким пустякам. — Ладно, — тихо произнесла секретарша и тоже села на своё рабочее место. Далее рабочий день проходил в относительной тишине. *** Чёрт! Я совершенно ничего не успеваю! Уже без двадцати минут седьмого, а я всё ещё бегаю по дому с мокрой головой! На мытьё волос у меня ушло всего лишь каких-то жалких пять минут, а выбор одежды занимает чуть ли не весь час. Я не должен выглядеть как какой-то бродяга или наркоман, но и одеться официально не кажется мне отличным решением. Я очень хочу понравиться мистеру Уэю, но поскольку время поджимает, то мне пришлось надеть первую попавшуюся чистую(!) одежду. А именно какую-то тёмно-синюю футболку и белые джинсы. Слава Богу не дырявые! Не торопись я так сильно, то догадался бы, что в такую грязную и дождливую погоду мои джинсы превратятся в бесполезную половую тряпку, но жалеть я об этом буду потом. Все сомнения и страхи в сторону. И всё-таки как же хорошо, что то кафе, адрес которого Джерард прислал мне СМС сообщением, находится совсем недалеко от моего дома. А, значит, у меня получится успеть высушить голову, чтобы потом не слечь с ненавистной мне простудой. *** Ну, я и раньше частенько заходил в это кафе пообедать на скорую руку или просто насладиться чашкой кофе, но сейчас, когда у меня запланирована очень важная встреча, то всё приобретает иные краски. Нет, конечно, стены этого заведения так и остаются выкрашенными в бежевые и тёмно-коричневые цвета, просто осознание того, что я буду разговаривать тет-а-тет с мистером Уэем заставляет меня прочувствовать приятное волнение буквально каждой клеточкой своего тела. Я не знаю, будем ли мы разговаривать чисто о работе или на какие-то отрешённые темы, но факт остаётся фактом: я буду разговаривать с Джерардом вне стен его кабинета. Быстро забежав в кафе, я с разочарованием обнаружил, что снова намочил волосы, которые я так старательно сушил несколькими минутами ранее. А поскольку у меня действительно очень густая шевелюра, то сохнуть она будет долго. Но это совершенно неважно. Сейчас у меня есть заботы куда посерьёзнее. Впившись взглядом в настенные часы кафе, я с ужасом обнаружил, что опоздал на одну минуту. Казалось бы, одна минута, что такого страшного? Это даже смешно — так переживать и нервничать из-за каких-то шестидесяти секунд! Я даже посмеялся бы над собой, если б эта встреча ни была так сильно важна для меня. Я хочу, чтобы всё прошло идеально. Пристально оглядев помещение изнутри, я еле сдержал вырывающийся наружу писк, увидев за дальним столиком одиноко сидящего мистера Уэя. Он внимательно наблюдал за происходящим в окне и время от времени поглядывал на часы, ожидая кого-то. Но я ведь опоздал всего на одну минуту! Неужели он настолько пунктуальный? Не знаю сколько я так простоял, но официанты начали как-то подозрительно на меня поглядывать, что-то шепча друг другу. Но я не обращал на них абсолютно никакого внимания. Мой взор был прикован лишь к мужчине моей мечты, который сидел и ждал меня. Видимо, почувствовав мой изучающий взгляд на себе, Джерард сквозь ресницы взглянул в сторону дверей, и, заметив там нелепую фигуру, то бишь меня, дружелюбно улыбнулся, сверкая своими белоснежными зубами. И всё-таки какой же он красивый! Несмело улыбнувшись в ответ, я с минуту потоптался на месте, а затем медленно двинулся к его столику, пытаясь держать свои эмоции под контролем. — Здравствуйте, Франклин. — Он снова обворожительно улыбнулся, стоило мне присесть рядом с ним. Я мог бы сесть и на противоположный диванчик, но тогда я не смогу почувствовать тепло и головокружительный одеколон Джерарда. А начальник сейчас пахнет поистине шикарно. Притиснувшись к нему ещё ближе и вдыхая полной грудью его божественный запах, я вдруг почувствовал как начальник мгновенно смутился и хотел было отодвинуться, но не вышло: места больше нет. И поэтому ему просто некуда деваться. — Здравствуйте, мистер Уэй, — произнёс я, всеми силами стараясь сдержать тихий стон. Мистер Уэй был поистине ошарашен происходящим, но, так или иначе, это не мешало мне ещё сильнее прижиматься к его сильному телу, впитывая в себя его тепло. — Эм, Франклин... не удосужитесь ли Вы... — Джерард слишком вежливый, чтобы напрямую попросить отвалить от него, и — как бы эгоистично это не было с моей стороны — я пользуюсь этим. Возможно, это плохо, да. Но мне сейчас так хорошо! — Я замёрз, мистер Уэй, — жалобно проговорил я, стараясь прижаться к нему ещё ближе, — можно я немного погреюсь рядом с Вами? Клянусь, я не знаю, что на меня нашло! Просто... Джерард сейчас так близко и мне так трудно устоять перед ним. Возможно, причина в том, что у меня давно не было с кем-то близости, а сейчас, когда рядом со мной сидит объект моего вожделения, желание ощущается ещё острее. Да, мистер Уэй сексуален, но я никогда не трогал себя, представляя перед глазами его образ. Джерард — это нечто светлое для меня. Поэтому мои намерения на него абсолютно чисты. Невооружённым глазом видно, что Джерарду до жути неприятно находиться со мной на таком близком расстоянии. А если конкретней, то ему противно быть с мужчиной. — Извините, мистер Уэй, — испуганно залепетал я, отскакивая от его соблазнительного тела, — я просто не выспался, извините. Я не хотел, честно. Я... извините. Господи, как же стыдно! — Не беспокойтесь, Франклин. — Мистер Уэй слабо улыбнулся, но я всё ещё видел как его зрачки нервно бегали. — Скорее всего, Вы попросту нуждаетесь в отды... — Как раз об этом я и хотел поговорить с Вами, мистер Уэй. — Нужно срочно перевести тему. Тем более я и пришёл сюда, чтобы обсудить свою работоспособность и излишнюю заботу начальника. — Извините, что перебил. — Всё хорошо, продолжайте. — Мистер Уэй, для начала я хочу сказать, что никогда самовольно не собирался уходить, — спокойно начал я, а Джерард расплылся в улыбке, — а причина, по которой я заявил о своём ложном уходе, заключается в том, что мне показалось будто я недостаточно хорош и не справляюсь со своими обязанностями должным образом... — Какой абсурд! — Я даже дёрнулся от неожиданного восклицания со стороны собеседника. — Как Вам могло такое почудиться?! — Ну, Вы так усердно стараетесь отправить меня домой, из чего я и сделал поспешный вывод. Вы будто пытаетесь прогнать меня. Далее между нами повисло напряжённое молчание, разбавляемое негромкими переговорами людей и треском кофеварки. В принципе, я уже прекрасно понял, что сморозил очередную глупость, но отступать уже поздно. Как мне показалось, это молчание несколько затянулось, и я уже хотел было забрать свои слова обратно, как вдруг мистер Уэй ни с того ни с сего заливисто засмеялся. — Ох, Франклин, — проговорил он сквозь смех, аккуратно вытирая выступающие слёзы салфеточкой, — Я же попросту забочусь о Вас. Вы самый лучший работник! Обычно другие люди радуются, когда такое говорит их начальник, но после слов мистера Уэя я почему-то сник, а моё сердце неприятно ухнуло в груди. — И только поэтому? — Я даже сам удивлён с какой болью прозвучал мой вопрос. Но чёрт! Я-то думал, что привлекаю его как человек. Как личность, в конце концов! А на самом деле оказалось иначе... — Привет, я Шерил, будете что-нибудь заказывать? Джерард хотел было мне что-то ответить, но вместо этого медленно поднял взгляд на подошедшую к нам официантку, вежливо улыбнулся, и, взяв из её рук два листочка меню, передал один мне, который я с неохотой принял. — Благодарю, — тихо проговорил мистер Уэй и изучающим взглядом уткнулся в листочек. Вдруг на всё кафе раздалось громогласное «Шерил, детка, подойди», и, по-видимому, радуясь таким прозвищем, официантка хитренько хихикнула и быстро куда-то убежала, снова оставив меня наедине с мистером Уэем. — Франклин? — несмело обратился он ко мне, осторожно выглядывая поверх своего меню, — извините меня, если чем-то Вас расстроил. У меня совершенно светлые и чистые намерения насчёт Вас. Да, Джерард действительно не хотел меня чем-то обидеть. Я это вижу и понимаю, но в последнее время я стал каким-то слишком ранимым, и контролирование эмоций становится для меня затруднительным. — Всё хорошо, мистер Уэй, — ответил я, кое-как натянув улыбку. Дождавшись ответной улыбки со стороны Джерарда, я вновь взял меню и принялся его рассматривать. И только сейчас я заметил, что всё, абсолютно всё написано на португальском. Зачем им меню на португальском языке? — Мистер Уэй? — несмело окликнул я его, — а у Вас меню на английском языке? Бегло пройдясь взглядом по строчкам, мистер Уэй безо всякого изумления — в отличие от меня — ответил: — На финском. И вот тут у меня возник один весьма интересный вопрос: зачем? Зачем совершенно непопулярному кафе меню на иностранных языках? — Да, это действительно поразительно, — проговорил Джерард, заметив непонимание на моём лице. — Это очень странно. Я уже хотел было позвать официантку и расспросить, но меня прервал мистер Уэй, так и не дав моим словам появиться на свет. — Kahvi? — Что? — Я предложил Вам кофе на финском языке. Haluaisitko kahvia, Franklin? Моему удивлению не было предела. — Вы знаете финский? — Не совсем. Этот прекрасный язык остаётся для меня загадкой, но стремлюсь изучить его. — А сколько языков Вы знаете? — спросил я, даже не стараясь скрыть свой явный интерес. — Восемь, — обыденно ответил он, в то время, как мои глаза чуть ли не вылетели из орбит. — Восемь?! Каких? Сев поудобнее, Джерард начал перечислять, загибая пальцы: — Итальянский, испанский, японский, латынь, датский, французский, немецкий, литовский. Я думал моё восхищение и уважение к этому человеку достигло самой высокой планки, но как же я ошибался. — Мистер Уэй, это же изумительно! Как Вы добились таких успехов? По-доброму усмехнувшись, Джерард перевёл взгляд с меня на окно и вновь улыбнулся, словно заглянув в прошлое и увидев там какое-то светлое воспоминание. — Матушка хорошо позаботилась обо мне, — говорит он, не стирая улыбки с лица, — именно она сделала меня таким какой я есть. И я благодарен ей всем сердцем. Ох, а я-то как ей благодарен! — Франклин, Вы так и не ответили на мой вопрос. Желаете ли Вы отведать здешнего кофе? — Да, — ответил я, тоже не выдержав и улыбнувшись уголком губ, — не отказался бы. Одарив меня ответной улыбкой, мистер Уэй обвёл взглядом кафе, и отыскав официантку неподалёку, подозвал к себе. — Что-нибудь выбрали? — дружелюбно спросила Шерил, достав из заднего кармана миниатюрный блокнот с ручкой. — Да, будьте добры, два кофе. Быстро записав заказ, официантка удалилась, вновь оставив меня наедине с Джерардом. — Ну, эм, расскажите о себе? — неуверенно попросил я, всеми силами стараясь не отвести взгляд в сторону. — Да? — Мистер Уэй мгновенно оживился. — Конечно! Если Вам интересно, то я с превеликим удовольствием поведаю историю о своей жизни. И вот уже на протяжении тридцати минут Джерард рассказывает мне о своём детстве, о юношестве, о первом поцелуе, о драгоценном младшем брате и о многоуважаемой матушке. Правда, половину слов я так и не понял, поскольку Джерард хоть и говорит красиво, но не всегда понятно. И, тем не менее, это не мешает мне наслаждаться тем, как двигаются его губы и как он заливисто смеётся на забавных моментах. Рабочую часть мы уже обговорили, кофе выпили и, в принципе, нас сейчас уже ничего не держит. Мы просто общаемся как старые добрые друзья, и это здорово! Похоже, в какое-то мгновение у меня был настолько отрешённый взгляд, что даже Джерард перестал говорить и активно жестикулировать. — Вам неясны мои изречения? — спросил он с доброй усмешкой, скрепляя пальцы в замок. — Вовсе нет, мистер Уэй, — быстро ответил я, — просто я действительно увлёкся вашей историей, извините. — Не извиняйтесь, Франклин, — улыбаясь, проговорил он, — на самом деле мне это даже льстит, благодарю. Глянув на свои наручные часы, Джерард заметно погрустнел. — Мне было очень приятно с Вами беседовать. — Я смущённо улыбнулся. — Но моё свободное время закончилось. Мне необходимо уйти. Но я не хочу расставаться! Это было моё самое лучшее событие за последние два года! Может назначить мистеру Уэю ещё одно свидание? Определённо да! — Мистер Уэй... — М? — Я... — И всё. Я совершенно не знаю, что ему сказать. Господи, слова будто в горле застряли! — Что вы желаете сообщить мне, Франклин? — нетерпеливо спросил Джерард, натягивая своё пальто и мимолётно поглядывая на часы. — Ничего, мистер Уэй, ничего... Тепло улыбнувшись, Джерард неспешно подошёл ко мне и, в дружеском жесте сжав моё плечо, ушёл, напоследок пожелав всего доброго. — Всего доброго, мистер Уэй. Увидимся завтра.