Проси что угодно

Даже как-то слишком медленно, раздражающе, девушка поворачивала ключ в замочной скважине. Остальные ключи и бесконечное количество брелоков, таких как человечки Marvel из киндера, ракушки, в напоминание об отдыхе на море, мерзко лязгали друг о друга. - И долго ты еще будешь возиться? – окликнул ее грубый мужской голос. Парень стоял на лестничной площадке, которая вела на этаж выше, сунув руки в карманы строгих брюк и нахмурив брови. Девушка, смотрела на него безразлично, но будь он немного внимательнее, то заметил, как сильно она напряглась всем телом. Она не отводя глаз парня, дернула за ручку, проверяя, действительно ли закрылся замок, а потом, отведя взгляд, развернулась и медленно начала спускаться по лестнице. - Эй, Корнеева, - окликнул девушку все тот же голос, теперь уже явно запыхавшийся от быстрого шага или даже бега. Та самая «Корнеева» сначала обернулась через плечо, а потом только остановилась, удостоверившись, что за ней шел именно Женя. – Ты глухая или как? – пихнув одноклассницу, спросил Женя. Не получив ответа тут же проделал тоже самое еще раз только теперь сильнее, сначала толкнув, а потом резко притянув на себя, сильно сдавливая плечо. – Может ты еще и немая? - Нет, - даже слишком спокойно для подобной ситуации ответила девушка. Женя, будто только что держал слизняка, брезгливо отдернул от плеча руку. – Я написала, – копошась в своей сумке на ходу, Влада достала потрепанную тетрадь, которая явно выделялась на фоне остальных аккуратный учебников и тетрадей в обложках, которые принадлежали самой девушке. – Обведи все ручкой и не забудь стереть карандаш. - Я и без тебя знаю, - опять все с той же грубостью ответил Женя, вырывая из рук девушки тетрадь с сочинением, не просто переписанным откуда-то, а с нуля придуманным. Ни спасибо, ни даже улыбки, она не получила, честно сказать, даже и не ждала. Это не в первый и не в последний раз, когда она делает ему домашнее задание и вообще помогает с уроками. А что он делает? Издевается, грубо обращается и заваливается к ней спать, когда слишком пьяный, чтобы идти домой. Зато не рассказывает никому про тонкости своих шуток, которые понимают только они вдвоем. - Иди вперед и не кому не говори, что шла со мной, поняла? – получив в ответ лишь утвердительный кивок, Женя остановился за углом здания, стоящего через дорогу от учебного заведения, чтобы никто из его друзей не видел с кем он шел. POV Влада       Он говорит это каждый день, насупившись, я, прошла мимо забора школы и завернула в ворота. Вот она, моя родная школа, как же я ее ненавижу. Кто бы знал. Ну, нет. Если бы кто-нибудь узнал о том, что я думаю о них, меня точно сожгли, как ведьму во время инквизиции. Я просто поверить не могу, что остался всего лишь один год. Точнее не год, а девять месяцев. Протянуть то всего ничего и больше никогда сюда не возвращаться. Единственное, что от меня требуется. Помимо сдачи экзаменов, хороших оценок в аттестате и прилежного поведения. Подумаешь. - Здравствуйте, Тамара Владимировна, - кивнув головой, я прошла мимо директрисы, которая даже не заметила меня. Чтобы завоевать ее внимание нужно намного больше, чем просто поздороваться и пройти мимо. Ты должна быть такой же, как ее любимые ученицы. К слову, они мои одноклассницы. Марина, Диана и Вика. А вот и они, стоят позади директрисы. Все такие вычурные, но одеты строго по форме. Что удивительно для таких экземпляров. Туфли, наверное, с линейкой выбирали, потому что они ровно шесть сантиметров, это максимум по уставу школы, а его им нарушать нельзя. Что вы, это же подорвет их репутацию перед лицом директора и остальных учителей. - Эй ты, Корнеева, здороваться с одноклассниками не учили? – крикнула мне в спину Вика, своим писклявым голосом. Снова проигнорировав ее, как проигнорировала сегодня утром Женю, я прошла в гардероб. Почему-то сентябрь выдался ну очень уж холодным и поэтому все начали ходить в ветровках. Каждый раз мне приходилось вешать куртки в разные концы раздевалки. Как-то, во время дождей, мою куртку спрятали, затолкав в мусорную корзину мужского туалета. Мои вещи слишком часто брали и портили, поэтому приходилось хоть немного пытаться защитить свое имущество. Удостоверившись, что куртка не заметна на общем фоне и вокруг огромное множество таких же черных, я вышла и пошла на урок. Первым стояла история. Вряд ли на нее придет весь класс. Ведь историю вел старый до маразма Юрий Игоревич, который то и дело забывался. В такие моменты он просто замолкал и смотрел в одну точку. Из-за этого он получил огромное количество кличек, но почему-то его все называли Карандашом, еще до того, как мы поступили в эту школу. Из учителей был полный набор Карандаш, Лампочка, Глобус (надеюсь, не надо объяснять почему), Дырка. Если не брать в счет Карандаша и Глобус, то остальные клички давал именно Евгений Браун. Только он позволял себе говорить директору «теть Тамар», а классную руководительницу называть «мамкой». Самое важное, что с ним никто и ничего не мог сделать. Даже из класса перестали выгонять и смирились с его вызывающим поведением. Уже подходя к классу, я увидела Женю в объятьях Дианы, она что-то с явным энтузиазмом ему рассказывала, а парень пытался сделать вид, что ему есть до этого дело, чтобы не провоцировать очередной скандал на ровном месте. Мне вообще не хотелось попадаться им на глаза, но все что я могла, это быстрее зайти в класс. - Здравствуйте, Юрий Игоревич, - проходя мимо учительского стола, промямлила я. Никогда не любила повышать голос, слишком уж он привлекал к себе внимание, ну, мне так казалось. Как я и думала, он даже глаз от классного журнала не поднял, видимо в наших оценках было нечто очень интересное. Ну, или опять просто залип. Вздохнув, я села на свою первую парту первого ряда, возле окна. Банальщина, да? Я знаю. Но почему-то, на уроках совсем нет времени смотреть на погоду на улице. Так что, это делают только в мелодрамах. А мы не в драме, мы в трагедии. В трагедии под названием «Жизнь Корнеевой» Звонок прозвенел спустя пять минут, после того, как я зашла. Сидела, между прочим, одна. В нашем классе первые парты не пользовались успехом. На них садились либо те, кому не удалось сесть с кем-то другим, либо те, кто пытался быть ближе к учителям. Я входила в первую группу, а вот Марина и Вика, сидящие перед учительским столом, на втором ряду к первой. И тут встает немой вопрос «А где сидит Женя?» Женя сидит на том же ряду, что и я, на том же варианте (очевидно, чтобы списывать), только на последней парте и вместе с Дианой. Кстати, они вошли в кабинет, только, со звонком, хотя пришли мы к нему одновременно, но разве это кого-то вообще волнует? Или должно волновать? Наверное, нет. Сев за парту, после того, как мы поприветствовали учителя, я открыла учебник и услышала характерное причмокивание губами, шуршание журнала и сопение. Это говорило о том, что Юрий Игоревич пытается выбрать того, кто будет рассказывать пункт из домашнего параграфа, при этом назвав все даты, которые он заставляет нас учить. - М-м-м.. К доске пойдет. Владлена! Бери мел и пиши даты, - воодушевленно и будто освободившись от тяжелого бремени, проговорил учитель. Владлена, то есть я, поднялась со своего места и направилась к доске. Двадцать пар глаз наблюдали за мной, точнее не двадцать, едва наберется десять. И то, смотрят, чтобы хоть как-то запомнить даты на доске. Ведь кто, если не я, их напишет.