Перстень желаний

      Подойдя к столу, я благовейно взял перстень в руки, после чего, не мешкая ни секунды, надел его на палец и тут же тихо позвал:       — Дар? Ты слышишь меня? Ты здесь?       Ответа не было. Я испугался, что Марк напоследок сотворил какую-то гадость. Я звал и звал. Дед смотрел на меня сочувствующе, но ничего не говорил. В такой ситуации слова только усугубят ситуацию, расстроив еще больше. Понурившись, поглаживая перстень, я, как сомнамбула, двинулся к себе. Остановить меня не пытались, понимая, что мне хочется побыть наедине с собственными мыслями.       Проходя мимо комнаты Марка, я услышал шорохи, редкие вскрики и стоны. Если бы они принадлежали Алине, то я не мешкая ворвался бы туда, чтобы проверить, все ли у девушки в порядке. Пусть бы и попал в глупую ситуацию, но безопасность и благополучие девушки для меня важнее. Постояв пару минут и прислушавшись, удовлетворенно отметил ее довольный смех, после чего двинулся дальше.       Не успел дойти до своей комнаты, как раздался грохот в комнате Марка. Не задумываясь, бросился обратно, резко распахивая дверь, едва ее не вышибая и... меня согнуло пополам от хохота. Марк стоял на коленях со спущенными штанами, над ним возвышалась Алина в ботфортах на высоченной шпильке, с плеткой в руке. При этом я заметил, как от него к ней шло сияние, тонкая слабо мерцающая серебристая нить, но от нее глаза девушки неестественно блестели, а сам Марк пытался перехватить эту нить, пытался отвести взгляд, но та все время своей плеткой разворачивала его к себе.       И только подойдя ближе, я заметил, что он связан, к тому же еще и привязан к ножкам кровати. Хитроумно.       — Получил перстень? — не отрывая взгляда от Марка, чтобы не утратить зрительный контакт, спросила Алина.       — Да, спасибо тебе, только... — я замялся. Не хотелось показывать свою абсолютную беспомощность перед девушкой, но по-другому узнать, что этот гад сделал с Даром, вряд ли получится.       — Что только? — поторопила меня подруга. — Что-то не так? Не тот перстень? Или он больше не работает?       — Да фиг с ней, с работой, я Дара не слышу! — в сердцах воскликнул я. — Он не отвечает!       — То есть сама суть кольца тебя уже не интересует? И ты даже готов вернуться к тому, с чего все и началось? Отказаться от богатства, от наследства, чтобы вернуть парня? — Алина все это перечисляла странным голосом, но я, не задумавшись ни на минуту, все подтвердил, только буркнув себе под нос:       — Жаль только, я к деду привязался, но если только это поможет вернуть мне друга, то да, я готов отказаться от всего. А к чему эти... — я вдруг сообразил, что они будто похожи на какой-то ритуал, но было поздно идти на попятный, вокруг меня заискрило, Марк застонал так надрывно, опуская низко голову, что у меня защемило все внутри.       — Смотреть на меня! — грозно и строго выдала Алина, приподнимая голову парня. — Жор, иди к себе, я скоро закончу и заскочу, тогда и поговорим.       Я поспешил покинуть этих двоих. Единственное, что не забыл уточнить уже около самой двери:       — Алин, он хоть жив останется?       — Естественно, зачем мне мертвый муж? — удивленно выдала та, а я поперхнулся воздухом, спеша покинуть... хм... будущих супругов. Несмотря на то, что такое меня удивило, я понимал, что это выбор самой Алины, а кто я такой, чтобы ей что-то запрещать или советовать. Чай, большая девочка, вполне себе сама способная принимать решения.       У себя в комнате я еще раз погладил перстень и, уже ни на что не надеясь, позвал еще раз:       — Дар, где же ты? Ты мне нужен, не как исполнитель желаний, а как друг, или... — или кто, я и сам не смог бы сообразить, настолько противоречивые чувства в этот момент меня обуревали. — Вернись ко мне.       Я сел на край кровати, уронив голову на грудь и обхватив ее руками. А в следующий момент палец, на котором был перстень, привычно обожгло, из него вырвался сноп света, ослепив меня и заставив зажмуриться. А когда я открыл глаза... моя челюсть упала на пол, туда, где лежал скрючившись молодой юноша, его длинные черные волосы, будто кокон, обвивали обнаженное тело.       Я упал перед ним на колени, пытаясь распутать его гриву. Парень не шевелился. Я приложил два пальца к основанию шеи, туда, где должна была биться жилка. Она билась. Я вздохнул с облегчением, просто по наитию гладя гостя по голове. Через пару секунд он распахнул темно-серые глаза, в которые я едва не провалился. Только взгляд у него пока был непонимающий, расфокусированный. Он смотрел на меня, хмурился, недоумевал, а потом резко вскочил, едва не запутавшись в собственных волосах, я едва успел его подхватить и прижать к себе.       — Жора? — неверяще спросил тот, вцепившись в меня, как утопающий за соломинку. — Я что, жив? Я человек? Снова? — от радости у юноши текли слезы по щекам, но он и не думал их смахивать.       — Дар? — больше с уверенностью, чем вопросительно произнес я, тот согласно кивнул, подтверждая. — Ты теперь со мной, я никуда тебя не отпущу, — прижимая его к себе теснее, пообещал парню.       И тут моя дверь распахнулась, в нее вбежала Алина и дед. Марка не было. Дед с улыбкой на лице смотрел на нашу обнимающуюся парочку, а Алина, схватившись за сердце, подбежала к нам, фактически оторвала Дара от меня и прижала к себе, мне только бросив на мой возмущенный взгляд:       — У тебя с ним еще вся жизнь впереди, а я хочу обнять того, ради кого пожертвовала всем, и своей смертностью и покоем в том числе.       И у меня, и у деда был шок. Мы не сразу поняли то, что она произнесла. Но тут Дар поднял голову и взглянул на девушку, а потом...       — Мама? Мама!       Вот теперь мы просто едва не осели на пол. Ничего себе! Вот это номер!       — Жор, неужели ты думаешь, что я фонд благотворительности, чтобы просто так броситься в авантюру, заведомо опасную и непредсказуемую? — с улыбкой поведала нам Алина. — Как только тогда, в палате, я увидела, как ты пытаешься снять эти гребанные украшения, я уже тогда поняла, что напала на нужный мне след, и щипцы были зачарованы как раз на магию таких вот изделий разыскиваемого мной Ювелира. Слишком долго я его искала. А когда ты рассказал, что у него еще и перстень с моим мальчиком, все сомнения отпали, — на одном дыхании выдала Алина, продолжая поглаживать Дара. — Кстати, с именем ты угадал. Мы его нарекли Дариентратиус, а сокращенно я всегда звала моего мальчика Даром. Он ведь и был для меня как дар небес.       — Алина, а что теперь с Марком? Почему ты сказала о замужестве? — пытался въехать я во всю эту нелепую ситуацию.       — А мне ничего другого и не остается, я ведь связала себя с ним, чтобы полностью лишить его силы. Отказаться — означает уйти вместе с ним за Грань, а это мне еще рановато, я только-только вновь обрела своего сына. Я хочу увидеть, как мой мальчик будет счастлив, — улыбаясь сквозь слезы, рассказала девушка.       — Но, подожди, — вдруг встрепенулся Дар. — А как ты вообще здесь оказалась? Откуда у тебя бессмертие, ты ведь обычный человек? И как ты медсестрой стала? Никогда не замечал за тобой рвения к целительству.       Это было интересно и нам с дедом. Мы удобно устроились он в кресле, я — на кровати, приготовившись слушать. И девушка начала свой рассказ, ни на секунду не отпуская от себя новообретенного сына.       — В тот момент, когда твой отец отшвырнул меня, я поняла, что это больше не мой муж, а слепое орудие в руках мага. Спрятавшись за колонну, я дождалась, когда все покинут храм. А только потом подошла к ожидающему меня оракулу, который пытался отговорить от моей затеи. В тот момент я еще не предполагала, насколько это страшно раз за разом видеть смерть близких, родных, детей, внуков, правнуков... — Алина тяжело вздохнула, облизала пересохшие губы и продолжила: — Но у меня была цель: найти моего Дара. И я искала. Тысячу лет я не успевала всего лишь на мгновение, провидение вело меня, оно было моей путеводной нитью. В этот раз, когда меня занесло в эту больницу, я сначала никак не могла понять, что мне здесь делать. Я ходила к пациентам, присматриваясь к их рукам. Но ни у одного на пальце не было перстня. Когда я потеряла надежду, вдруг привезли странного пациента после аварии, от которого за километр несло... магией. Меня это удивило, а когда я стала его рассматривать, увидела цепь на шее. Вот тут и поняла, что маг-ювелир где-то рядом. Видимо, он тоже ищет перстень.       — Поэтому ты с такой легкостью помогла мне, когда увидела, что я пытаюсь снять эти побрякушки? — догадался я.       — Да, сам бы ты их никогда не снял, я видела твои обожженные руки, но не могла пока открыть себя, так как не знала, кто вы такие, и зачем вам это надо. Только зачарованным когда-то магом расколола эти звенья. А вот когда ты мне все рассказал, сомнения сразу отпали.       — Постой, а слова, как будто проведение какого-то обряда в комнате Марка, они сказаны намеренно? — снова влез я.       — Да, намеренно, — подтвердила Алина. — Я должна была знать твое истинное отношение к моему сыну, и ты прекрасно доказал свои чувства, — улыбнулась напоследок девушка, отпуская наконец юношу, который робко подошел ко мне и сел рядом, просто беря меня за руку.       — Что же, а сейчас... — дед усмехнулся, а мы с нетерпением уставились на него, ожидая, что он сейчас выдаст. — Стричься и одеваться, не будешь же ты ходить с волосами до колен и обнаженным?       — Ой! — только сейчас до Дара дошло, что на нем нет одежды.       Он быстро схватил с кровати покрывало, едва не сбросив меня, и с пунцовым лицом окинул всех присутствующих взглядом, в котором было смущение. Коротко хохотнув, дед предложил пока выбрать ему что-нибудь из моих вещей, которые мне сразу по прилету выбрал адвокат, а сам, взяв Алину под локоть, вывел ее из комнаты, выходя вместе с ней, только бросив нам:       — У вас пятнадцать минут, сейчас пообедаем... хм... скорее, уже поужинаем, и сразу же отправимся в салон.       Мы уложились в десять минут. Кое-как собрав волосы Дара в хвост, при этом заколов их ручками, на японский манер, мы вышли к столу. Алина, глядя на сына, прыснула, дед только усмехнулся, только Марк, сидящий рядом с девушкой, вел себя отстраненно, словно механическая кукла, у которой кончился завод.       — Что это с ним? — поинтересовался я, а мать Дара только отмахнулась и пренебрежительно ответила:       — Скоро все будет в норме, небольшие остаточные явления.       Перекусив, мы поехали в салон, а потом по магазинам. Юноша был в полном восторге. Он смотрел на мир так, будто видит его впервые. Еще бы, столько веков наблюдать за всем сквозь призму камня. Как не свихнулся только.

***

      Прошло два года...       — Дедуль! Может, хватит плести интриги? — ворвался я в кабинет к родственнику, который довольно улыбался.       — А я что? — вполне себе натурально удивился тот. Ага-ага, в это мог бы поверить тот, кто не знал этого интригана.       — Дед, не надо испытывать мое терпение. Мы с Даром уже пришли к полному взаимопониманию, прекращай! — попросил я, заметив удовлетворенную улыбку старого жука.       После того, как Алина, Дар и я попросили у перстня последнее желание, мы все загадали одно и то же: избавление деда от смертельной болезни и... оно исполнилось. Нашей радости не было предела. А вот чуть позже, когда дед заметил, что мы с Даром как братья, этот сводник решил пойти на ухищрения, чтобы нас свести. То он девушек в дом приглашал, которые строили юноше глазки, едва не вешаясь на него, то парней для этой же цели. То меня отправлял в командировки...       В итоге я все-таки понял, что никому своего Дара не отдам... Он мой!