Реванш

Боль. Отравляющая сердце и душу, ломающая ребра изнутри и пронизывающая все тело насквозь. Страх. Всеподчинающий, неукротимый страх, завладевший душой полностью. Как свинья на бойне. Сколько я уже здесь? Не знаю. Здесь теряется счет времени. Здесь теряются люди. Из людей они превращаются в безмолвные и безликие тени. Я потерялся так же. Кто я теперь? Потомственный дворянин, наследник крупнейшей корпорации в этой стране, чистокровный аристократ? Нет. Теперь это не про меня. Меня лишили всего этого. Растоптали. Унизили. Обесчестили. Теперь я просто беспомощный и жалкий оборванец, доживающий свои последние дни, а, может, и часы жизни в этом сыром и гнилом подземелье, сидящий в запертой железной клетке, словно дворняга. Какая ирония. Шаги. Среди глухой тишины этого места и монотонного звука капель, стекающих по стенам, шаги кажутся чем-то из ряда вон выходящим. Слишком громкие, слишком реальные, слишком пугающие. Зачем они меня тут держат? Зачем пытают каждый день, доводя до полусмерти, но не давая отправиться на тот свет? Бессмысленные вопросы в пустоту, не имеющие ответов. Мою семью предали. Это единственная ясная вещь во всем этом безумии. Предали те, кому отец доверял, кому доверяла наша семья. Поместье сожгли вместе с родителями, выдав за несчастный случай, а меня, случайно выжившего в пожаре, продали каким-то сектантам, которые теперь каждый день ломают меня изнутри, уничтожая мое имя из истории. С моей смертью исчезнет и весь род Фантомхайв. Идеальная расправа. Дверь клетки открывается с характерным противным скрипом. Меня хватают за руки, выталкивая из камеры и волоча по сырым каменным коридорам, как безвольную куклу. Хотя сейчас я и правда больше похож на куклу. На жалкую, безмолвную куклу. Что осталось от меня прежнего? Только глаза. Они по-прежнему смотрят на мир с глупой надеждой на чудо. Огромный полутемный зал, освещаемый только свечами в высоких подсвечниках, каменный алтарь, расположенный в центре начерченной на полу пентаграммы. Меня тащат в центр этой пентаграммы, заставляя лечь на алтарь. Уверен, это мой смертный алтарь. Холодные руки заламывают мне ноги, мерзкие пальцы держат руки, а ненавистные голоса читают что-то на латыни. Мой приговор. Боль. Жгучая, раздирающая тело на части и отдающаяся в самых дальних уголках подсознания. Клеймо. Меня клеймили. Как паршивую свинью на скотобойне! Предали, оскорбили, унизили, а теперь еще и клеймили! Глаза застилает красная пелена, но я еще в сознании, я вижу все эти одинаковые лица в масках, в чьих руках сейчас находится моя жизнь. Так что же осталось от меня прежнего? Ничего. Прежнего меня больше нет. Больше нет того наивного маленького Сиэля, смотрящего на мир с бесконечной любовью и верящего в чудеса. Его больше нет. Его сломали. Убили. Растоптали. Уничтожили. Желаю ли я смерти? Если это поможет сохранить хоть частицу веры в лучшее, то да, желаю. Так приди же! Приди пока, я еще сохранил остатки чести и гордости, пока я — еще Сиэль Фантомхайв. Приди!