Реванш

— Ты не понимаешь! Не бери на себя такой грех! Прошу тебя, Сиэль! — Что же мешало тебе не брать на душу этот грех? — холодно смотришь на сжавшуюся перед тобой на коленях женщину, презрительно усмехаясь. — Ты омерзительна. — Прошу, одумайся! Твои родители не желали бы этого... — плачет, предпринимая, видимо, последнюю попытку остановить тебя. — Не желали бы? — саркастически фыркаешь, выгибая бровь. — А чего они желали бы? Чтобы их предал ближайший друг семьи, усмехнувшись им в лицо? Ты сама выбрала свой путь, как я выбрал свой. Назад дороги уже нет. Ни для меня, ни для тебя, — отводишь взгляд от рыдающей женщины, видимо, вспоминая события пятилетней давности. — Сиэль... — ты не слышишь ее, пребывая в омуте своих воспоминаний. — Ты предала мою семью, осквернила честь моих родителей и мою, — поднимаешь глаза на затихшую в испуге женщину. — Когда моя мать, раненая и обессиленная, умоляла тебя остановиться, ты лишь рассмеялась ей в лицо, забрав у нее на глазах все семейные драгоценности, — черты твоего лица заострились, губы исказились в ядовитой усмешке, а глаза заблестели яростью и жаждой мести, вся твоя сдержанность и рациональность отступили, давая волю вновь проснувшейся твари, разрешая ей взять над собой верх. — Ты была близким другом нашей семьи. Мои родители верили тебе. Я верил тебе, — смотришь забившейся в угол женщине прямо в глаза. — Но ты сделала свой выбор. За все нужно платить по счетам, и твоя очередь настала. Наводишь пистолет на цель, надменно улыбаясь, и спускаешь курок. Выстрел заглушает предсмертный крик, погружая комнату в тишину. — Ты выбыла из игры, тетушка Элианора, — говоришь холодно, вкладывая в руку трупа пистолет. — Пошли, Себастьян. Разворачиваешься на каблуках, направляясь к выходу из помещения. Минус один в твоей игре. За эти пять лет моей службы тебе ты поквитался с десятью обидчиками, и каждая последующая твоя месть становится более изощренной и жестокой. Помню, как вначале ты убивал быстро, одним нажатием на курок, будто боясь передумать и усомниться в правильности своего решения, но с каждым следующим разом твоя решимость все больше возрастала, а методы отомщения становились все более жестокими. Ты не убивал сразу, а лишь целился в наиболее болевые точки на теле, растягивая смерть и давая понять жертве, насколько она ничтожна. Тебе было без разницы, кто это: мужчина, женщина или старик. Все предатели для тебя были на одно лицо. Тварь внутри тебя крепнет с каждым днем. И знаешь, иногда я ловлю себя на мысли, что ты все больше и больше начинаешь походить на меня, демона. То, с каким спокойствием ты нажимаешь на курок, восхищает и пугает одновременно. Тебе всего пятнадцать, а ты уже познал всю грязь этого мира и целиком погряз в грехах. Цепной Пес Ее Величества. Так тебя называют. Расследуешь дела для этой старухи, восседающей на троне, искренне веря, что это долг твоей семьи. Твой долг. Какая ирония. Искренность и ты — несовместимые вещи, вся твоя жизнь состоит из ролей, которые ты играешь на протяжении дня, тем не менее ты умудряешься быть искренним. Прежде всего с самим собой. И это мне нравится. Выходишь на улицу, на минуту останавливаясь и вдыхая прохладный воздух. На фоне мрачного осеннего пейзажа ты выглядишь каким-то нереальным. Эфемерным. Похож на видение, которое рассеется от малейшего дуновения ветра. Хрупкий снаружи и сильный внутри. В очередной раз убеждаюсь, что ты — наиредчайший экземпляр. И ты мой. — Пошли, — говоришь немного устало, начиная двигаться к стоящему неподалеку экипажу. Послушно следую за тобой, открывая дверь кэба и помогая забраться внутрь. Пора домой.

***

— Господин, — входишь без стука, держа в руках поднос с конвертом. Отрываюсь от отчетов фирмы, поднимая на тебя заинтересованный взгляд. — Письмо от Ее Величества, — ставишь передо мной блестящий поднос с лежащим на нем конвертом. С интересом вскрываю королевскую печать, вчитываясь в содержание письма. Серийные убийства и просьба поймать преступника как можно скорее. Ничего выдающегося, что могло бы меня заинтересовать. Тем не менее я рад этому письму. Цепному Псу Ее Величества не полагается сидеть без дела. — Себастьян, — ловлю твой полный азарта взгляд. Ты уже все понял. — Пора за работу. — Да, мой лорд, — озорные огоньки в глазах, а губы растягиваются в предвкушающей улыбке. Что ж, Цепной Пес снова в деле.