Ночь "нежна"

Моя кожа подобна карте, Указывающей на те места, где побывало моё сердце. Я не могу спрятать эти метки, И в этом нет ничего плохого. Поэтому я отключаю режим повышенной бдительности И сбрасываю средства обороны вместе с одеждой. Я учусь падать Без подстраховки, смягчающей удар при падении. Я очень уязвима, Поэтому постарайся быть нежным со мной. Ты оставил отметину, Как сердечко, которое вырезают на дереве. Я очень уязвима. Любое воздействие извне Отзывается волнением в душе. Я очень уязвима. Я очень уязвима. - Поговорим... - Пожимаю плечами и сажусь на край своей кровати, Клаус так и продолжает стоять возле двери и молчит, молчит, молчит. - О чём? Оливия надоела или правильно тебя ублажить не сумела? Я подрываюсь со своего места и подхожу к Клаусу, он стискивает зубы, а я начинаю улыбаться. Я начала эту игру. Я вышла из неё победителем, а он проигравшим. Я затеяла её, чтобы Клаус заметил меня, разозлился, захотел наказать. Я знала, что Энзо всё ему расскажет, будет честен с ним, знала и то, что Энзо не сможет переспать со мной, из-за этого и поцеловала, потащила к кровати. Это было так просто, как дышать. Я придумала план игры как только зашла в свою комнату и тут же начала осуществлять его. Да, рискованно. Да, глупо, но я хочу, чтобы Клаус только меня видел, иначе я не смогу влюбить его в себя, не смогу заставить его довериться мне. Потому что только любовь заставляет открыться, поверить и отдаться человеку, которого любишь. Потому что любовь - это слабость, а я не слабая, я не могу влюбиться, но Клаус... От него же веет одиночеством, влюбить его в себя ничего не стоит, потому что он сам хочет, чтобы кто-то влюбил его в себя, этим кто-то стану я. - Ты поцеловала Энзо. - Да. С тенью усмешки говорю я. Мне нужно сыграть безразличие. - Почему, Кэрри, почему ты так легко говоришь об этом? Совсем не боишься? Я прыскаю от смеха и прикрываю рот руками. Он сейчас похож на обиженного мальчика, которому мать не купила в магазине леденец. - Я не буду спрашивать тебя с кем мне спать, просто вбей это в свою маленькую головку. Сегодня ты, завтра другой, это всё дело времени, ведь так ты мне сказал? Клаус, Клаус, Клаус, запомни, отмщение всегда в моде. Жаль, что Энзо оказался твоим питомцем, который предан своему хозяину-подонку. Я было начала удивляться стойкости Майклсона. Такой сдержанный, даже страшно, но ведь я никогда не смогу предугадать его следующее действие. Вот и сейчас. Разве я могла подумать о том, что через секунду он вытащит НОЖ и направит его в мою сторону. - Заткнись, любимая. - Он медленно подходил ко мне, а я отступала, пока было куда отступать, я спинной наткнулась на стену и прижалась всем телом к ней. - Страшно, правда? Ведь твоя жизнь сейчас в моих руках... Мне стоит хорошо подумать сохранить тебе жизнь или нет. Убить или помиловать, помиловать или убить? Слышишь, Кэрри, этот звук? Так звучат шаги приближающейся к тебе смерти. Клаус подходит ко мне вплотную, приставляя к шее нож. Я на секунду закрываю, но потом всё же открываю, глаза. Не стану я его бояться, не в этой жизни. И не в следующей. - Хочешь убить? Вперёд. Смерть куда лучше общения с тобой. - Я убираю волосы на одну сторону и вытягиваю свою шею, пусть убивает, ладно, плевать. - Ну же. - Я неотрывно смотрю на Клауса и осознаю, что не убьёт, не сможет, не поднимется рука убить свою любимою игрушку. - Давай! Почти кричу я и он откидывает нож в противоположную сторону, я жду хотя бы удара, но вместо этого получаю страстный поцелуй в губы. Он прикусывает мою нижнюю губу и я что-то мычу ему в губы, он сильнее прижимается ко мне, не давая ни глотка воздуха, когда же я чуть не падаю в обморок от нехватки кислорода, он отстраняется и мы оба глубоко дышим. - Моя. Ты. Меня. Поняла? - Киваю, он подхватывает меня на руки и несёт на кровать, Клаус кидает меня на неё и тут же нависает надо мной. - Ноги раздвинь. - Послушно выполняю его приказ и раздвигаю как можно шире ноги. Майклсон устраивается между них и, хватая меня за талию, прижимает к своему телу. Я запускаю пальчики в его волосы и он сразу же целует меня. - Ты такая... - Ужасная? Противная? - Замечательная. Прекрасная. Сексуальная. - Его ладонь накрывает мою, сплетая наши пальцы. - Каждый раз заставляешь хотеть тебя ещё сильнее, разве кто-то так умеет меня заводить? Только ты... Клаус разрывает мою блузку и я слышу звук рассыпающихся по полу пуговиц. Я надуваю губу и Клаус ухмыляется. Я конечно всё понимаю. Желание, страсть и всё такое, но ПРИ ЧЁМ ЗДЕСЬ МОЯ ЛЮБИМАЯ БЛУЗКА? - Прекрати уничтожать мои вещи! - Ещё куплю. - Снимает с меня блузку и откидывает её куда-то в сторону, я тяжело вздыхаю и пытаюсь разорвать его футболку, но у меня ничего не получается. - Силёнок маловато, Кэрри. - Достаточно, чтобы врезать тебе за это прозвище. Мой кулак взлетает вверх, но Клаус перехватывает мою руку и целует моё запястье, я выдаю то ли стон, то ли ещё что-то и Майклсон довольно улыбается. - А как ты хочешь чтобы я тебя называл? Я смеюсь и Клаус целует меня в лоб, а потом всё ниже и ниже, когда его губы достигают моей груди, он останавливается и смотрит на меня. - Кэролайн. - Хорошо, Кэролайн. - Клаус снимает с меня джинсы и целует в низ живота. - Жду тебя вечером у меня в комнате, продолжим. Клаус встаёт с меня и идёт к двери, я принимаю сидячее положении и с негодованием смотрю на него. - Что это только что было? -Наказание, Кэрри, наказание. Специально сделал акцент на моём прозвище и я приглушённо рычу, он ухмыляется и выходит из комнаты, а я же кидаю подушку в закрытую дверь. Ладно, своё он ещё получит. *** Я хожу по комнате взад-вперёд и жду Энзо, поглядываю время от времени на настенные часы и облегчённо вздыхаю, понимая, что через три минуты он зайдёт в эту комнату и скажет, что Клаус ждёт меня. - Кэролайн, ты собралась? Босс уже ждёт тебя. Как по команде Энзо заходит в комнату и остаётся стоять возле двери, ожидая меня, но я ложусь на свою кровать и хмыкаю. Пришёл час расплаты. - А я не пойду. - Пойдёшь. Грубым голосом говорит мне Энзо и я ухмыляюсь. - Неа. - А если заставлю? - Получишь смачную пощёчину. - Доложу. Грозится он и я пожимаю плечами, поднимаюсь на локти и бегаю глазками по комнате. - Валяй. Плюхаюсь головой на свою подушку и начинаю напевать себе под нос какую-то песенку. Энзо громко закрывает дверь и я встаю с кровати, теперь мне остаётся ждать Клауса, который будет очень разгневан, а мне это и нужно. В этом и заключается моё отмщение, пусть знает, что не он один может меня отвергнуть. Я тоже могу. Подхожу к подоконнику и упираюсь в него руками. - Как ты посмела не прийти ко мне? А вот и он, я перевела взгляд на часы, всего две минуты прошло, а он уже прибежал. - Голова болит. Я поворачиваюсь к нему лицом и пытаюсь скривится, показывая, что мне действительно плохо, но ничего не получается, я не могу скривится, потому что победная улыбка сильнее. Я широко улыбаюсь и запрыгиваю на подоконник. - Манипулировать мною задумала. - Даже не думала. - Тогда что ЭТО всё означает? - Это наказание, мой господин. - Эта глупая женщина издевается! - Даже не думала. Это действительно наказание. - Так значит? Это всё из-за того, что я тогда, утром, ушёл? - Да. Нет. Может быть. Клаус быстрым шагом подходит ко мне и, раздвигая мои ноги, удобно устроившись между ними, задирает мою юбку. - Ты забываешь, любимая, я сильнее тебя, я могу взять тебя когда мне будет угодно. - А я быстрее, я могу ударить тебя когда угодно, но я этого не делаю, пока не делаю, потому что сейчас... Сейчас я хочу тебя, так что прекрати болтать и приступай к делу. - Вот как заговорила? А если я сейчас уйду, оставлю тебя неудовлетворённой? - Тогда я пойду к Энзо, он меня как следует удовлетворит. Клаус сжимает мои бёдра и я закусываю нижнюю губу, следы останутся от его пальцев, но это ничего... - Никто не сможет удовлетворить тебя лучше меня. - Да что ты? Покажи мне это. Почти в губы выдыхаю я ему эти слова и он приникает к моей шее, целуя её, нежно покусывая и оставляя на моей коже пару засосов. Я пододвигаюсь ближе к Клаусу и снимаю сначала с себя, а потом и с него, футболку. - А голова точно не болит, а то я могу уйти... Клаус уже хочет отстранится, но я цепляюсь за его ремень и тяну обратно. - А голова и не болела. - Тогда ладно. Клаус пальцами гладит мою спину и из моих губ вырывается непроизвольный стон. Клаус прав, только он может принести мне такое незабываемое чувство эйфории от его ласки.