Ночь "нежна"

Месяц спустя - Научи меня стрелять. Клаус стоит возле кухонного стола и нарезает морковку, я уже давно хотела его попросить, чтобы научил пользоваться оружием, но всё никак не решалась. Я обернулась и посмотрела на него, он так странно на меня смотрит, будто я его попросила убить человека, а не научить стрелять. - Хочешь убить меня? - Я никогда в тебя не выстрелю. Он безумец? Как я смогу выстрелить в него? Хотя это возможно, но лучше не говорить ему об этом. Клаус кладёт нож на стол и идёт ко мне, попутно вытирая руки о полотенце. Я слежу за каждым его движением, я стала такой бдительной, превращаюсь понемногу в него, в такого же подозрительного. Прям страшно становится, когда думаю, что я становлюсь его отражением, день за днём. Пару дней назад Клаус прочитал мой дневник от корки до корки, потому что я сказала ему, что люблю его. Конечно же я поторопилась с признанием, потому что я не люблю его. Привязана к нему, но не люблю. Пока. Он был в полнейшем шоке, потом, понятное дело, быстренько украл у меня дневник, забрал его к себе в комнату и прочитал. Он вправду думал, что я не замечу пропажу? Ведь мой дневник у него был целый день, он только к вечеру его вернул, пока я была в ванной. Откуда знаю? Я проверила место, где он лежал, перед тем, как пойти в ванную. Вчера он принёс мне небольшой букет цветов, видно понравилось моё сочинение «Как провести маньяка», я даже не была удивленна его окрылённому состоянию. Он весь день читал мне стихи и даже припев одной песни спел... Это было более, чем странно. Хотя мне его поведение показалось смешным, он так старался быть милым, но, даже через пелену привязанности, я видела его демонов, которые пытались скрыться. - Ладно, но ответь... Зачем тебе это? - Просто так, я просто хочу научиться... Не сказать же ему, что в один прекрасный день я хочу выстрелить в него?! Но думаю, я не смогу, не смогу убить человека, хотя ногу прострелить смогу. Да, это я смогу. - Хорошо, иди переоденься, а я пока всё приготовлю. Я киваю и целую его в щёку, Клаус слегка улыбается мне, а потом идёт к выходу. - А Энзо скоро вернётся? Энзо так и не вернулся. Я начинаю нервничать за него, ведь он уехал месяц назад. Вдруг с ним что-то случилось? - Соскучилась? - Просто то время, которое я трачу на кухне вместе с тобой, мы могли бы использовать иначе. Согласись... Клаус поворачивается и идёт ко мне, я пячусь назад, а потом останавливаюсь. Никлаус проводит рукой по моей щеке, а затем другой рукой прижимает к себе. Я от неожиданности ахаю, а затем кладу ладони на его рубашку, тянусь пальцами к пуговицам и аккуратно расстёгиваю одну за другой. - Не сейчас, Кэрри. Не нужно так спешить, у нас ведь вся вечность впереди. Так ведь? Вопрос на засыпку... Я провожу рукой по его уху, а затем по волосам. Я знаю, ему это нравится. - Наша вечность это сейчас. Сейчас я хочу быть с тобой, сейчас я хочу поцеловать тебя. У нас нет потом, у нас нет вечности. Мы не бессмертны, наш конец очень близок, ближе, чем ты думаешь, так что не говори о вечности, говори о том, что происходит сейчас. Я прикасаюсь своими губами к его и он сжимает мою рубашку, я запрокидываю одну ногу на него и он усмехается. - Тебе нужно переодеться. - Да. - Я выхожу из кухни, а затем иду к себе в комнату, чтобы переодеться. Я быстро надеваю потёртые джинсы и толстовку, собираю волосы в конский хвост. Спускаюсь с лестницы и вижу Клауса, у него в руках пистолет. Я встаю напротив него, он протягивает мне пистолет, я беру его в свои руки, приставляю ко лбу Клауса и его улыбка сползает с лица. - Страшно? Я смотрю ему в глаза, и не замечаю, когда он перехватывает мою руку и разворачивает к себе спинной, прижимает меня к своей груди и приставляет пистолет к моему виску. - Пиф-паф, Кэрри. Не делай так больше, иначе пристрелю тебя, красавица. - Я хотела... Извини. Я просто хотела поиграть, но... Почему он так? Хотя его можно понять, я бы тоже не поняла шуток девушки, которая приставила пистолет к твоей голове. - Ничего страшного, Кэролайн, примем произошедшие за шутку. Идём во двор, я приготовил для тебя цель. - Мы выходим во двор, Клаус берёт меня за руку и ведёт к яблоне, я приглядываюсь и вижу нарисованный круг, в этом круге ещё два круга, один меньше другого, а внутри них жирная точка. Самодельная цель. - Встань напротив дерева. - Я встаю недалеко от дерева, но Клаус качает головой и, беря меня за талию, тянет дальше от яблони. - Слишком близко, ещё чуть-чуть. - Клаус тянет меня назад ещё где-то метр, а потом останавливает, но я продолжаю свой путь, пока спинной не натыкаюсь на его тело. Никлаус прижимает меня к себе, а затем убирает руки. - Целься в дерево, попробуй попасть в него, посмотрим насколько всё плохо. - Да ладно тебе, я попаду. Я закрываю один глаз, заряжаю пистолет и стреляю. Я даже подумать не могла, что будет такая отдача. Я отхожу на пару шагов назад, Клаус тем временем смеётся, ведь я промазала. - Да ты прирождённый киллер! Сквозь смех говорит он. - Как смешно, прекрати смеяться! - Я пытаюсь, но не могу. - Я перезаряжаю пистолет и снова целюсь в дерево. - Давай вместе. - Клаус становится сзади и кладёт свои руки поверх моих. - Дыши, Кэрри, это помогает. Давай вместе. - Никлаус глубоко дышит, щекоча моё ухо своим дыханием. Я глубоко вдыхаю и выдыхаю. - Умница, а теперь представь, что там, прямо напротив дерева, лицом к тебе, стоит твой злейший враг, представь вместо дерева человека, которого ты ненавидишь больше всего. Представь меня, Кэрри, смелее. - Я слушаю каждое его слово, рука Клауса скользит вдоль моей левой руки, я вздрагиваю от приятных ощущений и краем глаза смотрю на него. - Представь, Кэрри. - Я перевожу взгляд, и пытаюсь представить Клауса, тем временем рука Никлауса уже гладит моё бедро. - Давай, стреляй. Как по команде я жму на курок, Клаус хватает меня за талию, отдача не чувствуется уже так сильно, как в прошлый раз. Я кидаю пистолет и поворачиваюсь лицом к Клаусу. - Попала. - Я вижу. - Я запрыгиваю на Клауса, обхватывая ногами его бёдра, Майклсон медленно идёт к яблоне, в которую я попала. Он смотрит на меня так внимательно, я отвожу глаза от его лица. - Смотри в мои глаза. - Я перевожу взгляд на него. Клаус целует меня в лоб, затем в нос, в обе щёки, а потом и в губы. Его поцелуи такие нежные, такие сладкие. Ммм, как приятно. Рука Клауса уже забралась под мою толстовку и гладит спину, другая же поддерживает меня, чтобы я не упала. Я чувствую кору дерева, которая больно трётся о кожу. Я встаю на ноги и Клаус сразу же снимает с меня толстовку и откидывает её куда-то. - Мне нужно будет послезавтра уехать по делам, тебе придётся остаться с Энзо, только без глупостей, любимая. Ты же знаешь, я ревнив. - Я могла бы остаться одной, если ты такой ревнивый... Клаус сразу же отстраняется от меня и через секунду кидает мне мою толстовку. - Я знаю, что ты хочешь сделать. Я хмурюсь и надеваю толстовку, Клаус берётся за голову и подымает свой пистолет. - И что же я хочу сделать? - Ты хочешь бросить меня, я знаю, хочешь БРОСИТЬ!!! Я вижу это, да ты и не скрываешь особо своих намерений. Я распускаю волосы, пряча резинку в карман джинс. - Я не хочу уходить, я даже не знаю, что должно произойти, чтобы я захотела уйти от тебя. Я не хочу уходить, не хочу. - Клаус поворачивается ко мне и я обнимаю его за шею. Да, я противоречу самой себе, но иначе я поступить сейчас не могу. Он должен знать одно: я хочу с ним остаться. Моё сердце этого хочет, но разум твердит обратное. - Обними меня. - Я сильнее прижимаюсь к нему и Клаус обнимает меня в ответ. - Я не брошу тебя, пока ты не покажешь мне то, чего я не хочу знать или видеть. Я брошу тебя, если ты меня очень сильно испугаешь. Не пугай меня, ладно? - Я пытаюсь исправится, ты же знаешь это, правда? - Конечно. Бывает, что он ведёт себя, как ребёнок. Он просит меня не бросать его, потому что думает, что я его оставлю. Иногда я ловлю себя на мысли, что не смогу убежать из этого дома, от него. Потому что я так привыкла к нему. Ещё никто из мужчин, кроме отца, не вызывал во мне чувство привязанности. Я привязана к нему. Большинство браков строится не на любви, а на привязанности, иногда потому, что люди путают любовь с привязанностью и живут так до смерти. Я хочу остаться с ним, но потом вспоминаю, что он похищал ещё много девушек до меня, некоторых он убил, я это знаю наверняка, я должна отомстить за них, я клялась себе, что сбегу и отомщу за себя и за них. Я должна это сделать, иначе я не буду собой. - Я влюблён в тебя. Я не смогу без тебя. Если ты убежишь, я верну тебя. Я пристегну тебя наручниками к твоей кровати и ты больше никогда не выйдешь из своей комнаты. Я найду тебя, Кэрри, где бы ты не пряталась. Я найду тебя! - Сейчас он напоминает мне обезумевшего человека, он одержим мной. С одной стороны я боюсь такого Клауса, а с другой мне нравится, что кто-то так сильно меня любит. - Поняла меня? - Да. - Он прижимает меня к себе и мне становится трудно дышать. - Пойдём в дом. Он кивает, и подымает меня на руки, наши лбы соприкасаются и я смотрю на него... Мне будет не хватать вот таких моментов, когда я сбегу из этого дома. Если бы мы встретились иначе... Я бы никогда не упустила этого мужчину. Клаус вносит меня в дом, а затем ставит на ноги. Я поправляю задравшуюся толстовку и смотрю на Никлауса, тот закрывает на ключ входную дверь. Я иду к креслу и сажусь на него. Вчера Клаус привёз телевизор, но включать его без разрешения Никлауса мне нельзя. Я смотрю с мольбой на сероглазого мужчину и тот даёт мне пульт. Я включаю информационный канал и ставлю пульт на свои колени. Клаус садится на диван и смотрит на меня. Женщина в новостях говорит о каком-то наводнении в Индии, потом говорит о политике, а затем на экране появляется моя фотография, я глотаю застрявший в горле ком и внимательно вслушиваюсь в её слова, Клаус даже представить не может о ком говорится по телевизору, ведь всё своё внимание он сосредоточил на мне. - Уважаемые жители Бруклина, просим вас обратить внимание на эту фотографию. Эта девушка пропала примерно четыре месяца назад. Поздним вечером она шла с роботы домой, но так и не вернулась. Её тётя, Дженна Форбс, ждала девушку дома, когда Кэролайн не вернулась, женщина запаниковала и пошла в полицейский участок. - Клаус медленно поворачивает голову к экрану. - Просим вас хорошо посмотреть на фотографию девушки, если вы видели её, позвоните по номеру, который вы видите на экране. Клаус вскакивает с дивана и выключает телевизор. - Ты не будешь смотреть новости, я заблокирую все каналы, которые тебе не нужны, а лучше куплю DVD-диски, когда буду ехать домой, будем смотреть фильмы, да? - Как скажешь. - Я встаю и отдаю ему пульт, он забирает его у меня и ставит на телевизор. - Может сейчас посмотрим? Я сделаю попкорн, а ты пока найдёшь какой-нибудь интересный фильм, который сейчас идёт по телевизору. - Ладно, иди на кухню. Я захожу за угол и прислушиваюсь, Клаус включает телевизор, но обо мне уже говорить закончили. Майклсон чертыхается, а затем кидает пульт об пол. Надеюсь, пульт будет работать, иначе придётся нам смотреть только новости. Я прохожу на кухню и открываю ящик, где у нас стоит упаковки с попкорном, выбираю со вкусом сыра и кладу его в микроволновку на три минуты. Странно, но я ничего не чувствую. Ни радости, ни удивления от того, что меня ищет моя семья. Я даже не хочу, чтобы они меня искали. Не знаю почему, просто не хочу... Потому, что они не найдут... Клаус меня спрятал от всего мира. Я оседаю на пол и обхватываю свои колени. Мне так тяжело, лучше бы не включала этот канал, зачем мне нужны были новости? Что я там хотела увидеть? Я кладу голову на колени и пытаюсь не заплакать, ведь через две минуты мне нужно возвращаться к Клаусу. - Кэролайн, тебя расстроили новости? - Я качаю головой и подымаю на него свой взгляд. Клаус берёт меня на руки и несёт в гостиную. Мы садимся на диван, я ложу свою голову на его грудь, по телевизору идёт какой-то мультик. Клаус нежно гладит меня по волосам, и я закрываю глаза. - Они не отберут тебя у меня. Я клянусь, Кэрри, они не смогу разделить нас. Мы будем вместе. Навсегда. Ведь так? - Я киваю и сжимаю воротник его рубашки. Я так хочу спать? Почему? Я ведь, кажется, неплохо выспалась? - Я обещаю, у нас всё будет хорошо. Завтра будет лучше, чем сегодня. А послезавтра будет лучше, чем завтра. Это я могу тебе обещать.