Ночь "нежна"

Ты <b>>Моя Фобия</b, знаю я, Вкачала яд в меня - теперь ты боль моя, Но вылечить нельзя... Я не смогу забыть твои глаза!

      - ОСТАНОВИСЬ! - Кричит мне в след Клаус, но, я не оборачиваясь, иду дальше. Он уже мне поперёк глотки стоит. Как кость! Не протолкнуть и не выплюнуть. - Я СКАЗАЛ: СТОП! Его стальная ладонь смыкается на моём запястье, и он поворачивается меня к себе. Пытаюсь выдернуть ладонь, но если бы я была менее хлипкая... Я бы наверняка выбралась из его хватки.       - Отпусти! Свободной рукой бью его со всей силы в грудь, но он лишь вытягивает губы трубочкой, а брови вздымает вверх.       - Ты будешь делать то, что я тебе скажу. А я сказал: сейчас же зашла в дом!       - НЕТ! Всем своим лилипутским весом наступаю ему на ногу, Клаус размахивается и влепляет мне смачную оплеуху.       - Ты, видимо, не поняла меня. Я сказала, что ты будешь делать то, что я тебе сказал. Иначе никак, милая. Ты только что помогла мне понять одно: я слишком был мягок с тобой. Ванилью даже в воздухе запахло, ты так не считаешь? Ты меня раздражаешь! Раздражаешь, как никогда раньше! И я хочу УБИТЬ тебя!       - Утопишь, как Аманду? Да? Давай же! Сможешь ли? Его выражение лица меняется со злого в очень злое. Он замахивается ещё раз, и я в тот же миг плотно закрываю глаза.       - Хочешь, чтобы я тебя утопил? Ладно, пойдём, милая, искупаемся. Отпускает моё запястье, и я открываю глаза. Значит, утопить меня решил? Клаус смотрит на меня так самоуверенно, так холодно. Как в нашу первую встречу. Он хватает меня за волосы и тянет вниз, я непроизвольно закидываю голову, чтобы уменьшить боль. Клаус наматывает на свой кулак мои волосы и тащит за собой. Он идёт чуть быстрее, чем я. Я пытаюсь скорее перебирать ногами, но не могу.

***

Сейчас меня очень тревожит один вопрос: где мой инстинкт самосохранения? Где он? Почему не заставил замолчать, когда это так нужно было? Почему? Что со мной не так? Почему я не смогла заткнуть свой чёртов рот? Если бы не мой ядовитый язык — я бы не сидела возле кровати пристёгнутая к ней наручниками. И конечно же не слышала бы, как Клаус наполняет ванну для меня, то есть для моего убийства. Никлаус, с присущей ему грацией, выходит из ванной. Он вытирает руки полотенцем так, словно вытирает их от крови.       - Готова, Кэрри?       - Что я сделала? Ослушалась? Ладно, больше не буду. Клянусь, Клаус, я... Задыхаюсь от слёз и от боли, но он этого словно не замечает. Подходит ко мне и присаживается на корточки.       - Ну-ну, Кэрри, не плач. Не утонет в речке мяч. - Нежно поглаживает мою щеку своим большим пальцем, и в моей душе рождается надежда на то, что он меня помилует. - А ты — да. Идём купаться, любимая? Достаёт из кармана штанов маленький ключик и освобождает меня от наручников. Встаёт и кладёт наручники и ключ от них в тумбочку. Тянет меня за руку вверх, и я встаю со пола. Он нежно притягивает меня к себе за талию и утыкается носом в мои волосы.       - Пожалуйста...       - Не надо, Кэрри. Я больше так не могу. Ты не виновата ни в чём, просто я слишком к тебе привязался. Я не могу, не смею, ни к кому привязываться.       - Клаус, прошу, я прошу тебя. Я не могу умереть!       - Все мы смертны, любимая. Просто, знай, я люблю тебя. Этого твоя смерть не изменит. Я просто не смогу влюбиться в тебя ещё сильней. Ты не сможешь привязать меня к себе ещё сильнее. Он целомудренно целует меня в лоб, на секунду застывая, а затем ведёт в ванную. Разве я знала, что моя непокорность приведёт меня к этому? Нет. Не знала. Не могла знать.       - Клаус, я прошу твоего прощения. Я прошу... Никлаус заводит меня в ванную и перемещает свои ладони на мои плечи, нажимает на них, и я оказываюсь почти на коленях перед ванной.       - Я люблю тебя, помнишь?       - Да. - Может сказать ему? Сказать о ребёнке? Может он будет рад? Может то, что он сказал вчера — не правда? Просто преувеличение. - Клаус, я...       - Что, милая? Давай же, говори!       - Я... люблю тебя. Выдыхаю я и слышу тяжёлый выдох Клауса.       - Нам нужно покончить с этим, любимая. Его рука опускается мне на голову и медленно погружает в воду. Я руками хватаюсь за бортики ванной. Это конец? Конец моей жизни? Вот так я умру? От рук Клауса? А что потом? Он положит меня на предназначенное мне место, рядом с теми девушками? Вау! Всегда мечтала так умереть. Мечты сбываются, не так ли? Разве не это я ощутила на своей шкуре? Я всегда мечтала о всепоглощающей любви! Не её ли получила? Клаус так сильно меня любит, что хочет избавиться, чтобы не полюбить ещё сильнее? Я бью ладонями по бортикам и чувствую, как жизнь покидает меня. Ещё совсем чуть-чуть. Всего пару секунду, и я буду мертва. Воздух в лёгких закончился, и я расслабляюсь. Клаус тянет меня за волосы, и я оказываюсь на плитке, Клаус поворачивает меня на бок и хлопает по спине, я выплёвываю воду, которая попала мне в горло. Он не убил меня? Он не убил.       - Клаус...       - Тихо, Кэрри, мы с этим разберёмся потом, а сейчас. - Он целует меня в губы и коленом раздвигает мои ноги. Он хочет заняться со мной сексом на полу в ванной? После того, как чуть не убил меня? - Я испугался. Когда до меня дошло, что я больше не смогу прикоснуться к тебе. Не смогу вдохнуть твой запах. Не смогу быть в тебе... Я не могу отказаться от тебя, Кэролайн. Слышишь меня? Ты так сильно держишь меня, так крепко привязала меня к себе... Он разрывает мой тонкий свитер и целует в шею. Я хватаюсь пальцами за его плечи и вскрикиваю, когда он резко и так болезненно входит меня одним резким толчком.

***

      - Ты должна забыть о том, что было в ванной. Я чуть не убил тебя и мне очень жаль. Я больше не стану причинять тебе боль. Я не стану, я не смогу отпустить тебя. Слышишь? Клаус прижимает меня к себе ещё сильнее, и я киваю. Комкаю простыню в своём кулаке и сильнее стискиваю зубы. Моё тело до сих пор дрожит от того страха, который сковал меня, когда я поняла, что он собирается убить меня. Никлаус с лёгкостью бы это сделал, если бы не любил.       - Уже забыла. Он поглаживает кончиками пальцев мою спину и целует в макушку. Размыкаю пальцы — высвобождая из хватки простыню и перемещаю руку на грудь Клауса.       - Ты сказала, что любишь меня.       - Да. Что он хочет этим сказать? Что хочет, чтобы я сделала? Повторила, что люблю? Какой же он жалкий. Лучше бы убил, избавил меня от мучений.       - Скажи ещё раз. Ох, как «неожиданно». Я целую его в грудь и обвожу языком его сосок.       - Я люблю тебя. Бормочу я и слышу, как Клаус довольно хмыкает. Радуйся, радуйся, пока можешь. Поднимаю на него взгляд и провожу рукой по его лицу. Он хотел убить меня. Отец моего ребёнка хотел убить меня. Разве когда-нибудь я могла себе это представить? Нет, ни в одном страшном сне. Жаль, что реальность куда хуже, чем обычный ночной кошмар.