Чаровник

- "Девушка тихо прошлась по скрипучей лестнице вниз. В комнате было очень темно, так как от испуга она забыла взять свечку. Но даже во тьме полупустой комнаты новая хозяйка дома заметила странный свет. Он был ярче, чем обычный лунный свет, который проникал в окна и слабо освещал очертания мебели. Девушка медленным шагом направилась прямо к фигуре, стоящей в центре комнаты. С каждым шагом становилось ясно, что это не просто игра света и тени. Это была белая ткань, изнутри которой что-то светилось голубоватым светом. Девушка уже ступила на ковёр. Но тут по всей комнате раздался резкий и громкий звук. Девушка резко повернула голову. За её спиной ничего не было. Тогда она снова посмотрела на белую фигуру. Фигуры уже не было на месте. Девушка спокойно прошла на середину комнаты, осмотрелась вокруг и ничего не нашла. Она облегчённо вздохнула и вернулась на второй этаж в свою спальню." - Лирран на секунду остановился и посмотрел на заинтригованных мальчишек. Всем им было по восемь-одиннадцать лет. Они прижимались друг к другу. Коленки у многих тряслись. Каждый уже ожидал особенно страшного момента, чтобы во весь голос закричать. Но был один мальчик, на лице которого читался не страх, а интерес. Таэль никогда не верил во всю эту чушь с призраками, сглазом и проклятиями. Ещё в прошлой жизни он считал это фигнёй. Фильмы ужасов были однообразными и не страшными, "Вий" Гоголя тоже не показался страшным, всякая резня вызывала только отвращение. А самыми страшными снами, считались сны о не сданном экзамене, увольнении с работы или о смерти родственников. Он никогда не страдал никакими фобиями: не боялся ни клоунов, ни пауков, ни темноты. Поэтому сейчас все эти истории казались ему детскими страшилками. Совсем не страшными и не совсем логичными. Сам-шучу-сам-смеюсь-Ларри закончил длинную паузу и продолжил читать: - "Она легла на кровать и укрылась тёплым одеялом. Девушка закрыла глаза и погрузилась в тёплую дрёму. Вдруг она перестала дышать. Кто-то холодными руками схватил её за горло, перекрывая доступ к воздуху. Но девушка всеми силами попыталась освободиться. Глаза не открывались, будто веки зашили. А душитель все никак не хотел убирать руки. Наконец, она раскрыла глаза и увидела прямо перед своим лицом,... - Что здесь, во имя Прародителей, происходит? - мальчишки громко завизжали, а Таэль с Ларри посмотрели на Эрнэила, который гневно смотрел на всю эту компанию с порога. - Мы просто читаем сказки. - с добренькой улыбкой сказал Лирран. Глава храма с подозрением посмотрел на лиса. Потом на Таэля, к которому прижались испуганные мальчишки. Найдёныш закивал и спокойно подтвердил: - Это правда. Мы просто читаем. - И что вы читаете? - с тем же подозрением спросил Эрнэил. Лирран картинно откашлялся и продолжил читать там, где остановился: - "Она раскрыла глаза и увидела прямо перед своим лицом свою точную копию. Только это лицо было изуродовано: одно веко было пришито к нижней части глаза толстыми красными нитями, а второе веко - вверх. Из-за невозможности моргать глаз сильно иссушился, покраснел и потерял свой первоначальный цвет, став полностью красным и безжизненным. Из уголков рта по посиневшей губе лилась тёмно-красная кровь в перемешку с грязью." - Быстро в мою комнату! - перебил юношу побагровевший глава храма. - У меня к тебе разговор. И ты, Таэль, тоже. - грозно сказал приказал он. Мальчик тяжело вздохнул, выбрался из трясущейся кучки перепуганных детей и вместе с Лирраном вышел в освещённый коридор. Здесь факелы на ночь не тушили, так как некоторые любят походить по храму ночью. Они повернули направо и пошли на звук громко топающего и нервно причитающего Эрнэила. - Ты говоришь, я поддакиваю. - тихо, так чтобы их не услышал глава храма, сказал сам-шучу-сам-смеюсь-Ларри, немного наклонившись к уху Таэля. - Но ты же виноват! - так же, шепотом, возмутился мальчик. - Почему я должен говорить?! - Но ты же не пытался меня остановить. - Вообще-то пытался. Я говорил, что это плохая идея. - Тогда говорю я, а ты будешь мне поддакивать. - наконец, предложил Лирран. - Я не буду поддакивать. - отказался Таэль. - Сам как-нибудь выкрутишься. Я здесь не при чём. Они преодолели порог комнаты и посмотрели на уставшего старика. Он сидел за невысоким столом. Возле Эрнэила стояла свечка, которая освещала небольшой участок комнаты вокруг стола. Свет огонька делал лицо главы храма более жутким - он очерчивал морщины, щедро рассекающие кожу на лице, и мешки под глазами. - Итак, - с усталым вздохом начал Эрнэил. - Что мне с вами делать? - Не пытайтесь напрягаться по поводу этого вопроса. - беззаботно ответил Лирран, игнорируя недовольный взгляд старика. - Ответ прост: понять и простить. - А ты что скажешь, Таэль? - глава храма повернул голову к мальчику. Тот сначала посмотрел на лиса-перевёртыша, потом на Эрнэила, и ответил: - Я его останавливал, но он не слушал. Так что я не виноват. - мальчик отстоял свою позицию невиновного, поэтому глава храма полностью переключился на Лиррана. - Таэль, можешь идти. А ты, Лирран, - Эрнэил вперив внимательный взгляд в лиса. - У нас будет долгий разговор. Перед уходом мальчик ещё раз взглянул на перевертыша. Тот беспечно улыбнулся и подмигнул Таэлю, как бы говоря, что он всё быстро "разрулит". Хотя мальчик в этом не сомневался. Лиррану всегда удавалось выйти сухим из воды. Глава храма никогда не кричал на перевертыша. Выйдя в коридор, Таэль ещё немного постоял у двери. Эрнэил спокойно говорил что-то перевёртышу. Тот молчал. У Лиррана была своя тактика: послушаю-шуткану-уйду не спрашивая на это позволения. Правда, это занимало больше времени, чем способ Таэля. Обычно мальчик просто обрывал главу на полуслове, огрызался. Тогда Эрнэил просто выгонял воспитанника из комнаты. Таэль решил больше не тратить время, поэтому направился в свою комнату, где его ожидали другие мальчики. Они, вроде бы, уже оклемались после пережитого испуга. "И чего они испугались? История же не страшная." - наивно подумал Таэль, забираясь в свою кровать. Остальные мальчики последовали его примеру. Они все с головой накрылись одеялом, боясь, что проснуться посреди ночи и увидят собственные лица с зашитыми веками. А ночь сегодня была невероятно тёмной, беззвёздной, Луну прикрывали дождевые тучи. В комнате, заполненной непроглядной тьмой, было довольно шумно. Все ворочались, шуршали одеялами, не в силах заснуть, так как перед глазами постоянно вставали жуткие изуродованные лица. Таэлю эти звуки сильно мешали. Привыкший засыпать в мёртвой тишине, мальчик не выдержал и громким шепотом спросил: - Может, будете трястись от страха потише? - Но, Таэль, мне страшно. - пискнул самый младший из обитателей комнаты - шестилетний Миян. Мальчик был добрым, но очень пугливым, поэтому его постоянно приходилось защищать от более задиристых старших. - Ну вы и трусы! Испугались глупой сказки! - раздражённо выпалил Таэль. - Я не трус! - возмутился его сосед по кроватям. - Но я боюсь? - хмыкнул воспитанник. - Таэль, можно я с тобой рядом посплю? - снова раздался голос Мияна в темноте. Сначала мальчик подумал, что из таких трусишек хорошие жрецы точно не вырастут. И после секундных размышлений произнёс, будто делал ему одолжение: - Ладно. По полу простучал приглушённый топот, и к Таэлю прижалось маленькое теплое тельце. Мальчик прижался к нему, при этом сжимая в руках единственную личную игрушку - тряпичного человечка с грустными глазами-пуговицами. Таэль тоже приобнял его. Почему-то стало спокойно и тепло на душе. Сразу же всплыли воспоминания из прошлой жизни. Когда в такую же тёмную ночь Лиза вместе с младшей сестрой и мамой лежали в одной кровати и пытались заснуть, слушая стук тяжёлых капель дождя и маленьких градинок об окна. - Можно и мне к вам? - внезапно спросил сосед по кроватям. Таэль, естественно, не возражал. С другой стороны к нему прижался другой мальчик. Вскоре и все остальные мальчики юркнули в кровать Таэля - единственного бесстрашного защитника от кровожадных призраков. Как раз в этот момент на улице послышался оглушающий гром, за окном сверкнула молния и полил сильный дождь, тарабаня по цветному стеклу. Но этот шум не мешал никому. Мальчики крепко уснули.