Бильярд в половине десятого

Вот уже два года мы не виделись с Перси. Почему, спросите вы, и я, горько вздохнув, отвечу: «Мы расстались». «Как же так? Как ты могла бросить такого парня? Чего тебе еще не хватало?» - я так и слышу ваши крики – и думаю, это самые безобидные слова, которыми вы можете выразить ваше возмущение. Но мне не хочется к этому возвращаться; желания вспоминать, что тогда произошло между нами, нет никакого, так что просто примите как факт: Перси Джексон больше не парень Аннабет Чейз. Все получилось очень глупо, я до сих пор сожалею о том, что тогда наговорила, но ничего изменить уже было нельзя. И лучшим вариантом было расстаться и вообще не видеться ради собственного же блага. А вскоре моя семья переехала, мы поселились в Калифорнии. Первые месяцы я помню как в тумане, одна большая сплошная серость. Не знаю, как моя семья только выносила меня, этот депрессивный комок безысходности. Позже стало легче. Немного, но все же легче. Боль затупилась, раны затянулись, однако шрамы остались, большие уродливые шрамы, которые начинали ныть, когда мне становилось сложно себя контролировать. Да, бывали приступы беспричинной грусти, и тогда я гуляла по берегу океана. И хотя он постоянно напоминал мне о Перси, но, глядя на водную гладь, простирающуюся до горизонта, я ощущала спокойствие. *** Этим летом папа решил поехать во Францию. Он говорил, что смена обстановки нам просто необходима. «Калифорния – все та же Америка, - заметил однажды он, - а другая страна даст нам новые эмоции». И он уверенно взялся за осуществление своего плана. С помощью интернета он нашел небольшую гостиницу на берегу Средиземного моря, больше похожую на частный дом, который стоял довольно обособленно. В описании говорилось, что в нем одновременно могут проживать около семи человек, не считая хозяев, так что мы все надеялись на относительное безлюдье. Не буду описывать наши сборы и дорогу до Франции, скажу лишь, что обошлось без происшествий. До нашей гостиницы мы добрались к восьми вечера по местному времени на автобусе. Нам выделили три комнаты, к счастью, я получила отдельную. Сначала мы поужинали. Хозяева – пожилая чета – оказались очень милыми. Мы сидели все вместе за общим столом и разговаривали – по счастью, английским старички владели неплохо. Они рассказали, что сегодня должны приехать еще два человека. - Это должны быть очень спокойные мальчики, - сказала хозяйка. – Так что вас они не потревожат. Я надеялась, что так и окажется, потому что очень хотела отдохнуть в тишине и спокойствии. «И никаких отношений», - дала я себе слово, к тому же выполнить это обещание было довольно просто: после Перси остальные парни совершенно не вдохновляли меня. В девять мы разошлись по своим комнатам. Все жутко устали от перелета, так что решили отложить разбор чемоданов на завтра и сразу лечь в кровати. Я думала, что сразу усну, однако ошиблась. Сна не было ни в одном глазу. Я пролежала чуть меньше получаса, а потом решила спуститься. В одной из нижних комнат я видела бильярд – комната, кстати, так и называлась – бильярдная. Почему бильярд и почему именно сейчас? Не знаю, копаться в себе и искать ответы на эти вопросы время было неподходящее. Катать шары мне приходилось пару раз, так что о том, как держать кий и как играть, я знала. Ну и пусть, что я одна. Я могу просто загонять шары в лузы и все, а потом, когда устану, поднимусь в комнату и спокойно усну. Но этим планам не суждено было сбыться. Я успела только начать свою игру, когда услышала шаги в коридоре позади себя. Я обернулась. Мой взгляд упал на часы. Половина десятого. Это время глубоко засело в моей память, потому что сразу после этого я увидела того, чьи шаги еще недавно слышала. Дыхание перехватило, а сама я еле удержалась, чтобы не упасть. Удивление, смущение, какой-то ступор – лишь малая толика того, что я чувствовала. В глазах вошедшего читалось то же самое. Однако он первым прервал это неловкое молчание. - Аннабет, - произнес он тихо. Да, это был он – Перси Джексон.