Бильярд в половине десятого

- Аннабет, - повторил он. Я же молча смотрела на него, не в силах ничего произнести. Казалось, что время остановилось или же наоборот неслось слишком быстро, я чувствовала, что с ним определенно было что-то не так. Я не двигалась, но внутри у меня все кружилось в бурном водовороте. Вот и накрылся мой тихий отдых. - Эм… как у тебя дела? – снова заговорил Перси. Потребовалось время – секунды, минуты, а может даже месяцы и годы – прежде чем я заговорила. - Неплохо, - соврала я, скорее чтобы подбодрить саму себя, нежели ответить на его вопрос. – Как ты? - Тоже ничего, - ответил он. До чего мы докатились, врем друг другу в глаза, при этом прекрасно зная, что оба насквозь видим эту ложь. – В бильярд играешь? - Да, - глубоко вздохнула я и прибавила, - как видишь. Опять молчание. Разговор не клеился, я стояла и держала в руках кий, а Перси все еще находился в дверях. - Не хочешь со мной? – вдруг предложила я. Это точно я сказала? Не помню, чтобы у меня в голове была подобна идея. Ну, в любом случае, я вежливо предложила, а он, я уверена, вежливо откажется. - Почему бы нет. Ладно, признаюсь, я надеялась, что он согласится. Я вновь посмотрела на часы. Прошло всего две минуты. Я определенно потеряла чувство времени. Перси взял второй кий, который был прикреплен к стене, и не спеша подошел к столу. Он собрал шары в пирамиду, используя при этом треугольник, а затем разбил ее. Он кивнул мне, делая знак начинать первой. Играли мы молча. Только иногда Перси изрекал что-то вроде: «Неплохо» или «Ты молодец». Он не обязан был меня хвалить, но мне было приятно это слышать. - Думаю, тебе пора спать, Аннабет, - сказал Перси, когда мы законичил нашу игру. – Представляю, как ты устала сегодня. Спокойной ночи. Я хотела ему возразить, что я вовсе не устала, но не смогла. Да что же это такое происходит? Я злилась на себя за свою слабость, но от этого она лишь усиливалась. Я глубоко вздохнула и решила хотя бы кивнуть в ответ. К счастью, для этого много не надо. - Да, - согласилась я и направилась к выходу. Получилось как-то невежливо по отношению к человеку, которого так давно знаешь, и это подбодрило меня, вдохнуло каплю энергии, чтобы сказать ему еще несколько слов. – Спокойной ночи, Перси. Увидимся. - Надеюсь, - ответил он и хотел подойти ко мне, но передумал. – Спокойной ночи. Я быстро, насколько только могла, поднялась в свою комнату. И о каком же сне тут может идти речь? Я забралась под одеяло прямо в одежде, просто чтобы не стоять посреди темной комнаты. Я вспомнила, что, уходя из бильярдной, посмотрела на часы, они показывали без четверти двенадцать. И только сейчас я поняла, как же долго мы играли. Что́ сегодня происходило со временем, зачем оно играло со мной и чего оно добивалось то ускоряясь, то неимоверно замедляясь? Я лежала и глядела в потолок. В голове крутилась какая-то дурацкая фраза: «Время - вернейший союзник упорства». Я недавно вычитала ее в одной книге, но почему она всплыла сейчас? «Да все просто», - прошептал мой внутренний голос. Вот именно, что совсем не просто. Я лежу здесь, в доме на берегу Франции, и совсем недавно я видела того, с кем и в Америке не думала увидеться. Совпадение? «Конечно же нет», - слышится все тот же противный голос. Совпадение, я уверена. Но все равно странно, что тот, кого я любила больше всего на свете, сидит сейчас внизу. «Любишь больше всего на свете», - поправляет мой собеседник. А вот и нет! Прошло уже два года, все закончилось. «Не глупи, Аннабет, ты же знаешь, что не права. А фраза всплыла потому, что ты все еще надеешься вернуть Перси, и для этого тебе нужно время и упорство». - Да заткнись ты, - я произнесла это вслух. «Правда глаза режет». Что со мной творится? Я разговариваю сама с собой, как будто это совершенно нормально. Похоже, мне и правда требуется отдых. Хотела бы я сейчас оказаться в Лагере. Я не поехала туда, чтобы не встречаться с Перси, хотя очень хотела его увидеть, а теперь я все-таки его встретила, но в абсолютно другой стране, и это странное совпадение пугает. Не запутаться бы в своих мыслях. «Вот поэтому спи скорее», - прошептал голос, зевая. И что странно, я тут же забылась крепким сном до самого утра.