Шёл снег...

Сделка - "неплохое" начало для романтических отношений. Чувство вины - просто "идеально подходит" для чувств о проведенной ночи. Рисуна была уверена, что думать о куноичи, которых помимо прочего обучают ещё и изяществу, профессиональному обольщению, натренированных телами и умных - саморазрушительно, она им точно не соперница. Ну зато я прочла три книги с пятьюстами способами заняться любовью. И вообще, зачем я обдумываю это? Как будто могут быть у меня нормальные длительные отношения с таким-то легким поведением. Всё же кончилось. Вроде бы. Девушка переставала воображать оптимистичные картинки и это помогало, но лишь на недолгое время. Кисаме. Ну в конце концов, чем я рискую? Боюсь девушки? Серьезных отношений? Ха! Что мне помимо этого останется в жизни? Каждый день одно и то же, не получится и пускай. Откажется - ну и пускай. Не утоплюсь же с горя. Надо бы снова полистать ту книгу. И парочку других. дать пришлось долго, но это ничто по сравнению с многочасовыми засадами. Кисаме повторял про себя правила так, словно готовился к трудному письменному тесту. Поэтому он не забыл поклониться, как примерный, хотя и незваный гость. - Здравствуйте, Кисаме. Как ни странно, визит её не удивил. Как бы разум не был уверен, сердце тоже предчувствовало. Ну, или если на то пошло - синяя чакра против красной. Логика против предчувствий. Гм. А ведь он вроде бы ещё и не пьющий, не курящий. Рисуна тоже поклонилась, но чуть глубже и дольше. - Буду рада принять вас у себя во второй раз. У мужчины от сердца отлегло - Рисуна говорила искренне. Вот чем она вызывала его восторг, так это своим полным неумением и нежеланием лгать. Что бы она сделала мужчине, который пришел бы так же, как он? Кисточками закидала? Я задам этот вопрос позднее. Хошигаки протянул засмущавшейся девушке белую коробку, обёрнутую красной нитью. И вот, я снова в её доме. Прошло немного времени, а я уже соскучился по обстановке. Будет обидно, если пропадёт. А без Рисуны не будет и этого уюта. Интересно, если пригласить её к себе, получится то же самое? И в чем вообще заключается уют? Девушка разлила обоим чай, по комнате распространился приятный травяной аромат. - Я собиралась поехать на соседний остров, в город покрупнее за покупками, а не принимать гостей. Может быть в другой раз? Вы не подумайте, что я против. - Надеюсь, я не сильно навязываю своё общество, но я с удовольствием составлю тебе компанию. Обещаю быть полезным. Захватив с собой зонтик, Рисуна отправилась за необходимыми в хозяйстве вещами. Кисаме мало того, что не ушёл, так ещё и вызвался сопровождать её. На улицах по прежнему было светло и снежно. Художница жила на расстоянии от моря, ведь в тех местах не холодил воздух бриз, ледяной в это время года. Дом окружали высокие деревья, среди которых стояли и другие дома. Она взяла лодку в прокат и отправилась на другой берег, Кисаме взялся управлять, хотя он просто кинул конец цепи, созданной на скорую руку акуле. Он с невозмутимым лицом выделывался перед девушкой. Пустив акулу нарочито медленно, понаблюдал за действиями Рисуны. Она перечитывала список покупок, а потом взялась рисовать окружающее пространство тушью на небольшом листе. - Зачем ты пошел со мной? - М. - он не думал заранее о причине. - А ты против? Только не говори пожалуйста, отвязаться от тебя потому что ты уже заплатила мне! Я так не хочу. Она не стала торопить мужчину с ответом, сразу догадавшись, что он склонен к импульсивным действиям, не обремененным причинами и следствиями. Да к тому же... Нужно было решить, что ей делать дальше. Рисуна была не из отважных, не из сильных телом. Поэтому единственным выходом для неё было избегать опасности, как таковой. Обходить стороной любое проявление. Потому она и жила, как мышь. Это знакомство противоречило вообще всему, что она приписывала спокойной и безопасной жизни! Этот человек таил в себе явную угрозу, он почти неуправляем и к тому же мало кто бросит ему вызов даже среди шиноби ранга джоунин, никто не придет ей на защиту... Но с другой стороны в этом и его плюс, никто не подумает и обидеть. Если, конечно, будет знать, с кем она водится. Она постепенно привыкала к Кисаме, к тому, что он рядом и смотрит на неё. Как же быстро иногда чуждые правила и люди входят в твою жизнь! Но тут появилась вторая загвоздка: если в жизнь молодой художницы входило то или иное, то оно оставалось там навсегда либо забирало уходя рваный кусок души. Насколько он стоек? Она смахнула прядь волос с глаз и стала раскладывать принадлежности для акварельного пейзажа, используя возможность неторопливого хода лодки и свободу рук. - Тебе неприятно, когда на тебя смотрят, верно, Рисуна? - Да. Верно, Кисаме. Но тебе можно. Она удивилась, как он это заметил. Художнице всегда казалось, что она хорошо скрывает свои асоциальные порывы. Снова пошел снег. Первые кристаллики льда опустились на бумагу. Рисуна подняла голову и огляделась вокруг: густой утренний сиреневатый туман, далеко пейзажи берегов и снег... Большая акула, которая степенно тащила длинную лодку секунду назад, остановилась, выпустила цепь из челюстей и скрылась в глубине. Лодка замерла на середине озера, туман, казалось, не становился прозрачнее, только густел. Она поняла это по исчезавшему горизонту. Снежинки все равно мешали рисовать, как следует, так что она отложила всё это и собиралась достать зонтик... Но заметила на себе взгляд ещё более пристальный, чем раньше. Кажется, что она делает это нарочно... Но не думаю, что Рисуна так поступает. Она же не из тех, кто напрашивается на ЭТО. Сегодняшнее фиолетово-лиловое кимоно ничего такого не выставляло, ни откровенного разреза, ни излишней тугости. Однако, даже то, что открыто приковывало внимание. А именно, шея и руки. Когда она чуть поворачивалась, наклонялась за чем-нибудь или даже просто сидела, когда пыталась не показывать озяблости рук и прятала их в рукава, не растирая и не грея дыханием. "Аристократка". Повезло мне с выбором чтения! Книга по этикету кстати, эта девушка ведет себя подобающе высокородной, хотя я ничего не знаю о её происхождении. Кисаме сидел, облокачиваясь о колени и вытянулся в её сторону, невольно примеривая на себя облик хищного зверя. Он быстро оказался рядом, даже не качнув неустойчивую лодку. От неожиданности девушка немного отпрянула, но смотрела ему в глаза и там не было страха. Ему это понравилось. Держась за края лодки над её головой, он припал своими губами к её, запустил пальцы под свободный сиреневый ворот, лаская холодную кожу. У него были теплые руки и хорошее кровообращение, поэтому Рисуна не почувствовала ничего особенно неприятного и уже через несколько секунд внутреннего замешательства, сдалась на его волю. Все таки она была очень одинока. Руки проделали мимолетный путь сверху вниз, оставляя за собой след из расходящейся в стороны одежды. Тонкая полоса однотонной кожи вызвала бурю эмоций, какой-то взрыв. Кисаме наклонился, что бы изучить губами всё это, поэтапно и не медля, не пропуская ни одного изгиба, ни одной интересной частички. Он уже стоял на коленях у Рисуны между ног, когда откинул ещё больше в стороны её кимоно и заметил шрам на животе, чуть выше бедра, справа. Тонкий, длинный, но видно, что это была глубокая рана, не кунаем, не катаной. Увидев его заинтересованность, девушка пояснила - Ножом... Просто грабители. - Ты говоришь об этом так спокойно? Она стыдливо прикрыла рот рукой, на щеках алел румянец от ласки джоунина. Ей не хотелось вспоминать тот случай, тем более сейчас. - На тебе даже шрамы красивы. - непривычно, но восхитительно чувствовать её кожу у себя под руками и лицом. В особенности ту, что с внутренней стороны бедра. Он не особо церемонился с приличием и не старался держать себя в руках, так что просто выполнил то, что пришло в голову секундой ранее. Порыв, страсть, желание... Девушка охнула от неожиданности и впервые предприняла попытку сопротивления, когда он вдруг весь придвинулся ближе к обнаженной чувствительной детали... Он касался скулами внутренней поверхности бедер, пропустив руки под коленками ласкал талию, а рот вот-вот должен был коснуться зоны неприличия... Рисуна взбунтовалась всем своим существом, замерла, застыла, но что делать в таких ситуациях - не знала. - Не... Не смотрите туда так пристально! - попыталась она, отведение собственного взгляда ни чем не помогло. Он её не послушал. Сдавленный писк вырвался из груди, когда инородный и горячий, но такой острый и юркий, предмет ворвался в отверстие и стал изучать то, до чего дотягивался. Но и этого было достаточно для того, что бы потечь. - Не здесь... - простонала она, стесняясь чужих взглядов. Мечник понял это по своему и сменил позицию, заставив девушку широко распахнуть глаза и громко простонать. Она прогнулась и начала чуть двигать бедрами, подставляясь ещё больше и раскрываясь ещё шире. Кисаме поудобнее перехватил девушку за лодыжки и поднял вверх, так, что голые коленки её уже виднелись над краями лодки. По старой жизненной привычке, Рисуна не долго боролась и постаралась просто не думать о застенчивости, о чужих взглядах. Он тем временем словно пытался охватить, как можно большую поверхность её плоти ртом, широко открыв его и чуть всасывая, что заставило Рисуну застонать от удовольствия и возмущенно охнуть одновременно. Оргазм растекся приятным теплом по телу. Каждая её мышца расслабилась, она ощутила себя шарнирной куклой с плохо подкрученными, слишком подвижными суставчиками. Конечности не очень слушались. Минут через десять-пятнадцать Кисаме позвал свою акулу назад и лодка возобновила движение. Я предположила, что он очень постарался и ждал комментария. - Это... Это было потрясающе. У меня нет слов, Кисаме. Ну он и извращенец, выделывать со мной такое прямо под открытым небом! - Рисуна пыталась разозлиться, но даже стыд куда-то делся. Было же хорошо. Мужчина удовлетворённо улыбнулся. Лодка причаливала к берегу. С чего бы ей вдруг проникаться ко мне симпатией? Нужны какие-то причины для женщины, что бы позволить мужчине быть рядом. Ей нравится секс, я это вижу и тут богатое поле для действий, просто таки чистый лист, она не будет против экспериментов... Но это не может быть единственной причиной. Я хочу быть ей по настоящему нужным. Но что я мог бы дать Рисуне? Кисаме подумал про её шрам. - Я могу сделать так, что тебя больше никто никогда не обидит. - Чётко сказал он. Это было серьёзное заявление и потому его удивили иронично-веселые искорки в глазах девушки. Это так мило, что он пытается завоевать меня. Особенно, когда и завоёвывать то не надо. Она интересовалась лишь вопросом, как? Но стеснялась задавать его, поставив тем самым шиноби в неловкое положение. - Не веришь? - Рисуна низко опустила голову, она не хотела ссориться с ним, но Кисаме и не выглядел особо обиженным или оскорбленным. - Я дам тебе свиток с призывной техникой. Простой, ты научишься его использовать и призывать меня или акул. - А будут ли твои акулы меня слушаться? - Об этом я позабочусь. Гарант безопасности в обмен на всё остальное. Честно? Условия устраивали, но что-то все же смущало художницу. Возможно то, что они только что обменялись друг-другом, как вещами. Воин на женщину. Ходить с джоунином оказалось приятнее, чем она думала. Мужчина любезно взял на себя часть пакетов, но больше помощи не понадобилось. Может быть потому, что с его лицом и репутацией никто не хотел лишних проблем. К тому же они засветились вместе. Скоро каждый сосед Рисуны будет знать, потом и весь Киригакуре, а так же за его пределами, но там уже будут говорить не о том, с кем Рисуна, а о том, что легендарный Монстр Скрытого Тумана приударил за женщиной. Ужас. Слухи. Пересуды. Вопросы! - Рисуна побледнела от таких размышлений и положила в один из пакетов ещё мешок с рисом. Сделанного не воротишь. Да и у положения есть немаленькие плюсы.