88

I got in a fight, I was indisposed I was in, despite all the wicked prose But I'm only a man And I do what I can B-E-H-A-V-E Arrest us Italiana mobster Looking so precious B-E-H-A-V-E Never more You gave up being good when you declared a state of war! Eh I don't behave, I don't behave, oh eh Are you going to the party? Are you going to the show? 'Cause I'm only a man, do what I can, oh I did something bad, maybe I was wrong Sometimes people say that I'm a big time bomb But I'm only a man And I do what I can The fire it's alright 'Cause we can make 'em all go crazy We can make 'em wanna die Oh, whoa, oh, whoa The fire it's alright The people touch it I can't touch, even though it's mine --- Я ввязалась в драку, хотя не хотела, Но всё равно влезла, несмотря на злобные насмешки, Но я всего лишь человек И делаю то, что могу В-Е-С-Т-И С-Е-Б-Я Х-О-Р-О-Ш-О Арестуйте нас Итальянский гангстер Такой изысканный В-Е-С-Т-И С-Е-Б-Я Х-О-Р-О-Ш-О - Больше никогда! Ты перестал быть хорошим, когда объявил войну. Эй, я не буду слушаться, не буду слушаться! Ты идешь на вечеринку, хочешь видеть шоу? Ведь я всего лишь человек и делаю, что могу. Я совершила что-то плохое, может, я была не права, Иногда люди говорят, что я - бомба замедленного действия, Но я всего лишь человек И делаю то, что могу Огонь полыхает, как надо, Ведь мы можем всех свести с ума, Заставить их желать смерти. Огонь полыхает, как надо, Люди прикасаются к нему, Но я не могу, Даже если он исходит от меня... (grimes - kill v. maim)

8 мая. 8:30 Как только Вайлет проснулась, она по привычке выглянула в окно. И с неясным воодушевлением и почти восторгом заметила, как её белокурый приятель помогает рабочим разгружать картонные коробки. Воодушевление это было неожиданностью даже для неё самой, учитывая то, что в последнее время она чувствовала себя не слишком хорошо, находясь словно в тумане. Вчера она целый день провела в палате, чувствуя жуткую тошноту и головокружение. Несмотря на заверения, что с ней всё в порядке и нужно дальше изучать план подземных коридоров и думать, как пробраться мимо охранного пункта на улице в день побега, Тейт и слышать не хотел о том, чтобы Вай покидала постель. Он заботливо приносил ей поесть (и за что только платят персоналу!), и заставлял поспать, чтобы прийти в норму. Такое беспокойство и желание помочь должны были вызывать у Хармон умиление и благодарность, но она отчего-то только больше злилась. Будто она маленький ребенок или тяжело больная, что нельзя дать ей и шагу ступить дальше собственной палаты. Вчера вечером Вайлет засыпала с тяжестью на душе, зная, что приближается день мероприятия, а они так и не подготовились к побегу как следует. Но сегодня всё поменялось, как только девушка проснулась, понимая, что самочувствие стало в разы лучше, да и как ни крути, она любила музыку, любила петь и слушать живые музыкальные инструменты. А в коробках этих, как она была уверена, лежали составные части ударной установки, которую уже сегодня Тейт приведет в действие, и Вай, наконец, услышит, как он играет. Наскоро одевшись и умывшись, Хармон натянула свои белые кеды и понеслась вниз по лестнице, желая помочь молодому человеку, если в этом будет необходимость, отбрасывая прочь мысли о вчерашнем недовольстве по поводу слишком сильного беспокойства Тейта. Но первым, кого она увидела, был Коннолли, с довольной улыбкой встретивший её на крыльце. Девушка остановилась, как вкопанная, теперь смотря на этого юношу совсем не так, как в день их знакомства. Она не видела его больше суток, и теперь этот молодой человек с мраморно-белой кожей и длинными шелковистыми волосами казался ей демоном в ангельском обличье. Мойра говорила её то же самое про Тейта, призывая остерегаться, но эти два парня были совсем не похожи.У Тейта во взгляде можно было рассмотреть тепло и лучи надежды, у Коуна же были только льдинки безумия, прожигающие насквозь. Услышав приветствие в свой адрес, Вай пришла в себя, отведя взгляд от холодных прозрачных радужек и промямлив в ответ что-то похожее на "привет". Через плечо на кожаном потрёпанном ремешке у парня висела черная электрогитара, а в руке он держал похожую по стилю бас-гитару с четырьмя толстыми струнами. И она, судя по всему, предназначалась Вайлет, хотя та меньше всего хотела играть в группе с маньяком-убийцей. – Хэй, Лэнгдон, твоя Лолита спустилась для утреннего поцелуя. Вай скривилась, в недоумении посмотрев на альбиноса, всем своим взглядом говоря: «Ты, бл*ть, серьёзно?». – Вайлет, не слушай его, у него нехватка женского внимания, вот и выпендривается, – усмехнулся Тейт, показавшись в проходе с небольшой коробкой в руках. Девушка сглотнула. После того, что она узнала про альбиноса, эта фраза казалась неоднозначной. – Хм, ну я бы так не сказал, – изобразил обиду Коун и подмигнул девушке. Она лишь отвернулась, ничего не ответив. Ей придется долго привыкать к манерности его поведения. И свыкаться с мыслью о том, что этот маньяк считает Тейта своим приятелем. А теперь ещё и саму Вай… Поставив коробку на пол с несколькими другими, блондин подошел к Хармон и чмокнул в щёку, внимательно разглядывая её, будто за ночь с ней могло произойти что-то плохое, и он пытался угадать, всё ли в порядке. Но он даже не успел спросить, девушка его опередила. – Я жива и здорова, не смотри на меня так, будто приведение увидел, – усмехнулась она, засунув руки в карманы объемного вязаного кардигана и закатив глаза. Опять двадцать пять... – Я и не… Ой, ладно, я просто переживаю за тебя. Твоё головокружение и ночные походы… Сжав губы и мельком взглянув на Коннолли, который, поставив гитары к стене, всё ещё стоял на крыльце, Вай не дала договорить и схватила Тейта за предплечье, отведя его в сторону. – Тейт, я ещё вчера сказала: прекращай это, – сказала она тихо, чтобы никто не слышал. – Что? – растеряно усмехнулся парень. – Переживать за тебя? Никогда не перестану. – Я что, по-твоему, совсем не способна сама о себе позаботиться? Тем более, я не хочу, чтобы твой приятель даже отдалённо знал о том, что со мной не так. – Мы, в общем-то, и сами этого не знаем… – задумчиво проговорил блондин. – Это не важно! Я не хочу, чтобы Коун подкарауливал меня ночью в коридоре для милой беседы. – Этого не произойдёт, – отрезал юноша, став серьёзным. – Я предупредил его, чтобы он не смел к тебе приближаться. – Спасибо, но вот он здесь, с нами. И репетировать он тоже будет с нами. Теперь Коун везде будет с нами, потому что нам якобы нужно быть с ним друзьями ради нашей же безопасности… Но много ли для него значат твои слова? Вспомни, как он пытался поджечь больницу. Твои уговоры на него не подействовали. Если бы вас не схватили, здесь были бы обгоревшие руины… – Ладно, остынь, чего ты так завелась? Я обещал, что всё будет в порядке, значит так и будет! Лэнгдон взял девушку за руки, надеясь успокоить. – У тебя руки дрожат… И ты ещё говоришь мне, что всё хорошо? – недоверчиво проговорил молодой человек. – Я просто не выношу гипер-опеку, окей? Я спустилась, чтобы помочь, и была рада тебя видеть, а ты встретил меня так, словно кто-то умер. – Вай, прости, я постараюсь себя контролировать, но ты никогда не сможешь заставить меня меньше переживать за тебя. – Сжав губы, Тейт обернулся, взглянув на Коннолли, который принёс и поставил в коридоре ещё одну коробку. – Тогда делай это так, чтобы не провоцировать своего кореша, – кивнула Вай в сторону альбиноса. – А то вдруг он подумает, что я несу тяжкое бремя нездорового рассудка, и решит меня от него избавить. – Я никому не позволю тебе навредить, – ответил Тейт, его тон с успокаивающего сменился на жесткий. Вздохнув, девушка решила немного успокоиться. Это глупо, не стоило так набрасываться на Тейта с первых же секунд встречи. Но её не обрадовал тот факт, что он обсуждает её слабые места и проявляет свою заботу и чувства на глазах у Коуна, который, в силу своей неадекватности, сможет, если захочет, воспользоваться этим и либо надавить на Тейта, чтобы потом его использовать, либо воспользоваться слабостью самой Вайлет. Девушка не хотела делиться этими мыслями с парнем, чтобы он не счёл её параноиком, но всё же решила быть начеку, находясь рядом с Коннолли. Одному Богу известно, что может возникнуть в больном разуме человека, способного на столь зверские поступки. Вайлет поняла, что её помощь в доставлении инструментов в общую комнату не пригодится, и решила поскорее отправиться на завтрак, а затем к Джулии. Им было о чём поговорить. __________________________ 9:39 Черная капиллярная ручка шуршала по белоснежной бумаге. Хармон нетерпеливо ерзала на стуле напротив Сноу, которая не дала ей сказать и слова, когда девушка вошла в кабинет. Похоже, Джей была очень занята, и ей нужно было срочно завершить какой-то отчёт, но нетерпение Вай от этого не становилось слабее. Девушка уже привыкла, что почти каждая их беседа начиналась с того, что Джулия сосредоточенно что-то делала, совершенно не обращая внимания на пациентку, а та с зудевшими конечностями не находила себе места, собирая в голове все мысли, которые хотела скорее выразить, пока те не улетучились. – От тебя такое напряжение исходит, ещё немного, и ты меня током ударишь, – монотонно пробормотала Сноу, заканчивая писать что-то в одной из медицинских карт, и захлопнула её, заставив Хармон вздрогнуть от неожиданности. – Зачем назначать сеанс на определенное время, если мы по несколько минут просто сидим и молчим? – поинтересовалась Вай. Джей улыбнулась, хотя глаза её оставались такими же пронзительными и ничего не выражающими. – Затем, чтобы ты успокоилась и подумала о том, что хочешь сказать. Я давно заметила: когда пациенты заходят в кабинет, и врач с ходу пытается завязать беседу и задавать вопросы, обычно у них в голове вакуум или каша. А по прошествии нескольких минут тишины в уме вроде как что-то и формируется. – У меня уже давно всё сформировалось, так что мне нужен совет, а не рассуждения по поводу каши в голове. – О, охотно поверю, что у тебя есть что мне поведать, но поверь, раз ты всё ещё сидишь здесь передо мной, значит у тебя сформировалось далеко не всё... – Окей, просто выслушай и скажи, могла ли я из-за этого оказаться на грани срыва и решиться на самоубийство. Джулия ничего не сказала, но тут же взгляд её стал ещё более серьезным и внимательным. Она кивнула, сложив руки в замок, и приготовилась услышать то, что давно ждала... __________________ Месяц назад. Миссури - одна из самых длинных рек-притоков. Вайлет не помнила точно, но кажется, где-то недалеко от Сент-Луиса она впадает в Миссисипи. В районе Блэк Игл Фоллс река была не такой уж и широкой и полноводной, но обилие небольших склонов и искусственных дамб создавало крошечные водопады и водяные пороги на поверхности воды. Вай нравилось приходить сюда и слышать шум водяных потоков, будто была на настоящем водопаде. Здесь было спокойно и уютно, недалеко от дамбы имелись скамейки и аллеи для прогулок, а на спокойной поверхности воды плавали утки и гуси. Сейчас их, конечно, не было видно, и Хармон не знала точно, от того ли, что ещё было холодно, или потому, что уже темнело. На каменистом берегу она сидела совершенно одна. Изредка по дороге, слева от которой была река, а справа выложенный булыжниками склон, проезжали машины, но их было не много. Одна из них вдруг остановилась неподалеку на обочине. Водитель не гасил фары, но из машины никто не выходил. Хармон на миг посмотрела на авто и тут же отвернулась. Её не волновали окружающие люди, только шум воды и тёмное закатное небо. Но именно шумные потоки не позволили девушке услышать чьи-то шаги за спиной. А когда она осознала, что к ней кто-то приближается, и хотела обернуться, было уже поздно. Свет померк, Хармон закричала, не понимая, что происходит, но чьи-то руки зажали ей рот поверх мешка, который эти же руки нацепили на её голову, затянув шнурок на шее. В следующий миг девушка осознала, что нападавший был не один: кто-то сковал её руки за спиной и не отпускал, пока кто-то третий несильно пнул её в живот носком ботинка. Потеряв возможность двигаться и ориентироваться в пространстве, Вайлет пыталась меньше паниковать и глубже вдыхать воздух носом через плотную ткань мешка, чтобы не наступило кислородное голодание и не закружилась голова. Она всё ещё надеялась вырваться и убежать, а для этого ей нужны были силы. Нападавшие ничего не говорили, но не через несколько секунд словно по команде схватили Вай за руки и за ноги, потащив вниз по склону. И вот теперь у девушки не было сил сдерживать панику. Она прекрасно понимала, что дальше - вода. Человек, зажимающий ей рот, на ходу не мог делать это как следует, и Хармон снова попыталась закричать и позвать на помощь. Незнакомый мужской голос шикнул на неё, чтобы она заткнулась, и встряхнул её за ноги. Но Вайлет не собиралась слушаться, она глубоко вдохнула для нового крика, но в этот же момент её отпустили, и тело погрузилось в ледяную воду Миссури. Легкие сдавило от холода, тело начало неметь, и девушка отчаянно засеменила руками и ногами, боясь, что глубина большая, и она может утонуть. Но колени коснулись галечного дна, и Вай, всё ещё ослепленная мешком на голове, отчаянно потянулась вверх, выныривая над поверхностью. В первую очередь Хармон попыталась развязать затянутый на шее шнурок от мешка, чтобы стащить его, но снова откуда ни возьмись, появились чьи-то руки, и толкнули её в воду. Ненадолго погрузившись с головой, девушка снова быстро поднялась. Она уже начала привыкать к холодной воде, но это вовсе не значило, что ей не хотелось поскорее выбраться. В голове ни на миг не возникало мысли о том, кто это и что им надо, Вай думала только о том, как бы не задохнуться в плотном мешке, теперь ещё и пропитанном водой. – Всё, хватит, пошли, – послышалось неподалеку совсем тихо, но девушка расслышала, надеясь, что на этом всё закончится, а затем вдруг почувствовала на плечах горячие, по сравнению с её телом, руки, и поняла, что придется снова задержать дыхание. Вайлет ощущала дно, опираясь о него коленями и руками, но крепкая хватка не давала ей оттолкнуться и вынырнуть. Ненормальный продолжал давить ей на плечи и держал под водой, будто желал ей смерти. Хармон не могла поверить в то, что кто-то ненавидит её до такой степени, но это сейчас было не важно. В голове мелькнула мысль о том, что теперь её мама спокойно выйдет замуж, а отца не будет мучить совесть из-за того, что он не виделся с ней вот уже несколько недель. Теперь им обоим будет легче. А остальной мир просто не заметит эту утрату, не так ли? Кому какое дело до мрачной и неприметной Вайлет Хармон? В голове помутнело, конечности ослабли. Есть ли смысл бороться?.. Вот уж нет! От Вайлет Хармон так просто не избавиться! В тот самый момент, когда Вай, чувствуя жгучую ярость, выпустила изо рта последние пузырьки, готовясь, несмотря ни на что драться, кусаться и биться за жизнь, хватка ослабла. Неведомая сила подхватила девушку, и она изо всех сил оттолкнулась от дна, в тот же миг цепляясь ногтями за веревку и срывая мешок со своей головы. Легкие зажгло огнем, словно вместо кислорода она вдохнула какой-то едкий газ. Оглядевшись по сторонам, она заметила возле дороги трёх людей в черных капюшонах, двое из которых бежали что есть силы в сторону машины, а третий кричал от боли, пытаясь на бегу отмахнуться от собаки, вцепившейся в его щиколотку. Не чувствуя совершенно ничего, кроме жуткого холода и боли в груди, Хармон вышла из воды, вскарабкавшись по камням на газон, и рухнула на сухую траву. Из глаз лились слезы, и они были невероятно горячими после холодной "ванны", которую девушке пришлось поневоле принять. Послышался визг покрышек, машина, на которой приехали напавшие на девушку, рванула с обочины и унеслась в неизвестном направлении. Вай даже не пыталась подняться, запомнить марку или номер автомобиля. В голове было пусто, только сердце бешено стучало от выброса адреналина, а тело начало неистово дрожать, но Вай не вставала, боясь пошевелиться. Вдруг совсем рядом раздалось шуршание травы, но девушка даже не успела испугаться, как увидела над собой морду своего спасителя, который лизнул её в лоб. – Хэй, Рэд, где ты? – послышался вдалеке голос пожилого хозяина. – Ко мне Рэд! Вайлет закрыла глаза, пытаясь изо всех сил сдержать слёзы, чтобы мистер Даллас её не услышал и не задавал лишних вопросов. ________________________ 8 мая. 10:32 – Ты вспомнила, кто это сделал? – спросила Джулия, записывая слова Вайлет в свой блокнот. – Я ведь сказала, что они натянули мне на голову мешок. А когда я его сняла, они уже сверкали пятками, убегая от собаки. Одному из них знатно досталось, Рэд с врагами не церемонится, держу пари шрамы остались глубокие. – Твои родители знают об этом? – Я не знаю. Но мне почему-то кажется, что нет. – Почему? – Я не знаю, – снова повторила девушка. – Слишком уж я не доверяла им в последнее время. И тогда я думала, что со всем могу справиться сама. – Вайлет, тебя пытались утопить, ты понимаешь, что логично было бы обратиться в полицию? – Значит, была причина, по которой я этого не сделала. Джулия нахмурилась и задумчиво посмотрела на свои записи. – Я не думаю, что из-за этого ты могла решиться на суицид. Хармон ничего не ответила, с дрожью в теле вспоминая чувство обреченности, которое было в её душе в последние секунды под водой. Почему она тогда думала о том, чтобы сдаться? Из-за мыслей о родителях, которым, как она думала, было бы легче без нее? Что, если уже тогда Вай подумывала о смерти? – Но мне почему-то кажется, что на этом происшествии всё не закончилось. – Думаешь, были и другие покушения? – Вряд ли это было покушение. Скорее тебя хотели очень сильно напугать. – И если я не пошла в полицию, то им это удалось... Значит, если бы от меня хотели избавиться, то сделали бы это наверняка и без шума? – Дилетанты без шума не умеют, обязательно оставят какие-нибудь следы, а профессионалам вряд ли нужна малолетка, которая никому ничего плохого не сделала. – Начинаю сомневаться, что не перешла дорогу какому-нибудь мафиози, раз два раза за месяц оказывалась в реке, причём второй раз почти утонула... – Ты должна узнать у родителей про этот случай. – Нет! – воскликнула Хармон, не желая обсуждать такие вещи с теми, кому тогда было всё равно, что с ней. А возможно, и сейчас всё равно. Она не хотела видеть их испуганные и виноватые лица. – Ты должна. – Нет, не должна! Это только моё дело! – Не поговоришь ты, значит, это сделаю я! Вайлет вздохнула, откинувшись на спинку стула. – Если это каким-то образом связано с тем, что ты бросилась с моста, мы должны это выяснить. Может случиться так, что ты всё ещё в опасности. И нам нужно это выяснить. И тебе нужно постараться вспомнить, что было дальше. – Я тебе не книга, в которой можно перелистывать страницы. Я и так стараюсь, как могу. – Значит, плохо стараешься. Тебе нужна встряска. Что-то такое, что заставит тебя выйти из оцепенения. – Что, опять с моста сигануть? Может, тогда всё и вспомню, – мрачно усмехнулась Вай. – Нет. Но думаю, скоро ты сможешь многое осознать... Улыбка исчезла с губ Вайлет, она подозрительно посмотрела на Джулию. Почему у неё было ощущение, что врач знает намного больше, чем говорит? Это очень сильно напрягало. Но Вай не могла спросить напрямую. Она всё ещё помнила, что Сноу от неё что-то скрывает. Но зачем и почему - оставалось вопросом. – Что ж, думаю, на сегодня всё. – Тогда я пойду на репетицию. Может быть, мне и нужна встряска, но никто не отменял веселье. Джей пожала плечами и снова уткнулась в свои записи, не обращая больше внимания на Вай, будто она уже ушла. "До чего же она странная..." – подумала Хармон, и выскользнула из кабинета с тяжелым грузом на душе от своих воспоминаний. Но Тейту она, пожалуй, о них говорить не будет. Пока не поймет, как это связано с её нынешней ситуацией. ________________ 11:18 За все время пребывания в больнице Вайлет и представить не могла, что в этом заведении имеется собственный актовый зал. Ей всегда казалось, что в этом крыле Грейт-Фоллс были очередные палаты или особые процедурные кабинеты, куда ей, к её облегчению, не надо было ходить, вот она и не задавала лишних вопросов, чтобы ненароком не оказаться на новых мучительных процедурах. Но оказалось, что в соседнем от столовой и кухни коридоре был проход в небольшой зал с низкой сценой и рядами деревянных стульев, расположенных по обе стороны от широкого прохода в центре. Судя по виду мебели, она была довольно старой, явно приобретённой для больницы даже не в этом веке, но к удивлению девушки, все было в довольно хорошем состоянии. Это означало только одно: залом пользовались очень и очень редко. Иначе пациенты давно разломали бы все стулья, написали бы на них кучу всякой похабщины, наклеили бы соплей и других излишков своего тела... От этих мыслей Вай стало тошно, и она решила отвлечься, поднявшись на сцену и восхищением рассматривая ударную установку, которую Тейт уже успел распаковать. Установка ещё не была собрана. Пластик на барабанах был потертый, совсем старый, отчего создавалось впечатление, что барабаны свалили сюда, чтобы потом выкинуть, но девушка все равно заинтересованно обходила все вокруг, аккуратно трогая и постукивая по поверхности, чтобы извлечь какой-нибудь звук. Остановившись у самого большого, Хармон присела на корточки, с интересом рассматривая винты по периметру окружности. – Это бас барабан. Вайлет встала и резко повернулась, не ожидая, что кто-то придёт сюда, пока все пациенты на процедурах. Посмотрев в холодные глаза цвета полярного льда, она отвернулась, невольно чувствуя в душе отвращение к этому человеку. По коже пробежались мурашки, в коленях ощущалась дрожь, но Вай старалась не показывать свои эмоции. - А это напольный том, - воодушевленно объяснил Коун, подходя ближе к сцене, и указал на барабаны поменьше. - Ты тоже на них играешь? - спросила Хармон, чтобы как-то поддержать разговор и не думать о том, что этот псих держал в подвале несчастных девушек, а затем убивал их. - Нет, пока таскали коробки и распаковывали инструменты, Тейт объяснил. А я быстро учусь, - весело улыбнулся альбинос. Сам себя не похвалишь, как говорится... Вайлет повернулась к нему, мельком оглядев его белоснежные длинные волосы, сегодня забранные в небрежный хвост. И теперь она заметила его выраженные скулы, на которых было заметно несколько ссадин, а под глазами - все те же синяки. - Ты ведь знаешь Мойру? - спросил вдруг Коннолли, присев на край сцены. Вай сжала кулаки и сглотнула. Тейт предупреждал ее, что с ним нужно быть осторожной, но этот вопрос заставил проснуться всю ее враждебность. - Что тебе от неё нужно? - как можно спокойнее проговорила Хармон. - Вы, девушки, такие странные создания. Ну почему сразу что-то нужно? - усмехнулся Коун. - Потому что вы, парни, тоже довольно странные создания. И иногда вам очень сложно верить. Коун присвистнул, расплываясь в улыбке. - Что, Тейт уже успел накосячить? Так это всё-таки он помог Лэни отойти в мир иной? Ну не злись на него за это, нужно же иногда человеку душу отвести... Тем более такому, как он. - Тейт здесь ни при чем. И он не такой, как ты думаешь. - Хм, значит, он такой, как думаешь ты? - подтянув ноги на сцену, Коун ловко встал и в два шага оказался возле Вайлет. Та невольно отпрянула, чувствуя, как в груди подскочило сердце. - Уверена, что ты его знаешь? Что то, что он натворил - в прошлом? И такого больше никогда не произойдёт? Девушка молчала, зная, что юноша прав, и как бы она ни хотела верить в лучшее, душевные болезни плохо поддаются контролю. - Но тебя это не сильно волнует. Иначе ты бы не проводила с ним столько времени. И не желала бы так страстно, чтобы его дружок оказался у тебя между ног... – с довольной улыбкой спросил Коннолли, наблюдая за тем, как округлились глаза Вай. – Вы уже успели вкусить греховный плод? - Что? - усмехнулась Хармон, инстинктивно сложив руки на груди, чтобы закрыться от парня. - Думаешь, я от твоих слов раскраснеюсь и буду в шоке? Не думай, что твой эпатаж меня каким-то образом трогает. - Ну что ты, я просто переживаю за друга! - почти искренне проговорил Коун. - Я вижу, Тейт тянет с таким ответственным моментом? Наверное, хочет, чтобы все было как следует, со всеми там романтическими атрибутами. Понимаю, ты уже извелась, но потерпи немного, дай ему подготовиться. Всё-таки потеря девственности вызывает волнение не только у девушек... Вайлет вскинула брови, непонимающе смотря на парня. - Ооо, малышка Вай не знает, что будет первой у Тейта Лэнгдона? - тихо, почти шепотом сказал Коннолли, и вот тут щеки девушки залились румянцем. - Да, милая, он берег этот момент для тебя, хотя уже и не думал, что встретит здесь кого-то, с кем захочет переспать. Так что ты особенная, я уж точно знаю. Я ведь говорил, Тейт тот ещё лирик. Когда я спрашивал, сколько девушек у него было, он равнодушно отвечал, что не желает делать это без любви. - Зачем ты говоришь мне все это? - спокойно спросила Хармон, хотя в душе её проснулось тепло от мысли о том, что, судя по всему, чувства Тейта – это и правда нечто серьёзное. Если этот типа вообще говорит правду, а не несёт очередной бред воспаленного мозга. - Я не обсуждаю такие вещи с посторонними людьми, так что не думай услышать от меня хоть что-то по этому поводу. Переспали мы или нет - явно только наша с ним забота. Альбинос сел на стульчик барабанщика и вздохнул. - Может быть, ты привыкла видеть подвох и плохие намерения в словах людей, но ты сама видишь, я не совсем нормальный, так что считай, что это мой своеобразный способ показать, что я рад за вас. - Оу, - протянула девушка. - Ну тогда спасибо... - Просто я вижу, как все обходят Лэнгдона стороной, а ты единственная подпустила его к себе. Поэтому я спрашивал про Мойру. Может быть, чудеса случаются не так уж редко? - Я ничем не могу тебе помочь. Даже если бы хотела - не стала. Это ее выбор, подпускать человека к себе или нет, и никто этого не изменит. - Что ж, а я попытаюсь... - Только посмей ее обидеть, и я... - Что ты? - перебил парень, широко улыбнувшись. - Что такого страшного ты можешь сделать со мной? Может быть, применишь холодное оружие? Но ты уверена, что сможешь совершить это снова?.. Вайлет оцепенела, смотря помутневшим взглядом в ледяные голубые глаза, и не веря своим ушам. - Что... Что ты сказал? - Ого, вы уже готовы помочь мне собрать установку? - послышалось на другом конце зала, и Коун как ни в чем не бывало улыбнулся Тейту, встав со стульчика и пройдя мимо ошарашенной Вай. - Только тебя все ждут. Как всегда впрочем, - заметил альбинос и многозначительно взглянул на Вайлет. Она все ещё была в шоке от его последних слов, перед глазами возникли ее окровавленные руки, и вот теперь ей уже было явно не до шуток. Что этот человек мог знать о ее прошлом? Каким образом он узнал о холодном оружии? Вай помнила свой сон, где она держала нож в руках, но она до последнего верила, что это просто плод ее воображения. Однако видения с кровью и только что произнесённые Коуном слова почему-то теперь убеждали ее в обратном. «Да что за бред, он ведь все это время был в больнице, мы с ним никогда не виделись, как он может знать хоть о чём-то из того, что со мной произошло? Только если после побега он все же был не в больнице, а за ее пределами, тогда мы могли встретиться... И что тогда? Неужели он был свидетелем того, как я кого-то пырнула ножом? Нет, это слишком невероятное предположение». Пока Тейт командовал, что кому делать, Вай сделала вид, что очень сосредоточена на важной задаче, а в это время ее поразила еще одна невероятная мысль о том, что Тейт всё-таки рассказал своему приятелю, что с девушкой и почему она здесь. И она пыталась изо всех сил отделаться от этой догадки. Хармон верила Тейту, и надеялась на то, что он ее послушал и никому ничего не говорил. Чем больше Вайлет думала, тем тревожнее ей становилось. Благо, Коун, закончив помогать, отправился на свой сеанс с врачом, а Лэнгдон помог ей отвлечься, усевшись за собранную ударную установку и покрутив в руках старенькие, но вполне крепкие барабанные палочки. - Я настраивал их как мог, - усмехнулся парень, кивнув на барабаны. - Посмотрим, что они из себя представляют. Девушка с замиранием духа приготовилась слушать, и первый же ритм, сыгранный Тейтом, вызвал у неё прилив радости и восторга. Она наблюдала за юношей, не отводя глаз, а он, казалось, полностью погрузился в дело, которое ему безумно нравилось. Не успевая следить за тем, как быстро Лэнгдон перемещает палочки с одного барабана на другой, с одной тарелки на следующую, Хармон улыбалась и одобрительно кивала головой. Мышцы молодого человека напряглись, постоянно непослушные волосы пришли в полный хаос оттого, что он ритмично двигал головой в такт биту, и этот вид Тейта заставлял Вайлет еще больше тянуться к нему. Он был в своей стихии, стал будто одним целым с инструментами, и казалось, готов был бесконечно играть по потери пульса, до обморока, пока мир не рухнет. И Вай готова была слушать и не мешать, лишь бы Тейт всегда был таким же увлечённым и счастливым, как сейчас. Кроме того, что-то внутри заставляло девушку трепетать и желать прикосновений юноши еще сильнее, чем раньше, она представляла, как эти сильные руки будут снова ласкать ее тело, и может, наконец-то, им никто не помешает... Доиграв партию, парень опустил руки на колени и поправил взлохмаченную челку, утирая пот со лба. Вайлет закусила губу, все ещё не в силах совладать с собой, и продолжала немигающим взглядом смотреть на Лэнгдона, боясь пошевелиться и нарушить особенное чувство, что захватило ее душу. - Это невероятно круто, - выдохнула она. - Невероятно круто - играть для тебя... - сказал молодой человек с радостной улыбкой. - Еще никто так внимательно не слушал меня. - Ты с ума сошёл? Не поверю ни за что! - Да это и не важно, - усмехнулся Лэнгдон. - Иди сюда... Казалось, Вайлет ждала этого приглашения, она приблизилась, ощущая в груди бешеный ритм, почти такой же, что сыграл Тейт. - Хочешь попробовать? - тихо спросил парень, притягивая девушку к себе и кладя руки на её талию. Глаза его заблестели так, словно он предлагал Вай что-то похотливое. И именно поэтому она охотно согласилась... Тейт уступил ей своё место, показав как удобнее держать палочки. - Это не так сложно, как кажется, попробуй правой рукой отбивать ритм по тарелке, вот так, - продемонстрировал юноша. - Это восьмые. Ногой начинаешь нажимать на педаль, чтобы зазвучал бас барабан, и чередуешь его с напольным томом. Вайлет попробовала сыграть все по отдельности, и получилось неплохо. - Самое сложное - все это соединить, - объяснил Лэнгдон, помогая Вай не сбиться с ритма. Парень и девушка провели в зале все время до обеда, Тейт показывал ей различные барабанные «рисунки», меняя ритм и скорость, Вай с увлечением слушала и пыталась запомнить основные термины, уж больно нравились ей эти инструменты. И особенно то, как управлял ими юноша. - Но не думай, что на этом все закончится, - предупредил парень, когда, отложив палочки, он встал и вытащил из-за кулис черно-белую гитару с четырьмя толстыми струнами. - Ты серьезно? - усмехнулась Хармон, проходя пальцами по гладкой поверхности деки. - Вполне. За эти несколько дней ты сможешь выучить пару мелодий. - Тейт, люди месяцами тренируются, а ты хочешь, чтобы я за пару дней научилась играть? - Хэй, девушка в группе на бас гитаре! Что может быть сексуальнее? - хитро улыбнулся Тейт, обняв Вай за талию и прижимая к себе. - Ну... Не знаю, разве что только барабанщик? - пролепетала Хармон, потянувшись к юноше и тут же чувствуя его довольную улыбку через поцелуй. - О, ты рискуешь не попасть на обед. Я закрою дверь, и мы выясним, что возбуждает больше... - предупредил Тейт, опускаясь ниже и целуя шею девушки. - Думаешь этим меня напугать? - ухмыльнулась девушка и обняла юношу за шею, другой рукой накрыв его возбужденный член. - Может быть, я согласна... Тейт прикрыл глаза и шумно выдохнул от неожиданности. Вайлет явно стала решительнее, чем раньше. И на то были свои причины. Она не знала, верить ли Коуну, но мысль о том, что Лэнгдон до неё ни с кем не был, придавала девушке уверенности. - Хм, терпение, ты получишь своё только когда сядешь и будешь тренироваться играть. - О, так ты мне ещё будешь ставить условия? - Вспомни, ради чего мы все это делаем, - улыбнулся молодой человек, продолжая крепко прижимать к себе девушку. - Даже если ты сыграешь с ошибками, это не важно. Показаться на сцене и затем заставить забыть о себе на какое-то время - вот наша задача. Кто будет искать тех, кто и так был на самом виду? Пока они очухаются, мы будем уже далеко. - Да, я понимаю, - кивнула Вайлет, проводя ладошкой по груди Лэнгдона. - Но за мои старания тебе придётся меня наградить... - Черт возьми, Вайлет, когда я успел тебя так испортить? - поставив гитару к стулу, парень крепче обнял девушку. - Так мы будем репетировать, или ты снова собираешься отвлекаться на свои пошлости? - отпрянула Вай, по-хулигански улыбаясь и отходя дальше от Тейта, чтобы тот немного остыл. - Коварное существо. - Не больше, чем ты, - улыбнулась Хармон, беря гитару в руки. - Давай, показывай, как управляться с этим инструментом. Неоднозначность ее слов вызвала у молодого человека озорную улыбку. О да, он покажет ей все, что она пожелает, как только они закончат с основными делами. ________________ 13:22 Уговор был таков: после обеда они встречаются в кабинете музыкотерапии. Было ещё много пунктов плана побега, которые им с Тейтом стоило обсудить. Меню в столовой сегодня было на удивление приемлемым, так что Вайлет, вполне хорошо подкрепившись в компании Мойры, направлялась вместе с ней к лестнице. О’Хара рассказала ей о повышенном внимании со стороны Коуна, и Хармон заверяла подругу, что здесь, в стенах больницы, им ничто и никто не навредит. Обменявшись взглядами, девушки прыснули со смеху, прекрасно понимая, что это ложь высшей пробы. - Мисс Хармон, - послышался робкий голос. Вай повернулась, заметив Люси Голд с какой-то папкой бумаг в руках. - К вам пришли... - Кто? - непонимающе спросила девушка, прекрасно зная, что родители в это время на работе, а других посетителей у неё не было. - Он не представился, но сказал, что он ваш родственник. Мойра тронула Вай за плечо, одним взглядом интересуясь, все ли в порядке. - Не жди, иди к себе, я позже зайду, расскажу, кто это был, - улыбнулась Хармон, следуя за Люси. О’Хара нерешительно посмотрела вслед подруге и затем двинулась в сторону лестничного пролета. Вайлет не знала, кто из родственников мог приехать, чтобы навестить ее, но девушку очень прельщала мысль о том, что есть шанс разузнать что-то о своей семье и ее жизни в последнее время не от родителей, а от кого-то другого. - Где он? - спросила Вайлет медсестру, пытаясь среди посетителей найти знакомое лицо. Но пока это ей не удавалось. - В дальнем углу, - кивнула Люси на два стареньких кресла в противоположном от охраны углу, одно из которых было занято мужчиной в сером твидовом пальто. Кивнув, Хармон нерешительно направилась к незваному посетителю. Ее энтузиазм пообщаться с кем-то из родителей почему-то тут же исчез. Не потому ли, что она точно знала, что этот человек ей не родственник? Встав, мужчина сдержанно улыбался, внимательно разглядывая лицо девушки, которая двигалась ему навстречу. - Здравствуй, Вайлет, - поздоровался он, не сводя глаз с Хармон. Он не знал, куда деть руки, то ли сложить в замок, то ли подать девушке, чтобы поздороваться. В итоге он сунул их в карманы и сжал губы в ожидании какой-либо реакции. - Здравствуйте, - пробормотала в ответ Вай, встав в двух шагах от свободного кресла. - Ты меня узнаешь? - неуверенно поинтересовался мужчина. - Нет, - только и ответила Хармон, совершенно незаинтересованным взглядом окинув незнакомца. Она тоже сунула руки в карманы кардигана и продолжала смотреть на посетителя на расстоянии, не решаясь подходить и садиться в кресло. - Может, это и не удивительно... - грустно улыбнулся мужчина, вздохнул и сел, жестом показывая Вайлет, чтобы она присоединилась. - Кто вы? - коротко спросила девушка, все ещё не желая садиться. - Вайлет, - снисходительно улыбнулся он. - Это же я, Дарен. - Ах вот оно что... Девушка сглотнула, помня, что их объединяют не лучшие воспоминания, и все же шагнула к креслу, плюхаясь в него и разглядывая до блеска начищенные ботинки ухажера матери. Говорят, если хочешь вызвать у кого-то смущение, смотри на его ноги. Долго и пристально. И человек будет думать, что что-то не так. - Так значит, ты помнишь меня? - продолжал Дарен. Пока взгляд Вай на его ноги не смущал мужчину. Но он просто его не замечал. - Частично. Где мама? Посетитель облизнул губы и наклонился ближе. - Она не знает, что я здесь. Скажи, как ты себя чувствуешь? Ты вспомнила, что с тобой произошло? Склонив голову набок, Хармон прищурилась. - Почему она не знает о вашем визите? - А ещё неплохой тактикой было отвечать вопросом на вопрос. Так Вай показывала пренебрежение. - Послушай... Я хотел помочь. - До того, как я оказалась здесь или уже после? - Я всегда хотел помочь, - заверил ее Дарен. - Просто скажи, как тебе здесь? Врачи справляются со своей задачей? - А что вы хотите от меня услышать? - Что тебе здесь плохо и ты хочешь уйти, - с легкой усмешкой ответил мужчина, перестав ходить вокруг да около. - А если это не так? - усмехнулась Вай. - Я слышал про это место и уверен, что ты вряд ли в восторге от того, что здесь находишься. - Предложения? - Я могу помочь тебе выйти отсюда. - Вы шутите, - нахмурилась Вайлет. - Меня родители не могут отсюда забрать. А вы мне даже не отчим. - Они не могут или не хотят? - усмехнулся Дарен, а девушка скрестила руки на груди и внимательно посмотрела на собеседника. А он умеет ударить побольнее. - Что вы знаете? - Я только недавно вернулся из другого города, что я могу знать? - Ну вы же пришли сюда, чтобы сделать доброе дело. Что-то ведь должно было вас вдохновить. - Любовь к твоей маме, - улыбнулся мужчина, и от этих слов Вай захотелось смеяться, но она сдержалась. - А при чем здесь я? - издала смешок Хармон. Дарен сжал губы и тяжко вздохнул, будто привык сталкиваться с подобными упрямцами. - Знаю. Ты не веришь, что я могу помочь. - Я не понимаю, зачем делать это в тайне от мамы, - пожала плечами девушка. - Вот и спрашиваю, что вам известно? Что могло бы останавливать моих родителей от того, чтобы забрать меня отсюда? - Ты всегда так недоверчива, - улыбнулся Дарен, смотря на Вай так, будто знает её сто лет. - Они твои родители и желают тебе лучшего. Просто они растеряны и напуганы, не знают, что им делать. - А вы знаете? - Я знаю хороших специалистов, которые могли бы помочь тебе на дому. Твоя мама будет упрямиться и настаивать на том, что в больнице тебе окажут лучшую помощь, но я считаю, что это не так. Ты и сама это знаешь. Поэтому я и хочу предложить тебе кое-что... Я могу договориться, и тебя выпишут. - С кем вы можете договориться? - С начальством, конечно, - ответил Дарен, усмехаясь. Вайлет понимающе закивала, желая посмотреть на сцену его переговоров с Джулией Сноу и от души посмеяться над провалом этого самоуверенного щеголя. Если раньше этот человек был лишь мутным пятном неприятных воспоминаний, то теперь, когда он сидел перед ней настоящий, из плоти и крови, образ Дарена постепенно выстраивался в её голове более четко. И как Вивьен повелась на это смазливое личико? Вздохнув, девушка осеклась: примерно так же, как она повелась на Тейта. Яблоко от яблони, ничего не скажешь... - А как же мама? Что она скажет? - Поверь мне, она будет только счастлива, что ты будешь дома, рядом с ней. Конечно, она сначала позлится, но потом признает, что мы поступили правильно. Ты будешь под наблюдением, но при этом в стенах своего дома, без лишнего стресса, посторонних людей, будешь питаться и спать как следует, пока окончательно не придёшь в норму. Засмеявшись, девушка снова засунула руки в карманы. - Да... То-то я и смотрю, как яростно она стремится к этому счастью. В очередной раз вздохнув, Дарен подвинулся ближе к Вай, заглядывая ей в глаза. - Вайлет, я понимаю, тебе пришлось тяжко в последнее время, но твоя мама боится, что пока ее нет дома, ты можешь снова навредить себе. Хармон сжала челюсти, теребя между пальцев найденный в кармане пластмассовый медиатор, который ей дал Тейт. - Но мы-то знаем, что такого больше не повторится, не так ли? - спросил Дарен. Вай не отвечала, но ему, похоже ответ был не нужен. Девушка снова продолжала смотреть на ботинки мужчины, пока тот объяснял ей все плюсы выхода из больницы. Она заранее знала, что не согласится на это, потому что ни за что не бросит Тейта. Но не только поэтому. Ей хотелось в очередной раз показать Дарену, что ни она, ни ее мама не нуждаются в его помощи. Вай ненавидела быть обязанной кому-то, тем более после того, как все последнее время, что она помнила, ее мать только и делала, что указывала дочери на неоценимые заслуги Дарена перед ними двумя. Ну уж нет. Не в этот раз. - Так что ты думаешь по этому поводу? Я считаю, что ты довольно взрослый и самостоятельный человек, чтобы принимать такие решения. Я подготовлю бумаги, как твой опекун. Нужно будет лишь подписать согласие, и через пару дней ты окажешься дома. - Вы знаете... - начала девушка, но медиатор выскочил из ее пальцев прямо под ноги Дарена. Хармон тут же встала и нагнулась, чтобы поднять его, и взгляд девушки снова упал на ботинки мужчины. А потом выше, туда, где брюки задирались выше носков, оголяя щиколотки. Сглотнув, Вай села на место, сжимая в ладони маленький кусочек пластмассы с надписью Nirvana. - Ты хотела что-то сказать, - напомнил Дарен. - Я подумаю, - проговорила девушка, чувствуя, как пересыхает во рту. - Хорошо, - кинул мужчина. - Давай договоримся, что я вернусь через пару дней, и ты скажешь мне о своём решении. Девушка кивнула и встала с кресла, уже не слыша слов прощания от Дарена. Она просто развернулась к нему спиной и направилась к двери, ведущей в коридор первого этажа. Дальше все мелькало перед глазами как стеклышки калейдоскопа: один лестничный пролёт за другим, пациенты, врачи, санитары, желтые стены, лестница, темное помещение без капли света. Только теперь она могла вздохнуть. И этот вздох причинил столько боли, что казалось, будто она второй раз пережила нападение, и легкие снова жгло огнём от нехватки кислорода. Вайлет закричала изо всех сил, зажав зубами тыльную сторону своей ладони. Ноги подкосились, она упала в темноту, не видя, что под ногами, из глаз хлынул поток слез, тело свело судорогами. Всё точно так же, как в тот день. Перед глазами стояла картина, увиденная несколькими минутами ранее: безупречно начищенный ботинок и оголенная щиколотка с розовыми рваными шрамами от острых зубов... _______________ Месяц назад. Добродушный хозяин Реда с радостью предложил Вайлет подвезти её домой, когда путано и неуверенно девушка рассказала, будто оступилась, когда гуляла по берегу, и упала в воду. Мужчина не видел нападения, и в какой-то степени Вай была этому рада. Он жил недалеко от реки, но сегодня приехал сюда на машине. Девушка пыталась сказать что-то кроме "простите" или "я не хотела причинять вам неудобство", чтобы не показывать волнения от того, что произошло с ней несколько минут назад, но боялась разрыдаться. Чувствуя теперь не только злость, обиду и страх, но и вину за то, что кто-то напал на неё, и теперь этому доброму пожилому мужчине придётся возиться с ней, Вай хотелось плакать ещё больше. Но хозяин Рэда ничего не хотел слышать. Он открыл машину и тут же накинул на плечи девушки облезлый плед, который валялся на заднем сидении. Хармон стучала зубами так, что казалось, будто ещё немного и они рассыпятся от вибрации, но по мере того, как они ехали вдоль бурлящих вод реки, частички тепла стали просачиваться под кожу. Ред, расположившийся на заднем сидении, облизывал её уши и щеки, будто тоже пытался помочь девушке согреться, печка машины работала на полную мощь, и Вайлет не смогла бы выразить благодарность этому человеку, даже если бы очень хотела. Для него это был пустяк, неприятная, но поправимая случайность, для Хармон - разрушенная граница последней надежды на безопасность. Только теперь, постепенно отогреваясь и отходя от шока, Вай пыталась размышлять о том, кто бы это мог быть и насколько серьёзными были их намерения. Она и не предполагала, как скоро получит ответ... Попрощавшись с мистером Далласом, который напоследок посоветовал ей быть аккуратнее, Вайлет с тяжелым сердцем взглянула на свет в окнах своего дома. "Нет... Это никогда не был мой дом." Набравшись смелости и готовясь отражать вопросы недоумевающей матери, девушка дернула ручку. На кухне пахло чем-то вкусным, похоже, Вивьен готовила пирог, а это явно значило, что они сегодня будут не одни. Сжав от досады челюсти, Вай застыла на месте, взвешивая все за и против того, чтобы сообщить матери о том, что случилось. Может, стоить сделать это наедине, без посторонних ушей? Так она и решила, тут же рванув к лестнице, чтобы Дарен или Кевин её не увидели. – Вай, это ты? – послышалось из кухни, девушка тут же откликнулась, но останавливаться не собиралась. – Не задерживайся, мы сейчас будем ужинать. – Я сейчас спущусь, – выкрикнула девушка, стараясь, чтобы её голос звучал как можно более обыденным. Оказавшись одна, Вай всё же дала волю слезам, чтобы выплеснуть стресс, который она испытала сегодня. Горячий душ вымыл все мысли из головы. Пустыми остекленевшими глазами Хармон смотрела на то, как вода льётся из душевой лейки на её покрытую мурашками кожу. Она знала, что нужно шевелиться, иначе возникнут вопросы, но после того, как девушка выплеснула всё накопившееся в душе, апатия сковала её по рукам и ногам. Наскоро постирав мокрую одежду и развесив её в ванной, Вайлет уже была в своей комнате и облачалась в сухие и теплые вещи, которые доставили невероятное блаженство. Не успев вдохнуть с облегчением, Вай услышала шаги возле своей двери. Обернувшись, она встретилась с глазами Кевина. Тот самодовольно улыбался, пройдя в комнату без разрешения и сев за компьютерный стол, на котором лежал ноутбук девушки. А всё ведь было так хорошо. – Что тебе нужно? – устало протянула Хармон младшая, натягивая теплые носки, пока Кевин рассматривал наброски рисунков на её столе. – Да так... Хотел узнать, как тебе водные процедуры. Сердце девушки упало в область пяток и, кажется, перестало биться. Она резко повернулась к парню, пытаясь разглядеть в его глазах ответы на все её вопросы. – Повтори? – Ну ты ведь из ванной вышла, нет? – Ах, это... Выдохнув, Вайлет всё же не могла расслабиться, уж больно неоднозначным был вопрос Кевина. – Можно воспользоваться твоим ноутбуком? – Ты смеешься? – хмыкнула девушка, встав и подходя к двери, чтобы показать, что собирается уходить. – У тебя есть свой. И, если не ошибаюсь, нас ждёт ужин. – Я только хотел проверить файлы на флешке, – странно улыбнулся молодой человек, открыв крышку ноутбука и включая его. – Что за бред, ты меня не слышишь? Я, кажется, не разрешала трогать мои вещи. У тебя есть свой ноут, и у твоего дяди тоже, так что оставь мою комнату и меня в покое! – возмутилась Вайлет, видя, что парень её не слушает. Кевин вставил флэшку в разьём, повернувшись к Хармон, которая подошла к нему, желая закрыть ноутбук. Ей было не жалко поделиться с кем-то своими вещами, но Кевин был слишком наглым и избалованным, так что она собиралась сделать это из принципа. Протянув руку к крышке, она недоуменно взглянула на парня, который схватил её за руку, крепко сжимая запястье. – Ты совсем свихнулся? – выдохнула она. – Побереги свои эмоции, они тебе пригодятся. Я бы на твоём месте взглянул на эти файлы, а потом уже повышал голос, – сказал Кевин, и на губах у него заиграла недобрая улыбка. Вайлет вырвала свою руку, сделав шаг назад, неосознанно опасаясь, что Кевин снова может как-то обидеть её. – Что ж, здесь много занимательного, я даже не знаю, с чего начать... Сжав челюсти, Хармон стояла неподвижно, заранее чувствуя неладное. Она не хочет смотреть эти файлы. Не хочет ничего знать. Почему он пристал к ней со своими глупостями? В глубине души ей хотелось верить, что это и правда глупости, что все действия и слова этого человека ничего не значат, но с первой же фотографией вся уверенность и непоколебимость Вайлет вдруг начала таять. – Как тебе, а? – спросил парень, через плечо обернувшись к Вай. – Хороший ракурс? По мне так у тебя неплохой зад, если снимать снизу. Девушка сглотнула, чувствуя тошноту и отвращение. Она не хотела смотреть, но не могла оторвать взгляд от своей обнаженной фигуры в ванной. – А вот здесь ещё лучше, – продолжал комментировать молодой человек, словно показывал фотографии с невинной вечеринки в честь дня рождения. Но вместо изображений торта со свечками Вайлет видела своё голое тело, теперь уже вместе с лицом. И она понимала, что это значит: один щелчок мышкой, и её нюдовые фото разлетятся по интернету. Она знала это заранее, без разъяснений этого урода, без его угроз, просто знала, что один неверный шаг с её стороны запустит механизм этой замедленной бомбы. И все, кто когда-либо знали её, все, кто знают и будут знать Вайлет Хармон, будут насмехаться над тем, что она - героиня порноиндустрии для извращенцев, любящих помоложе. Её жизнь, её будущее, её репутация, которая и так была ни к черту, разлетится в пух и прах, словно от ударной волны немыслимой силы. Людям плевать, кто жертва, а кто хищник. Плевать, что это подло и низко со стороны того, кто тайком, без разрешения снимал её голой, что Вайлет порядочная девушка, которая никогда бы не стала выставлять на всеобщее обозрение то, чего не следует. Что бы там ни говорили утешители, в этой ситуации виновной будет она и только она, и именно на ней будет клеймо позора. Просто потому что засветится её лицо, и все вокруг сделают свои поверхностные выводы. И Кевин это понимал. Но девушка знала точно, что не позволит этому ублюдку шантажировать её этими дурацкими фотографиями. Она не сдастся просто так и сделает всё, что в её силах, чтобы вывести его на чистую воду и заставить заплатить за то, что он подсматривал за ней, да ее и снимал. Даже если он выложит эти фото в сеть, она найдёт способ утащить его за собой в пучину людского осуждения. Она попробует действовать по закону и засадит его за шантаж и распространение детской порнографии. Или ещё хуже - устроит самосуд, наплевав на правила. – О да, Вайлет, у меня уже встал, а ты всё ещё не сказала ни слова... – съехидничал Кевин, снова с довольной улыбкой взирая на Хармон. – Неужели всё ещё не готова признаться, что хочешь отсосать у меня? Едва сдерживаясь оттого, чтобы не схватить со стола вазу и не разбить её о голову этого подонка, Вай снисходительно улыбнулась, собрав все последние свои силы и чувство самообладания, что остались в ней после всех сегодняшних событий. – А ты всё никак не успокоишься? – усмехнулась она, сложив руки на груди, чтобы все-таки ненароком не совершить ничего плохого, так как в голове начали мелькать картинки того, как она разобьёт вазу, а осколком отрежет его поганый язык. – Собрался меня шантажировать, чтобы я с тобой переспала? Серьёзно? – О, для этого шантаж не нужен, ты и так дашь мне рано или поздно... – задумчиво проговорил парень с натянутой улыбкой. – О, да что ты? А для чего же тебе тогда эти фото? Чтоб передергивать на них и плакать одинокими вечерами? Какой же ты жалкий... – Я бы на твоём месте попридержал язык, дорогуша, – зло ответил молодой человек. – А то что? Отправишь эти фото моим друзьям? – издала смешок Вайлет, изо всех сил стараясь казаться спокойной. И её утешал тот факт, что они были в доме не одни. – Попробуй их сначала найти, потому что у меня их нет. – Поверь мне, ты пожалеешь обо всем... Вай не собиралась слушать его бред, казалось, ее понесло после ужаса, который она пережила, и теперь, казалось, ее было не остановить. – Неужели в колледже ты такой неудачник на фоне других парней, что тебе никто не даёт добровольно? – продолжала потешаться Хармон, надеясь, что делает ему так же больно и неприятно, как он ей. Странно улыбнувшись, Кевин открыл другую папку, но не торопился загружать файл. – Я повторю ещё раз. Если захочу, то трахну тебя в любом случае, мне для этого не нужен компромат. Мне нужно от тебя кое-что другое. – И что же? – равнодушным ровным тоном спросила Вай. - Пожалеть бедного закомплексованность мальчика, который все никак не расстанется с девственностью из-за того, что он мудак? – Хочешь посмотреть на что встаёт у моего дяди? Не ожидая ответа, Кевин два раза щелкнул левой кнопкой мыши и на экране появилось видео, от которого у Вайлет пропал дар речи и возможность дышать. Она тут же отвернулась, слыша лишь стоны и тяжёлое дыхание двух людей, которых она никогда в жизни не хотела бы увидеть в таких обстоятельствах. Девушка осознала, что ей все же придётся остановиться и попридержать язык. – Выключи! – воскликнула она, сжимая свои предплечья дрожащими руками. – Не шуми, иначе твоя мать услышит. – Я сказала: выключи! – настаивала Хармон младшая, не желая больше слышать стонов и вздохов удовольствия. В комнате наконец наступила тишина, но Вайлет не спешила поворачиваться обратно к экрану ноутбука, потому что не хотела больше видеть свою мать в объективе камеры её бойфрэнда, который снимал на видео их интим. Девушка никак не могла отделаться от образа её матери в полуголом виде, с полуприкрытыми глазами и спутанными волосами. Перед Вай стояла эта непотребная картина, а в голове возникла страшная мысль: теперь от неё зависит не только её репутация, но и честь её матери. Какого черта она вообще позволила Дарена снимать себя? И что Дарен за идиот, раз эти Файлы так легко попали к Кевину? Руки тряслись, к горлу подступал порыв рвоты, то ли от страха, то ли от отвращения, девушка не знала. Но в одном была уверена точно: ей придётся пойти навстречу и выполнить требования этого сукиного сына, если она хотела выиграть время и придумать план, как выкрутиться из этой ситуации. – Что тебе нужно? – спросила она быстро и коротко. Кевин, немного помедлив, вытащил флешку из ноутбука и подошёл к Вайлет, чтобы видеть её лицо. – Твоё молчание. – Что... – непонимающе уставилась на него девушка, от шока не сразу догадавшись сложить два плюс два. – Я ведь не зря интересовался твоими водными процедурами... Сердце Хармон ушло в пятки. Она все поняла. – Это было предупреждение. Для тебя... – медленно и спокойно проговорил Кевин, протянув руку и заправляя волосы Вай за ухо. Затем он приблизился и провёл языком по коже её щеки. К своему удивлению, Хармон боялась не то, чтобы оттолкнуть парня, но и сказать что-то против, она была в таком ужасе, что не могла даже как следует дышать. – Будешь вести себя хорошо, такого не повторится. Но если продолжишь пытаться играть в Вендетту и показывать, какая ты смелая и умная, придётся прибегать к новым мерам воздействия. Вайлет коротко кивнула. – И если ты хоть кому-то даже намекнёшь на то, что с тобой сегодня произошло, ты и твоя мать станете контентом на порно-сайтах. Усекла? Снова кивнув, девушка жаждала только одного: чтобы этот урод отошёл от неё и оставил в покое. К счастью, так и произошло. На выходе из комнаты он ещё раз обернулся, продемонстрировав флешку, которую тут же спрятал в карман. Вайлет осталась стоять посреди комнаты, почувствовав вдруг страшную боль и пустоту одновременно, поймав себя на мысли о том, что лучше бы было сегодня утонуть и не мучиться больше. Раньше она считала Кевина просто озабоченным дурачком, но теперь понимала, что он способен на нечто ужасное и явно намекал на то, что сделает ещё хуже, если Вай не перестанет... не перестанет что? Играть в Вендетту? Ниточки логики быстро и стремительно тянулись в голове девушки, и она осознала, что случай на реке был жестом мщения за то, что она провернула с Кортни Стивенс, напустив на неё собаку. Других вариантов быть не могло, она больше ни с кем не конфликтовала. Она понятия не имела, каким образом связаны эти люди между собой, но понимала теперь, что загнала себя в тупик и теперь сама вынуждена отбиваться от цепных псов, которые считают, что могут сломить её. Несмотря на мимолетные мысли о смерти, девушка понимала, что это не всерьёз, зато чувствовала, как в ней разрастается злость и желание разорвать в клочья тех, кто посмел угрожать ей и уж тем более её матери. Вайлет Хармон никогда не начинала войну первая и ненавидела ввязываться в конфликты, но ситуация складывалась так, что недавно затихший гнев её пробивался через страх и здравый смысл, становясь всё сильнее и разрушительнее. Девушке казалось, что её рассудок не в безопасности, но теперь ей было плевать. Теперь всё вокруг было одной сплошной опасностью, и если им, кто бы там ни помогал этому подонку, так нравится "играть в Вендетту", то она принимает вызов. Вайлет ещё никогда не была так уверена в том, что собирается делать. Она помнила цитату Марка Аврелия: "Настоящий способ мстить врагу — это не походить на него". Но Вайлет решила, что нужно действовать именно как ее враг. Только не так открыто и жестоко, как Кевин, а тихо и расчетливо, чтобы затем уничтожить их и стереть в порошок. Только так она сможет выиграть битву. И ей уже было плевать, что, возможно в следующий раз Кевину хватит смелости и решимости довести дело до конца, и ценой этой борьбы станет её жизнь...