У всех свои вкусы

      Вот-вот должны были прийти гости. Кагами бегал по всему дому. А Куроко, уже выполнив свою часть работы, наблюдал за мечущимся Тайгой, сидя на диване. «И какого, спрашивается, угораздило этих остолопов придумать такую чушь? Эта наша с Тецу годовщина», – бранился игрок Сейрин себе под нос. А с чего все началось?       Кагами после игры с Аомине сказал, что не сможет с ним поиграть в тот день, когда предложил Дайки. На немой вопрос «Почему?», Тайга ответил, что это будет дата, как они с Куроко встречаются полгода, а дальше по цепочке: Аомине случайно сказал Момои, Момои – Кисе, а вот уже Кисе решил, что такой день нужно праздновать в компании, рассказал всем и предложил собраться у Кагами дома.       – Кагами-кун, не нервничай так, – озабоченно сказал Куроко, продолжая наблюдать за жалкими попытками Тайги привести курицу в надлежащий вид.       – Что значит "не нервничай"? – завопил тяжелый форвард. – Кто, вообще, этих идиотов приглашал? – он судорожно очищал мясо от подгоревших частей.       – Ты сам виноват, Кагами-кун, – упрекнул его Тецуя, поднимаясь с дивана, и направился в сторону тяжелого форварда. – Оставь ты это бедное животное в покое и закажи пиццу, – он подошел к нему со спины, обнял за талию и прижался к широкой спине. – Я хочу пиццу.       – Пиццу, так пиццу, – как можно мягче отозвался он, отправляя неудавшийся ужин в мусорное ведро.       Кагами посмотрел из-за плеча на голубую макушку своей пассии и отложил нож в сторону. Он развернулся и в ответ обнял свою тень, удобно устроил свой подбородок на его макушке и блаженно улыбнулся. Тайга хотел, как можно дольше наслаждаться таким редким моментом. Куроко был почти всегда холоден и отстранен, даже на банальное подержаться за ручку он неохотно отвечал, что уж говорить о другом.       Раздался звонок в дверь, Тайга неохотно поплелся к входной двери. Не смотря на то, что их никто не приглашал, Кагами не послал ребят, а, напротив, принял. Пусть он с виду покажется неприветливым и грозным, на самом деле был мягкосердечным и заботливым, поэтому не смог отказать друзьям, тем более таким настойчивым. Через минуту в квартиру ввались четыре огромных парня и миловидная девушка.       – Тецу-кун, – протянула Момои и сразу бросилась на шею Куроко. Тот безразлично кивнул.       – Кагами-чи, Куроко-чи, поздравляем вас! – блондин начал тираду из поздравлений, даже не пройдя в дом.       – Угу, – лениво кивнул Аомине, подтверждая слова Кисе.       – Вот, – Мидорима протянул две фигурки, поправляя очки. – Это талисманы на удачу в любви для львов и водолеев на этот год. – Кагами еле заметно покраснел принимая подарки.       А Мурасакибара, молча, прошел в квартиру, протягивая Куроко пакет со сладостями.       Той тишины, которая царила до этого, словно и не было. Мидорима и Кисе оживлено спорили обо всем. Момои пыталась отобрать у Аомине журнал с содержанием только для совершеннолетних, который Дайки и сюда притащил. Куроко играл с Нигоу. Мурасакибара и Кагами набивали рты.       – А где Акаши? – задумчиво спросил Кагами, проталкивая в рот очередной кусок пиццы.       Гам сразу прекратился. Даже Мурасакибара перестал жевать, а Куроко пытался слиться со стенами. Все взгляды были прикованы к парню с бардовой шевелюрой. Тайга чуть не поперхнулся от такого внимания, но благополучно пережевал пищу.       – Что? – удивленно спросил ас Сейрин.       Все переглянулись, как будто спрашивая друг у друга разрешения. Они прекрасно знали чувства Акаши к Куроко, решили не портить праздник и не звать его. Просто на просто боялись, что Сейджуро не сдержится и действительно что-нибудь натворит, что могло бы подпортить отношения Тайги и Тецуи. На вопрос Кагами осторожно попытались ответить Момои и Мидорима.       – Понимаешь Кагами-чи, – начал Кисе, – Акаши-чи немного…       – Псих, – закончил за него Дайки.       – Мине-чин, – по-детски протянул Ацуши, начиная снова жевать, – нельзя так про людей говорить.       – Он – псих, по-другому не объяснишь, – зевая, ответил Аомине, снова утыкаясь в журнал.        Нет, он, конечно, понимал, что отношения ребята с ним не до конца наладили, но такой реакции на свой вопрос Кагами не ожидал. Да Акаши иногда бывает... "не в себе". Но почему они его не пригласили? Это не укладывалось в голове. В конце концов, то, что они назвали причиной, ею не являлось. А коренной проблемой этой ситуации ребята с Тайгой не поделились.       – Кагамин, – обратилась к нему Сацуки, нервно улыбаясь, – Акаши-сан…. Ну, в общем… – девушка замялась, покраснела и не смогла больше и слова выдавить.       – У Акаши и Куроко хорошая совместимость по гороскопу, – намекнул Кагами Шинтаро.       – И? – все еще не понимая, закипая, спросил Тайга.       – Да, что тут не понятного? – вспылил блондин. – Акаши-чи…       Его прервал звонок в дверь. Все резко повернулись в ее сторону. Тайга лениво поднялся с места, бурча под нос: «Помяни черта и он явится», – и скрылся в темном коридоре. Все напряженно вглядывались в темноту, по коже проходил холодок. Они вздрогнули, когда щелкнул замок двери, а Кисе затрясло, когда раздалось сухое "Здравствуй". Через мгновение из мглы коридора появился Акаши, по-хозяйски и надменно оглядел комнату, встретившись с нервно дергающимся Кисе, приветливо улыбнулся и сказал:       – У вас тут весело, друзья, – сделал акцент на последнем слове и продолжил: – Правда, Рета?       – Акаши-чи... – жалобно пропищал блондин и затрясся еще сильнее.       Акаши, самодовольно усмехнувшись, только открыл рот, чтобы что-то сказать, как ему по спине ударила тяжелая рука, заставляя Сейджуро чуть согнуться.       – Не начинай. И без тебя тошно, – сказал Тайга, вернувшись из коридора и огрев его по спине, и занял свое место, снова хватаясь за пиццу.       Напряжение нарастало. В конце концов, все достаточно долго терпели тиранию Императора, поэтому еще боялись его блистательного возвращения, почему всегда и старались общаться с Акаши как можно осторожнее. Куроко пытался прикинуться мебелью. Никто не знал, чем поплатится Тайга за такое поведение, и напряженно ждали продолжения. Кагами ел.       Но ничего такого не последовало. Сейджуро лишь прошипел что-то и вернулся в прежнее положение. Еще раз пробежался по комнате глазами и, наконец, увидев Тецую, улыбнулся и пошел к нему навстречу. Встав напротив, еще раз улыбнулся и протянул сверток, обвязанный красной лентой.       – Думаю, тебе это пригодится, – сказал Акаши, вручая презент, затем подошел к Тайге и протянул ему похожий сверток. – А это тебе, Тайга.       Кагами подавился от гаденькой улыбки, появившейся на лице Сейджуро. Прокашлявшись, он выставил руки вперед и прищурился. Ему казалось это более, чем подозрительно. Получив подарок, он еще раз покосился на Акаши, который сел рядом с ним, отложил презент подальше, мало ли что туда мог положить экс-император, и принялся доедать пиццу.       Все облегченно выдохнули; они ожидали худшего. Все, кроме Кисе. Акаши выжидающе посмотрел на него, от назревавшего неприятного диалога, его снова спас Кагами, который пихнул локтем Сейджуро в бок.       – Ваше Высочество не голодное? – театрально обратился он к нему.       – А сам как думаешь? – повернувшись к Тайге, язвительно спросил.       – Можно без этого?       – Не говори с набитым ртом.       Последняя фраза заставила Кагами выпрямить спину, расправить плечи и спокойно прожевать. Акаши посмотрел на ошарашенное лицо Куроко и мысленно поставил очко в свою пользу. Еще бы, ведь Тайга так легко его послушал, когда Тецуя говорил о том же, он и ухом ни разу не повел. Всех же остальных удивляло совсем другое: откуда Акаши узнал про их годовщину, и кто же его пригласил? Они переглядывались и искали виновника. Вскоре Кагами подал голос.       – Ты жрать будешь или от голода сдохнешь? – обратился он к Акаши.       – Второй вариант меня точно не устраивает.       – Бесишь, – шикнул на него Кагами. – Неужели нельзя нормально сказать? – ворча, он покинул гостиную, в которой все собрались. И через пару минут на кухне загремела посуда.       – Акаши-чи, – Кисе пискнул и ждал, когда тот ответит.       Но Сейджуро молчал, не желая реагировать на Рету, спокойно сидел на диване, сложив ногу на ногу, и разглядывал комнату. Она была просторная и чистая. Ничего кроме дивана, телевизора и кофейного столика, на котором стояли стопкой журналы, и пустые коробки из-под пиццы, не было. Она была хорошо освещена.       – Акаши-чи, – не успокаивался Рета, – ты что обиделся? Не обижайся, мы же друзья.       Аргумент Кисе не очень понравился Акаши, он сморщился. Сейджуро повернулся в его сторону, сфокусировал взгляд и без капли эмоции сказал:       – Сдались мне такие друзья.       – Акаши-кун, – подал голос Куроко, – не говори так.       Сейджуро ничего не ответил и сделал вид, что ему нравится разглядывать помещение. Все почувствовали себя виноватыми и не знали, как теперь загладить вину. Пусть они и боялись недавнего Акаши, прежний же уже вернулся и был хорошим парнем, которого они умудрились обидеть. Во всяком случае, стоило что-то сделать, чтобы окончательно не испортить вечер.       Резко на всю квартиру раздались звук бьющейся посуды и громкие ругательства. Все повернулись в сторону кухни. Оттуда вылетел перепачканный и взъерошенный Кагами.       – Надо в магазин за продуктами, – без объяснений (они и не требовались) известил Тайга. – Кто пойдет?       – Я! – сказали хором все кроме Акаши.       Тайга вопросительно выгнул бровь, пожал плечами и пошел писать перечень продуктов. Абсолютно никто не хотел оставаться в этой напряженной обстановке с разозленным Сейджуро, поэтому как только Тайга вручил им бумажку, они вывалились из квартиры и буквально полетели с лестницы, оставляя Акаши и Кагами наедине.       Последний раз они оставались вдвоем примерно месяц назад, когда Тайга потерялся. Акаши этот момент запомнил хорошо. Как было приятно, что Кагами обратился именно к нему за помощью, пусть это и была чистая случайность. Тайга записал его номер и иногда они перекидывались не многозначными СМС, иногда созванивались, подолгу молчав в трубку. Инициатором таких ”разговоров” был Акаши.       Сейджуро желал сократить расстояние между ними до минимума, а лучше до нуля. Но разве это возможно? Тайга его ненавидит и встречается с Куроко. Да если бы Акаши встречался с Куроко, он не обращал бы внимание ни на кого, поэтому до Кагами ему как до луны. У него была мысль, как можно быстрее обзавестись ручным тигром, но не представлялось возможности ее воплотить. Когда Тайга сообщил о домашних посиделках, Сейджуро незамедлительно согласился, уже просчитав в голове несколько исходов своего плана.       – А ты палку не перегнул? – спросил Кагами, ставя перед Акаши чай.       – Так считаешь? – он, вопросительно выгнув бровь, саркастично отозвался, взял кружку в руку и поводил ею перед носом. – С имбирем?       – С имбирем. Иногда тебе стоит быть мягче. Они же от одного твоего вида трясутся как осиновые листья.       – Не учи меня, – Акаши отпил из чашки зеленый чай, затем продолжил: – Я сам знаю, как мне себя вести.       – Манипулятор, – фыркнул Кагами.       – Ты проницателен, Тайга, – Сейджуро прищурил глаза и посмотрел на Кагами, чтобы хорошо запомнить эту его черту. От такой похвалы Тайга гордо вздернул подбородок. – Хоть, и глуп, – закончил он, смотря на закипающего Кагами.       – Ты специально так себя ведешь? – глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, спросил Тайга.       Акаши промолчал. Непривычное чувство, когда тебя видят насквозь, а не ты кого-то. Но нет, больше ему не нравилось, что Кагами так легко удается сорвать маску фальшивых эмоций с его лица. Это получалось само собой, а Тайга даже не подозревал о том, что видит Сейджуро таким, каким он является на самом деле. Не желая продолжать этот разговор, Акаши отвернулся от собеседника и принял сдержанное выражение лица, потягивая из чашки чай.       – Я понимаю, ты не хочешь разговаривать на такие темы с кем-то вроде меня, но…       – Тайга, – Сейджуро прервал его, – пожалуйста, не разводи меня на душевный разговор. Я не просто не хочу с тобой говорить о таких вещах, мне противна только мысль о том, что такой, как ты, будет ковыряться в моей душе.       – Акаши! – Уже на взводе, Тайга вскочил с места и схватил Сейджуро за грудки, притягивая к себе и заставляя его посмотреть на него. Акаши, сохраняя спокойствие, смотрел в вишневые глаза, с готовностью выслушать все, что тот собирается сказать. – Чертов ты засранец, – опуская его на ноги, постепенно остывая. – Такой же, как Куроко.       – И чем же это я похож на Тецую? – он вопросительно изогнул бровь и скептично посмотрел на собеседника.       – Одинаковые у вас закидоны. Ведете себя непонятно как. Хрен проссышь, что у вас на уме, и это жутко раздражает, – склоняясь над ним и вглядываясь в алую радужку глаз. – А твоя долбанная гордость бесит еще больше, – стараясь не злить еще сильнее Кагами, Акаши не говорил ни слова, молча продолжая смотреть на него. – Ладно, пес с тобой, – потирая переносицу и подводя черту, отвернулся от него и последовал на кухню, забирая с собой пустую чашку.       Акаши сел на диван, обдумывая все, что ему сказал Кагами. Тайга в это время убирал бардак на кухне. Сегодня у него все валилось из рук. Он умудрился уничтожить два ужина, порвать любимый фартук и поругаться с Акаши. Закончив с уборкой, Кагами вернулся в гостиную и, увидев послушно сидевшего на диване Сейджуро, почувствовал себя виноватым. Немного помявшись в проеме двери, он присел рядом и обратился к нему:       – Ты уж прости меня за то, что лезу не в свое дело.       – Ничего, – он мило улыбнулся, так не свойственно для себя.       – Черт, – Кагами отвернулся и прикрыл рукой пылающие щеки, а ведь у него парень есть.       – Не выражайся, пожалуйста, – вежливо попросил он его, а не как обычно, в добровольно-принудительном тоне.       – Ты странный, – Кагами повернулся к нему и снова протянул эту фразу.       – Сколько уже можно называть меня странным? – возмутился Акаши.       – Ты странный, и все тут.       – И в чем же заключается моя странность?       – Ну, во-первых, у тебя вкусы, как у беременной женщины, – начал перечислять Кагами, – во-вторых, твое поведение меня удивляет. То ты – высокомерный засранец, то ты – пациент, сбежавший из клики для душевнобольных, а когда я сказал Аомине, что ты смеяться умеешь, он назвал меня идиотом и предложил записаться к врачу, вдруг у меня галлюцинации.       – Тайга, – Акаши внимательно выслушал его и перешел на другую тему, – выслушаешь меня? – после утвердительного кивка он продолжил: – У меня есть вещь, о которой никто не знает.       – Ну, – Кагами не терпеливо заерзал на месте.       – В общем, – он опустил глаза, боясь сказать это вслух, – я люблю кошек.       Тайга сначала не понял, а потом заржал. Сейджуро это не понравилось, он нахмурил брови и зло посмотрел на него. В кои-то веки, он добровольно открылся кому-то, а тот неприкрыто смеялся, никак не унимаясь. Кагами заливисто и громко хохотал, держась за живот и откидывая голову назад.       – Японский городовой, Акаши, умоляю тебя, не говори такие вещи с серьезным лицом, – и снова залился смехом. Успокоившись и смахнув выступившие слезы, он посмотрел на разозленную моську Сейджуро и сказал, положив свою руку на его плечо: – Ты, правда, очень странный. Ладно, прекращай дуться, я не кому не скажу, раз это такой большой секрет.

Тем временем в компании сбежавших от Акаши:

      – Ребята, – протянул Кисе, – вы уверенны, что было хорошей идеей оставлять их там одних?       – Да, пофиг, – сказал Аомине. – Чего его боятся?       – Аомине-кун, – подал голос Куроко, заставляя того вздрогнуть, – тебе ли об этом говорить? Между прочим, ты громче всех кричал, вызываясь идти за продуктами.       – Вот именно, Аомине-чи, – поддакивал Рета.       – Заткнись, блондинка.       – Оба заткнитесь, – поправляя очки, приказал Шинтаро.       – Правильно, Мидорин, – повернулась к ним девушка. – Дай-чан, Ки-чан, поторапливайтесь.       Стоя уже у самой двери, шесть человек нервно перебирали в своих головах варианты на случай, если кто-нибудь умер. И никто не сомневался, что этот кто-то был именно Тайга. Все считали, что опрометчиво поступили, оставив двух заклятый врагов наедине, ведь ни один раз не заканчивался хорошо.       – Может, не пойдем? – полушепотом пропищал Рета.       – Нет, моделька, – шикнул на него Аомине, – если там кто-то умер, нас все равно труп прятать заставят. Акаши, не знаешь?       – Почему вы так уверенны, что Акаши-кун его убил? – задал вопрос Куроко.       – Потому что это Акаши, – ответил ему Дайки.       Ребята открыли дверь ключом, который им вручил Тайга, на цыпочках прошли по коридору и остановились у входа в гостиную, боясь увидеть там расчлененное тело Кагами. Пошептавшись немного, все же единогласным решением было – пойти туда всем вместе. Пятеро ребят стояли с открытыми ртами, даже вечно безразличное лицо Куроко вытянулось в гримасу удивления.       Кагами развалившись, сидел за кофейным столиком, подпирая рукой голову, пялился в ноутбук и слушал музыку через один наушник. Акаши сидел рядом с ним на коленях, сложив на них руки, тоже смотрел на экран, слушая музыку через второй наушник. Парни о чем-то говорили, но резко перестали, когда их друзья вошли в гостиную. Спокойно отреагировал на происходящее только Ацуши.       – Видите, Ака-чин его не убил, – флегматично протянул Мурасакибара, сдавая с потрохами всю компанию, уселся на диван, открыв пакет со сладостями, и начал уплетать конфеты.       Акаши, посмотрев на ребят, молча, вынул наушник и поднялся с пола. Кагами последовал его примеру. Встал, закрыл ноутбук и направился к друзьям. Те прибывали в немом шоке, редко видишь врагов, слушающих музыку через одни наушники и спокойно беседующих. Даже не чувствовалось напряжения между ними, словно они закадычные друзья. Тут бы любой удивился.       – Не хотите мне пакеты отдать? – Тайга усердно пытался вырвать пакеты с продуктами из рук Аомине и Мидоримы.       Кагами, отвоевав еду, скрылся на кухне, оставляя Акаши обосновывать всю ситуацию ребятам, которые с нетерпением ждали объяснений. Но Сейджуро не собирался перед ними отчитываться и, вообще, разговаривать с ними. Он демонстративно уселся на диван и сделал вид, что здесь кроме него никого нет.       – Акаши, не веди себя, как обиженный ребенок, – проворчал Аомине, скрестив руки на груди.       – Ну, Акаши-чи, не обижайся, – влез Кисе. – Смотри, я принес тебе мороженого. Я как-то видел, что ты ел шоколадное мороженное, – он протянул ему баночку с десертом, лучезарно улыбаясь.       Сейджуро посмотрел сначала на Рету, потом на мороженое, затем снова на Рету и все-таки принял дар.       – Эй, – с кухни выглянул Тайга, – лови, – он кинул мятный сироп в сторону Акаши. Тот, поймав ее, благодарно улыбнулся, а после обратился к Кисе: – Хорошо, Рета, ты прощен, – он благосклонно посмотрел на него и принялся за десерт.       К концу вечера все утряслось и напряжение спало, когда Тайга принес еды. Все с удовольствием провели время и начали собираться по домам. Первым сообщил о своем уходе Акаши. Попросив Кагами проводить его, он направился к выходу.       – Тайга, – Сейджуро обратился к нему, стоя у двери.       – Что?       – Через месяц экзамены.       – И? – Кагами, непонимающе, посмотрел на Акаши. – На что ты намекаешь?       – Тебе стоит начать готовиться, я бы хотел встретиться с тобой на чемпионате.       – Мне не с кем заниматься. У всех свои дела, знаешь.       – Я могу помочь, – Сейджуро посмотрел на Тайгу.       – Тебе есть до этого дело? – Кагами скептично поднял бровь. – И, к тому же, ты живешь и учишься в другом городе. Как ты себе это представляешь?       – Я буду учиться и жить в Токио примерно до экзаменов. Моя школа организовывала конкурс среди старшеклассников. Победитель получает право обучаться в Ракузан месяц. Но количество мест ограниченно, поэтому кому-то нужно будет свое уступить и учиться в школе, из которой прибыл этот ученик. Получается, как по обмену. Понимаешь?       – Хочешь сказать, что ты пожертвовал своим местом в элитной школе? – Тайга все еще не верил, что такое вообще возможно.       – Да, – но Сейджуро подтвердил свои слова.       – Странный, – Акаши посмотрел на него исподлобья. Кагами, стараясь не заострять внимание на своих последних словах, продолжил: – Ладно. Если тебе будет не трудно.       – Если бы я не хотел, я бы не предложил тебе это.       – Хорошо. Вали уже домой, – Кагами начал выпроваживать его.       – Ладно. До встречи.       Дверь за Акаши захлопнулась. Он, не теряя времени, быстрым шагом направился к выходу из дома, изо всех сил сдерживая победную улыбку. Все шло ровно так, как он задумал. Теперь Сейджуро будет в течение месяца тесно общаться с Тайгой, приходить к нему домой и есть его еду. Что может быть лучше? Но его странное поведение заметил Куроко и не оставил это без внимания, уже начиная беспокоится за Кагами.