Переплетение судеб

Гостиная Гриффиндора. Сьюзен Корнер, или Сьюзи, как ее прозвали одноклассники, была одиночкой и «белой вороной». Внешне она не была симпатичной: излишне худая, отчего любая одежда висела на ней «мешком», с длинным острым носом, тонкими губами, бледной кожей. Училась Сьюзен посредственно, друзей не имела, про ее родителей, Майкла и Дафну, в девичестве Гринграсс, ходили всевозможные слухи. Папа работал в Федерации Квиддича массажистом, а мама занимала хороший пост в Министерстве, в результате чего зарабатывала и была уважаема в обществе, конечно, больше своего мужа. К тому же, Майкл был гриффиндорцем, а Дафна – слизеринкой. Неприметная Сьюзи получала от одноклассников-гриффиндорцев множество насмешек в день, как от своих, так и от слизеринцев. С ней не общались даже Кайса со Скорпиусом, чьи родители дружили с Корнерами, с Сьюзен разговаривала, пожалуй, только одна девочка на всем факультете – Лили Поттер-младшая. Но она была на четвертом, а Сьюзи на третьем курсе, так что дружить в полной мере они не могли. А еще у Сьюзен был маленький секрет, о котором она поведала и Лили: ей нравился Альбус Северус. Его не было в гостиной, ибо все эти дни, как начался семестр, он проводил с Кайсой. Сьюзи очень страдала и переживала. - Привет, - улыбнувшись, поздоровалась с ней Лили, присаживаясь рядом со Сьюзен. – Как первые дни на третьем курсе? - Привет, - грустно отозвалась Корнер. – Не знаю, не успела еще прочувствовать, - пожала плечами девочка. - Все только начинается, - подбодрила ее Лили, шутливо толкнув в плечо. – Вот увидишь, в этом году у вас и предметы будут поинтереснее. - Я не люблю учебу, - бесцветным голосом заметила Сьюзи. – Я не все понимаю, и мне становится скучно. - И то правда, - согласилась Лили, - в жизни много другого, более интересного, - весело подмигнула ей Поттер. - Ну да, у тебя она нескучная, - буркнула Сьюзен. – Друзья, мальчики… - протянула Корнер, искоса поглядывая на компанию Лили, что сидела несколько подальше от них. Друзей у Поттер было и вправду много, только самых близких можно было насчитать пятерых, включая ее кузена Хьюго Уизли. - Да брось, ты тоже легко можешь найти себе друзей, если захочешь, - сказала Лили тем же бодрым тоном. – А с мальчиками могу помочь. - Ты знаешь, кто мне нужен, - горько прошептала Сьюзи, пряча лицо в ладонях. Она подмяла под себя ноги, словно так сможет исчезнуть или стать невидимой для окружающих. Кресло, в котором Корнер всегда сидела в гостиной, итак находилось дальше остальных, поближе к спальням, а гриффиндорцы по большей части не замечали ее в послеурочное время. Но Сьюзен все равно ждала подвоха и постоянно пряталась, принимая такие позы. - Тебе не стоит переживать из-за этого, - приобняла девочку Лили. – Как только у моего брата мозги встанут на место, и он увидит кого-то дальше груди этой стервы Нотт, то непременно выберет тебя. И у вас с ним будет все серьезно, - Поттер заговорщицки подмигнула Сьюзи, немного пожурила ее и пересела к своим. Корнер утерла нос, куда уже успела упасть слезинка, и проводила мрачным взглядом Лили. Она понимала, что не нужна даже ей, что и говорить про Альбуса, который с ней и не здоровается… ****** Гостиная Слизерина. Пять часов вечера. Скорпиус не находил себе места. С одной стороны, Роуз пообещала «отшить» этого французишку, с другой, сама мысль о том, что она пошла с кем-то «просто прогуляться» вызывала в нем бурные негативные эмоции. Он тихо сидел в полупустой гостиной среди малышни и нескольких парочек, которым было пофигу, где и когда миловаться, досадовал еще и на отсутствие Кайсы, которая была так нужна сейчас. Скорее всего, подруга была, конечно же, со своим Альбусом, и Скорпиус был не против Поттера, хотя поначалу и удивлялся странному выбору Кайсы, но именно в этот момент Малфой злился и на него, потому что очень не хотел быть одному. - Малфой, не поможешь мне с Зельеварением? – обратился к нему третьекурсник, сидевший с ребятами на ковре. - Не сейчас, Грег, извини, - отмахнулся от него Скорпиус. Мальчик, ничуть не обидевшись, отвернулся обратно к своим. К Малфою часто обращались младшие, и он старался не отказывать им, потому что сам очень любил науку, но после того, как у них с Розой все зашло слишком далеко, и он без памяти влюбился, то, конечно, учеба отошла на второй план. А ведь у них с Роуз все началось именно с учебы, точнее с Зельеварения… Они были на втором курсе, когда Роуз, самая правильная и умная студентка курса, перепутала занятия и, потому, бежала на Зелья, куда нещадно опаздывала. К тому же, она забыла выполнить домашнюю, чего допустить вообще никак не могла. По дороге ей встретился Скорпиус, который тоже опаздывал, но шел неспешно. В тот день Малфой провел утро и предыдущий вечер в Больничном крыле после тренировки по Квиддичу, где он был ловцом (впоследствии, кстати, Скорпиус отказался от спорта, согласившись побыть лишь запасным в команде), вот и не успел отправиться на урок вовремя. Роза, которая ужасно нервничала и волновалась, видимо, от страха получить «неуд» и обратилась к Скорпиусу с просьбой дать ей списать домашку. Малфой, сам не зная, почему, вдруг согласился и помог гриффидорке. Они были детьми и еще не осознавали и не понимали значения и причин той вражды, что существовала между Малфоями и Уизли с Поттерами, потому после того случая Роуз и Скорпиус занимались по Зельям еще несколько раз вместе. Подружились они курсу к третьему, а затем, когда просто научных бесед и посиделок в библиотеке стало мало, начали тайно встречаться на четвертом курсе. Вплоть до весны того года два блестящих студента враждующих факультетов, спорящих в библиотеке по вечерам и стремящихся обогнать друг друга на уроках, особенно никого не удивляли. А потом, как оно обычно бывает, их стали замечать держащимися за руку, гуляющими по двору Хогвартса, краснеющими при случайных встречах на людях… И пошли слухи, разумеется. Скорпиус знал о них с самого начала, но наивная Роза верила в их отсутствие. И Малфой был готов поддерживать для нее эту иллюзию, но впервые он почувствовал, что их таинственность будет только во вред. Скорпиус и не предполагал, что его Розой может заинтересоваться кто-то другой. Он не боялся реакции ее родственников, которые тоже были слепы, потому молчать более не собирался. Уберется французик – появится кто-то еще, если он, Скорпиус Малфой, не наберется храбрости и не расскажет уже всем, что Роуз Уизли – его девушка. Такие мысли посещали решительно настроенного Скорпиуса, когда в гостиной появилась Кайса. Она цепким взглядом определила в толпе своего друга и направилась к нему, покачивая на ходу бедрами. Какой-то старшекурсник окликнул ее, высказав что-то непристойное, Нотт показала нахалу средний палец и мило улыбнулась: несимпатичным парням она отказывала сразу и жестко. - Грустишь? – ласково спросила Кайса у Скорпиуса, погруженного в себя, а потому не замечавшего ничего вокруг. Она устроилась рядом с ним на диване, прижавшись к его плечу. - Есть немного, - ответил Малфой, слабо улыбнувшись. - Я видела Роуз, - сказала Кайса и внимательно всмотрелась в напрягшееся лицо Малфоя, нарочно сделав паузу, дабы проследить его реакцию. – Она шла куда-то под ручку с французом. - Я знаю, - бросил Скорпиус. - И ты позволил ей? – наигранно удивилась Кайса. - Он пригласил ее на свидание, Роза сказала, что объяснит ему про нас, - вымученно проговорил Малфой. - Ха, наивный, - усмехнулась Нотт. – Мне показалось, Бурке настроен решительно. - Пусть он катится к Мерлиновой бабушке, - раздраженно выдал Малфой. – Я оторву ему яйца, если он к ней притронется. - Тише, - успокоила его Кайса, погладив по плечу. – Уверена, твоя святая Роза выполнит свое обещание и пошлет его. Может, Бурке и остынет. - Завтра же я покажу всем, что Роза – моя девушка. - Не думаю, что стоит устраивать публичное шоу, если ты об этом, - мягко заметила Кайса. - Я устал молчать, - вздохнул Скорпиус, остыв. – Все итак давно шепчутся. - Пусть лучше завидуют тихо, чем это будет открыто, - сказала Нотт, убирая с плеча Скорпиуса несуществующую соринку. – Поверь мне, вас погубит публичность. Розе будет лучше так, как есть сейчас. Бурке, к тому же, достаточно умен, чтобы отступить перед тобой. - Хм, наверное, ты права, - согласился Малфой. – А что у вас с Алом? – участливо спросил он, только сейчас посмотрев Кайсе в глаза. - Тоже просит о публичности, - усмехнулась Нотт. – Наверное, я ее ему предоставлю в скором будущем. Его братец меня уж точно не убьет, - улыбнулась Кайса. Скорпиус взгрустнул, и девушка легонько щелкнула ему по носу. Об их крепкой дружбе в Хогвартсе тоже витали слухи… ****** Двор Хогвартса. Пять часов вечера. Меж тем Роуз действительно пошла на встречу с Мартеном. Она не стала надевать шарф, о чем уже успела пожалеть, поскольку успело похолодать. Они отправились с ним по аллее подальше от шумных детей, и Роза хотела как можно скорее сообщить Бурке о Скорпиусе, но все не решалась и отчего-то робела в его присутствии. А Мартен, что ему было несвойственно, тоже был молчалив, но зато заметил, как Роза дрожит и накинул ей на плечи свою мантию. - Ты не простынешь? – заботливо спросила она, принимая его дорогую и изысканную вещь. - Я согрею себя чарами, - улыбнулся Мартен. – Я бы наложил их и на тебя, но пока не владею ими искусно, поэтому моя мантия будет эффективнее, - добавил он. Роуз кивнула. Они продолжили молча шествовать. Она смотрела вниз, Мартен – вверх, куда-то в облака. Бурке не держал Розу под локоть, как сказала Кайса Скорпиусу, но одну такую попытку предпринял, получив, правда, отказ. - Почему ты пригласил меня? – спросила Роуз, мучимая любопытством. – В том году мы не особо общались. - Я не сразу тебя разглядел, - не растерялся Мартен. – Мне нравятся твои рыжие волосы, карие глаза, твои тонкие запястья, - он вдруг остановился, и Роуз невольно подняла свой взгляд, чувствуя, как краснеет и одновременно хочет, чтобы он говорил еще. А Бурке не просто говорил - он действовал, уже дотронувшись кончиками пальцев до ее лица. – Ты необыкновенная, Роуз, я все лето вспоминал о тебе. Я хотел узнать твой адрес и непременно написать, но все не решался… Она слушала его как завороженная. Скорпиус, безусловно, говорил ей комплименты, отмечая красоту и ум Роуз. И летом он часто писал, но по большей части о том, как проходят его каникулы, в каких странах он побывал, что видел, в том числе и о Франции. Одним словом, все о себе, но совсем мало о его чувствах к ней. А Мартен представлялся для Розы совершенно другим, хоть она и знала о нем немного. Ну не могли эти идеальные губы и кристально голубые глаза врать… Мартен, тем временем, не закончил изъясняться. Он начал читать Роуз какое-то французское стихотворение, как она уловила, о любви. Тот же Скорпиус знал французский и не раз декларировал Розе нечто подобное, но услышать это от настоящего француза, да еще и с таким вдохновением…Роуз просто забыла, как дышать, слушая и наслаждаясь речью Мартена, похожей на райскую песню. - Надеюсь, я не утомил тебя, - в завершение сказал Бурке, вдруг смутившись. - Что ты, твое чтение заслуживает похвалы, - улыбнулась Роуз, почувствовав, как она расслабилась в его компании и стала привыкать. - Спасибо, я старался, - ответил Мартен. Они продолжили прогулку, и Роза сама протянула ему руку, чтобы идти вместе. - Расскажи мне про Францию, - попросила Роза. Мартен начал свой рассказ о стране, в которой вырос, перешел к разговору и о себе, своей семье. Род Бурке был довольно богат, почти все они занимались Квиддичем, потому сам Мартен и попал в сборную сначала своей школы, а теперь и факультета Райвенкло в Хогвартсе. По мере этого рассказа Роуз убеждалась в том, что Мартен, в отличие от Скорпиуса, вовсе не бахвалится своими успехами и предками, например, и, хоть она и знала многое о Франции, история Бурке ей очень понравилась и запомнилась. Роза успела поведать ему и о себе, Мартен ни разу не перебил девушку, как это непременно делал Малфой, когда та говорила о своих кузенах, что также убедило Роуз в том, что райвенкловец очень хороший парень, несмотря на те сплетни завистников, что распространились о нем. К концу их прогулки Роза и вовсе не чувствовала холода и усталости, не хотела расставаться с Мартеном. Она не стремилась и к Скорпиусу, хотя мысли о нем, конечно, были с ней все время. Сам Бурке также выглядел весьма довольным и радостным рядом с Роуз. Он проводил ее до главного входа в Хогвартс, когда Уизли вспомнила о своем обещании, данном своему парню. - Эм… Я должна тебе кое-что сказать… - замялась Роза, опустив глаза. - Я тебя слушаю, - кивнул Мартен, посерьезнев. Он взял ее правую ладонь в свою, как бы придавая Роуз уверенности. - У меня есть… - вновь начала и умолкла Роза. - Кто у тебя есть? – с улыбкой уточнил Мартен, выждав пару секунд. - Друг, - выдохнула она. – У меня есть друг, - повторила увереннее. – Он может быть против нашей с тобой дружбы. - И кто же это? – по-прежнему беспечно спросил француз. - Скорпиус Малфой, - тихо произнесла Роуз, так и не подняв головы. Где-то далеко грянул гром, а через несколько секунд хлынул ливень.