Падение температуры

Тогда ему хотелось провалиться сквозь землю. Ночная прогулка увенчалась новым выстрелом в сердце. Они были там, вместе любовались луной. Несколько раз хотели взяться за руки, но не решались. Аня постоянно улыбалась. Такой милый румянец виднелся на её щеках. Эта была необычная улыбка, не дружеская, которую она постоянно дарит ему, а другая. Она смотрела на него, как на личное сокровище. Яо крепко сжал зубы. Их взгляды встретились. Кику всегда был очень застенчивым, но с ней вёл себя немного раскованней. Ведь сам стал медленно наклоняться к её лицу. Россия закрыла глаза и всё-таки взяла его за руку. Робкий поцелуй. Китай злился. Вроде должен радоваться, что у его брата появился кто-то столь близкий. Однако тот факт, что была она, сводил всё к нулю. Они отстранились друг от друга и, молча, смотрели друг другу в глаза. Кику обнял Аню, поглаживая рукой по голове. Россия прикрыла глаза и слегка улыбнулась. Больше не имея сил на это смотреть, Китай ушёл, крепко сжимая кулаки. -Ну что, ты доволен? – усмехнулся Франция. В соседней комнате боссы стран подписывали мирные соглашения об окончание войны и передаче земель. Китай не обращал внимая на его слова, потому что рядом с Англией стояла Россия. Блондин приобнимал её одной рукой за плечи, зарывшись носом в её прекрасные русые волосы. Зелёные глаза были слегка прикрыты. Ему было понятно, почему англичанин так расслаблен. Запах ели и мёда ему тоже всегда кружил голову. -Теперь тебе не отвертеться, - сказал Артур, ухмыльнувшись. Россия беззвучно что-то сказала. Никто кроме Яо это не заметил. -«Прости», - прочитал он по губам. За что она извиняется? Ведь не участвовала в войне. Тогда она плакала, уткнувшись лицом в подушку, что бы никто ни видел. Холодная война, была для неё самой страшной. Только Яо видел её слёзы и то случайно. Хотел поговорить о нынешней ситуации, а увидел её боль. Хоть она страна, но ещё и человек. Ей больно от предательства и тяжело сдерживать эмоции, на людях ещё получается, но в одиночестве не может совладать с собой. Китай тихонько открыл дверь в её комнату и подошёл к кровати девушки. Она подняла на него заплаканные глаза. -Как ты думаешь, Китай, почему меня все так ненавидят? – спросила СССР, выдавив из себя улыбку. – Америка, Япония, Англия, Франция, Италия. Почему они так хотят от меня избавиться? Часть твоего народа тоже хочет моей смерти. -Всё будет хорошо, ару. – Он слегка погладил её по волосам и притянул к себе. Как обычно она была очень тёплой. Яо чувствовал, как спокойно бьётся её сердце. У него не было уверенности, доверяет ли она ему снова после той войны или же нет, но девушка обняла его в ответ. Пускай это лишь от того, что ей очень плохо, но она так близко. -Росс… Нет. Аня, пожалуйста, не злись на меня. -За что? – удивилась Брагинская, смотря прямо в глаза Яо. -За это. Он наклонился к её лицу и поцеловал. Её глаза удивлённо раскрылись, но девушка его не оттолкнула и не ответила на поцелуй. Китай надолго запомнил это мгновение. Её губы были тёплыми, мягкими и сладкими, как мёд. Сердце бешено колотилось в груди. Невероятный поток эмоций накрыл его. Радость. Облегчение. Наслаждение. Удовлетворение. Страсть. Горечь. Испытывал ли когда-нибудь такое же Кику, когда целовался с ней? Когда поцелуй прекратился, Ван ожидал, что девушка теперь точно его оттолкнёт. Однако она с сочувствием лишь посмотрела на него. -Яо, ты тоже извини меня. – Аня провела рукой по его щеке. – Если честно, всё это время я видела, как ты на меня смотришь. Ты ведь любишь меня, так? Однако моё сердце больше не может любить. Слишком много раз мне приходилось терпеть горечь предательства, прости, но для меня ты только друг. Возможно если бы раньше, то… Прости. Она спрыгнула с кровати, вырываясь из его объятий. -Аня! – Он протянул руку, в надежду схватить, но Брагинская убежала. Дурак. Яо понимал всю глупость своего поведения. Не надо было копаться внутри себя, ему просто надо было сказать ей обо всём. Раньше сердце просто глухо болело, но теперь он почувствовал настоящую боль. Боль отказа. Когда всё кончилось, он помнит смутно. Ведь ему не хотелось верить в происходящее. СССР проиграла войну и развалилась. Сейчас Аня лежала в гробу, укрытая красным флагом с серпом и молотом. Вокруг лежали самые красивые цветы, которые только могли быть. Её любимые подсолнухи ей вложили в руки. Яо тяжело вздохнул, посмотрев на неё. -Как бы то ни было, та, кого ты пытаешься спасти, не она,– сказал двойник, поднимаясь на ноги. Яо прижал к себе маленькую Русь, которая продолжала плакать и иногда всхлипывать. -Врёшь! Россия – это Россия! Просто я изменился и всё! Поэтому больше ничего к ней не… чувствую… -Если чувств больше нет, тогда почему ты так крепко прижимаешь к себе эту девочку? Двадцать первый век. Все твердят, что это век Апокалипсиса. Плевать. Китай снова стал неплохо общаться с братом. Наладились отношения и с другими государствами, только вот опиумник его до сих пор слегка раздражает вместе с французом. Сейчас надо заключить с Российской Федерацией договор. Интересно, что это за человек? Наверное, ещё более ненормальный, чем Аня, ведь самая большая страна в мире. Должно быть очень большое самомнение. Яо уткнулся лбом в стол. Опаздывает, значит, ужасное воспитание. -Здравствуйте, Китайская Народная Республика. - Ван неохотно поднял глаза и замер. В розовом пальто всё с тем же шарфом на шее перед ним стояла Аня Брагинская! – Я Российская Федерация. Скучал, Яо? -Как ты… -Девушка подставила к его губам указательный палец и улыбнулась. -Я же страна и живу, пока жив мой народ, а русские самые сильные. Я изменюсь, но не исчезну. Он разозлился. Господи, опять ничего и никому не говорит. Могла бы хотя бы предупредить! -Дура! – В ответ на его агрессивный выкрик, она лишь засмеялась. -Я… - Китай ещё раз посмотрел на маленькую девочку. Опять. Он не может точно сказать, что чувствует. После отказа и разрушения СССР Яо приложил много усилий, что бы убедить себя в лживости чувств. А сейчас снова они стали просыпаться. -Дурак. – Двойник направил на него пистолет. -Верно, я старый дурак, кажется, действительно люблю её, ару. Треск. У двойника как у какой-нибудь статуи отвалилась рука, в которой он держал пистолет. Внутри он был белым как статуя. Лицо покрылось трещинами. Из глаз пропала странная серая пелена. По кусочку он медленно разваливался, пока на земле не осталась куча чего-то белого. Оно стало просто испаряться, как сухой лёд. Кажется, это и был сухой лёд. Русь перестала плакать и грустно посмотрела на исчезающие куски сухого льда. -Позаботься обо мне взрослой, - сказала девочка. Её тело стало становиться прозрачным. Аметистовые глаза смотрели на него с надеждой. Яо вытащил один листик берёзы из её волос. Она слегка склонила голову на бок и улыбнулась. -Прощай, ару. – Русь исчезла. Вся тяжесть и боль в его теле тоже пропала. Через секунду Китай снова оказался в тёмной коридоре. Недалеко был виден свет от пламени свечей. Он не сомневался, что это Германия. Ведь было слышно, как немец зовёт его. -Я здесь, ару! – подал голос Китай. Тут же пламя свечей вздрогнуло и стало приближаться. Он был прав. Теперь они могут продолжить поиски России в этом доме. Яо сжал кулаки, послышалось шуршание листа в его руке. -Ты в порядке? – спросил Людвиг. -Теперь – да, ару. – Китай кивнул головой. -Позвольте мне это исправить. – В такие моменты говорят, что пиздец подкрался незаметно, но сейчас Беларусь подкралась незаметно. В тот раз она была вынуждена отступить, так как не справилась бы со всеми странами сразу, а вот уничтожить небольшие группы гораздо легче. -Япония, тут страшно! – паниковал Италия. Ему совсем не нравилась атмосфера этого места. Увеличивающиеся разрушения лишь сильнее пугали его. Венециано постоянно то и дело норовил прыгнуть японцу на руки. -Англия-сан, как вы думаете, почему тут всё разрушено? – спросил Кику. Бывший пират прослушал его вопрос. Что-то его беспокоило, это было видно по его походке и взгляду. Вздохнув, Хонда решил, что лучше его не трогать. Италия продолжал кричать и дрожать от страха. -Боюсь! – Итальянец ринулся вперёд. -Италия-кун! – забеспокоился Япония. Вот ведь, не хорошо будет, если он в темноте потеряется или споткнётся о что-нибудь. Брюнет побежал за ним. -Что? – удивился блондин, заметив, что едва видит свет от канделябра. – Эй! Воздух рядом с ним стало жутко холодным. Чьи-то руки обвили его шею сзади. Что-то очень мягкое прислонилось к спине. Однако он узнавал запах ели и мёда. Лёгкий испуг зародился в его душе. Одна рука переместилась с шеи на его щеку. Казалось, будто к нему приложили снежный ком к коже. -Попался. -Ха-ха, тебе просто показалось. Если что-то будет не так, я сразу это замечу, я ведь Герой! -Говорю тебе, я точно что-то слышал, - упрямился Пруссия.