Немножко странный

      POV Олег.       — Убери руки с моего зада, — начал злиться Павел Алексеевич.       — У-у-у, да ты у нас с характером. Люблю таких! — прошептал парень на ухо вожатому.       — Ты глухой? — не сумел сдержаться я. — Или тупой? Убери свои пакши!       Этот длинноногий папуас хотел уже что-то мне ответить, но поезд остановился на нашей станции. И схватив ошарашенного Павла Алексеевича за руку, я потянул его на выход.       — Принцесска, ты чего? — удивился вожатый.       — Я чего?! — повысил я голос. — Это Вы чего? Его какой-то болван лапает, а он спокойно стоит и лыбится, — я психанул и, отпустив его руку, пошел вперед него за отрядом.       Но вожатому это, похоже, не понравилось, и он догнал меня, положив руку мне на плечо и притянув ближе к себе. Меня это немного напрягло, и я попытался отодвинуться. Да только кто ж мне позволит?       — Блонди, — стал шептать мне на ухо Павел Алексеевич, от чего по всему телу прошли мурашки. Хотя, благодаря ему я уже не блондин. — Не уж то ты ревнуешь?       — Кто? Я? — удивился я, взглянув на него и увидев хитрую улыбку. — Только в ваших мечтах.       Вожатый только хмыкнул и отстранился.       Я не ревную. Вот ни капельки. Я его знаю-то всего лишь две недели.

***

      — Значит-ся так, — давал новые распоряжения Павел Алексеевич, когда мы пришли в торговый центр. — Сейчас все расходимся, а через два часа встречаемся здесь. Идите куда хотите, но из этого здания не выходить, на людей не кидаться, автоматы не грабить, к продавцам «Макдоналдса» не подкатывать, на тележках не кататься и делать вид, что вы психически здоровы. Всем ясно?       — Дебил, — прокомментировал Ярик.       — Позер, — добавил я.       — А вы, — указал он на нас. — Пойдете со мной.       — Олежка, он походу раскусил наш план побега, — прошептал мне Ярик.       — Эх, — горестно вздохнул я.

***

      — Я мороженное хочу, — заявил я после получаса ходьбы по торговому центру. И за эти полчаса мы умудрились потерять Ярика. Этот предатель позорно сбежал, оставив меня с этим садистом. А искать его Павел Алексеевич не захотел. Просто пожелал, что бы он носом пол пропахал и пошел дальше.       — И что? — повернулся ко мне Павел Алексеевич. — Хочешь, чтобы я тебе его купил?       — Вообще-то было бы не плохо, — улыбнулся я.       - А ты не прихерел ли? М? — поднял вожатый брови.       - Паша? — раздалось где-то с буку.       Мы с Павлом Алексеевичем повернулись на голос. Там стояла молодая девушка с огромными пакетами в руках.       — Паша! — подлетела она к вожатому, бросив все свои пакеты. — Я так скучала, — воскликнула эта фурия и поцеловала Павла Алексеевича в щеку. — Пашенька, ты знаешь, я тут подумала, — затараторила эта… эта… плохая женщина, не обратив на меня никакого внимания. Почему я решил, что она плохая? Да хотя бы потому что она на людей в общественном месте кидается. Не привитая. — Все-таки наши с тобой отношения не должны рушиться из-за таких пустяков. Своего мишку мне не жалко…       — Снежка, — перебил ее Павел Алексеевич. А я стоял в стороне и не понимал, что вообще происходит.       — Ну да. И трусики над дверью мне не мешают. И носки на люстре — это очень удобно, — все больше вешалась девушка на вожатого.       - Эм-м-м, круто! — выдал вожатый. — Это все? Иди, гуляй, — и, отодвинув девушку, подошел и взял меня за запястье. — Пошли за мороженкой, — обратился Павел Алексеевич уже ко мне. От чего-то возникло непреодолимое желание повернуться и показать ей язык.

***

      — Павел Алексеевич, — позвал я вожатого, когда мы уже сидели в кофе.       — Паша. Просто Паша. Хватит меня называть по имени-отчеству. Меня это бесит! — наконец-то психанул вожатый. Я знал, что когда-нибудь он не выдержит.       Я гаденько улыбнулся и продолжил:       — Павел Алексеевич, — вожатый громко вздохнул и впритык уставился на меня. — А кто это был?       Нет, мне, конечно же, все ровно кто это. Просто интересно.       — Не важно, — заявил Павел Алексеевич и начал есть свой салат. Да-да-да, мы хотели пойти только за мороженкой, но заказали еще целую кучу всего.       — А все же? — не отставал я. Интересно же…       — Какая тебе разница?       — Просто… Сначала Вас какой-то парень за все места лапает, потом девка целует…       Павел Алексеевич нагнулся ко мне, так что между нами было несколько сантиметров. Я чувствовал его дыхание, и он сказал, смотря мне в глаза: — Ревнуешь? Как это мило, — и закусив губу, продолжил. — Но ты не волнуйся, ты мне нравишься больше, принцесска.       Вожатый улыбнулся и отстранился, лизнув свое мороженное.       Я уже говорил, что он козел?!