Science_officer's_log

Дорогой дневник. В некоторых случаях капитан бывает абсолютно нелогичен. К примеру, просить меня (довольно настойчиво), чтобы я заполнил свою часть отчётности этого блога, когда его последняя запись датирована, кажется, прошлым веком. Несмотря на все мои уверения, что начальство Звёздного Флота не оценит его героические усилия, если он не начнёт заносить эти усилия в отчёты, капитан продолжил уверять меня, что одного отчёта за двоих хватит. Что, кстати, ставит меня, капитан, в неудобное положение, словно я десятый раз прихожу на встречу выпускников Академии без пары, и мои одногруппники начинают думать, что мой партнёр воображаемый. В самом деле, как эти люди поверят, что мы с вами всё ещё встречаемся, если вы не пишете ни слова на эту тему? В последнее время мы с капитаном начали вечерами смотреть фильмы про космос. Некоторые необычные, некоторые откровенно скучные, некоторые интересные. Меня не всегда привлекала романтика звёздных перелётов, в детстве я был скорее исследователем, чем исследователем космоса. В мире слишком много неизученного, чтобы пытаться охватить абсолютно всё. Хотя, разумеется, пытливый ум не знает преград. За последнее время наша жизнь не особо богата на события. Юные вулканцы принесли мне выброшенного кота. Кот пробыл на базе три недели, я извёл на него множество денежных средств и нервов. Потому что кот предпочитал нарушать мой порядок в доме, ронять многочисленные мелкие предметы, сломал телефон, испортил ковёр. Во многом он так поступал, потому что ему было одиноко и скучно одному в доме. Но это не слишком меня успокаивало, когда я видел разрушенный уют. До сих пор я чувствую себя немного потерянным на базе, не совсем хозяином этого места. И я всё ещё не убрал кошачьи миски. В одной из них налито молоко. Я хочу, чтобы оно полностью свернулось, испарилось и присохло к миске. Тогда я почувствую, что кота нет, и он не вернётся. Мы отдали его одной семье. Я рад, что мы сделали доброе дело, потому что на улице гладкошёрстный кот замёрз бы на улице в морозы, но это дело слишком дорого мне обошлось - во всех смыслах. И я всё ещё прихожу в себя. Если это возможно, я предпочёл бы больше не приносить животных на базу. Во всяком случае, до тех пор, пока я не проживаю там постоянно. В остальном год задался, несмотря на печальные известия о смерти двух великих людей. Полагаю, это не последние смерти за год, но с такими вещами ничего не поделаешь. С капитаном, во всяком случае, я провёл, начиная с 30 декабря, больше времени, чем за последние два месяца, что однозначно меня радует. Причём я крайне рад, что он почти всегда настолько податливый и уставший, что я легко могу взять верх. Дело в том, что за последние месяцы я несколько отвык от секса с проникновением, и теперь он, кроме удовольствия, причиняет мне и лёгкую боль. Иногда я настолько не могу сосредоточиться на настроении из-за неприятных ощущений, что желание попросту слетает с меня, как сухой цветок от порыва ветра. Объяснить при этом капитану, что дело не в нём, а в том, что я отвык от ощущения, и мне это сейчас не очень удобно (а я не вижу смысла снова с ним тратить время на то, чтобы меня "разрабатывать", если мы будем встречаться так же редко), как-то неловко, поэтому я с куда большим удовольствием переключаюсь на то, чтобы принести удовольствие самому капитану. Вы не представляете, сколько удовольствия приносят мне его стоны, откинутая назад голова, вцепившиеся в меня пальцы. Капитану ожидание идёт на пользу: он реагирует более чутко, более ярко, а мне каждый раз попросту сносит от этого голову. Я готов брать его в любом месте мгновенно: если бы не забота о его репутации, я бы вовсе не переставал трахать его в каждом месте, где вижу его. Некоторое время назад впервые катался на "ватрушках". Капитан сел за мной, и прошептал в ухо: "Я хочу тебя". Это был какой-то ночной кошмар, потому что только силой воли я сумел не обернуться и не взять его прямо там. Я постоянно хочу его, когда вижу. А когда не вижу, думаю о нём. Вы не представляете, сколько удовольствия мне принес наш секс на кухне его дома, в отсутствие супруги капитана. Может, это было вдвойне безнравственно, но у меня на сетчатке глаза отпечаталась откинутая назад голова капитана, его полуоткрытый рот в беззвучном стоне, судорожно сжатые на моей спине ногти. Меня тогда просто трясло от желания. Но дело не только в физическом желании. Дело в том, насколько мне не хватает его присутствия в моей жизни. Его присутствие в комнате мгновенно гармонизирует мою жизнь. Я рад с ним работать, рад завтракать, рад проводить время любым возможным способом, потому что всё в его присутствии внезапно приобретает значимость, сияние, вкус, смысл. Впрочем, не надо думать о зависимости, я провожу время дельно и без него. Просто с ним всё становится иначе. Вчера мы планировали только посидеть в кафе до девяти вечера - немного выпить, поболтать пару часов и разойтись по домам. Вино, кстати, было потрясающе вкусное - именно такой вкус красного вина я долгие годы безуспешно искал, но так и не находил. Капитан, как и я, обладает специфической способностью пьянеть. Он может пить очень много и не пьянеть, пока в компании с ним не будет кто-то, кого он хочет. Я же пьянею довольно быстро (хотя обычно быстро и трезвею), но внешне моё опьянение практически незаметно, потому что организм тут же пускает все силы на контроль за речью, разумом и движением. Со стороны было ощущение, что капитан очень-очень пьян, а я - совершенно трезв, но это было совершенно не так. Впрочем, закончился вечер, как обычно: мы в такси поехали на базу, где накинулись друг на друга. Капитан утверждает, что шесть раз подряд он не умеет, но я знаю его тело: на самом деле, он остаётся экстренно голодным и слегка раздражённым до достижения восьми оргазмов, успокаивается только после восьмого (что не значит, что нельзя продолжить). Но подряд обычно не разрешает мне доводить его после трёх, утверждая, что он "стар уже" или "Спок, перестань, я больше не могу". Вчера он не думал о том, насколько он старый или насколько не может, и я смог наслаждаться процессом все шесть раз подряд. Господи, какое наслаждение. Капитан восхитителен во всём. И когда он раздражён, и когда поджимает губы, борясь с мучительным приступом головной боли, и когда он работает за троих, и вчера, когда долго щекотал меня, утверждая, что ему просто нравится слушать мой смех. Я влюблён в него совершенно безумно, как в первый месяц наших встреч. Он поддерживает меня во всём, он не против поддержать мои странные глупости (как когда мы с ним соорудили шалаш и пили в этом шалаше мартини и хохотали), он прекрасный любовник и восхитительный друг. Он восхитителен, он мой, и я счастлив.

Чего и вам желаю. Live long and prosper. Spock.

PS Прошу прощения за стиль, мы вернулись около двух утра, и мне очень хочется спать.