Sweet dream

Pov Мариэль:

Ненавижу испытывать такое чувство, как сожаление. Возможно, вы осудите меня за это, и пусть. Я не привыкла утешать кого-то. В основном все утешали меня, и то не очень искренне. Но хоть за ложь им спасибо… Всю свою жизнь я постоянно страдала и плакала, хотя старалась держаться как можно мужественнее и крепче. Но в итоге ничего не получалось. Сейчас всё вроде бы начало налаживаться, но я почему-то подозреваю, что такое на редкость спокойное время будет длиться недолго. Не знаю, что сейчас происходит с Бардом, но я должна его успокоить. Возникает вопрос: почему именно я?! Есть же Сигрид, или Баин. Они, по-моему, вполне могут справиться с такой пусть и далеко непростой задачей. Но что-то гложет меня изнутри, заставляет поднять свой плоский зад со стула, встать на ноги и выйти из дома. Я ищу глазами мужчину в толстой шубе, сделанной из какого-то лесного животного, и наконец-то нахожу его. Медленными шагами подхожу к нему и, присаживаясь рядом на белоснежный, к своему удивлению, совсем не холодный снег, произношу: — Вы не должны винить себя за это всю жизнь, — с сожалением смотрю на Барда. Его какой-то опустошённый взгляд, скорее всего, наполненный воспоминаниями о прошлом, сейчас устремлён только на лес, куда мы сегодня отправимся на охоту сразу же после обеда. Он не хочет туда идти, но должен это сделать, потому что его дети и народ могут остаться голодными. А этого ему не нужно. Если и с ними что-нибудь случится, хозяин Озёрного города этого точно не переживёт и никогда себя за это не простит. — Вы очень сильный. И храбрый, и смелый и… Знаете, жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на воспоминания о прошлом, пытать себя и жалеть. Вы должны жить настоящим и будущим. Заботиться о своих детях и народе. Радоваться каждой минуте, проведённой с близкими людьми, — такое ощущение, словно это говорю не я, а кто-то за меня. Не думала, что осмелюсь на такую «речь». Ведь для этого нужна хорошая мотивация. А то, что этот человек очень дорог для меня — кажется, как раз-таки мотивацией и является. — Да, пожалуй, ты права, — спустя несколько минут мучительного молчания отвечает мужчина, с благодарностью на меня посмотрев. До сих пор поражаюсь его силе воли. — Я никогда у тебя не спрашивал о том, как ты попала в Лихолесье, — та-а-к, а вот эту щекотливую тему, пожалуй, лучше вообще не затрагивать… — Я и сама не знаю, как попала туда, — пожимая плечами, с загадочностью в голосе отвечаю я и встаю на ноги, напоследок бросив: — Встретимся у Вашего дома, как обычно. Захожу в своё уже отчасти родное жилище и стягиваю с себя одеяло, заменив его тёплым кафтаном, который достаёт аж до колен. Снимаю тапочки и сажусь на колени перед кроватью, чтобы достать из-под неё зимнюю обувь. А точнее, сапоги на все случаи жизни и времена года. Эльфийского производства. По правде говоря, их когда-то носила Тауриэль, но, честно говоря, сейчас мне на это уже как-то наплевать. Я очень надеюсь, что больше никогда не встречу эту вздыхающую по Лихолесскому принцу строгую начальницу стражи. Просто потому, что буду уже не в состоянии вынести её ненавистного, да и к тому же дурацкого взгляда, адресованного исключительно мне. Б-р-р-р… До сих пор мурашки по коже бегают от воспоминаний об этой эльфийке. Окончательно переодевшись во всё исключительно зимнее и тёплое, я как можно скорее попутно хватаю руками свой любимый лук с колчаном, закидываю их сзади на плечи и выбегаю из дома, заметив, что меня уже ждёт отряд людей. Человек эдак десять, не меньше, причём в их числе Бард и Баин. Мальчишка, заметив моё присутствие, по-дурацки мне улыбается, а я делаю такой вид, словно вообще его не замечаю. Извините, но премию за лучшую педофилию года мне не очень-то хочется получить. — Откуда он у тебя? — интересуется Бард, показывая указательным пальцем на лук. Я слегка улыбаюсь, отвечая: — Это подарок принца Леголаса, — на что весь народ, провожающий мужчин, а также меня на охоту, восторженно охает да ахает. Неужели Леголас здесь так популярен? Извините, я не знала. Просто как-то особо этим не интересовалась. Думаю, лучше не упоминать о нашей дружеской связи с светловолосым. А то мало ли какая реакция у людей на всё это будет… В обморок кто-нибудь может упасть и всё такое. Всё-таки народ Озёрного города очень впечатлительный. Кстати, я этот лук с колчаном да стрелами специально от всех подальше запрятала, чтобы никто всё это не смог бы стырить, потому что подарок, как ни крути, всё-таки очень ценный, дорогой и по-эльфийски крутой! — Почему ты мне раньше его не показывала? — всё не отстаёт мужчина. — Я бы научил тебя хорошо стрелять из него. — Я его тогда где-то потеряла… — отвечаю, при этом краснея от стыда. — А потом нашла. Да и, к тому же, это всё-таки эльфийский лук. Он не так прост в применении, как кажется на первый взгляд, — а вот это чистая правда. Мне об этом когда-то сам Леголас рассказывал. — Всё ясно, — кивает головой Бард, после чего проверяет, все ли местные охотники на месте. Двое заболело, один после пьянки валяется где-то… В общем, оказывается, десять человек очень мало. Нужно больше. Поэтому с нами на охоту решил отправиться, отгадайте с трёх попыток, кто?! Конечно, моя неприязнь к этому эльфу за три месяца понизилась, но не настолько, чтобы я могла выносить его такое огромное количество времени. Мне даже смотреть на него противно. Да, он красивый, сильный, такой, каким должен быть самый настоящий эльф. Но в то же время такой… м-м-м… противный! Вечно ко всему и ко всем придирается! Строит из себя самого умного. Ему, видите ли, тысяча с лишним лет! А мне-то что с того?! Нашёлся тут выпендрёжник блин. То, что он тут самый старший, ещё не даёт ему права командовать всеми. Особенно мной. Я попала из своего мира в совершенно другой и до сих пор не знаю, кто и как это со мной сотворил. Я… жертва, причём самая настоящая! А этот эльфийский урод издевается надо мной. Ну, я ему ещё устрою… Покажу, где раки зимуют. Он у меня допляшется… — Все на месте?! — громко кричит мужчина, из-за чего мои уши начинают болезненно ныть. Ох уж этот чуткий эльфийский слух… До сих пор не научилась контролировать его. А просить помощи у Карла даже не собираюсь! Ещё не хватало, чтобы он вмешивался в это. — Тогда вперёд! — и люди беспорядочно начинают подходить к мосту, по которому можно добраться до берега. Я иду самой последней. А… оказывается, нет. За мной ещё прётся этот Карл. Останавливаюсь, и эльф делает то же самое. Недоумённо, даже с возмущением начинаю поглядывать на него, на что тот отвечает: — Я поклялся Владыке оберегать тебя. Так что, прошу, иди передо мной. Я не должен потерять тебя из поля своего зрения, — в его голосе слышится раздражение. Если бы этот эльф умел читать мысли, он бы вообще нафиг отсюда свалил, чему я была бы без всяких сомнений очень даже рада! Пир бы закатила, пригласила бы в дом знакомых эльфов, особенно бедняжку Кристин. — А я не клялась Владыке, что буду терпеть всё это, — язвлю, продолжая стоять на месте и вынуждая Карла злиться на меня с каждой секундой всё больше и больше. Ну, давай, эльф, давай! Сорвись уже! Я жду не дождусь, когда тебя наконец-то отправят в какую-нибудь местную психушку! Извини, но с нервишками у тебя всё далеко не в порядке… Интересно, как другие этого не замечают? Только я тут самая внимательная что ли? — И вообще, ты меня уже достал, — мысленно махнув на него рукой, направляю свой взгляд к людям, которые уже, оказывается, на берегу. Они шагают в сторону густого, дремучего леса, который сейчас вовсе не зелёный, а белый. Зима же всё-таки. — Хм, кто бы говорил, — слышится перед тем, как я отворачиваюсь от эльфа и быстрым шагом направляюсь к отряду людей, которым руководит, конечно же, сам Бард. Мне послышалось, или Карл действительно это сказал? Или я хотела это услышать, из-за чего подумала, что эти четыре чёртовых слова действительно кто-то произнёс? Ох, даже не знаю, что и подумать, потому что в моей голове сейчас такой беспорядок творится… Жуть просто… А зима Средиземья, оказывается, даёт о себе знать. И ещё как! Началась она с холодных ветров и обильных снегов, прошедших на смену мокрым, скользким и неприятным дождям поздней осени. Деревья, уже давно сбросившие жёлтые, красные и ярко-оранжевые листья самых различных форм и размеров, погружаются в глубокий сон. И похоже, что надолго. Солнце болезненно слепит глаза, так привыкшие к постоянной тьме Озёрного города, и ярко светит всего несколько часов в сутки, совсем не согревая землю, а что-то другое — тем более. Сейчас на улице мороз, но многие люди практически его не ощущают. Чего уж об этом говорить… Привыкли они к этому, наверное. В Озёрном городе даже летом не особо тепло. На себе проверяла. Зима здесь приходит гораздо раньше всех остальных времён года и длится намного дольше, чем положено. Я корчусь от холода и уже с трудом делаю каждый шаг, при этом замечая, что Карлу на холод вообще наплевать. На нём какая-то летняя одежда, а он даже и не показывает виду, что ему холодно. Хватит уже геройствовать, упрямый ты эльф! Я же знаю, что тебе холодно! Просто ты хочешь выглядеть круче на фоне всех остальных. Это уже болезнь. Смирись и иди лечиться наконец куда-нибудь. Хоть за тридевять земель. Мне всё равно. Просто… лечись! Неожиданно случается то, чего я так долго ждала! Начинает падать снег — густой и чистый, который не тает в течение очень долгого времени и не превращается в слякоть, что непременно радует. Я останавливаюсь и оборачиваюсь назад, застыв на одном месте. Боже, как же красиво! Снег толстым белым ковром застилает крыши домов Озёрного города, ложится на ветви ближайших деревьев, а в воздухе красивым вальсом кружатся большие белые хлопья. Вода уже давным-давно замёрзла. Странно, что я заметила это только сейчас. Некоторые дети выбегают на берег, играют в снежки, и ещё что-то лепят из снега. Даже на таком далёком расстоянии слышатся взрывы смеха и радостные крики. Эх, как же мне сейчас хочется оказаться на их месте... Невольно вспоминаю о тех днях, когда была такая сильная метель, что не было видно абсолютно ничего, а ветер и снег били в лицо, из-за чего я порой, выходя за пределы дома, падала на ровном месте. Прохожие иногда надсмехались надо мной. Даже тот же Карл, будь он неладен! Также бывали спокойные ясные дни, например, как сейчас. Снег искрится на солнце, будто состоит из драгоценных камней, которые так обожает Трандуил. Это потрясающее, восхитительное и незабываемое зрелище! За него можно было бы многое отдать! Эх, жаль, что я не успела прихватить с собой из Сиэтла видеокамеру… — Позвольте спросить, а на кого мы, собственно, будем охотиться? — отвлекает меня от всей этой идилии голос противного эльфа, за что мне ему тут же хочется врезать. — Насколько я знаю, в это время года большинство животных уходят в зимнюю спячку. Вау, Карл, да ты прямо Энштейн! Простите, больше никого из учёных что-то не могу припомнить… — Вряд ли мы сможем кого-то найти, — вот умеет же он подпортить настроение! Но Бард не ведётся на его глупые сомнения и спокойно отвечает: — Просто нужно знать, где водятся те животные, которые не спят зимой. — И Вы знаете? — как бы невзначай интересуюсь я. — Разумеется. Иначе откуда я через каждые семь восходов солнца приношу домой свежее мясо? — хмыкает Бард, и тень улыбки пробегает по его красивому, но, к сожалению, уже не такому молодому, как лет десять назад, лицу. Неожиданно в мою головёнку неистовым порывом залетает одна весьма привлекательная мыслишка. Нет, скорее идея, после чего я, сказав Карлу, что мне нужно отойти «по женским делам», прячусь за ближайшие кусты. Сажусь на корточки и загребаю в свои ладони как можно больше блестящего снега. Хитро улыбаюсь и, слепив из белой холодной массы несколько снежков, выбегаю из-за своего укрытия. Громко кричу какие-то непонятные даже для себя слова и бросаю первый снежок в Баина. Мальчишка громко хохочет и спешит тоже набрать в свои ладони как можно больше снега, дабы отомстить мне. Второй мой снежок попадает в какого-то высокого, плотного телосложения мужика. Сейчас дяденька так злобно на меня пялится, что мне вот-вот хочется провалиться под землю… Кажется, он сморозит какое-нибудь нецензурное словечко. Но нет. Молчит, как рыба. Знаете, я так не играю! Похоже, только мы с Баином способны веселиться в любое время суток, а остальные что только и могут делать, так это постоянно ходить с кислыми минами. Конечно, я понимаю, что многие из этих охотников потеряли своих родных во время нападения Смауга на город. Но сколько времени-то уже прошло?! Может, пора начать жить нормальной жизнью? Внезапно прямо мне в лицо попадает один из только что слепленных снежков Баина, и я недовольно морщусь. С закрытыми из-за холода глазами поднимаю руку вверх и бросаю свой последний снежок в неизвестность. Интересно, куда и в кого он попадёт? Может, в Барда? Этот мужичок может быть весёлым, когда этого, конечно же, захочет. Медленно открываю глаза и вижу, как все люди изумлённо на кого-то смотрят. А ещё у них широко раскрыты рты. Поворачиваю голову в правую сторону и вижу, как на земле валяется… Нет, поверить в это не могу… Неужели я сделала то, о чём так давно мечтала?! — Э-э, Карл? — неуверенность слышится в моих словах. Эльф молча встаёт с земли и стряхивает со своей одежды весь снег. К тому же, белая густая масса не только на его одежде, но и на лице. Неужели я заехала своим последним снежком прямо в лицо этому эльфу?! Вот это да! Надо же! Бывает же такое! Хочу громко рассмеяться и с трудом сдерживаюсь, потому что ненавистный взгляд Карла, направленный в мою сторону, пугает меня, причём очень сильно. Я в извиняющемся жесте пожимаю плечами и, слегка, даже с нотками коварства всё-таки не выдержав и улыбнувшись шатену, обхожу всех людей, продолжая свой путь. А потом, даже толком не смотря под ноги, неожиданно врезаюсь в кого-то очень низкого, толстого, тяжёлого и сильного. Заметив перед собой чью-то очень волосатую и светлую голову на уровне своей талии, по-дурацки улыбнувшись, произношу: — М-м-м... здрасьте.

Pov автор:

Конь Леголаса совсем утомился за столь длительный путь, поэтому светловолосый тут же слезает со своего верного скакуна и, прошептав жеребцу что-то на ушко, отпускает его на прогулку. Принц тяжело вздыхает и красиво улыбается, увидев перед собой то место, где сейчас вообще-то должна находиться его единственная возлюбленная. Как только блондин оказывается в городе, его тут же окружают люди. Практически все обитатели сего небольшого селения. Народ всё гадает, кто же этот эльфийский красавец, и откуда он прибыл. Девушки смущённо ему улыбаются, а те, что посмелее машут Леголасу руками в надежде, что белокурый кого-нибудь из них наконец-то заметит. — Кого-то ищете, сударь? – спрашивает у Леголаса какой-то старичок, у которого один глаз по размеру меньше, чем другой. Кажется, он знает, кем является этот таинственный незнакомец. Да даже если и не знает, то хотя бы предполагает. Сразу же видно, что этот эльф явно не относится к низшему роду. — Да, милейший. Мне очень нужен Бард, — вежливо отвечает Леголас. — Тот самый Бард, который поразил стрелой самого Смауга? — недоверчиво интересуется кто-то из толпы. К эльфу выходит девушка со светло-русыми волосами. Когда светловолосый обращает свой взор на незнакомку, та, кажется, вот-вот потеряет сознание. За последние месяцы эльфы что-то уж часто посещают ничем не приметный Озёрный город, и это постоянно вводит бедняжку в ступор. Леголас кивает головой, и юная леди, сглотнув накопившийся во рту ком, отвечает, стараясь не смотреть на красавца: — Я знаю его. Он мой отец, — принц заметно оживляется, но после следующих слов незнакомки его настроение значительно падает. — Он вместе с лучшими охотниками и гостьей-эльфийкой, а также эльфом по имени Карл, ушли в лес на охоту. Не думаю, что они скоро вернутся, потому что охота – очень длительный процесс. А зачем он Вам? Не обращая внимания на заданный человеком вопрос, Леголас тихо произносит: — Но ведь зимой орков в лесу гораздо больше, чем когда-либо ещё… Никому ничего больше не сказав, принц покидает Озёрный город и с помощью эльфийской магии начинает искать отряд людей, предчувствуя надвигающуюся беду.