Sweet dream

В Ривенделле очень красиво! Я приезжала сюда, когда всё ещё жила с Галадриэль, и всегда поражалась красоте этого божественного королевства! Здесь невероятно чистый воздух! Повсюду цветы, названий которых мне до сих пор не удалось узнать. Точнее, Арвен говорила про них что-то там, но я, как обычно это бывает, всё прослушала. А переспрашивать, это как-то… некультурно. Огромный дворец, комнат в котором даже не счесть как много! И каждая по-своему оригинальна. На стенах замка как внутри, так снаружи, красуются узоры, сделанные самими эльфами ещё в самых первых эпохах существования Средиземья. А зелени, ах, она кругом! Насекомые только и успевают садиться с одного цветка на другой. В принципе, я бы не отказалась здесь пожить какое-то время, но вряд ли те, кто пойдут в поход с этим кольцом будут меня ждать. Вот вернусь обратно — тогда точно буду здесь жить! Если ещё вернусь… Ривенделл находится в глубокой долине у западного подножия Мглистых Гор, на севере Эрегиона, юге от плато Эттенблат, к западу от Мглистых гор и к востоку от реки Гремучей. Поросшие вереском плоскогорья скрывают его от посторонних глаз. Ривенделл стоит на краю узкого ущелья реки Бруинен. В долину ведёт крутая и извилистая тропа, отмеченная искусно спрятанными белыми камнями. Свернувшие с тропы путники рискуют попасть в ямы-ловушки, внешне неотличимые от обычных полян. Высоко на склонах растут ели, а ниже — буки и дубы. Два горных потока из тех, что сливаются в реку Бруинен, текут на запад по долине. Узкий каменный мост соединяет берега реки, и на северном берегу находится Последний Домашний Приют, где живёт Элронд — сам Владыка. Дом окружают обширные сады, огромные террасы, обращённые к реке. На востоке находится перевал через Мглистые горы, известный под названием Ступеней Димрилла. Перед тем, как покинуть комнату, я успела привести себя в порядок и на всякий случай накинула на себя плащ с капюшоном. У меня такое предчувствие… нехорошее. Порой я даже вижу будущее, но всё настолько затуманено, что даже невозможно ничего толком разглядеть. Только чьи-нибудь силуэты, да и то узнать этого существа можно только по походке. Всё остальное — настолько смутно, что можно уже в очередной раз убедиться в безнадёжности этого дара. Собрание уже идёт. Где-то недалеко… Я это чувствую… слышу чьи-то голоса. Эльфы, люди и… боже упаси, гномы?! Ох, только их мне здесь не хватало! Ладно, меня эльфы защитят, если что. Думаю, беспокоиться пока не о чем. Сапоги я решила пока снять и оставить в тех покоях, поэтому мои ноги сейчас босые. Но на то есть причина — сейчас довольно жарко, и поэтому следовало бы вообще снять с себя всю одежду. Но если я это сделаю и покажу всем свою обнажённую спину, то начнётся такой ажиотаж! Даже представить не могу, какой там ужас творится, раз боль до сих пор не проходит! Наконец, я спускаюсь вниз по ступенькам и натягиваю на голову капюшон, замечая на себе заинтересованные взгляды всех присутствующих на собрании. М-да… Это такое неловкое чувство, когда я здесь одна. Женщина. Совершенно одна. Спокойно обхожу каждого мужчину и подсаживаюсь рядом с Фродо, который позже слегка мне улыбается. Понятия не имею, зачем я надела этот чёртов капюшон?! Опять что-то заставило меня это сделать! Как будто это что-то не хотело, чтобы меня кто-то узнал… Я поднимаю голову и поворачиваю её в левую сторону. Фродо, Гэндальф, какие-то эльфы и… да нет, должно быть, мне это просто показалось. Но его лицо такое же красивое и такое знакомое… Всё те же светлые волосы и хорошо выделяющиеся скулы. Сколько же я его не видела? Ровно пятьдесят семь лет! А такое почему-то ощущение, что мы не виделись меньше года… Но что он здесь делает? Теперь понятно, почему у меня было плохое предчувствие. Видимо почувствовав на себе мой взгляд, эльф поворачивает голову в мою сторону, а я молниеносно отворачиваюсь от него, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и унять сильную дрожь в по-прежнему слабом после нападения назгула теле. Боже! Сколько я лет без него прожила, и всё было спокойно. По крайней мере, до этого момента… — Чужестранцы из дальних краёв, старые друзья, вас позвали сюда, чтобы ответить на угрозу Мордора, — слышится приятный голос Владыки. — Средиземье на грани уничтожения. Никому не избежать этого! Вы или объединитесь, или погибните. У каждого народа своя судьба, но это общий рок, — Элронд очень обеспокоен. — Фродо, покажи им кольцо, — произносит Владыка. Темноволосый эльф обращается к хоббиту, но смотрит в упор на меня. Ну, извините, должна же я как-то спрятаться от другого эльфа, который теперь постоянно на меня смотрит! Простите, что не поздоровалась с Вами, но ведь это были крайние меры! Поздороваюсь, обязательно поздороваюсь, сразу же после собрания. Полурослик, бросив на меня обеспокоенный взгляд, встаёт на ноги и проходит в самый центр помещения, положив колечко на какой-то камень. Хотя это вовсе не камень, а небольшой высокий стол, но сделан он из твёрдого материала. Я бросаю на это кольцо раздражённый взгляд, и после этого хоббит возвращается на своё место. Все начинают что-то там обсуждать, а я практически не вникаю в суть разговора. Лишь подслушиваю чей-то другой разговор. Какого-то рыжеволосого симпатичного, средних лет воина и кого-то там ещё. Не знаю, всё моё внимание почему-то приковано к первому. Уж больно остёр он на язык, в отличие от второго, что очень впечатляет. — Кто эта женщина? — спрашивает он у своего собеседника, судя по всему, имея в виду меня. — А Вы разве не знаете? — удивляется второй. — Это не женщина, а девушка. Хотя по возрасту её можно было бы назвать старой леди, — усмехается человек. Ха! А я думала, что в Средиземье ещё никто не способен на шутки. — Но она выглядит как девушка. — Я это понял, — огрызается рыжеволосый, продолжая заинтересованно на меня смотреть. — Мне вот интересно, а что она здесь делает? Это же закрытое собрание. Посторонним вход запрещён, — голос мужчины низковатый, что-то между тенором и басом, звучит очень твёрдо и уверенно. Впечатляет. — Я точно не знаю, кто она, но могу предположить, что это явно не лихолесская эльфийка. Посмотрите, как одеты они и в каком одеянии она, — он бросает короткий взгляд на эльфов, сидящих слева от Гэндальфа, а затем снова на меня. Зачем им, интересно, вести такой глупый разговор? Нашли же для этого самое неподходящее время! — Чувствую, что от тебя я толком ничего не добьюсь,— возмущается первый рыцарь. — Я не вижу её лица. Если бы увидел… — И что бы тогда было?! — резко перебивает его рыжеволосый. — Ладно, забудь, от тебя никогда нет никакого толку. До сих пор поражаюсь тому, как это отец умудрился взять тебя на службу. Ты же безнадёжен! — взрывается он и встаёт со своего места, по-прежнему не отрывая от меня пристального взгляда. Да что ж это такое?! Когда он уже перестанет смотреть на меня?! Когда наконец-то поймёт, что меня это раздражает?! И тут люди, эльфы и гномы начинают яро о чём-то друг с другом спорить. Мы с Фродо переглядываемся, а я лишь обречённо пожимаю плечами. Хоббит встаёт со своего места, и я следом за ним. Мы медленно подходим ко всем, и полурослик говорит: — Я отнесу его, — но его никто не слышит. Поэтому мы с ним подходим ко всем ещё ближе, и хоббит в более громком тоне проговаривает: — Я отнесу кольцо в Мордор! — и тут все взгляды присутствующих сразу же обращаются к нам, а я совершаю самую роковую ошибку — поднимаю голову и встречаюсь с ярко-голубыми глазами принца. — Только… я не знаю дороги, — мы с светловолосым так долго смотрим друг на друга до тех пор, пока я не произношу: — Я помогу тебе, Фродо, — отворачиваюсь к эльфу спиной и стараюсь больше не смотреть на принца. — Я пойду с тобой до самого конца, — позже к нам присоединяется Гэндальф, Арагорн, белокурый эльф, которого мне сейчас меньше всего хотелось бы видеть, мужчина с рыжими волосами, один из гномов (кстати, тоже рыжий) и подбегают хоббиты. — Десять хранителей. Пусть будет так. Вы будете Братством кольца! — произносит Владыка с явной гордостью, и тут Элронд подходит ко мне очень близко, прошептав на ухо: — Следуй за мной, Мариэль. Нужно поговорить, — тон его серьёзен как никогда прежде. Я киваю и шагаю следом за Владыкой, не оглядываясь назад. — Мариэль, ты куда?! — выкрикивает Пиппин. — Я скоро вернусь! — так же громко, даже не оборачиваясь, отвечаю я. — Здравствуйте, Владыка, — виновато кланяюсь темноволосому эльфу сразу же после того, как он останавливается передо мной. — Прошу прощения, что не поприветствовала Вас ранее, но на это была веская причина. Я не хотела прерывать собрание. — Встань, моя дорогая, — помогает мне подняться с колен на ноги он. — Я всё понимаю. Ты не хотела привлекать к себе внимание, но и не только поэтому сейчас вся трясёшься. — Я… — Я знаю о твоих чувствах. Знаю, что ты до сих пор не равнодушна к Леголасу, — ох уж эти эльфы с их повышенными инстинктами! — Ваши состояния очень схожи, что меня, без всяких на то сомнений, поразило. — Мы с Леголасом не очень хорошо расстались. Вряд ли он вообще обо мне помнит… —все эти годы я старалась не вспоминать о лихоллеском принце, но это собрание всё окончательно разрушило. Сердце успело высвободиться из тьмы одиночества, но сейчас оно вновь начинает побаливать. — О таком точно не забудешь, — слегка усмехается эльф, но, заметив мой поникший взгляд, заметно затихает. — Ты уверена, что хочешь пойти в этот поход? Твоё тело ещё не успело регенерироваться. Рана будет заживать очень долго. — Уверена, наш поход продлится гораздо дольше. За это время рана уже успеет зажить, — заверяю его я. — С этим не шутят, Мариэль, — хмурится Владыка. — Тем более, мы не хотим тебя потерять. И Галадриэль… — он вздыхает. — Я знаю, но со мной всё будет хорошо. — Ты не можешь уверенно заявлять о своём будущем. Учитывая, что оно туманно… — Вы знаете… — я охаю, внимательно на него посмотрев. — Я пока ничего не знаю, но, Мариэль, если хочешь сберечь свою жизнь, лучше останься здесь! Понимаю, что в тебе кипит жажда приключений, но не это нужно эльфу! — А что нужно эльфу?! — возмущаюсь я, вырвав свою руку из его рук, что замечают некоторые участники похода, проходящие мимо. — Не забывайте, Владыка, что я лишь наполовину эльф. Мне не чужда эта жизнь! — и в этот момент мимо проходит Леголас. Он бросает на нас с Владыкой заинтересованный взгляд. Но в большей мере на меня, конечно же. Я почему-то продолжаю на него смотреть. Не поверите, но мне так его не хватало всё это время, хоть я и боялась себе в этом признаться. А сейчас он здесь… совсем близко… По-прежнему такой же красивый и светлый. Я даже знаю, насколько нежна его кожа… Сама это проверяла когда-то. И мы с ним пойдём в поход. Неужели он согласился участвовать во всём этом только ради меня? Сомневаюсь, учитывая последнюю нашу с ним встречу… — Поймите, что-то мне подсказывает, что я должна помочь им. Фродо, Сэму, Пиппину, Мэри и всем остальным. Такое ощущение, что они во мне нуждаются, а я нуждаюсь в них. Знаю, как глупо это звучит… — Нет, отнюдь не глупо, — успокаивающе шепчет Владыка, привлекая меня в свои тёплые и очень приятные объятия. — Если хочешь идти с ними — иди. Никто тебя не держит. Я лишь прошу, чтобы ты была осторожна, ведь вас поджидает множество опасностей и испытаний, — целует меня в макушку. — Я постараюсь не разочаровать Вас, Владыка, — слегка коснувшись губами его щеки, я отстраняюсь от эльфа и стремительными шагами направляюсь в покои, где очень даже зря оставила сапоги. Ну, ничего. Думаю, участники похода подождут меня. Тут делов-то — всего пару минут, и я уже буду готова! Но как только подхожу к своей комнате, чувствую чьё-то присутствие. Эльф… И, похоже, я даже знаю, какой именно. Я захожу в покои и обнаруживаю интересную картину: Леголас спокойно сидит на кровати, на которой я совсем недавно спала, и тут же обращает всё внимание на меня. Спокойно прохожу мимо эльфа и забираю из шкафа сапоги. Натягиваю их на ступни, хватаю лук, колчан, плащ и походную сумку из того же шкафа, но не успеваю сделать хотя бы один шаг в сторону от мебели, как эльф тут же оказывается прямо передо мной. — Почему ты меня избегаешь? — спокойно спрашивает он. Ох, как же я соскучилась по этому голосу… Слегка трясу головой, чтобы отогнать все ненужные мысли, но принц по-прежнему стоит напротив меня. Да так близко, что я даже забываю, как дышать. — А ты себе не пробовал задать этот вопрос? — строго произношу я, опустив глаза в пол. Но потом поднимаю их и смотрю на принца взглядом, полным смятения, а потом уже и ненависти. — Ты же меня бросил, а теперь спрашиваешь, почему я тебя избегаю, — наконец-то обхожу эльфа, хотя в глубине души желаю, чтобы он прижал меня к этому шкафу и… — Странная у вас, эльфов, логика, — коварно улыбаюсь ему я перед тем, как переступить порог комнаты. — На то было много причин, — догоняет меня он, и, на мгновение повернувшись к нему, я замечаю, как принц сжимает в руке лук, а за спиной у него наверняка висит колчан со стрелами. Он уже заранее ко всему подготовился. — Да, конечно, я всё понимаю! — голосом, наполненным сарказмом, восклицаю я. — Настолько много было этих причин, что даже нельзя было мне сказать элементарного «пока», или показать этот жест, — останавливаюсь и демонстрационно прикладываю ладонь к левой части груди. — Но ты же принц, я всё понимаю! Хотя фактически я что-то тоже вроде принцессы, так что можно было бы хотя бы проявить почтение. Но сейчас это уже неважно. — Неужели всё потеряно? — его голос так нежен и мягок… сердце уходит в пятки… — Хм… Да тут теряться-то нечему, — я поворачиваюсь к принцу и меня расстраивает то, каким же поникшим он сейчас выглядит. Но это всё равно не мешает сказать следующее: — Как только я начала чувствовать что-то к тебе, ты ушёл. Ты растоптал то, что только-только начало зарождаться. Признаюсь, я с нетерпением ждала каждой нашей встречи. Мне стали приятны твои прикосновения и… ох… поцелуи, они были такими прекрасными… Сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда ты смотрел на меня… — Ах, если бы знала, как только я ждал этих слов, — воодушевлённо шепчет принц, и я тут же его перебиваю: — Заметь, Леголас, я сказала это в прошедшем времени. Это было пятьдесят с лишним лет назад, но уж точно не сейчас. За все эти годы я настолько привыкла к одиночеству, что… — светловолосый подходит ко мне ещё ближе, но я отстранённо отхожу назад. — … сейчас всё равно нет смысла ничего менять. Я не хочу этого. Всё, что я когда-то испытывала к тебе — испарилось. И если оно даже осталось, то только где-то в глубине души. Оно никогда не сможет вырваться наружу. Я не дам случиться этому, — делаю долгую паузу и холодным тоном продолжаю: — Ты всё испортил, так теперь живи с этим, — стараясь сдержать в себе слёзы, которые так и просятся вырваться наружу, я быстрыми и широкими шагами покидаю принца, который в ошеломлённом и поверженном состоянии так и не сдвинулся с места.