Sweet dream

Тело до сих пор пробирает лёгкий озноб. Сначала выяснилось, что я, оказывается, жива. Потом это собрание и спонтанная встреча с Леголасом, которая ни к чему хорошему не привела. Сколько же ярких событий произошло за всё это время! А рана в спине до сих пор не отпускает и побаливает. Порой даже кажется, что никто не меня вовсе и не излечивал. Что ж, такова реальность: рана, полученная от руки или клинка самого назгула, никогда не заживёт. Она будет преследовать меня до самого конца жизни, то есть целую вечность, что очень прискорбно, знаете ли. Я постоянно буду чувствовать эту неприятную боль, избавиться от которой можно лишь одним способом — умереть, что пока не в моих планах. Уже подхожу ко всем остальным участникам похода, которые, судя по их восторженным лицам, рады меня видеть. Особенно этот рыжеволосый человек. Странный он какой-то… Судя по доспехам, он из Гондора, и если так обращался с другим мужчиной — значит, у него наверняка довольно высокая должность. Если он вообще не какой-нибудь принц, как, например, Леголас. Случайно усмехаюсь этой глупой мысли, что, конечно же, замечает никто иной, как Пиппин. — Что тебя так рассмешило? — заинтересованно спрашивает милый хоббит, и только потом я почему-то замечаю, что у него огромные ступни и очень волосатые ноги. Как, позже выяснилось, и у остальных полуросликов. — Ничего, просто вспомнила кое-что, — подхожу к этому маленькому созданию, потрепав его кудрявые и, на удивление, очень мягкие волосы. — Слушайте, — внимательно смотрю на всех хоббитов, и их взгляды сразу же становятся серьёзными. — Извините, что тогда, во время нападения назгулов я назвала вас идиотами. Я не хотела этого. Просто само собой как-то вырвалось, — неуклюже засовываю большой палец в рот, тщательно покусывая ноготь острыми зубами. Дурацкая привычка. — А что значит это слово, идиот? — недоумевает Сэм, нахмурившись пуще прежнего. — О-о-о, поверь, мой дорогой друг, это очень плохое слово, — вновь усмехаюсь и качаю головой перед тем, как почувствовать сзади чьё-то присутствие. Он стоит совсем рядом и дышит мне чуть ли не прямо в шею, но я почему-то не смею даже сдвинуться с места, наслаждаясь этим моментом. Стыд и смущение накрывают меня с головой, и я чувствую, как щёки постепенно заливаются предательским румянцем. О боли тут же забываю, да и о том, как дышать, собственно, тоже… — На вас напали назгулы? — его голос обеспокоен. Конечно… Он всегда обо мне заботился, а потом бросил. Какая ирония… — Есть раненые? — я хочу сейчас же броситься к Пиппину и заткнуть его болтливый ротик, но хоббит очень вовремя меня перебивает: — Да. Фродо и Мариэль. Видели бы Вы, как они тогда страдали! — я машинально поворачиваюсь к эльфу, и на одно мгновение почему-то даже кажется, что его глаза приобрели чёрный окрас. Но всё как раз наоборот. Его зрачки сузились, а тело сильно напряглось. С чего бы это вдруг? — Как рыдали, а потом их глаза стали такими… м-м-м… ярко-синими, кожа побледнела. Мы даже думали, что не успеем. Слава Арвен, которая так вовремя их спасла! Без неё мы бы вообще все погибли, — так вот, оказывается, как нам удалось выжить! А я всё думала да гадала… Пиппин, я тебя сейчас же прибью! Богом клянусь! Или этим их Эру. До сих пор не привыкла к Средиземской религии, уж простите. — Твоя рана ещё не до конца излечилась. Ты должна остаться здесь, — требовательно проговаривает Леголас, не отрывая от меня встревоженного взгляда. Мне что пять лет? Я сама не могу принимать решения? Видимо, эльф считает, что раз ему две тысячи с лишним лет, значит, он тут самый умный. Но, как когда-то доказала наука, в пожилом возрасте все только тупеют. — Тем более этот поход не для тебя. И я вообще сомневаюсь, что… — тут моё терпение окончательно лопается. — Да кто ты вообще такой, чтобы мне приказывать?! — честно, я не хотела, чтобы эта фраза вышла настолько громкой и дошла ещё до чьих-либо ушей. Но всё как всегда оборачивается не в мою пользу. Поэтому остальные участники похода, оторвавшись от своей беседы, тут же поворачиваются к нам, а один и вовсе отстраняется от кучки. Человек. И не Арагорн, а… — Какие-то проблемы, эльф? —косо посмотрев на Леголаса, произносит рыжеволосый. А затем он очень нагло хватает меня под руку и тащит куда-то. Светловолосый даже не успевает как-то запротестовать ему, и я, кстати, почему-то тоже. Ведь в чужие-то дела нельзя лезть, особенно так внезапно и резко! — Что Вы себе позволяете? — я возмущённо вырываюсь из его хватки, и мужчина озадаченно на меня смотрит. Наверное, не привык к тому, что женщина может быть такой сильной. Всё благодаря годам почти беспрерывных тренировок! — Простите, миледи, я просто не мог не вмешаться в это. Порой эльфы бывают такими бестактными, — слегка улыбается он, и я чувствую лёгкое смущение, исходящее от рыцаря. Это что ещё такое?! — Особенно принц, — мужчина мимолётно смотрит на Леголаса враждебным взглядом. — Надеюсь, с Вами всё в порядке? — заботливо спрашивает он. — М-да в общем-то да… — и после недолгой паузы добавляю: — Учитывая, что я тоже эльф. — Простите, я не хотел оскорбить Вас, — преграждает мужчина мне путь тогда, когда я успеваю сделать несколько шагов в сторону от него. Вот какой же приставучий он всё-таки! — Мне бы очень хотелось узнать Ваше имя, миледи, — снова это смущение. И что с того? То, что я такая красивое, позволяет всем мужчинам в округе тут же влюбляться в меня?! Я не утверждаю о каких-то сильных чувствах, но похоть в этом странном человеке точно присутствует. — Мариэль, — сглотнув накопившийся во рту ком, отвечаю я. — Дочь Валагриэль и Гомера, — терпеть все эти правила приветствия просто не могу! Это так утомительно — говорить каждому, чья ты дочь. Какая вообще разница?! — Ох… — выпучив глаза, мужчина озадаченно трёт подбородок большим пальцем. — Так, значит, это правда. Вы существуете… — ему ещё не хватает открыть рот и запустить туда всех мух, летающих вокруг. — Что ж, для меня это великая честь — увидеть Вас, а потом и сопровождать в походе, — он нервно прочищает горло. — Я — Боромир, старший сын и наследник наместника Гондора Дэнетора II и его жены Финдуилас, — предчувствие меня не подвело. Он и вправду принц. — Что ж… — вздыхаю. — Рада с Вам познакомиться, — сероглазый вновь хватает меня за руку, только не так сильно, как в прошлый раз. Преподносит ладонь к своим губам и целомудренно её целует. — Я тоже, прекрасная Мариэль, — его дыхание обжигает, и я тут же отдёргиваю руку. Нас прерывает Гэндальф, крикнув «Пора!». Я облегчённо вздыхаю и подбегаю к волшебнику, заведя с ним весьма интересную беседу об этом Сауроне, о кольце Всевластия и так далее. Нет, всё-таки зря я пошла в этот поход. Или нет? Ох… даже не знаю. Мы идём уже который час по высоким холмам. Нас окружает невероятная природа. Зелени, как обычно, очень много, а солнышко светит во всю до такой степени, что некоторым моим спутникам даже становится жарко. Я слегка улыбаюсь и, естественно, как обычно бывает, это кто-то да замечает. И у меня сейчас совершенно нет никакого желания ни с кем разговаривать, особенно с этим человеком. Хоббиты и Гэндальф своей болтливостью меня настолько притомили, что это… полный атас! — Позвольте поинтересоваться, что Вас так развеселило? — подходит ко мне Боромир всё с той же похотливой ухмылкой на лице. Б-р-р-р… аж мурашки по коже. И дело вовсе не в возбуждении, боже упаси! — Я ни разу не видел, чтобы Вы так улыбались, — мы с ним знакомы только полдня, естественно, он не мог этого увидеть! — Вам нужен честный ответ? — даже не оборачиваясь к нему и продолжая рассматривать природные красоты Средиземья, тихо бормочу я. — Конечно. Мне ещё никто и никогда не лгал, — интересно, почему он в этом так уверен? Думает, что если он принц, то все обязаны говорить ему правду? А вот я так не считаю. Никто не идеален. Каждому обязательно нужно в чём-нибудь да провиниться. А, ложь, по-моему — самый лёгкий и доступный грешок. — Вам жарко? — подойдя к мужчине слишком близко, шепчу ему на ухо я. — Так вот. Посмотрите сначала, во что одеты Вы, а потом во что одета я. Сомневаюсь, что Вас это рассмешит, но по мне так неплохой анекдот вышел, — отхожу от гондорца и машинально поворачиваю голову в левую сторону, как раз туда, где идут Леголас с Арагорном. Они тоже ведут между собой какую-то, судя по всему, довольно интересную беседу, но у меня почему-то такое ощущение, что эльф постоянно следит за мной. Смотрит на меня тогда, когда я от него отворачиваюсь. А, быть может, стоит проверить его на скорость и реакцию? Вряд ли я быстрее него, так что в этом просто нет никакого смысла. А жаль… у меня до сих пор мурашки по коже, когда принц «как бы случайно» исподлобья взглянет на меня. — Мариэль! — ко мне подбегает один из четверых хоббитов. Догадайтесь с трёх попыток, кто? — Я слышал, что ты прибыла в Средиземье из другого мира, в котором когда-то была человеком, — и вот откуда этот маленький засранец всё знает?! Меня аж распирает от любопытства! — Расскажи мне о нём, пожалуйста. Я никому не расскажу, — эх, Пиппин, ты только что доказал, что не умеешь держать язык за зубами! Как тебе можно доверить что-то ещё? — Честно… — его щенячий взгляд вынуждает меня открыть рот и тараторить без умолку.

***

— … и так я попала в Средиземье. Вернее, в Лихолесье, — заканчиваю очередной рассказ я, когда уже начинает темнеть. Ну и ну! Не думала, что можно так много рассказывать о жизни в том мире! Удивительно, что я всё помню до мелких деталей. — И кто тебя там встретил? — почему хоббит задал именно этот вопрос?! У него что, других в запасе нет? — Ну… один эльф… — искоса взглянув на Леголаса, шагающего сзади на пару с Арагорном, бормочу я. — Какой именно? Вы же с ним наверняка знакомы, — вот же приставучий полурослик! Какая ему разница?! — У него светлые волосы, или тёмные, или… хм… рыжие? — продолжает задавать глупые вопросы Тук. — Это лихолесский принц. У него светлые волосы. Его зовут Леголас, и он сейчас идёт позади тебя. Теперь достаточно информации?! — озлобленным голосом шиплю я, словно разъярённая змея. — Так вы с ним знакомы! А почему идёте порознь? Уверен, вам есть о чём поговорить, — всё так же беззаботно говорит Пиппин. — Кстати, — он подходит ко мне ближе, встряхивая своими рыжими и забавными кудряшками. — Вы случайно с ним не это… — ох, прошу, только не говори этого! Только не при нём и не при Арагорне, который всегда считал, что у меня в Средиземье ещё не было парня! — Ну… Не… Ну это… — Да говори ты уже! — из ниоткуда появляется Боромир, поравнявшись с хоббитом. Его здесь только не хватало! Я точно сейчас начну краснеть от стыда… — Вы случайно с Леголасом не жених и невеста? — ну всё, хоббит, теперь-то я точно тебе навтыкаю за всё «хорошее»! — А ты случайно не заноза в зад… — путь к хоббиту преграждает гондорец, свысока и удивлённо на меня поглядывая. — Это правда? — с волнением спрашивает мужчина. — Что правда? — выпучиваю глаза я. — Вы правда с ним… любите друг друга? — о боже мой! В нашем мире мужики были до ужаса тупыми, так ещё и в этом точно такие же пошли! Если мы с Леголасом единственные эльфы в походе, значит, мы обязательно должны быть парочкой? Что за бред?! Мне может кто-нибудь вообще сказать, существуют ли мозги у средиземских жителей? Фродо с Сэмом вне конкуренции. Они хотя бы не в своё дело не лезут и вполне нормально отвечают на поставленные вопросы. А эти… без комментариев. — Нет, конечно, боже упаси, — снова кошусь на эльфа, который в свою очередь смотрит на меня. Да и Арагорн от него не отстаёт. Гном, который идёт слева от Леголаса, тоже на меня пялится. Я что им тут единственная, местная достопримечательность? Пусть смотрят на эльфа! Не на меня, на принца, он же тут самый симпатичный. Насчёт себя ничего не могу сказать. Я давненько зеркало в руках не держала. И вообще перестала за собой ухаживать. Волосы только обрезала. Которые, кстати, уже успели отрасти, и их длина сейчас почти до талии. — В смысле, с чего вы это взяли? Да и неприлично говорить о таких вещах вот так, — продолжаю идти вперёд в то время, когда остальные по-прежнему стоят на месте, как вкопанные. — Вы чего все стоите? — всё-таки остановившись, обращаюсь я к путникам. — Кольцо ведь не ждёт! Не успеете спохватиться, и оно сбежит от Фродо точно так же, как и от голлума, — или того хуже… сделает мистера Бэггинса вторым голлумом.