Танец на лезвии

Комната встретила ставшим уже привычным оранжевым отсветом огня. Небрежно крутанувшись на носке, Рукия шагнула к стене, раздумывая, как ей быть – садиться в мокром платье на кресло не хотелось, оставалось только стоять. Пока она размышляла, как поступить, дверь скрипнула и в комнату вошёл Ичимару. - Ну что, виновница торжества… Раздевайся, – коротко бросил он, расстёгивая рубашку и медленно приближаясь к ней. - Ч-что ты собираешься делать?! - Вовсе не то, о чём вы, женщины, предпочитаете думать, глядя на полуобнажённых мужчин, – отозвался Гин, снимая рубашку и кидая её на спинку кресла. Спустя секунду его пальцы уже теребили ремень. - Т-ты! Ты в своём уме?! – Вскричала Кучики, шарахаясь к двери, но её выпад был мгновенно пресечён. Гин усмехнулся, продолжая несильно удерживать её за плечо. - Так и будешь стоять, выпучив глаза? Благодаря тебе мы оба не так давно искупались. И, если ты не хочешь ублажать водяных духов своим нарядом кикиморы, то неплохо было бы переодеться, – с этими словами он протянул ей сухую одежду. - Ичимару!! - А что? – как ни в чём не бывало спросил тот, и только слепой не увидел бы пляшущих в его глазах весёлых искорок. – Испугалась? - Да чтоб тебя! – в сердцах взвыла она, выхватывая из его рук сложенную домашнюю юката. - Если хочешь, можешь переодеться здесь, я не против. В углу есть ширма. - Нет уж! – отрезала Кучики, пулей выскакивая за дверь. - Смотри не заблудись там! – весело крикнул он в темноту коридора вслед её удаляющемуся топоту. – А я пока заварю нам чай. - О, не волнуйся! Да что он себе возомнил? Что она будет переодеваться при нём?! Ага, разбежалась! Шипя сквозь зубы ругательства, девушка свернула за первый же угол и, спрятавшись в простенке, быстренько стянула с себя платье, накинув сухую одежду. Уфф! Теперь можно было хотя бы не опасаться новых подколов. Мокрая ткань липла к рукам, и Кучики едва ли не крадучись направилась обратно в комнату, чтобы повесить её у камина, но в потёмках ошиблась дверью и очутилась в кромешной тьме. Наугад шагнув вперёд, она за что-то зацепилась, с грохотом обрушив на пол это что-то, по звону очень уж напоминавшее жестяные вёдра. Сзади послышались шаги, дверь приоткрылась и в полоске света появилась длинная рука, буквально дёрнувшая Рукию назад. Попятившись, она запнулась на пороге и растянулась бы снова, если бы Гин не поддержал её. - Ну, и надо же было тебе зайти именно сюда, – пробормотал он, нашаривая на стене выключатель. – А говорила, что не заблудишься. Раздался щелчок, помещение озарилось тусклым серым светом, и Рукия увидела, что они находятся в кладовке, на полу которой валяется целая груда ночных горшков, живописно переплетённых между собой верёвками. Видимо, именно их-то она и развалила. - Делаешь запасы на случай ядерной войны? – ядовито процедила Кучики. - Если бы! Скорее запасы для особо несдержательных… ммм… гостей. - Правда? А зачем верёвки? - Это силки, чтобы ловить привлечённых на огонёк невинных девушек, – подмигнул Ичимару, помогая ей выбраться из заваленной вещами кладовки. – Не пригласи я тебя, разве бы ты оказалась в моих объятиях второй раз за день? Рукия только хмыкнула. - Не знала, что ты ведёшь этому счёт. - Рукия-чан, я не только веду его, но ещё и стараюсь придумать новые способы завлечения тебя к себе. Или ты думала, что всё это случайно? – коварно спросил он, всё ещё держа руки на её талии. Девушка поймала себя на том, что ей не хочется разрывать это единение – ощущение своёй защищённости в его присутствии только ещё больше окрепло. - Представь себе, нет. С тобой вообще не приходится верить в случайности. Гин цокнул языком. - Меня раскусили? - Можно и так сказать, – проговорила она, с явным усилием преодолевая наваждение и выскальзывая из кольца его рук. – Кстати, ты же вроде хотел заварить нам чай? Блондин склонил голову набок, окидывая её оценивающим взглядом. - Это намёк или попытка сбежать от меня? - Первое, – ответила она, впихивая ему смятое во влажный ком платье. – Держи. - Хорошо, если это так. Рукия промолчала, и, поднырнув под его руку, скрылась в коридоре. - Прямо до упора, а затем налево, – негромко подсказал в темноту Ичимару. Он был уверен, что его услышат.

* * *

Вечер мягко окутывал всё вокруг, опускаясь на землю синеватыми клочьями тумана. Его мутные потоки стелились над травой, свиваясь спиралью у стволов деревьев, и, цепляясь за листья, взбирались по коре до самых низких ветвей. В воздухе ощутимо чувствовалась влага – едва ли не до оседающих на коже мельчайших капелек росы, и терпко пахло нагретой за день землёй. Высоко над головой, в густо переплетённых кронах деревьев выводили свои серенады невидимки-сверчки; их отрывистое треньканье изредка прерывалось усталым шипением козодоя или тонким, звучным свистом сов. Рукия сидела на крыше, крепко сжав пальцами чашку, и неспешно потягивала золотисто-янтарный напиток. От чая поднимался, закручиваясь в воздухе кольцами, ароматный пар. Рядом стоял небольшой поднос с печеньем; в чашке Гина медленно остывал его чай. Самого же блондина на крыше не было – он зачем-то спустился на кухню. Впрочем, оно и к лучшему – зато, пока его нет, девушка могла расслабиться и спокойно обо всем подумать. О нём, об этом мире, об их… отношениях?.. Почему он помог ей – тогда и сейчас? Почему дал ей приблизиться к себе? А если… всё это время, что он встречался ей, было не просто так? Может, он хотел её общества? Рукия одёрнула себя. Нет. Невозможно. Или всё-таки? Чтобы Ичимару сам искал пути к ней? Чушь. А может, ей просто хочется так думать? В таком случае это бег от реальности. Кучики тряхнула головой, царапая ногтями стенки чашки: она никак не могла решить, что ей теперь делать. И, самое главное – зачем он ей сдался? Странный, непредсказуемый, опасный. Скрытный, играющийся, манящий… А ведь он действительно, если не привлекал, то вызывал некоторый интерес. И отталкивал одновременно. Голос, тянущий гласные, вечный прищур и неизменная, словно приклеенная, улыбка производили далеко не самое приятное впечатление. Она не понимала его, его поступков – слова расходились с действиями. Никогда нельзя было определить, говорит ли он серьёзно или снова шутит. Она не знала, чего от него ждать, и это нервировало. Но всё равно продолжала видеться с ним. Их игра, этот танец – Рукия не могла не признать, что это было волнующе. Их противостояние возбуждало, заставляя её становиться сильнее, чтобы побороть себя, свой страх. И она уже с нетерпением ждала каждой новой встречи, всё больше уверяясь в своих силах. Прокручивая в голове воспоминания, она снова увидела их встречу у Башни Раскаяния. А если он действительно хотел спасти её? Шинсо никогда не промахивается. Только если… он знал, что так случится, намеренно отклонив удар в подоспевшего Бьякую. Вот только зачем перевёл всё в шутку? Всколыхнул целую бурю в душе. И ушёл, бросив её в полнейшей растерянности. Потом пришла злость, захотелось убить его за то, что он сказал, за то, что ранил её в самое сердце. И после этого она начала бороться. Может быть, т.о. он хотел сделать её сильнее? Но всё-таки спас её тогда в Хуэко Мундо, отдав частичку своей силы. А ведь с той, самой первой встречи он не переставал дразнить её – словами, насмешками, прикосновениями. Как и тот почти-поцелуй днём… Был ли он случаен? Нет. Неужели… она нравится ему? И, похоже, уже не просто нравится, раз он так ведёт себя. О Боже… Занятая этими мыслями, Рукия не обратила внимания на возвращение Гина, и очнулась, только когда сбоку от неё скрипнула черепица. - О чём задумалась? – спросил он, расстилая принесённый с собой плед и садясь рядом. – Подвинься. Девушка послушно отодвинулась, давая ему положить под низ толстый шерстяной плед. Отвечать не хотелось совершенно. - Да так… А ты? - О тебе, – беззаботно откликнулся он, протягивая руку за чашкой. - Ичимару! - Мм?.. – отпивая глоток, промурлыкал тот. - Я серьёзно! - Хм, дай-ка подумать… Наверное, о том, как бы уговорить тебя погостить тут подольше. Рукия закатила глаза. - Ты чертовски невыносимый тип, ты это знаешь? - Знаю. Более того – я с ним живу, – заговорчески подмигнул Гин. - В смысле? – не поняла она. – У тебя тут ещё кто-то есть? - Ага, – наслаждаясь её вытянувшимся лицом, продолжал заливаться соловьём Ичимару. – Такой маленький, пушистый, с хвостом и ехидной улыбкой. Кучики, до которой только сейчас дошло, что блондин опять шутит, фыркнула. - А, ну этого я знаю. Это твой незаконнорожденный брат-близнец, с которым тебя разлучили в детстве. Теперь он вернулся и мс… и не даёт тебе скучать. - Да, он самый! О, и если бы ты только знала, какими варварскими методами он это делает! - Ну, каков хозяин, такова и половинка. - Я такой плохой? – говоря так, Ичимару придвинулся ближе и теперь жарко дышал ей в затылок. – Или ты всё ещё боишься меня?.. – Рукия не заметила, как его тон из полушутливого превратился в серьёзный. - Ты мерзавец. Но я не боюсь тебя. - Благодарю за честность, мне весьма лестно слышать от тебя такое. А знаешь ли ты, Рукия-чан, что женщины почти всегда влюбляются в мерзких негодяев, будь то отрицательные персонажи книг или самые отъявленные злодеи в фильмах? - Боюсь тебя разочаровать, Ичимару, но ты не на ту напал. - А я разве нападал? – тут же подколол он. – Я же говорил ещё днём, что ещё не получил того, чего хочу? Это правда. Вздрогнув, она попыталась отшутиться: - Маньяк. Ичимару рассмеялся. - А ты сомневалась? - Уже нет, – буркнула девушка, и, залпом допив остывший чай, поднялась. – Там уже, наверное, всё высохло? Идём? - Если тебе так не терпится избавиться от моего общества, могла бы прямо сказать… – выдохнул Гин, приподнимаясь следом. - С чего ты взял? Просто это… так непривычно – быть с тобой… - Рукия-чан, со мной вообще всё непривычно, – негромко ответил он, чуть задержавшись на лестнице и придерживая локтём сложенный вчетверо плед. Рукия осторожно спускалась за ним, стараясь не наступить на конец пледа. Не доходя до пола пары ступенек, она вдруг остановилась и спросила: - Зачем ты… помог мне тогда? Гин облизнул губы. - А ты всё ещё не поняла? Дурочка. - Я не… А что я должна была понять? И хватит увиливать, скажи нормально! - Я и так уже дал тебе слишком много подсказок, – неожиданно резко ответил он, и Рукия успела краем глаза увидеть, как дёрнулась его держащая поднос рука прежде, чем чашки накренились и соскользнули вниз. Звон разбившейся керамики разорвал вечернюю тишину подобно пощёчине. Чертыхнувшись сквозь зубы, нагнулся, чтобы собрать осколки, но запнулся об плед и едва не упал, вовремя подставив вперёд руки. И невольно вздрогнул, когда острый осколок оцарапал ладонь. - Вот чёрт, – прошипел он, отдёргивая руку и поднося её ко рту с намерением слизнуть кровь. - Стой. – в голосе девушки было столько холода, что Ичимару поостерёгся возражать, молча наблюдая за тем, как она, подойдя ближе, достала из кармана платок, и, разорвав его на две полоски, аккуратно повязала их поверх ссадины. - Не знал, что ты такая заботливая. - Ты ещё многого обо мне не знаешь, – парировала Кучики, закрепляя повязку узлом. Блондин улыбнулся. - Надеюсь, у меня ещё будет на это время, – негромко произнёс он, не выпуская её руку из своей. Девушка замерла, не в силах отвести от него взгляд. А Гин, словно бы не замечая её изумления, нагнулся и легко коснулся губами её пальцев, целуя их один за другим. Чтобы затем, вызвав новую волну мурашек, перебраться на тыльную сторону кисти и, едва касаясь, провести по ней языком. - Гин… – на что-то большее у Рукии просто не хватило дыхания. Ичимару оторвался от её ладони, облизываясь – медленно и хищно, как получивший своё кот. - Да? - У тебя… кровь идёт. – попыталась выкрутиться Кучики, не зная, чего ей хочется больше – чтобы он прекратил или чтобы не останавливался. - Боишься, что я умру на твоих руках от потери крови? - Не надейся! – возмущённо воскликнула она. – Просто… Но договорить не успела, потому что в ту же секунду его руки обняли её за талию, привлекая к себе, а пальцы здоровой руки зарылись в тёмные волосы, поглаживая и успокаивая. - Не бойся меня… – шептал он, покрывая её лицо поцелуями. – Никогда меня не бойся. - Я не боюсь… - Никогда, слышишь? Я слишком долго ждал… От его последних слов её как будто ударило током. Вот они и достигли этой грани, подойдя к ней каждый со своей стороны. И что последует дальше, и последует ли, зависит только от них самих. Точнее, от неё – Гин уже сделал шаг вперёд. Затем он отпустил её, давая возможность… Уйти, убежать? Нет. И улыбнулся, когда она не отступила. «Я не боюсь тебя». В то же мгновение её обняли снова, гораздо сильнее и крепче. Поддаваясь его ласкам, задыхаясь, но отвечая на его поцелуи, она думала о том, что, возможно, это было именно то, чего ей так давно не хватало. Ей не хватало этой боли, замешанной на прошлой ненависти и влечении. Одной на двоих…

* * *

Время пролетело незаметно, и лишь по тому, что снаружи стали доноситься крики сов, Рукия поняла, что близилась полночь. После всего, что между ними произошло, ей очень не хотелось уходить, но совесть подсказывала, что Ишшин с девочками, хоть уже и привыкшие к её поздним прогулкам, будут волноваться, если она не придёт и в эту ночь. И ладно бы только они... Нужно было возвращаться. - Уходишь? – полуутвердительно спросил Ичимару, наблюдая, как она торопливо поправляет смявшиеся за время долгого сидения складки платья. - Да, уже очень поздно. - Я провожу тебя. Но! – он поднял палец, – только до портала. - Тоже мне, джентльмен! И какая отмазка на этот раз? - Не хочу извозюкаться в кошачьей шерсти. Одного испорченного костюма мне вполне достаточно. Рукия фыркнула. Надо же, какой чистюля! До мостика шли молча – нужды говорить не было, и каждый был погружён в свои мысли. И, лишь дойдя до фонаря, возле которого плясали хороводы ночные бабочки, Ичимару замедлил шаг, поворачиваясь к ней лицом. Протянул на прощание руку: - До встречи, Рукия-чан, – тихо сказал он, задержав её ладонь в своей чуть дольше, чем это было нужно. - До встречи… Гин. Несмотря на поздний час, в окнах второго этажа ещё горел свет. Уже подходя к зданию, Кучики почувствовала, что её предчувствия оправдались – Ичиго был дома. Значит, разговора не избежать. Закусив губу, девушка толкнула дверь, входя внутрь. И тут же попятилась, встреченная настороженным взглядом двух пар глаз. - Явилась – не запылилась, – насмешливо протянул арранкар, опережая Ичиго и не давая ему и рта раскрыть. – А мы тут уже скучать начали. - Я тоже рада тебя видеть, Гриммджо, – по привычке съязвила Кучики, закрывая дверь на замок и скидывая на коврик босоножки. - Не сомневаюсь. Что, нагулялась со своим… - Ещё одно слово – и ты труп. Тут Ичиго решил, что пора вмешаться. - Э… эй, хватит! Гриммджо, мы разберёмся, правда. Рукия, – рыжий повернулся к девушке, – у меня для тебя новости. - Я слушаю, – отозвалась она, проходя в гостиную и забираясь с ногами на кресло. - Бюро этого… как его там… Технологического Развития, во! В общем, они там определили вещество, найденное на тебе. Я передал отчёты Урахаре и завтра утром он нас ждёт. Сказал, что всё довольно серьёзно. - И только ради этого ты торчал там столько времени?! – зарычал рядом Джаггерджек. Рукия слушала их вполуха, чувствуя, как где-то глубоко внутри кольнуло нехорошее предчувствие. Только этого ещё не хватало! Она так и знала, что нельзя давать Маюри знать обо всём. Что будет, если он, как говорил Киске, узнает о существовании других Миров? Они же будут полностью уничтожены! И потом, там же Гин! Так. Надо срочно придумать план действий… - Рукия? Что с тобой? - А? - Ты вся побледнела. Тебе нехорошо? - Да… Я, пожалуй, пойду спать… И хватит на меня так смотреть, будто я прямо тут помру! - Даже и не думал, – ошарашено отозвался Куросаки, провожая взглядом поднимающуюся наверх девушку. - Вы тут эта… не очень сильно без меня цапались? – неуверенно спросил он у Гриммджо. – А то она какая-то дёрганная. - Если бы только дёрганная, – усмехнулся тот, глядя на парня голодными глазами. – А вот к тебе у меня особый разговор. Ичиго невольно отступил. Тон арранкара не предвещал ничего хорошего… И знать бы ещё, где он успел опростоволоситься?.. Рукия уже битый час ворочалась на постели, но заснуть так и не могла. Дурные предчувствия вкупе с иссушающей жаждой напрочь вытеснили собою сон; она просто не могла себе представить, что всё зайдёт так далеко. И думала ли она, впервые встретив Гина в бамбуковой роще, что их встреча выльется во что-то настолько серьёзное? Выходит, он и впрямь добивался её, упорно идя к своей цели. Да чего спорить – она и сама не заметила, как оказалась очарована им, причём накрепко. Она словно попалась в плен из мягких и уютных сетей, из которых совсем не хотелось освобождаться. И, осознанно ответив на его чувства, тем самым запуталась в них ещё сильнее… О том, как окружающие могут отреагировать, узнай они о её связи с Ичимару, думать совершенно не хотелось. Зато чертовски хотелось пить. Зарычав, Кучики сбросила одеяло и направилась за водой вниз. Зайдя на кухню, она не стала включать свет, и, найдя на ощупь стакан, налила в него воды и залпом выпила её. Затем налила ещё, и ещё… Утолив жажду, она стала пить уже медленнее, надолго задерживая воду во рту, пока не ощутила, как уходит с языка горьковатый привкус. Сзади послышались шаги, и на кухню, шаркая, зашёл растрёпанный со сна Ичиго. Окинув её взглядом, он также не стал включать свет, вместо этого прошаркав к холодильнику и вытащив оттуда пакет молока. - Что не спишь? – как-то слишком буднично поинтересовался он, наливая молоко в две кружки. - Не спится. - А как твоя реяцу? Восстановилась? - Да. - Я рад, правда. Эта игра в «обходные пути» уже начинала раздражать. - Ичиго. - Что? - Это ты мне скажи, что. Или так и будешь ходить вокруг да около? - Ты права… Прости. – Куросаки замялся, – я… я хотел спросить. Рукия сложила руки на груди. - То, что ты так часто ходишь в парк… – Ичиго зажмурился и выпалил: – У тебя кто-то есть? Воцарилось долгое молчание, и Ичиго, решив, что ляпнул лишнее, затараторил: - Послушай… Эм… Если не хочешь отвечать, не надо! Я пойму! Я ни в коем случае не хочу влезать в это… В ваши… Я беспокоюсь за тебя. - Да. Шинигами умолк. - Да. У меня кто-то есть, – глухо ответила девушка, и, проскользнув мимо застывшего парня, рванула наверх, в комнату. «У меня есть… он».