The greatest marriage

      Добравшись до своей комнаты, разъяренная Чжи Ын начала срывать их общие фотографии, кидая их на пол, она наслаждалась, смотря на то, как рамка разлеталась на части, а если она выдерживала, то девушка со всей злостью крушила ее руками.       «Я?! Виновата?! Во всем?!», — девушка кинула последнюю фотографию на пол, словно в замедленном действии стекло разбилось на мелкие осколки, которые разлетелись в разные стороны, так же, как ее мечты о величайшей свадьбе и супружеской жизни. Мечты, в которых не было места ссорам и скандалам.       Внезапно гнев сменился страхом и девушку бросило в дрожь, по спине пробежали мурашки, а на глаза нахлынули слезы. Здесь она могла дать волю эмоциям, никто не осудит и не станет тыкать пальцем. Внутри все горело, в промежутках между криками и стонами, она хватала воздух, а затем замолкала. — Чжи Ын? — в комнату заглянула перепуганная мама, — малыш, что с тобой? — она тихо пробралась к ней, мимолетно кидая взгляд на весь беспорядок. — Мааам, — женщина приобняла свою дочь и уткнулась ей в плечо, понимая, что сейчас та не сможет ничего рассказать, она гладила ее по волосам и крепко обнимала. Проснувшись в теплой постели, девушка не помнила как в ней очутилась, как пыталась все рассказать, как опрокинула молоко, которое мама принесла ей, чтобы успокоить и уложить ее, но она была благодарна ей. — Не ходи туда, пускай еще поспит, — за приоткрытой дверью послышался обеспокоенный голос мамы. — Но она спит уже 6 часов, я переживаю, — не менее взволнованный отец заглянул в комнату, и увидел мирно посапывающую Чжи Ын. — Для нее это большой стресс, — родители думали, что дочь все так же крепко спит. — Придется все отменить, а еще репортеры все могут пронюхать, сначала она говорила, что не будет говорить, кто ее будущий супруг, а теперь свадьба отменена — это огромный скандал. — Она сильная, но боюсь… — Нет! Даже не смей вести речь о компании. Нам сейчас важнее, что она чувствует. — Я еще поговорю с этим подонком, — на этих словах девушка встала, удивляя родителей, которые тут же подошли к ней.       Кто бы знал, как она ненавидела эти обеспокоенные жалостливые взгляды, будто говорящие о ее ничтожности. Только сейчас, спустя время, она пожалела, что не врезала как следует ХонБину. — Я хочу пройтись, — сказала она и тут же направилась к шкафу, схватив оттуда джинсы и толстовку.       Вдохнув полной грудью, она пошла прочь от дома, пытаясь привести мысли в порядок, и чем дальше Чжи Ын отходила, тем больше кислорода наполняло ее легкие. Она спокойно заполняла свою грудь таким желанным воздухом, ведь до этого не могла этого сделать, боясь, что в груди снова начнет колоть. Плакать больше не хотелось, как и крушить, в голове девушки засела одна мысль, которая заставляла ее дышать. Она поставила себе цель — отомстить. Никто не смеет втаптывать ее в грязь, она не будет одна страдать. — Я устрою тебе ад! Ли ХонБин, ты отплатишь за все эти пять лет! — казалось, что в ее темных глазах загорелся огонь, отображая воинственный настрой девушки.       Вспоминая недавний разговор родителей, по коже пробежали мурашки, мысли о свадьбе сводили ее с ума. В глазах снова начало все расплываться, а желудок скрутило, он заурчал, заставляя девушку улыбнуться.       «Осталось себя заморить голодом», — Чжи Ын пошла дальше, чтобы перекусить в кафе, домой возвращаться не хотелось. Ей не хотелось разговаривать об этом с родителями, пускай это и неизбежно, лучше оттянуть разговор до утра.       Неожиданно позади девушки послышался шум, испугавшись, она резко развернулась, и заметила как кто-то спрятался за дерево, как на зло в этом месте не все фонари работали, что еще больше пугало девушку. Адреналин в крови зашкаливал, и она будто приросла к земле. — Там кто-то есть? — в голове же Чжи Ын считала до трех, чтобы уплести ноги.       Увидев, как девушка убегает, парень успокоился и вздохнул с облегчением, еще бы немного и его заметили. Он жутко устал, хотел домой в душ и в кровать, но что-то тянуло за ней, в эти минуты он себе напоминал сумасшедшего.       «Что я здесь делаю?» — но вместо раздумий над этим, он пошел за девушкой, что напомнила ему лань, убегающую от хищника, только он не был хищником, а всего-навсего репортером, который скорее всего лишится работы, если раскроется, что он все это время просто бил баклуши.       Он прошел за ней на второй этаж и сел у стены, чтобы получше видеть Чжи Ын, что на данный момент ждала свой заказ и осматривала интерьер. СанХек натянул капюшон и уставился на нее, даже сейчас он считал ее милой и очаровательной, пускай она не была разодета во время их первой встречи. Он снова взял камеру и сделал пару снимков, знал бы он, что именно это станет первым шагом к его проблемам, он бы сам выкинул эту камеру.       Жадно поглощая одно блюдо за другим, словно до этого она неделю голодала, девушка поняла, что жизнь продолжается. Она и без него может есть, пить и спать, так что ей нечего печалиться, что человек, который с ней был последние пять лет, оказался паршивым подонком, который не стоит и одной воны. Мысленно она прошлась по его недостаткам вдоль и поперек, и посидев так еще часик, нашла бы еще тысячу, но нужно было вставать и шагать. Шагать по этому аду, который именуют жизнью.       Ли Чжи Ын увидела, как парень, сидевший возле стены, сфотографировал ее, мысли нарисовали страшную картину: будто он маньяк, который уже давно присматривал за ней, а теперь решил начать действовать. Но улыбнувшись своим глупым мыслям, она положила деньги на стол и приложила телефон к уху. — Что ты от меня хочешь? Ты уже у входа? Сейчас приду.       Холодный ветер пробирался под кофту, заставляя девушку ежиться и цокотать зубами. Она отошла от входа и спряталась в темноте, прижавшись к стене. Последующий порыв ветра пробирал до костей, заставляя отказаться от затеи. И как только Ли Чжи Ын встала, на улицу вышел Хан СанХек, она подошла к нему и схватила его за рукав кофты. — Что вы от меня хотите? — то, что он был в капюшоне, спасало, девушка действительно его не узнала.       Она зло выхватила фотоаппарат и стала просматривать фото, успев увидеть небольшое количество фотографий, СанХек вырвал его у нее из рук. Девушка нахмурила брови и начала тяжело дышать, пытаясь понять, что только что произошло, и почему у него так много ее фотографий, она уцепилась и за другую руку, пытаясь отобрать чудо-технику. На лбу появилась морщинка, когда она злая, как тысяча чертей, вцепилась в его руки, пытаясь предотвратить все это, парень слегка оттолкнул девушку, заставляя ее злиться еще больше. — Ах, ты, чертов ублюдок! — у девушки перед глазами появился ХонБин и ей было плевать, что это совсем другой парень, она решила выпустить пар и ударила со всей силы ему по ноге, а затем схватила за волосы и потянула в сторону, от неожиданности парень выронил фотоаппарат, чем и воспользовалась ЛИ Чжи Ын. Разум был затуманен, а на глаза снова наворачивались слезы, все из-за непостоянства мужчин, в груди закололо, а в голове появился голос Ли ХонБина. — Чтоб ты сдох! — Чжи Ын схватила фотоаппарат и ударила им по голове невиновного СанХека.       Казалось, что голова сейчас треснет, словно арбуз, ему было невыносимо больно, испугавшись, что он не выдержит и свалится на пол, потеряв сознание, он присел, закрываясь рукой от обезумевшей девушки. Она же тем временем бросила на пол разбитый фотоаппарат и замахнулась, чтобы ударить парня, но он вовремя схватил ее за тощую руку и потянул на себя. Девушка, не успев среагировать, по инерции полетела на парня, на его лице тут же отобразилась гримаса боли. Обхватывая своими ногами ее, он перевернулся, оказываясь на ней и прижимая ее к земле. — Что ты делаешь? — он боролся с головокружением, голос дрожал от всех пережитых эмоций. — За-за-защищаюсь…- девушка замолчала, будто пришла в себя, на лицо упали запутанные волосы, что мешало рассмотреть лицо парня.       Чжи Ын увидела, как по лбу СанХека покатилась крупная темно-бордовая капля, которая упала ей на лицо, парень скривился и схватился за макушку, по которой совсем недавно его ударили собственным фотоаппаратом. В глазах начало темнеть, а в ушах появился шум, он потерял сознания и полностью свалился на девушку, прижимая ее своим весом.       Серые стены, холодные личности в белых халатах, которые все время спешили по своим делам, все это выглядело иначе, не то, к чему привыкла девушка, которая находилась в состоянии болезненной отрешенности. Она была слегка напугана, ее глаза выдавали усталость, а тонкие белые пальцы, что беспрерывно теребили резинку толстовки, волнение. Тяжело вздыхая, будто она совершила грех, за который ее сейчас осудят, она подняла свои стеклянные глаза на мужчину в белом халате, тот поправил свои очки в толстой, черной оправе и что-то написал в своей большой тетради. Доктор взглянул на девушку своим холодным и осуждающим взглядом, задерживаясь на ее лице, он улыбнулся своим мыслям, которые никогда не станут словами. — Всего лишь маленькая рана и сотрясение, — сказал он своим грубым и прокуренным голосом. — Пускай опекун оплатит и распишется, — обратился он к Чжи Ын и отправился к другому больному. — Где мой фотоаппарат? — СанХек резко встал и начал буравить взглядом девушку, голова все еще побаливала и он схватился за место ушиба. — Может тебе еще полежать? — она приблизилась к нему, а он схватил ее за руку, заглядывая в глаза, по телу пробежали мурашки и показалось, будто их вдвоем ударило током.       Чжи Ын пошла прочь из палаты, чтобы оплатить счет и убраться подальше от него, но СанХек шел за ней следом, что жутко раздражало. — Нужно было тебя бросить там, — заявила девушка, нажимая кнопку вызова лифта, вспоминая, как она с трудом скинула его с себя и привела в чувства, испугавшись, что могла серьезно его покалечить, решила пойти с ним в больницу.       Двери лифта открылись и они вошли внутрь: Сан Хек, который просто хотел вернуть свою новую профессиональную камеру и Чжи Ын, которая пыталась оставаться спокойной в сложившейся ситуации.       Девушка откинула назад свои длинные волосы, воспользовавшись моментом, посмотрела на СанХека, он стоял к ней лицом, руки были сложены на груди, а наглый взгляд блуждал по ее лицу и телу, заставляя организм странно реагировать. В кабинке стало жарко, по спине пробежала капля пота, Чжи Ын заметно нервничала, тяжело сглатывая, словно ей что-то мешало. — Чего уставился? — вместо ответа парень поспешно приблизился к ней, не давая путей к отступлению, он установил ей преграду своими же руками. Ее брови приблизились к переносице, губы были сжаты, сама же девушка сильно прижалась к стене лифта, прислушиваясь к биению своего сердца, казалось, что оно зовет на помощь, но его никто не слышит. И если она закричит, ее никто не услышит, никто не придет на помощь. — Где моя камера? — его дыхание доходило до девушки, сродни поцелую в лоб, так как он был выше нее, ей нужно было поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом, чего она не стала делать.       Она попыталась оттолкнуть парня, но он был словно стена и не собирался ее отпускать. — Где-то там лежит, и вообще, зачем тебе поломанная камера, — на этих словах девушка не удержалась и издала смешок. — Ты ее разбила! — А ты еще должен мне за ремонт машины! — парировала она. — Она стоила как три ремонта твоей тачки! Которую купил тебе ухажер! — напоминания о ХонБине резали уши, заставляя Чжи Ын кривиться, словно она съела лимон. — У меня нет ухажера, — она больно прикусила губу и еще сильнее опустила голову, чтобы не встретиться с этим странным парнем взглядом. СанХек убрал руки, и девушка тут же отошла от него. — Я хотела сказать, что машину мне купили родители, — парень странно закатил глаза и почесал затылок. — Что? — Ничего. — Зачем ты фотографировал меня? Я не настолько известная личность, чтобы за мной следить. — Ты вообще неизвестная личность, просто наделала шума своей свадьбой. Типичная принцесса с золотой ложкой во рту, — зло сказал он, что не укрылось от Чжи Ын, заставляя злиться. — У тебя с этим проблемы? Злишься, что мало зарабатываешь? Хочешь, чтобы я вернула деньги за камеру? Так докажи, что это я ее сломала. Только говори правду, что следил за мной, а затем я, подумав, что ты маньяк-извращенец, ударила тебя, чтобы не стать жертвой.       Они были злы и готовые спорить друг с другом дальше, каждому хотелось укусить больнее, чтобы не ощущать себя жалким. Казалось, что чем больше девушка грубила, тем легче на душе становилось. Лифт остановился и они вышли, Чжи Ын подошла к автомату с кофе, а парень все продолжал ходить за ней, напоминая ей щеночка, который не может оставаться один и бегает под ногами, а стоит его задеть, начинает скулить. — Что такое? Кофе хочешь? — девушка улыбнулась и протянула ему стакан, который он незамедлительно забрал, удивляя девушку. Она хотела над ним пошутить, а получилось, что купила ему кофе. — Не хочешь? — она открыла рот, наплевав на правила этикета и замерла, таких людей ей не приходилось встречать, в ее кругу было мало близких людей, а друзья ХонБина всегда себя вели, как пингвины в галстуках — чрезмерно высокомерно. — Как я могу пить с тобой с одного стакана? — денег больше не было, а домой она не собиралась. — Так купи еще один. Или принц сегодня дал мало денег своей принцессе, — Чжи Ын, назло этому ненормальному, взяла стакан и отпила, надеясь, что он побрезгует и не станет больше пить, но парень, смотря на реакцию той, что испортила ему ценную вещь, отпил кофе, прикасаясь губами к тому месту, где пила она. — Походу, ты извращенец, — тихо сказала девушка, но СанХек услышал это и рассмеялся, вызывая у Чжи Ын улыбку. — Тебе придется вернуть мне деньги за камеру, у меня нет средств на другую. — А меня это заботит? — она вышла на улицу, зная, что он идет за ней.       На улице было очень холодно, денег не было, а домой не хотелось. Она повернулась, чтобы посмотреть на парня и врезалась в его грудь, вдыхая запах одеколона. Она подняла глаза и вгляделась ему в лицо, незаметно для себя улыбнувшись. — Только не влюбись, у тебя скоро свадьба, — возвратил он девушку на землю. — У тебя есть девушка? — Нет, а что? — все так же улыбался парень. — Если подпишешь со мной договор на год, сможешь купить себе три таких камеры, — она подумала немного, — я знаю, что они очень дорогие. — Что-то вроде секс-рабства? — парень не мог унять свой смех, казалось, что ему все это снится. — Нет, это в тысячу раз хуже, — тихо сказала девушка, поправляя его волосы.       Перед глазами возник ХонБин, заставляя девушку смотреть за спину парня, которого она пыталась втянуть в свою игру. На сердце словно камень свалился, так жить невозможно, ей нужно было ему отомстить. Глаза блестели, а кулачки сжались, давая знак, что игра началась, улыбка больше походила на оскал, он убил в ней ту глупышку Чжи Ын. — Что это? — Сначала согласись. — Как я могу согласиться, даже не зная на что? — он испугался ее странной, в некоторой мере устрашающий улыбки. Он ждал, пока она расскажет обо всем, но возле них витала тишина, околдовывая своими темными чарами. — Станешь моей марионеткой? Для начала, тебе придется пойти ко мне на свадьбу. — В качестве кого? — насторожился парень. — В качестве жениха, — и сказав это, она протянула ему руку для рукопожатия, улыбнувшись, показывая зубы.       Он посмотрел на это милое и очаровательное существо, пытаясь понять ее, в голове ничего не укладывалось. Но какая-то невидимая сила его подталкивала, нашептывая на ухо, что все хорошо, что он должен согласиться, и он поддался. — Что дальше? — он протянул руку, а в душе Чжи Ын поселился огонек.       «Дальше я заставлю всех смотреть на меня с восхищением!»       Почувствовав неожиданный прилив сил, она хотела прыгать на месте и кричать: «Ура!». Но вместо этого продолжала улыбаться своим мыслям. Крепко ухватившись за его руку, предполагая, что он в любую минуту может передумать, она повела его к своему дому. Она боялась, что если не сделает это прямо сейчас, то и сама может передумать, поэтому спешила подписать этот чертов договор. — Куда мы пришли? — спросил шепотом парень, поглядывая на взволнованную девушку. — Ты же сможешь залезть наверх? — показала на второй этаж, где располагалось приоткрытое окно ее комнаты. — А через дверь? — но его никто не слушал, она взобралась на перила лестницы, и схватившись за край деревянного навеса, вскарабкалась наверх, еще секунду и она пролезла через окно. — А если я упаду? — Прекращай болтать и поднимай свой зад сюда, — отчеканила девушка и скрылась в своей комнате. Включив свет над кроватью, что не освещал и половину комнаты, она открыла верхний ящик комода, доставая оттуда штемпельную краску, альбомные листы и ручки. — Я порвал рубашку, — наконец-то в комнату залез СанХек, в глаза сразу бросилась огромная кровать и весящая над ней фотография Чжи Ын, та была в длинном черном платье и с броским макияжем, ее глаза околдовывали, а на фото хотелось смотреть и смотреть. — Это не моя вина, — сказала девушка и схватила его за руку, усаживая на паркет, — встанешь на ковер — убью, он стоит как…у тебя таких вещей нет. — Может ты перестанешь? — казалось, что парень начал шипеть, пытаясь быть тихим, но показать свое недовольство.       Она быстро начала писать красивым почерком условия договора, а закончив, протянула ему, чтобы он написал такой же. Внутри все было натянуто, она смотрела на слегка шевелившиеся губы и сузившиеся глаза, руки потянулись к резинки толстовки, как в больнице, но она успокоилась, когда увидела, что он взял ручку в руки. Она же открыла краску и как только он закончил писать, макнула большой палец и поставила на двух листах отпечаток. — Сделай то же самое, — сказала она, потянувшись за салфетками. — И подпишись на своем отпечатке, — добавила она, не скрывая улыбку. — Давай подытожим, — он сел в позу лотоса. — Никаких телесных контактов, никаких интрижек на стороне, никто не должен знать об этом, кроме нас двоих, — загибал он пальцы. — День свадьбы не считается, — поправила своего новоиспеченного жениха. — Мы не будем знать о друг друге ничего? — спросил он, раздражая девушку. — Мы не обязаны быть внимательны друг к другу, — объясняла она, — твоя задача: сыграть прекрасного жениха, да так, чтобы все поверили и позавидовали, затем мы отправляемся в свадебное путешествие, улыбаясь репортерам, которые могут и на следующий день следить за мной, а через месяц мы возвращаемся сюда и ты получаешь свои деньги, продолжая играть моего муженька. Ты ходишь на роботу, я занимаюсь своими делами, я сниму квартиру рядом с тобой, чтобы все было правдоподобно. — Обычно, после свадьбы, муж с женой живут в одном доме, — с лицом всезнайки, повествовал парень, — ну, у принцесс может быть по-другому. — Когда ты так говоришь, меня начинает воротить, — она толкнула его, — от тебя. Я не собираюсь жить с тобой, но может произойти, что угодно и я не хочу огромного скандала, ведь принцесса потеряет огромные деньги, если ее акции упадут.       Открылась дверь, ударяясь об стену, напугав их до смерти, и они узрели родителей Чжи Ын, которая поспешно спрятала договор. На лице женщины отобразилось вся палитра эмоций, она шагнула в комнату и уставилась на свою дочь. — Солнышко, что здесь происходит? — «солнышко» схватило парня под руку и улыбнулось. — Познакомьтесь, это мой будущий муж Хан Сан Хек, обаятельный и отзывчивый парень. — Что ты хочешь… — Я все слышала насчет компании и считаю, что папа не зря волнуется, а также хочу напомнить, что это моя жизнь и мне решать, что делать, а что нет, — твердым голосом сказала девушка, показывая, что не собирается отступать. — Это безумие! — кричала женщина, хватаясь за голову, — Я не позволю! Этому не бывать!       Казалось, что в кабинете отца Ли Чжи Ын, что находился за стенкой, мечут гром и молнии, а от того, что комнаты были звукоизолированы, обстановка становилась устрашающей. Разговор или же ссора, длились больше тридцати минут, за которые СанХек успел осмотреть комнату девушки. Все в ней было сдержанно и изысканно, комната была огромная и заставленная соответствующей ей мебелью, а большая двухспальная кровать особенно пришлась по нраву парню. — Комната настоящей принцессы, — он снова уставился на картину, висящую над кроватью, имея возможность рассмотреть ее при хорошем освещении. — Красивая, какой дурак упустит ее.       Дверь снова неожиданно открылась и Ли Чжи Ын зашла улыбающейся, но с размазанной тушью, он быстро вскочил и подошел к ней, не зная, что должен сказать. — Договор, — она снова открыла комод и достала оттуда листы, что теперь связывали их. — Ты не можешь его просто так выкинуть или порвать, второй будет храниться у меня, — открыв дверь гардеробной, она подошла к чемоданам и, открывая менее забитый, засунула туда свой. — Отец настаивал на ужине, но сам понимаешь, — она закатила глаза, — мама не в настроении знакомиться с тобой. — Ты уверена в том, что делаешь? — он взглянул в глаза девушки и не увидел ничего, кроме своего отражения. — Мне нечего терять, я без пяти минут безработный. — Ты забыл? Нас не волнуют проблемы друг друга, так что не волнуйся обо мне, — резко ответила девушка. — Твоя работа — это игра! И завтра ты должен выглядеть как модель, у нас фотосессия, ведь нельзя допустить, чтобы использовали старые фотографии для украшения зала, мне нужно будет переделать приглашения, и так, чтобы на этот раз без единой ошибки. — Фотосессия? — СанХек удивился, словно первый раз слышал о свадебных фотосессиях. — Проблемы со слухом? — казалось, что разозлить Ли Чжи Ын проще простого. — Затем мы поедем в ресторан и еще кое-что проверим. А сейчас, можешь идти домой, — она говорила словно о работе, СанХек слушал ее и не верил, что все происходит по-настоящему.       А дальше все полетело, казалось, что это фильм, который кто-то там мотает, останавливая только на самых забавных моментах, которые им хотелось бы забыть. Но это не было сном, не было фильмом, не было шуткой, все, что происходило с этими двумя — реальность.       Жизнь любит подбрасывать нам уроки и испытания, нам никуда не деться от этого. Если бы было возможным этого избежать, люди давно нашли бы способ, который разрешил все проблемы. Так и СанХек с ЧжиЫн начали проходить все испытания, что волшебным образом возникали в их жизни.

***

      Парень взял стакан в немного дрожащие руки и сделал глоток, прислушиваясь к голосам за дверью, с каждой секундой становилось тяжелее, хотелось сбежать. Там, в другой комнате, сидела та, что за последнее время успела выжать из него все соки, и он с ужасом представлял, сколько еще должен вынести, чтобы получить эти проклятые деньги. Сейчас он, как никто, понимал, что влез не туда, это больше не казалось ему сном, и от этого становилось плохо, словно его снова ударили по голове.       Нельзя сказать, что за эти дни случалось только плохое, он узнал много нового, и он увидел Чжи Ын настоящую. Она плакала, смеялась и снова злилась, она скрывала все за своей маской, но он видел ее, так как был рядом.       В день, когда была фотосессия, им пришлось вести себя как парочка, впервые он ее обнял и впервые прикоснулся к ее губам. Это не было настоящим поцелуем, обычное прикосновение губ, которое для обоих ничего не значило, но он запомнил выражение ее лица, когда она после их поцелуя скривилась и ушла плакать. Он извинялся, а она оскорбляла его, сожалея, что показала свою слабую сторону. Чжи Ын обнимала его, и на фотографиях они выглядели, как влюбленная парочка, их скованность принимали за стеснительность, а раздражение невесты, за предсвадебное волнение. Но он чувствовал, как от этой прекрасной нимфы в белом платье, веет холодом. В такие минуты, даже суперспособность Эльзы из популярного мультфильма «Холодное сердце», казалась ничем, в сравнении с холодным взглядом Ли Чжи Ын.       «Я ненавижу его, а ты все больше мне напоминаешь этого предателя», — эхом в голове отдались ее слова, воспоминания были свежи. — Хен, — в комнату влетел Ча Ха Кен, — как ты? Скоро все начнется, я видел твою маму, — от упоминания о маме стало стыдно, ведь врать пришлось даже ей. — С моей стороны мало людей, — он посмотрел на свои слегка дрожащие руки. — Как ты мог так долго это скрывать? Начальник потерял дар речи, когда получил приглашение, все повторял, что догадывался об этом. Ты так часто говорил, что нам не нужно приглашение, вот что ты хотел сказать? Вот же проныра. Твоя будущая жена очень красивая, — СанХек встал и пошел к двери. — Ты куда? Тебе нельзя, перестань нервничать, подумай, как сейчас невесте.       А невесте сейчас было хорошо, она сидела на мягком диванчике, ее окружили подружки, улыбающиеся фотографу. Все повторяли одно и то же, что она самая красивая, неотразимая, и что они тоже хотят уже замуж. Чжи Ын благодарила их и провожала улыбкой, в мыслях же не переставая думать о ХонБине. Придет ли он? Что он сделал с приглашением? Ревнует? Любит ли еще? В груди отчаянно билось сердце, но девушка не хотела отступать, она и не могла этого сделать, слишком поздно. — Невесте пора выходить, — сказала девушка, открывая огромную белую дверь, покрытую золотистыми узорами. — Милая, ты прекрасна, — подставляя руку, сказал отец, а она же покрепче уцепилась за букет и шагнула вперед.       Чем крепче она держала его, тем меньше волнение окутывало ее, она снова начинала злиться, вспоминая, как они выбирали этот букет. « — Что за ужас? — скривился Сан Хек, облокотившись об стену. — Ты это ждала два месяца? — Он сделан из редких цветов, — закипала девушка, она начинала злиться, даже если он просто кашлял, а здесь он критиковал ее вкус. — Я бы из полевых лучше сделал, — она кинула в него журнал, что до этого лежал на столе, испугав рядом стоящую девушку ».       Она шла по дорожке и взглядом осматривала гостей, пытаясь найти Хон Бина, но не смогла, казалось, последняя нитка, что связывала их, натянулась до предела и сегодня она официально перережет ее.       «Ему на меня плевать», — месть не казалась хорошей идеей, она перестала понимать, что происходит. — Осторожно, макияж потечет, — тихо сказал Сан Хек, но девушка подняла голову и уставилась в его глаза, находя в черных зрачках свое отражение.       Она была благодарна ему, что он не дал заплакать, снова пробуждая в ней ненависть, что дал ей выстоять с гордо поднятой головой. Она улыбалась репортерам, нежно прикасалась к Сан Хеку и даже пустила слезу, когда он читал ей свою клятву. А затем она встретилась взглядом с глазами наполненными злостью, ненавистью, которые видели ее насквозь. — Можете поцеловать невесту, — где-то на фоне шума послышалось Чжи Ын, затем она перевела взгляд на своего мужа, давая понять, на кого с таким проникновенным взглядом смотрела девушка, он скривился и слегка дотронулся до ее руки, спрашивая разрешения, но она никак не реагировала.       В голове не было ни одной мысли, словно прошёлся ураган, она ненавидела его, но понимала, что скажи он сейчас одно слово, и она пойдет за ним. «Прости» было бы достаточно. Даже если бы он просто прошептал, она бы его услышала, как делала все эти года, которые они провели вместе. В голове закружились обрывки прошлого, танцуя вальс, затуманивая рассудок Ли Чжи Ын, что готова была спрятаться в шкафу.       На талию легли тяжелые руки, и она почувствовала отвращение, еще бы пару секунд и она бы сбежала, но именно в этот момент к Хон Бину подошла девушка и взяла его под руку. Он улыбнулся, показывая зубы, это была его месть, а не ее.       «Зачем? Это сон! Не может быть настолько все плохо, ты же не такой», — девушка забыла про всех и замерла.       Сан Хек, молящийся про себя, чтобы ему потом не пришлось прикладывать лед к щеке, решился поцеловать ее. Он прикрыл глаза, накрывая своими губами ее, ощущая привкус ее помады, он провел языком по ее пухлым, мягким и нераскрытым губам. — Прости, — следом за поцелуем шепнул он, убирая руки.       Все начали хлопать, а она с ужасом смотрела на всех, натянув на себя маску улыбающийся невесты, свадьба, которую она так долго ждала, превратилась в кошмар. Она больше не смотрела на Хон Бина, но и одного раза хватило, чтобы испытать унижение и поражение.

***

— Плохая идея после свадьбы сразу лететь за границу. — Пошли, я не хочу из-за тебя опоздать на самолет, — она указала на гору из чемоданов и, улыбнувшись, медленно пошла прочь. — Ты случаем не отыгрываешься на мне из-за Хон Бина? — А ты же не думал, что так легко получишь деньги? — А я в чем провинился? Нужно было просто врезать ему и успокоиться.       Она подошла к нему, наступая на ногу своим острым каблуком, с ненавистью уставившись ему в глаза, будто пыталась испепелить его с лица земли. Он скривился, удивляясь ее поведению, наблюдая, как на ее лице, появляется устрашающая улыбка. — Не смей вспоминать его. Не перечь мне. Не давай советов. Не раздражай. Не улыбайся. Не смейся и не ходи с кислой миной. Не говори и не молчи. Можешь даже не дышать, — в ее глазах отражалась вся боль, что восседала внутри ее, но она крепко хваталась за маску, четко выговаривая слова, загибая свои тонкие длинные пальцы.