Счастье младших братьев

POV Марлен. Что-то мне сегодня нехорошо. В голове противный гул, в глазах периодически темнеет и живот скручивает. Я шел со школы более короткой дорогой, чтобы поскорее добраться до дома. Сегодня даже наушники в уши вставлять не стал. Да, наконец-то! Вижу свой подъезд. Я не спеша стал подниматься по пыльным ступенькам, и уже добравшись до нужного этажа, услышал голос: - Мэньчик! Ну, наконец-то! Я уже заждалась тебя. Прилетела сегодня утром и сразу к вам, а дома никого! - Причитала сестра, активно размахивая руками, а я стоял ошарашенный, даже забыл о своем состоянии. - Алиса?... - прошептал я, не веря своим глазам. - Кто ж еще! Конечно это я. - Девушка притворно надула пухлые губки, смачно намазанные розовой помадой. - Как... ты здесь оказалась, но главное: зачем? - Не понимал я, подходя к своей квартире, и открыв ее ключом, пропустил девушку вовнутрь. Она бросила чемоданы, которых было немного-немало три штуки. Надеюсь, она не задержится у нас. Я отнюдь не рад появлению этой блондинки. Я скинул с себя форму, переоделся в домашнюю одежду и, выпив две таблетки аспирина, сел на диван в зале, где и находилась девушка. - Ну, и? Зачем ты приехала? - Я мрачно на нее посмотрел. - Как грубо, братишка! Неужели ты не рад своей двоюродной сестренке? - Она похлопала длинными, сильно накрашенными ресницами и присела в соседнее кресло. Фальш. Во всех ее действиях, во всех ее словах лишь фальшь. Она ни капли не изменилась за это время. Эта девушка поперек и полностью - фальшивка. Даже ее волосы, и те миллион раз перекрашенные. Сейчас она блондинка, а когда я видел ее в последний раз, она была рыжей, но и это не ее настоящий цвет волос. Уже, будучи в четвертом классе, она начала красить волосы, а ее мать ей разрешила, и ни в чем не отказывала любимой дочке. - Алиса, мы оба знаем, что ты никогда не делаешь ничего просто так или без выгоды для себя. Я не поверю в то, что ты не видела родственников девять лет и решила приехать, потому что соскучилась. И как ты узнала адрес моей квартиры? - Я смотрел ей прямо в глаза. Девушка тут же смыла маску "я люблю своего младшего братика" с лица и с вызовом смотрела в мои ничего не выражающие глаза. - Хмм, а ты все также не глуп мой маленький братик, но что-то в тебе изменилось. Нет той безразличности на лице, словно ты снова начал чувствовать, да? - На красивом лице Алисы появилась гадкая ухмылка, от которой стало не по себе. Мне никогда не нравилась эта девушка. Она причиняет боль всем и всему вокруг, потому что получает от этого удовольствие, от того, что люди ломаются и падают перед ней на колени. Особенно ей нравится издеваться над близкими людьми. Она очень страшная, я чувствовал это с того самого момента, как увидел ее впервые. Ее нельзя подпускать к себе ближе, чем на километр. - Я не чувствую ничего до сих пор, также, как и девять лет назад. Ты ошиблась, сестричка. Ты не ответила на мой вопрос: зачем ты приехала? - Я холодно улыбнулся и бросил на нее презрительный взгляд, от чего та скривилась. - Какой ты негостеприимный! Я приехала потому, что Питер мне наскучил. Я перепробовала на вкус всех тамошних богатеньких мальчиков, но когда они кончились, мне нечем стало играться. Я решила приехать в Москву. Вот поэтому я здесь. - Неприятно ухмыльнулась девушка, а на моем лице исказилось отвращение. - Ты ведешь себя, как дорогая проститутка. - Оу, это очень оскорбительно для девушки. Ты невоспитанный мальчишка. - Она притворно начала всхлипывать, а затем рассмеялась. Ужасно. Во что она превратилась? - Ну, не суть важно. Как вы тут поживаете? Как Лекси, Настя? - Она прекратила смеяться и облокотилась на спинку кресла. - У них все хорошо. - Коротко ответил я, не желая общаться с этой отвратительной девушкой, которая по нелепым стечениям обстоятельств, приходится мне сестрой. - Мне вот интересно, как Лекс поживает? Его девчачья внешность хоть каплю изменилась? А Настя? Какой-нибудь смельчак решил на ней жениться? Я б не решилась. Она же такая серьезная, что аж фу! Кстати, Лексик ведь у нас гей, да? Нашел себе того, кто трахает его задницу? Кстати, ты тоже на него похож. Значит ты у нас тоже... - Заткнись! - Я подскочил с дивана и влепил девушке пощёчину. - Не смей говорить так о моих самых дорогих людях! Ты на это не имеешь никакого права. Ты просто сука, которая думает лишь о себе. Проваливай из моего дома, я не намерен терпеть тебя здесь еще хоть минуту! - В конце я сорвался на крик. Давно меня так не выбешивали. Как эта самодовольная сучка смеет говорить так о моей маме или о Лексе?! Они такого вообще не заслуживают в свой адрес. - А ты говорил, что я ошибаюсь. Я никогда не ошибаюсь. Сколько эмоций, сколько чувств. Впервые вижу тебя таким. И кто же пробудил в тебе все это? А вот ударил меня ты зря. - Спокойно произнесла девушка, а я аж испугался. Она очень непредсказуема и может выкинуть все, что угодно. Ее надо опасаться. Нельзя!.. Нельзя говорить ей про Женю! Я боюсь за него. Она не должна ничего узнать. - Никто! Это не твое дело. Чтобы к вечеру ноги твоей здесь не было! - Рявкнул я и, схватив зимнюю куртку, выбежал из квартиры. Я забежал в ближайшее кафе и, заказав чай, вытащил телефон из кармана. Нашел в контактах нужный номер и, нажав на кнопку вызова, стал ждать ответа. - Да, солнышко? - в трубке послышался мягкий голос, от чего на душе стало одновременно тепло и тревожно. - Женя... В ближайшее время ты ко мне домой не заходи. Даже близко не подходи, понял? Я сам к тебе приду, но позже. И помни: Не смей. Приходить. Ко мне. Домой. Все, нет времени. Я потом позвоню. - Быстро протараторил я и бросил трубку. Нельзя допустить того, чтобы Алиса познакомилась с ним. Это очень опасно. Алиса может сделать, что угодно. Чувство тревоги наполнило сердце, и я не заметил, как задрожал. - С вами все в порядке? - С боку послышался обеспокоенный голос официантки. - Д-да.. все в порядке. - Я вымучено улыбнулся и сделал глоток чая, который мне принесла девушка. Та, подозрительно меня оглядев, кивнула и ушла за барную стойку. - Нужно Максу позвонить. - Сам себе сказал я и, набрав номер брата, приложил телефон к уху. - Марлен? Что-то случилось? - беспокойно спросил брат, так как по пустякам я никогда и никому не звоню. - Максик, Алиса... приехала. Она сейчас у нас дома. - Я тяжело вздохнул и потер виски, кажется, я простудился. Боль в голове вернулась, но к ней прибавился озноб. - Какая Алиса? – Не понял брат. - Наша двоюродная сестра из Питера. Помнишь? - Пояснил я, устало прикрывая глаза. - Что? Какого лешего она забыла в Москве? И что она делает у нас дома? Десять лет ее не видел и еще столько бы не видал! - Бурчал Макс. - Ага... Я не... знаю, что она делает в этом городе, и как узнала наш адрес, но это явно не к добру. Я успел уже с ней цапануться, и сбежать из дома, предварительно сказав, чтоб убиралась из нашей квартиры. - Голова стала медленно соображать, а в голове мутнеть. - Мэни, с тобой все хорошо? У тебя голос хриплый... - обеспокоенно спросил у меня брат. - Максик... мне так плохо... Забери меня, - пробормотал я в трубку, сознание стало угасать. - Где ты, Мэни? - Закричал брат, чем немного привел меня в себя. - Кафе на северной окраине "Victory". - Я здесь рядом. Подожди, - прокричал брат и сбросил вызов. Я оперся на свою правую руку и стал ждать брата. Время замедлилось, а минуты через две я увидел брата и отключился, упав на стол. **** Очнулся я уже в больнице. Ну, вроде как. Белый потолок, бежевые стены, противный запах медикаментов и длинная рубашка на мне, которая завязывалась сзади. - Вот вы и очнулись! Как вы себя чувствуете? - Радостно бегала вокруг меня молоденькая медсестра, от чего голова закружилась. Я прислушался к себе и ответил: - Н-нормально, только голова кружится и в глазах блекнет. - Голос был хриплым. - Я сейчас позову врача! - Уже в дверях прокричала медсестра и скрылась. Через какое-то время вошел... вошла Настя. Блин! Меня в центральную привезли, что ли? Она же, наверное, вся извелась. - Привет, сынок. Ну и? Что это было? Покажи, где болит? - Настя казалась строгой с виду, но я знаю, что внутри она чуть ли не помирает от волнения. Вот всегда я так! Заставляю ее волноваться. Медсестра ушла по поручениям мамы, а та присела на стул около кушетки и тяжело вздохнула. - Мэни, анализы показали, что в твоем организме несколько видов ядовитых веществ от воздействия химических препаратов. Но они не сильно опасны для жизни, но так как у тебя зимой иммунитет ослаблен, твой организм не дал отпора вредным веществам и дал отрицательную реакцию. Поэтому тебе стало плохо. Ты снова на химии что-то учудил? - Недовольный взгляд метнулся в мою сторону, я хрипло рассмеялся и улыбнулся маме. - Ага, сегодня интересный опыт был, но про маску я благополучно забыл и увлекся экспериментом. - Невинно ответил я с некой виной в глазах. Еще один тяжелый вздох и меня нежно обнимают за плечи, аккуратно придерживая голову. Я поднимаю руки и обнимаю маму поверх белоснежного халата. - Балбес! - Фыркнула девушка и поцеловала меня чуть выше ушка, я улыбнулся. Раздался грохот двери в мою палату, и Настя, отстранившись от меня, уже хотела наорать на того, кто посмел потревожить покой пациента, но запнулась и подозрительно осматривала запыхавшегося Женю в дверях и порванной рубашке, с растрепанными рыжими волосами. - Что с Мэни? Мне Макс позвонил, сказал, что ты в больнице и не приходишь в сознание. – Запыхавшись, проговорил мой парень, а я с нежной улыбкой наблюдал за ним. "Он за меня волновался" - Та-а-ак, дорогие мои. Я чего-то не знаю, да? - Девушка повернулась и внимательно посмотрела на меня через свое плечо. Я покраснел и отвел взгляд в сторону. Настя подняла в удивлении брови и сверлила меня взглядом так с минуту. - Настён, мы встречаемся. Ты только не ругайся, я действительно люблю его и не играюсь с ним. Правда он мне пока не доверяет, но я люблю его и такого - целиком и полностью. Правда, поверь мне. - Мне показалось, или он действительно говорит это мне, а не моей маме. Я прям, как невеста, которую выпрашивают у родственников перед свадьбой. Ой, щеки горят. - Боже... Ну, вы даете! А я ничего не знала. И сколько вы еще бы от меня это скрывали? Неужели вы думали, что я рассержусь? Честно скажу: я не в восторге, но если вы счастливы, то я не имею права лезть в вашу жизнь. Против Димы и Алекса я ведь не была против, а вы что, особенные? Правда Диму я с год хотела по мешочкам в темном лесу расфасовать, но со временем это прошло. - Настя говорила так, словно о еде разговаривает, обычным будничным тоном. О, а Женька побелел! Ну, ничего - не будет меня обижать! - А с тобой, рыжик, мы потом поговорим. Я тебе кое-что расскажу. Ладно, оставлю вас наедине, только извращениями в больнице не заниматься! - Изящным пальчиком пригрозила Настя и, засунув руки в большие карманы больничного халата, уже намеревалась уйти. - А, мама! Постой! - хрипло выкрикнул я, на что та обернулась. Она вошла обратно в палату и вопросительно на меня посмотрела. - Алиса прилетела. Она сейчас у нас дома. - Какая Алиса? - Безразлично спросила Настя. Нет, ну они что, издеваются надомной сегодня? - Наша с Максом двоюродная сестра из Питера. - Пояснил я. - Ааа, эта малолетняя шлюшка? - Вспомнила Настя. - Стоп. Что? Она прилетела? Когда? Теть Света мне не звонила и ничего не говорила. Какого хрена она у вас дома? - Почти рыча, говорила мама. Я пожал плечами, мол "не знаю". - Ладно! После смены загляну к вам на квартиру, побеседую с ней. - Цокнула Настя и вышла из палаты. Женя все это время стоял и, нахмурившись, смотрел то на меня, то на Настю. Дверь палаты тихонько прикрылась, и Женя навис на до мной. - Что это было? Ты совсем себя не бережешь! И меня тоже. Ты хоть представляешь, как я перепугался? Мне действительно за тебя страшно! И что это был за звонок? Кто такая Алиса? Поэтому ты сказал не приходить? - Женя говорил спокойно, смотря мне в глаза, а я неотрывно смотрел в его. В них плескалось волнение, страх, нежность и безысходность. "Почему?" - Слишком много вопросов Жень. Я ведь, все-таки, больной. Мне много знать вредно. - Улыбнулся я и притянул его к себе за шею, для нежного и мягкого поцелуя, в котором я растворился. Он обхватил меня за спину и крепко обнял. Я почувствовал, как у него бешено колотится сердце, и трясутся руки. - Жень?.. - Маленький мой, ну зачем ты так со мной? Я ведь тоже не железный и тоже человек. Я так перепугался, словно маленький мальчик. Мне и так нелегко: ты совсем мне не доверяешь, как человеку, которого любишь. Хоть ты и не говорил мне, что любишь меня, я ведь вижу, что не безразличен тебе. Неужели так сложно хотя бы чуть-чуть мне довериться? Я НАСТОЛЬКО НЕПУТЕВЫЙ, ЧТО НА МЕНЯ СОВСЕМ НЕЛЬЗЯ ПОЛОЖИТЬСЯ? - На последних словах он сорвался на крик, а я испуганно на него посмотрел. - Прости, Мэнь... Я не хотел на тебя кричать, просто сегодня слишком много случилось. Я пойду, не хочу навредить тебе. - Он коснулся губами моей холодной щеки и, отпустив меня, быстро ушел. Я даже не успел ничего сказать, чтобы остановит его. Так вот что его беспокоит? Но он прав, я не привык доверять людям, для меня это тяжело. Но ему от этого больно. Может... может поверить? Но если предаст, будет больно, очень больно, как тогда. Мама, папа... они меня бросили, они сделали мне больно. Мама умерла, а папа просто ушел, бросив своих детей, и без зазрения совести завел другую жену и детей. Они меня бросили! Мне было очень больно! Снова, я вспомнил это снова! Все говорили, что я умен не по годам. Да лучше бы я был обычным ребенком, который ничего не понимает! Тогда я бы не понял, что мамы больше нет, что она умерла и никогда не вернется! Я никогда ее не увижу, а отец... Он тоже предал! Люди всегда предают! Они не могут иначе! Люди твари, которые делают больно друг другу. Это замкнутый круг, водоворот, из которого нет пути! Жизнь - это бесполезный замкнутый круг: родился, прожил свою бесполезную жизнь и умер. В жизни нет смысла! - Нет! НЕТ-НЕТ-НЕТ! НЕ ХОЧУ! МНЕ БУДЕТ СНОВА БОЛЬНО! ЗАЧЕМ? ЗАЧЕМ ВООБЩЕ ЖИТЬ? - кричал я, у меня началась самая простая истерика с воспоминаниями о прошлом, но тут же пред глазами появилось красивое лицо Жени, который с такой нежностью и любовью улыбается мне, целует, и мне спокойно, словно он укроет меня от всех бед и несчастий. Залечит мою рану, и заберет всю ту боль, что съедает меня изнутри. Слезы текли по щекам, а я сглатывал их, и выглядел я сейчас, наверное, как псих. Мне длинной рубашки с рукавами не хватает. На мой крик забежала Настя, и испуганно на меня посмотрев, подлетела к койке и обняла меня, шепча всякую успокаивающую чушь. И мне стало легче. У меня есть мама, у меня есть брат, у меня есть семья и есть...Женя, он не предаст. Ему можно верить. Ему можно отдать всего себя, потому что он доверился мне полностью, и его большое теплое сердце полностью принадлежит мне.