Каллиграфия +15

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Saints Row

Основные персонажи:
Главный герой, Дейн Фогель, Джонни Гэт, Пирс Вашингтон, Трой Бредшоу, Шаунди
Пэйринг:
фем!босс (Лесли), правая рука фем!босса (Тельма), Джонни Гэт, Шонди, Пирс; мистер Вонг, Трой Бредшоу; Тельма/Дейн Фогель, ОМП/ОМП
Рейтинг:
R
Жанры:
Драма
Предупреждения:
Насилие, Нецензурная лексика, ОМП, Элементы гета, Элементы слэша
Размер:
планируется Миди, написано 65 страниц, 19 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
В славном городе Стилуотере, что стоит на берегу беспокойного океана в штате Мичиган, живут хорошие люди… А по соседству с ними — не очень хорошие.
Сомнительная романтизация гангстерской бытовухи.

Посвящение:
Огромное спасибо Dark Star, которая не только отыгрывает Лесли, но и всячески меня поддерживает.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Сиквел по отношению к «Оригами».

Вдохновляющий арт по пейрингу Тельма/Фогель: http://33.media.tumblr.com/281991e4d3ea323adc9f337fbd946bdb/tumblr_ncistcLcxR1r4xcdjo2_1280.png

XVII

14 мая 2017, 19:53
Погода поумерила свой гнев, но водостоки еще захлебывались дождем. Когда ненадолго наступала тишина — между одним ударом, пришедшимся Санчо в челюсть, и другим, пришедшимся в бок, — было слышно, как вода, стекая с крыши, бьет в их жестяные горла. Шонди огляделась. Всегда респектабельная «Глупая медуза» выглядела как разгромленный салун, в котором сцепились две шайки бандитов, не поделившие лучший в округе золотой прииск. Ей повезло найти поднос с закусками, уцелевший во время побоища. Морщась, она засунула в рот несколько канапе с сыром, по вонючести превосходившим Пирсовы носки. Рядом Тельма, иногда поглядывая на Лесли, складывала неведомую зверушку из оказавшегося под рукой листочка с меню. Шонди собиралась выяснить, панда это или, может быть, жаба, но вместо этого с неожиданным для себя злорадством спросила:

— Ну как, больно?

— Не понимаю, почему ты меня не выносишь. — Тельма провела ногтем по сгибу. Ребро фигурки вышло острым, как лезвие. Ссадина на лбу, появившаяся благодаря Шонди пару часов тому назад, была прикрыта волосами. — Я не хотела с тобой драться.

— Ага, ты у нас паинька. Не ругаешься. Не дерешься. Смотреть, как босс начищает людям морды, тоже не любишь.

Лесли ударила Санчо так, что несколько зубов вылетели у него изо рта, как клавиши отправленного на помойку фортепиано, и шлепнулись на пол, совершив в воздухе великолепное сальто. Джонни зааплодировал, отдавая должное столь звучному аккорду. Некоторое время Тельма молча наблюдала за ними, не удостаивая Шонди ни взглядом, ни ответом, а потом вдруг сказала:

— Люблю.

И добавила, откладывая на стол готовую фигурку:

— И ты любишь.

Шонди пригляделась к оригами. На бумажной мордочке виднелись фрагменты меню: средиземноморский салат с заправкой по рецепту шеф-повара, луковый суп, кровавая мэри.

— Что это, свинья? — поинтересовалась она.

— Пума, — ответила Тельма.

Больше говорить им было не о чем: они и так всё друг про друга прекрасно знали.

...Когда Лесли со своими подручными вломилась в дом, куда привела их Шонди, сразу стало ясно, что никакой лаборатории там нет. Весь коттедж был заставлен ровными рядами горшков с исключительно натуральным товаром — раскидистыми кустиками «ананасового экспресса». Шонди, наверное, не сносила бы головы, но, к счастью, именно в тот день за урожаем наведался один из лейтенантов. Лесли даже не потребовалось выколачивать из этого типа информацию — она лишь демонстративно затушила самокрутку о его конопатый лоб, отмечая место, куда должна войти пуля, и он тут же выдал нужный адрес.

Будь у него чуть больше времени, он рассказал бы всю подноготную «Самеди» — и настоящую, и выдуманную, — но пуля вошла точно. Стрелял Джонни.

— На, держи, — он вложил еще не остывший пистолет Шонди в руку. — Пригодится.

— А ты как же?

— Ну не буду же я громить лабораторию с этой пукалкой, — хмыкнул Джонни. — У меня есть винтовка и гранатомет.

Шонди попыталась объяснить, что никогда не держала оружия в руках, если не считать похода в тир на летней ярмарке бог знает какого года, но Лесли, проходя мимо, хлопнула ее по плечу и бросила, не оглядываясь:

— Не дрейфь.

Шонди, как ни странно, и не дрейфила. Оглушенная ходом событий, она боялась не больше, чем зритель в кинотеатре, лениво жующий попкорн во время очередной бандитской разборки. Ее не пугали ни грохот, ни взрывы, ни далекий вой полицейский сирен. Она подстрелила какую-то девчонку в зеленой майке — легко, как уточку в тире, — и тоже не испугалась. И даже когда Пирс по дороге в «Чистилище» лихо вывернул руль, чтобы не врезаться в светофор, сердце не сделало кульбит. По-настоящему страшно, до холодного пота, Шонди стало потом, когда они вернулись туда, где все началось, — на обшарпанную кухню без окон. Джонни, прихватив из холодильника увесистую упаковку пива, отправился наливать праздничную чарку всем, кто отличился в бою. Пирс в гостиной на полную громкость включил сборник «Звезды хип-хопа».

Лесли и Шонди остались вдвоем.

Не обращая на свою визави внимания, Лесли принялась смешивать в шейкере протеиновый коктейль. Шонди, сама от себя не ожидая, села на тот же стул, к которому ее привязали утром. И чем дольше Лесли молча, тем больше она чувствовала себя заключенной перед казнью.

— Слушай, Купер…

— Нет, это ты слушай. Я из-за тебя крупно попала на бабло, — грубо оборвала ее Лесли. — Эти хиппи недоношенные подстрелили пару моих ребят… А от тебя пользы — кот насрал. Вот на хер ты мне, а?

— Я умная, — сказала Шонди, потому что терять было нечего. — Умнее, чем Пирс. Умнее, чем этот твой громила Санчо. Даже умнее, наверное, чем Джонни Гэт.

— И чего, — прищурилась Лесли, — умнее, чем я?

По лестнице спустилась Тельма: безупречная, как всегда. Даже в джинсах и футболке она смотрелась принцессой. Из пучка шелково-черных волос торчали то ли деревянные шпильки, то ли палочки для еды.

— Я думала, ты с ней на месте разберешься, — с удивлением взглянула она на пленницу.

— Не решила еще.

— Тебя какая муха укусила, Лесли? Пуля в лоб, и делу конец.

— Может, эта девчонка на что-нибудь сгодится.

— Эта девчонка у тебя — у нас — украла. А ты на прошлой неделе застрелила парня из «Братства» просто потому, что он занял твое любимое место на парковке.

— Слушай, задрала ебать мне этим мозги.

— Что тогда должно ждать тех, кто ворует у «Святых» наркотики, я даже не знаю.

— Вот именно, ни черта ты не знаешь.

Лесли еще раз основательно встряхнула шейкер и направилась мимо Тельмы в гостиную к своей пастве, где Пирс под грохот хип-хопа травил байки о противостоянии «Святых» и «Самеди».

— Ни черта, — повторила она себе под нос.

В тот же день, когда все достаточно набрались, Шонди крестили: те, кто еще держался на ногах, образовали круг и по очереди щедро наградили ее тумаками. Кожа потом долго выглядела как в детстве, когда маленькая Шарлотта украла лиловую помаду своей тетушки и перемазалась с ног до головы, считая, что с каждым мазком становится красивее. Синяки ее красивее не делали…

Зато сделали счастливее.

Родители всегда подчеркивали, что не ждут от дочурки больших успехов, поэтому на серьезную должность в банде Шонди не рассчитывала. Думала, будет продавать дурь богатым девочкам и мальчикам, своим бывшим сокурсникам, зарабатывая тем самым на жилье и собственную заначку травы. Лесли же, не церемонясь и не спрашивая ее мнения, за шкирку протащила новую протеже по всем ступеням карьерной лестницы. Через полгода Шонди могла написать в резюме, что работала личной помощницей криминального авторитета. Через восемь месяцев в список достижений вошла продажа наркотиков в особо крупных размерах. Ну а когда третьего лейтенанта наконец задушила пакетом ревнивая подружка, Шонди заняла его место, будто это само собой разумелось.

Санчо завидовал, ведь в третьи лейтенанты метил он, но не подавал виду. На это ему хватало ума…

А вот на то, чтобы не переходить дорогу боссу, не хватило.

— Вы чего там воркуете? — крикнула Лесли своим подельницам, убирая пистолет в кобуру. — Шонди, тащи сюда задницу.

Лесли славилась тяжелым характером и тяжелой рукой. Она настаивала на том, чтобы Шонди завязала с наркотиками и курением дури из лампочки; Шонди клялась, что с лампочками покончено, через неделю нарушала обещание и получала за это под дых. Сложно сказать, сколько раз повторялся этот цикл. Бывало, Лесли грозилась вышвырнуть ее из «Святых». Бывало, придерживала волосы, когда после шумной попойки переборщившую с веществами Шонди выворачивало в туалете. Любить босса было так же трудно, как пить кровавую мэри по рецепту Пирса: с табаско, содовой и двойной порцией водки. Эта любовь пузырилась, как газировка, драла горло и несмотря ни на что — не выдыхалась.

Шонди пнула бокал, оказавшийся у нее на пути, и вразвалку направилась к стойке.

— Я сказала правду, — произнесла Санни вымучено. — Ты обещала, что отпустишь того, кто расскажет… Я рассказала. Снимите с меня наручники. Пожалуйста. У меня руки затекли.

— Я обещала, что тебя не прикончу. А вот Шонди никому не давала обещаний. Да, Шонди? Сделай одолжение.

Может, обманывать ожидания бедной Санни было не слишком хорошо, но если босс просила своего третьего лейтенанта кого-нибудь прикончить, та нажимала на спусковой крючок быстрее, чем успевала прислушаться к голосу совести.