Каллиграфия +15

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Saints Row

Основные персонажи:
Главный герой, Дейн Фогель, Джонни Гэт, Пирс Вашингтон, Трой Бредшоу, Шаунди
Пэйринг:
фем!босс (Лесли), правая рука фем!босса (Тельма), Джонни Гэт, Шонди, Пирс; мистер Вонг, Трой Бредшоу; Тельма/Дейн Фогель, ОМП/ОМП
Рейтинг:
R
Жанры:
Драма
Предупреждения:
Насилие, Нецензурная лексика, ОМП, Элементы гета, Элементы слэша
Размер:
планируется Миди, написано 65 страниц, 19 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
В славном городе Стилуотере, что стоит на берегу беспокойного океана в штате Мичиган, живут хорошие люди… А по соседству с ними — не очень хорошие.
Сомнительная романтизация гангстерской бытовухи.

Посвящение:
Огромное спасибо Dark Star, которая не только отыгрывает Лесли, но и всячески меня поддерживает.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Сиквел по отношению к «Оригами».

Вдохновляющий арт по пейрингу Тельма/Фогель: http://33.media.tumblr.com/281991e4d3ea323adc9f337fbd946bdb/tumblr_ncistcLcxR1r4xcdjo2_1280.png

XII

1 октября 2015, 23:05
Джонни разжал пальцы, и бутылка из-под бурбона, служившая ему пыточным орудием, покатилась по полу. Тем не менее, он не собирался расставаться со своей жертвой. Одной удерживая Санни, он выудил из нагрудного кармана любимую игрушку — складной нож, вытряхнул лезвие и пальцем проверил его остроту.

— Джонни, пожалуйста, — мягко попросила Тельма, спрыгнув с барного стула. — Отпусти ее.

— Не дури, Тельма. Одно лишнее движение, и я загоню эту красавицу девочке в шею. — Джонни часто говорил об оружии, как о женщинах, и с ножом обращался ласковее, чем с дорогой шлюхой. — Ты же не хочешь, Санчо, чтобы твоя потаскушка пострадала? Если у тебя рука вдруг ненароком дернется — я ее разделаю, как индюшку на День благодарения.

— Срать я хотел на твои угрозы. Ты ее пальцем не тронешь, кишка тонка.

— Да вы прям сладкие голубки, — широко ухмыльнулась Лесли. Дуло щекотало ей висок. — Ради бабы, серьезно, Санчо? Я о тебе лучше думала.

— Это не такая романтическая история, как ты думаешь, босс, — вдруг подала голос Санни. Она говорила хрипло, но твердо — и, казалось, едва сдерживает смех. — Ради бабы? Ха! Ради собственной шкуры.

— Джонни, пожалуйста, — повторила Тельма. В ее спокойных черных глазах, как обычно, не читалось ничего, и даже Джонни не мог сказать, прячет ли она козырь в рукаве, блефует или собирается сдаться. — Пожалуйста, убери нож. Я тебя прошу. Мы сейчас не в том положении, чтобы диктовать условия.

— Послушай свою азиаточку, Гэт.

На несколько мгновений на лице Санни застыло выражение висельника, под которым оборвалась веревка. Потом она вывернулась из ослабшей хватки Джонни, сплюнула на пол кровь и небрежно вытерла рот рукавом. Майка висела лохмотьями, обнажая сплетение красных подтеков на животе. Деловито, как вышибала на входе в модный бар, Санни убедилась, что у Джонни нет огнестрельного оружия, засунула его нож в карман джинсов и подошла к бильярдному столу. Стеклянная крошка скрипела под подошвой ее ботинок, как первый снег. Выудив из-под стола «Кобру», которую отфутболила туда Шонди, Санни скверно улыбнулась, взвесила оружие в руке и обернулась к приятелю:

— Мудила. Мог поторопиться. Или тебе понравилось представление?

— Это ты все залажала, — огрызнулся Санчо. — Сама виновата!

— Да? — Санни не сводила с него взгляда. — Может, это я заигралась в «Энгри бёрдс», пока стояла на стреме? Или это я вляпалась в такие долги, что проще сдохнуть, чем платить, а, Санчо? Нет, дорогой, это не у меня тут мозги с куриную жопу.

— Закрой пасть.

— Идейка, конечно, заебись, — фыркнула Лесли. — Что, решили разбогатеть, продав Трою мой пароль от фейсбука? Ну, валяйте, гении! Это мой город, красавчик, здесь не осталось покупателей на такой товар. Передохли.

— А я вот думаю, что твою голову можно продать дорого, Купер. — Тяжелое дыхание Санчо обжигало Лесли ухо. — Желающие заплатить найдутся. Кому-нибудь пригодится… для коллекции. Ты у кучи народа сидишь в печенках.

— И ты решил побыть послушным мальчиком? — спросила вдруг Шонди, не поднимая глаз. — Предать своих, чтобы Бредшоу… или другой засранец, ебала я их в жопу… почесал тебя за ушком? Ради чего это, а? Хочешь скостить срок или поднять деньжат? Ну молодец, Санчо. Здорово поработал. Хороший пёсик.

Санчо расхохотался.

— Смотри, босс. В приличных конторах это называется «корпоративные ценности». Она за тебя глотку мне перегрызть готова… Санни, не стой столбом, займись этой дрянью! Укороти ей язык.

— Всегда пожалуйста. Отличный ножичек, Гэт! В самый раз.

Джонни стоял у самого входа и не видел ее лица, но по тому, как Санни залюбовалась игрой света на лезвии, сразу понял: она из тех редких и опасных женщин, которые блеск стали предпочитают сиянию бриллиантов.

В молчании было слышно, как гроза переходит в дождь, ласково шепчущий городу колыбельную. Тельма отставила стакан с коктейлем, к которому едва притронулась, и неторопливо направилась к Санни под настороженными взглядами товарищей. Каблуки стучали так, что казалось, будто последние капли отгремевшего ливня целуют за окном водосточную трубу.

— Стой, Янг, где стоишь, — зашипела Санни. Заигравшись с ножом, она еще не успела приняться за Шонди. — Или твоя славная головка тоже украсит чей-нибудь камин.

— Головы сейчас не в цене. Поэтому твой друг и не торопится стрелять… Героин гораздо дороже. А знаешь, что еще лучше героина? — Тельма прошлась вдоль бильярдного стола, выдержала паузу. Каждый шаг впечатывался в тишину, как удар метронома. — Информация. О лабораториях, поставщиках, складах, распространителях… Без этих сведений любая ваша афера рухнет, как карточный домик.

— Поэтому вам и уперлись мои файлы, — со смешком продолжила Лесли. — Кто-то крепко взял тебя за яйца, да, Санчо?

— Заткнись, или я размажу твои мозги по стенке.

— И что, будешь до утра мой ноут ломать? Валяй. Развлекайся, дружище.

— Нет, — покачала головой Санни. — Все проще. Достаточно забрать ключ-флешку с твоего трупа.

Санни пыталась сохранять спокойствие, но дрожащие пальцы и нервные движения — как у сломанной, запутавшейся в нитках, куклы — выдавали ее. На тонкой, будто ангельский волосок, кромке ножа плясали искры.

— Я так понимаю, ты про вот эту флешку. — Тельма достала из кармана металлическую пластинку, увенчанную прорезиненной головой Микки Мауса. — Ради нее всё и затевалось?

— Положи на стол. Сейчас же, — оскалился Санчо.

— Для начала опусти пистолет.

— Даже не мечтай, принцесса. Голова твоей подружки — слишком ценный трофей. Живей давай! На стол!

— Значит, никакой сделки?

— Вот тебе сделка, Янг. Отдай флешку — и можешь сматывать удочки. Это твой единственный шанс выбраться отсюда целой и невредимой. Не глупи, ты ведь умная девочка.

— Уверен? — чуть улыбнулась Тельма.

Флешка упала на пол и хрустнула, как таракан, раздавленная шпилькой.

На втором ударе, когда голова Микки Мауса оторвалась от железной шейки, Санни кинулась к Тельме, но та успела сделать шаг в сторону. Санни, собиравшаяся впечатать ее голову в угол бильярдного стола, оступилась. Она потеряла равновесие всего на долю секунды — но Тельме хватило этого мгновения, чтобы вывернуть ее запястье и сжать пальцы там, где проходит лучевая кость. Распятая железной хваткой, Санни вздрогнула от боли и выронила нож. Тельма, пошарив второй рукой по зеленому сукну, сжала пальцы на рукояти. Она тоже была из тех женщин, кто блеск стали предпочитает всему: и серебру, и золоту, и сокровищам британской короны.

— О, детка, — нежно и пьяно сказала Лесли. — Я тебя люблю.

И после этого признания, вырвавшись из медвежьей хватки Санчо, с разворота выбила ему еще два зуба.