Секретная территория

      - Похоже, я у тебя надолго застрял, - признался Карпов Самойлову, когда за Зиминой закрылась входная дверь. – И денег у меня с собой почти нет, так что я пока буду у тебя на подсосе. Мне много не нужно, я одними пельменями питаться могу…       - "Пельменями", - передразнил его Глеб. – Я, между прочим, макаронами с томатной пастой питаюсь, потому что пельмени – это недемократично.       Карпов вздохнул, поняв, что баловать Самойлов его не намерен.       - Кстати, - сказал он. - На тебя через некоторое время должен выйти связной от Зиминой. Зовут его Зотов Михаил Евгеньевич, он высокий худой светловолосый парень лет тридцати, чем-то похожий на вампира. Про меня ему ничего не говори, молча веди его сюда…       - Да в Москве каждый десятый парень – светловолосый и худой, мне что, у каждого из них паспорт смотреть? – возмутился Глеб.       - А ты как думал? – Карпов смотрел на него очень серьёзно. – Ты же не хочешь загреметь в тюрьму за сокрытие опасного преступника?       …После этих слов Самойлов понял, в какую страшную игру втянул его Карпов. Выйдя в магазин за продуктами, Глеб вздрагивал при виде каждого человека в форменной одежде, затем, вспомнив, что оперативники и эфэсбешники ходят в штатском, шарахался от всех мужчин более-менее спортивного телосложения, а уже под вечер, направляясь в клуб на концерт, чуть не упал в обморок от страха, когда какой-то моряк попросил у него закурить…       Напившись в гримёрке минералки с валерьянкой, Глеб вышел на сцену, бросил беглый взгляд на зрителей и оцепенел: за одним из столиков на подиуме VIP-зоны сидел майор в парадной полицейской форме… Этот майор был довольно молодой, очень худой, имел холодные немигающие светлые глаза и уложенные в вычурную причёску светлые волосы. Немного успокоило Самойлова то, что на коленях у майора лежал концертный пятирядный баян, но, кто их знает, этих майоров?...       Глеб нервно сглотнул и хрипловатым из-за пересохшего горла голосом начал концерт, справедливо рассудив, что пока он на сцене – его не повяжут. Майор не спускал с Самойлова глаз на протяжении всего выступления Глеба, а когда тот случайно встретился с ним взглядом, подленько улыбнулся.       После концерта Глеб на ватных ногах добрался до гримёрки, упал на табурет и обхватил голову руками. Он ругал Карпова самыми последними словами и дал себе слово сегодня же выставить его за дверь, и пускай он думает про него всё, что хочет, ему, Глебу, в тюрьму совсем не хочется…       В дверь гримёрки требовательно постучали, а затем в проёме открывшейся двери появился мерзко улыбающийся майор с баяном…       «Ну всё, приплыли…» - подумал Глеб и выругался про себя.       - Добрый вечер, Глеб Рудольфович, - сладеньким голосом проговорил майор, не переставая лыбиться. – Вы меня, небось, уже заждались?       Самойлов молчал, мечтая или телепортироваться, или испариться, или провалиться глубоко под землю, или вообще дематериализироваться. Майор, похоже, ожидал от него совсем другого приёма.       - Я за Вами с самого утра слежу, - объяснил он Глебу. – Только никак не мог к Вам незаметно подойти, чтобы это не показалось странным окружающим. Вот я и решил вечером прийти к Вам на концерт, а чтобы Вы на меня внимание обратили, я баян с собой взял, ведь на Ваши концерты обычно никто с баянами не ходит… А чтобы окружающих не пугать, я парадную форму надел, а то я как-то всё в штатском да в штатском… - майор решил, что объяснил всё, что нужно и перешёл к самому главному. –Ну, сколько можно здесь сидеть? Давайте уже поедем к Вам домой…       У Самойлова всё поплыло перед глазами.       - Нет, не нужно ко мне домой, - заплетающимся языком пробормотал он. – Там… не убрано, - придумал он на ходу.       - Я в курсе, - успокоил его майор. – Поехали скорее…       И он потянул упирающегося Глеба из гримёрки по коридору, а затем вывел через служебный выход, где стояла его машина. Услужливо открыв перед Самойловым заднюю дверь, майор втолкнул Глеба в салон, а сам сел за руль. Автомобиль резко тронулся с места и начал быстро набирать скорость. Глеб заметил, что они неуклонно приближаются к его дому…       - Кстати, меня Миша зовут, - как бы между прочим, представился майор. – Можно… нет, нужно на «ты»… Да что же ты бледный такой? - перебил сам себя майор, увидев, что Самойлов вот-вот упадёт в обморок.       Майор остановил машину, достал из-под сидения початую бутылку коньяка и протянул его Глебу.       - На, хлебни, - предложил он ему.       Глеб надолго присосался к бутылке. Майор молча смотрел на него, затем вдруг хлопнул себя ладонью по лбу и весело засмеялся, от чего Самойлов поперхнулся коньяком.       - Да, чуть не забыл, - майор достал из кармана своё удостоверение и показал его в развёрнутом виде Глебу. – Майор Зотов Михаил Евгеньевич, начальник СКП ОВД «Пятницкий»…       Глеб, поняв, что он, наконец-таки, дождался связного для Карпова, с облегчением допил весь коньяк из бутылки.       …Затарившись продуктами и выпивкой в круглосуточном супермаркете, Самойлов с Зотовым уже через час были дома у Глеба, где их давно ждал Карпов.       - Миха, привет, - протянул он руку Зотову. – Зимина тебе про меня рассказала?       Зотов молча кивнул.       - Стас, я верю, что тебя подставили, но как это доказать? – сказал он после небольшой паузы.       - Для начала нужно организовать прокурорскую проверку по моему делу, затем сделать так, чтобы моё дело вёл или Тарасов, или Васин… Да, и отца своего подключи, пусть хотя бы отменит федеральный розыск меня…       …Затем они до трёх часов ночи «гудели» на кухне у Глеба, дегустируя еду и выпивку, купленную Зотовым.       - Парни, у вас такая убитая обстановка, - заметил Зотов. – Давайте я вас немного помеблирую…       - Миха, не нужно, - начал было отказываться Глеб, но, почувствовав весьма ощутимый удар по печени со стороны Карпова, согласился. – Да, хотелось бы чего-то уютного и тёплого…       - Тогда, может, к бабам? – Зотов даже немного протрезвел. – У меня свой бордель есть, для друзей – скидки… Нет! Вообще бесплатно…       Он резко поднялся из-за стола и тут же упал мордой в тарелку с салатом.       - Отбой! – подвёл итог вечеру Карпов и пошёл укладываться спать.