Имя вне Черной Книжки

1. Быть секретарем оказалось неожиданно весело. Курита Рёкан был на удивление милым, хоть и огромным второгодкой, любящим пончики. Мусаши – Такекура Ген, казался абсолютно невозмутимым и непробиваемым типом, который на любой ор Йоичи просто ковырялся в ухе, возводя глаза к небу. Однако, надо отдать ему должное, Мусаши всегда поступал так, как планировал Хирума. Он внимательно выслушивал все рекомендации, умудряясь порой вставить что-то умное, что изрядно бесило Йоичи, однако, если совет был хорошим, Хирума никогда не отмахивался от него. Такой уж это человек, логика для него была выше чувств. - Опять ты просто так расселся! – Йоичи любил ругаться на Сену, но запал его быстро сходил на нет, когда в руках креветки были новые, Кобаяковой придуманные тактики, а моська была загадочно-задумчивой. - Можно отвлечь? – Хирума был всегда осторожен в такие моменты, потому что всполоши Сену, и он тут же забывал, что собирался там придумать. После Йоичи, конечно, крыл его на чем свет стоит, но Сена только улыбался, едва ли не кивая ему. - Нет, я почти закончил, просто сядь рядом, - облизывая губы и проводя очередную линию в схеме говорит Сена, даже не замечая немного офигевающего от такого поведения взгляда Йоичи. - Водички не дать? – с насмешливой заботой предлагает Хирума, с трудом пытаясь оторвать себя от листов в руках секретаря. - Лучше второй карандаш возьми, - Сена прикусил губу. – Ты же понял, что я хочу сделать? Йоичи, конечно же, понимал. И почти тут же внес свои коррективы. - Что ты его заставляешь делать! – рявкнула им почти на уши Мамори. Хирума отпрянул, поняв, что он почти что обнимает Сену. Секретарь же подпрыгнул на месте, роняя бумаги на землю. - Это ты что вытворяешь, чертова женщина! – Йоичи уже пришел в себя и со сдерживаемой яростью уставился на Анезаки. Сена отряхнул бумаги от песка. - Даже не вздумай его ни во что втягивать! Секретарь – это большее, на что способен такой как он! Хирума замер, у него даже рот приоткрылся. - Что, еще одна любительница решать, как жить другим? Мамори гневно уставилась на него. - А разве это не ты первым начал решать все за него? Что он сделал такого? Сколько стоит выдрать страницу о нем из Черной Книжки? А? Ответь! Ты же кого угодно продашь за деньги! Сена видел, как Йоичи сжал руку в кулак, но отпустил. - Хорошо, - зло сказал Хирума. – Он будет играть. Будет раннером. И я уж прослежу, чтобы ему досталась самая опасная роль. Чтобы он сломал к чертям собачьем ноги, ребра, что угодно! А потом валялся два месяца в больничке! Будешь ему передачки носить и яблочки чистить! Сена схватил Хирума за майку, блондина явно несло. Но Кобаякава не думал, что стоит так распаляться из-за Мамори. Однако Йоичи толкнул его с силой рукой, так что Сена упал на пятую точку. Мальчишка тихо вскрикнул, было не так уж и больно, скорее неожиданно. Хирума замолк, обернувшись на Сену. - Я не позволю тебе быть с ним рядом. Идем, Сена! – уверенно сказала Мамори, но остановилась. Йоичи молча протянул Сене руку, а тот сжал его пальцы, позволив Хируме помочь ему подняться на ноги. Впрочем, на Хируму Сена не смотрел, просто улыбнулся, глянув куда-то в сторону. - Я не хотел, - Йоичи очень не нравилось, что на него не смотрят. - У-м, - кивнул Кобаякава. – Это директор идет, или зрение меня подводит? Мамори с самым решительным видом направилась в сторону к директору средней Деймон. Немного седеющий, страдающий одышкой, Сакамото Риё, затормозил перед Анезаки. Та, уперев руки в бока собиралась отстаивать свою точку зрения. Йоичи уже намеревался вмешаться в эти разборки, но к его удивлению, к директору подошел Мусаши, забирая из рук Сакамото конверт. Наверняка с разрешением на организацию клуба и деньгами на оборудование. Мамори замолкла. - Я отдаю вам все, что вы просили, - заметил директор, вытирая лоб платком, - но Сена обещал, что вы победите на первых двух играх весеннего турнира. Таково было условие, напоминаю вам об этом. Как только директор развернулся, Йоичи цыкнул и хотел отвесить Сене пинок, но воздержался. У него было ощущение, что на него обиделись. К тому же сейчас Кобаякава невинно улыбался, а эту улыбку Хирума терпеть не мог больше всего на свете. Он уже понял, что она не настоящая. И понять, что на самом деле думает в этот момент коротышка – невозможно даже ему. - Ты откуда такой прыткий, решать то, что тебя не просят? – прошипел Хирума, хватая Сену за шкирку. - Но ведь мы же победим? – прижимая к себе несчастные тактики спросил Кобаякава. - Если ты будешь играть, креветка! А не греть милый зад на лавке! – рявкнул Йоичи. Карие глаза серьезно уставились на него. - Значит, буду играть, - тон был такой же, как и глаза. - Сена! – Мамори была в ужасе. - Если это надо, чтобы клуб жил – я буду играть, - упрямо заявил Кобаякава, и Анезаки осеклась. Хирума же громко рассмеялся, на его глазах выступили слезы от смеха. - Кажется, ты уделал ее! Мамори бросила на Сену долгий взгляд. - Твое упрямство Сена… Никогда тебя до хорошего не доводило. Если бы не оно, может быть, Рику бы не уехал! А он единственный, кто видел в тебе друга, а не просто использовал тебя, как этот… Великий шантажист! Сена тихонько рассмеялся, но Хирума видел его взгляд. И знал, что непременно выяснит, кто же это за Рику такой. Пока же стоило избавиться от надоедливого зама главы дисциплинарного комитета. На этот случай у Йоичи был всегда готовый помочь человек в радио-рубке. 2. Сена сидит на лавке, болтает ногами и пьет молочный коктейль. Тренировка уже закончена, и они прохлаждаются на заброшенной детской площадке. Сену особо не спрашивали, что он будет пить, но доставшийся ему напиток его устраивал. Поэтому он наслаждался банановым вкусом через трубочку и даже думал, что мир прекрасен. Йоичи спорил с Мусаши, а Курита держал Хируму под плечи, потому что капитан пытался запинать Гена ногами. Выглядело это довольно забавно, но Сена молча пил свой коктейль. Бег… Выяснилось, что у него действительно неплохая скорость. Не зря он тренировался убегать… Но в игре все будет иначе. Кобаякава пытался оценить, справится ли он? Эти огромные военные никогда не играли против него в полную силу, сдерживаясь, чтобы не убить. Сверстники настолько добры не будут. - О, кого я вижу, что за мусор! – услышал Сена незнакомый голос и, глянув на парня, что к ним подошел, сжал несчастную бумажную кружку, благо уже пустую. Выглядел тот довольно пугающе и слишком уверенно в себе. - А? Чертова швабра… Каким ветром тебя сюда занесло? - Самым попутным, - ядовито усмехнулась швабра. – А я гляжу, ты падаешь все ниже и ниже. Что за мелкотня? Дуй отсюда, деточка! Сена тут же вскочил на ноги, резво отскакивая в сторону. Парень пугал до дрожи. Но в целом ничего нового. Кобаякава привык бояться и пугаться. В этом страхе он не видел ничего, кроме инстинкта самосохранения. Да, этот тип сильней его, что теперь поделать? - Давно же ты не являлся на свою базу, - заявил незнакомец, усевшись на лавке, вальяжно расставив ноги. Сена вдруг понял, почему в комнате у Йоичи почти ничего не было. Все было где-то в другом месте, где Кобаякава еще не был. Это почему-то показалось обидным, будто ему не доверяли, а этому типу верили. - Не было времени. - И мне ты ни разу не набрал. - Не было необходимости, - усмехнулся Хирума. - Вот как… Как-то ты быстро забыл того, кто помог тебе наполнить твою Черную Книжку. - Не обольщайся, - насмешливо бросил Йоичи. – Ты тоже не хило развлекся благодаря мне. - Согласен. И готов продолжать. Поэтому, меня крайне не устраивает твое глупое новое увлечение. - Мне плевать на твое мнение, Агон, - равнодушно заявил Хирума, и парень резко вскочил на ноги. Но как бы быстр тот ни был, перед Йоичи появился Мусаши. - Свали с дороги, старик, - выдохнул Агон в лицо Гену. - А не то что? – улыбнулся Такекура. Улыбался тот краем губ и выглядел достаточно мрачно и внушительно. Впрочем, судя по всему, Агона это не пугало. Парень с дредами потянулся рукой к Такекуре. - Что тебе было непонятно? – удивляясь своей собственной смелости, сказал Сена. На самом деле его била дрожь, сжимая сердце страхом. Парнишка чувствовал силу этого Агона. От его удара так просто не увернуться, не избежать. Так что единственное решение – не подпустить. - А-а-а? Неужто мусор разговаривает? – Агон развернулся к Сене. - Именно. Хирума-сан сказал, что ты ему больше не нужен. В тебе нет необходимости. Понимаешь, о чем я? – усмехнулся Кобаякава, чувствуя, что роет себе могилу. О, он умел так делать. Когда его несло, почему-то трудно было остановиться. Его упрямство проявлялось по-разному. Сейчас вот ему хотелось самому себе доказать, что Агон Хируме не нужен. Вычеркнуть того, кто знал о Йоичи больше, чем он. Обида, да, но скорее всего, своего рода ревность. Может, потому что друзей у него раньше действительно не было, а вот Хирума как-то прочно засел в этом разделе, чтобы сам Йоичи по этому поводу ни думал. - Объясняю для непонятливых, мусор здесь ты, Агон-сан! Хирума уже вначале речи креветки понял, что у Сены есть прекрасная лопата. Только вот Конго Агон не мать Тереза, и даже не Руи. Сдерживаться не будет. Йоичи хотел сказать Сене, чтобы тот заткнулся поскорее, и как-то влезть между ними. Но с одной стороны, перепалка происходила слишком быстро, а с другой, Хирума считал, что Сена прав. И в конце концов, как бы Йоичи его не терроризировал, это такой же парень, как и он сам, а не девчонка. Поэтому Хирума, конечно, шагнул к ним, но Агон уже замахнулся на Сену. Йоичи замер. В карих глазах горел упрямый огонек. Одним совершенно незаметным движением Кобаякава увернулся от кулака, что летел ему в лицо. - Слишком шустрый для мусора, - насмешливо сказал Сена, раздражая Агона еще сильнее. Сам Кобаякава при этом четко понимал, чего только что избежал, и его запал сходил на нет. Это был явно не тот противник, с которым можно играть в салочки. На первый раз его просто недооценили. Но когда Агон, хмыкнув, размял плечи, перед Сеной возник Йоичи. - Если хочешь развлекаться – создавай себе команду амерфута, и я жду тебя на поле. А моих игроков калечить нечего! - Тогда я искалечу его на поле, - ядовито пообещал Конго. А Йоичи почувствовал, как в его майку на талию вцепились дрожащие пальчики. Сена окончательно сдулся. Хирума усмехнулся. Будто наделал делов и в кусты. Однако, тот упрямый блеск Йоичи заводил. - Попробуй, - хрипло рассмеялся Йоичи. - Ты еще вернешься ко мне, когда поймешь, что с этим дрожащим мусором делать нечего! – заявил Агон, поглядывая на сжавшегося Сену. Но тот поднял на него глаза. Да, он боялся, но голос его почему-то был уверенным. - Я его не отпущу. Даже не надейся! - Тебе пора, Агон-кун, - заявил вдруг Курита, который только подошел, принеся из комбини мороженого. - А, жиртрест пожаловал! – но почему-то отступил на шаг. Йоичи хмыкнул. По мнению Хирумы никакая “божественная реакция” не могла спасти от подавляюще большей силы. А то, что Мусаши и Курита терпеть не могли Агона, Йоичи прекрасно знал, это было слишком очевидно. Парни всеми силами пытались отвадить Йоичи от него, Хируму поначалу бесило, он терпеть не мог, когда кто-то пытается ему указывать. Однако, с появлением в его жизни приставучей креветки, сначала на Агона перестало хватать времени, а потом тусовки с ним стали ненужными. Амерфут и Сена заняли его полностью. - Ха! Эти два идиота наконец-то добились своего? – Агон насмешливо усмехнулся, но Кобаякава чувствовал под слоем злобы обиду. Этот парень тоже обижался, мало чем отличаясь от Сены. В груди Кобаякавы мелькнуло и исчезло сочувствие. - Потому что мы не хотим, чтобы ты потянул его по наклонной! – рявкнул Мусаши. – Нечего водиться с малолетним преступником! Йоичи цыкнул. Его явно бесило, что его обсуждают, будто его здесь и нет. Сейчас Хирума из принципа мог уйти с Агоном. Поэтому Сена крепко сжал его ладонь. - Пойдем уже, а… - тоскливо сказал Кобаякава. - Катись вместе со своим мусором куда подальше! – усмехнулся Агон, но сам, резко отвернувшись, пошел прочь. Сена знал, что когда в глазах Куриты зажигается мрачный огонек, то этот милый круглый семпай становится исчадием ада не хуже Хирумы. Йоичи прикусил губу. Где-то в глубине души он хотел остановить Агона. В конце концов они не мало времени провели друг с другом, решая свои проблемы. Йоичи никого не считал друзьями, но сейчас, чувствуя пальцы Сены, крепко сжимающие его за руку, и мысленно оглядываясь назад, Хирума подумал, что, может быть, Агон и был ему другом. А может, и нет. Йоичи не был уверен, что и этих троих, что стоят с ним, можно действительно считать друзьями. До первой реальной проблемы. А там, вся суть их будет видна как на ладони. Такая же как у всех… - Если он захочет вернуться, он вернется, - вдруг сказал Мусаши. – Если он действительно этого хочет, он найдет в себе силы понять, что в нем было не так. - “Не так”? – глухо усмехнулся Йоичи. Он считал, что в нем все тоже напрочь не так. Но что сделать, чтобы быть как все, он не знал, и не был уверен, что хочет. Сейчас же теплые пальцы, сжимающие ладонь, намекают на то, что уже что-то изменилось. Может, неуловимо, а может, более чем уловимо. Хочется снова оттолкнуть Сену. Посильнее, чтобы тот упал. Потому что… Этот парень тянет его в мир, в котором для Йоичи, казалось, не было места. Но Сена упрямо тянет его дальше, скорее всего, сам не подозревая, что он делает что-то из ряда вон. ** Хирума и Сена идут рядом молча. Йоичи не знает, почему решил проводить Кобаякаву до дома, но тот был как-то слишком молчалив и тих, даже больше, чем ему положено. На вопрос, кто такой Рику, Сена ответил: - Да так… Слишком информативно. И в то же время, Хирума чувствовал, что даже под дулом пистолета Сена не скажет больше. На улице уже темнело, и Йоичи пропустил мимо ушей совсем тихий вздох Сены. В тот же момент они оба услышали протяжный стон. Йоичи уже бросился в какую-то подворотню, а Сена, чуть помедлив, отправился следом. Как по нему, всякие непонятные стоны из непонятных подворотен стоило обходить за пару кварталов, но Хирума совал свой нос всегда и везде, к чему Кобаякава постепенно начал привыкать. Сена нашел Йоичи стоящим на коленях перед какой-то тушкой. Тушка пыталась лаять и огрызаться, но судя по всему, даже встать толком не могла. Весь бок бульдога был разодран, и тяжелое с хрипом дыхание говорило о самом худшем. Хирума замер, держа руки над псом, совершенно не представляя, что делать. - Это конец… Его не спасти… Даже до ветеринарки не дотащить. Йоичи попытался сделать привычный невозмутимый вид, но Сена видит, что у него это не получается. - Ладно, пойдем, уже поздно, - сказал он, поднимаясь на ноги. Кобаякава же отмахнулся, принявшись рыться в мусоре. - Как удачно, что сжигаемый мусор еще не увезли, - обрадовался Сена, вытаскивая картонку из-под какой-то техники и разрывая ее. – До больницы, конечно, не донести. А вот до моего дома – запросто. А там спросим родителей, что делать. К тому же у меня мама бывший врач. - Вот так просто? – спросил Йоичи странным голосом. – Будто тебе есть дело? На Хируму уставились недоуменные глаза. - Я об этом не думал. Есть мне дело или нет. Его надо спасать. И если он умрет по дороге, это одно, а отвернуться и уйти… - Сена поежился. – Как-то не по мне. Кобаякава не видел, как Йоичи мягко улыбнулся, Сена уже устраивал картонку на асфальте, чтобы перетащить пса. Потом Хирума усмехнулся и отправился помогать Сене, ибо пес попытался укусить чиби, и тот уже успел отпрянуть, упав на задницу. - Тихо, Церберос, - пес тут же утих, налитыми кровью глазами глядя на Йоичи. – Мы тебе поможем. ** Дома на них налетел целый вихрь, вооружившийся половником. - Коя! Коя! Мальчики пришли! Ох, сколько крови! - Подрались, что ли? – сказал равнодушный голос. – Ничего, в конце концов, не девчонки. - Да не у них! Помоги мне, живо! Звони в скорую! Ничего себе располосовало-то как… - Поножовщина? Хирума еще не успел развязать ботинок, а милая женщина с собранными в пучок черными волосами и карими глазами, как у Сены, успела сделать тысячу и одно движение, даже утащив раненого пса в зал вполне самостоятельно. - Пойдем, - Кобаякава уже снял кроссовки. - Но… - Идем! – упрямо сказал Сена. – Я был у тебя дома. Проходи давай! - Но у тебя родители, и я… Йоичи ощутимо чувствовал разницу, что значит, когда дома уютно. Вот прям так, с порога чувствовал, что это другой мир. Тот мир, в котором Сена родился, существенно отличался от того, в котором жил Хирума. - Мальчики, мне нужна ваша помощь! От твоего отца, Сена, никакого толка! - Почему… Я уже позвонил в вет.клинику, - с обидой сказал Коя. – Они уже выехали… Шустрая дамочка уже успела подготовить стол на манер операционного и уложить пса на него. - Бедный щеночек… Какая скотина это с тобой сделала… - прошептала матушка Сены. - Щенок? - Конечно. Он поправится и вырастет большим и сильным, - пообещала она. Хирума чувствовал себя здесь не уютно. Как он вообще мог думать раньше, что они с Сеной чем-то похожи? Как он мог думать… - Придержи вот здесь края… Так мы остановим кровотечение, хотя бы немного, и он доживет до приезда скорой… Йоичи видел, как Сена совершенно бесстрашно пачкает руки в крови. - Если я вдруг упаду в обморок, ты смени меня, пожалуйста, - улыбнувшись, попросил Сена. Хирума уверенно кивнул, глядя в карие глаза. В груди появилось странное чувство. Эта креветка шла вперед, несмотря на все свои страхи. От рождения окруженная любовью, она отнюдь не была своей в этом мире. И только сейчас, цепляясь за Йоичи, ей показалось, что дружба существует. Хирума как никогда остро понял это. Чужая душа потемки. Но это не значит, что разбираться в ней не имеет смысла.