Взмах черных ресниц

      Снова синий потолок в его комнате. Не такой, как её глаза, но так сильно напоминает их, что не хочется отрываться от него. Где она? Что делает сейчас? Одинока ли она или имеет парня? Да и кто она вообще?       Столько вопрос, на которые он не может найти ответов, потому что не может найти её. Теперь он на 100% уверен, что она – не плот его воображения. Она – это невообразимое, красивое черное существо, которое проникло в его голову и сердце. Такое незабываемое и чудесное, что сводит всё тело. Он сошёл с ума! В реальность просто невозможно вернуться. Перед глазами постоянно мелькает момент их встречи .       В сотый раз звонит телефон и срабатывает автоответчик. -Дин, это Кэрри. Объясни, что происходит? Ты бросил меня? Что означает «прости»? Прошу, ответь, я очень сильно люблю тебя!       Приходиться разбивать сердца кому-то, чтобы наши трепетали от любви. Таков наш мир, такова реальность. Всегда кто-то остается несчастным. И это не исправить. Люди привыкли думать лишь о себе. Конечно, есть те, кто сладко лжёт, отдавая себя всему миру, но таков человеческий быт. Каждый сам за себя. Если хочешь выжить, то думай лишь о себе и заставляй трепетать лишь своё сердце. Неприятный факт. Который просто невозможно опровергнуть.       Дин взял сотовый телефон. Приложил к уху, послышались гудки. -Алло, брат. -Думаю, что Кэрри для тебя большее, чем для меня. Я больше ничего к ней не чувствую.       В трубке послышались всхлипы. Дин поморщился и взглянул на номер вызываемого абонента. Нет, он не ошибся. -Том? Вновь всхлипы. Они просто разрывают его сердце на кусочки. Это Кэрр. -Том, зачем? -Ты мучаешь её, брат. -Я сам бы мог всё объяснить! Ты постоянно лезешь, Том!       Момент, и его телефон летит в стену, от которой отскакивает и разлетается та части. Как же он зол. Это неприятное чувство переполняет его, заставляет вскипеть кровь, поднимает волосы на его голове дыбом. Как же он зол на себя, на Тома. Но сильнее всего он зол на эти глаза, на эту девушку, которая заставляет сходить с ума от невообразимой красоты. Как же она дьявольски прекрасна! Как же она невыносима тем, что он не может прикоснуться к её красоте.       Дин тяжело вздохнул, пытаясь утихомирить гнев, который поглощал изнутри, заставляя кожу гореть огнём, как будто он варится в котле. Сумасшествие! Он просто сошёл с ума. Его сердце обливается кровью от любви не понятно к кому. И вообще, можно ли назвать это «любовь»? Это непонятный порыв непонятный чувств. Может быть, Дину просто не хватало чего-то нового, что помогло бы ощутить странные для него чувства? Да он сам просто не представляет, что с ним такое. Непонятные порывы гнева, озлобленность на весь мир. Он не такой. Такие чувства не для него.       Мускулистое тело падает на кровать. Парень зарывается пальцами в свои волосы и оттягивает их назад. Послышался стук в дверь. Она немного скрипнула, и в комнату проникла голова с бородой. Бородатый дядя Бэнджамин. -Дин, мы уходим на день рождения, а к девочкам сейчас придут подружки. Так что советую убежать до того, как начнутся разговоры про мальчиков. -С розовыми блестками было проще. -Правда, они сильно прилипали к волосам. -Я сейчас куда-нибудь уйду. -Надеюсь, что ты будешь трезвее, чем вчера.       Парень усмехнулся и встал с кровати. Ему нужно найти подходящую вечеринку, чтобы отсидеться хотя бы до середины ночи и спокойно вернуться домой. Но лишь бы не встретить Тома и Кэрри, которые наверняка захотят развлечься после трудного вечера. Фу, как отвратительно звучит.       Дин надел толстовку с курткой и, накинув капюшон на голову, вышел из дома. На улице слабо горели фонари, освещая темную улицу. Он сел в черную импалу, вновь восхитившись её превосходством, и поехал в центр. Там и кипела ночная жизнь, от которой старался не убегать ни один подросток.       В клубе гремела музыка, шумела толпа. Его тело уже начинало двигаться в такт с грубыми нотами, но он сел за барную стойку и залил в себя уйму алкоголя. И вот тогда он расслабился, забылся и начал танцевать. В таком же состояние с ним познакомилась девушка лет семнадцати, и они без раздумий заперлись в туалете.       Дин быстро осыпал поцелуями тело девушки, имя которой уже позабыл. Она зарылась пальцами одной руки в его волосы, а другой прощупывала мышцы на его крепкой груди. -Давай же уже…       Она скинула светлое платье и забралась на мойку, которая состояла из ряда больших тумб. Дин перевел на неё взгляд и немного отпрянул. Что он вообще делает? Перепих в женском туалете в клубе? Это довольно глупо, но алкоголь плывет по его телу, не давая здравому смыслу пробиться.       Снова прильнул к её губам. Пара действий, и он получает физическое удовольствие. Она постанывает ему в ухо, впиваясь ногтями в широкую спину. Дыхание учащается. Действия становятся увереннее, а она более пластичной. -Ты великолепен.       Эти слова явно возбуждают его. Рука Дина грубо сжимает её правую грудь. Она стонет сильнее. Тумбы начинают трястись, а движения лишь ускоряются. Её стоны перерастают в крик, он снимает лифчик и прикусывает сосок. Но почему он не получает того, что ему нужно? А что ему вообще нужно? Явно не эти скомканные действия. И даже не свобода от отношений. Он хочет видеть те глаза, впиваться в алые губы и дотрагиваться до бархатной белой кожи, чтобы она вздрагивала от его прикосновений, но затем скромно улыбалась и долго смотрела своими чудесными глазами в его.       Это злит его. Дина злят мысли, которые лезут в пьяную голову. Он не смотрит на её лицо, пытается сосредоточиться на своих действиях. От негативных мыслей движения становятся всё быстрее и быстрее, а её крики громче, поцелуи страстнее. Её ногти уже впиваются в спину до боли, но он отбрасывает её в сторону и представляет что-то другое. Лучшее, чем это.       В её маленькой черной сумочке звонит телефон. Дин замедляется и собирается закончить, но она прижимает его к себе, говоря запыхавшимся голосом: -Не останавливайся.       Она хватает трубку и быстро говорит, пытаясь заглушить непроизвольные стоны. -Я не могу говорить, я тебе уже всё сказала.       Она переводит свой взгляд на Дина, смотря в его глаза. Он не видит ничего кроме пустоты, лишь пустой серый цвет, который не говорит совершенно ни о чем. -Ты такой сладенький.       Её пухлые губы падают на его. Она начинает двигаться ещё быстрее, чем это делает он, а затем закидывает голову назад, крича от удовольствия. -Господи, ты волшебен!       Через какое-то время парень прекращает свои действия. Она целует его в последний раз и, застегивая платья, выходит из уборной. Это так неправдоподобно. Забывать о чувствах, получать физическое удовольствие без любви, тонуть в отвратительной похоти. Дин ненавидит это, но он отчаялся. В его голове постоянно бьются мысли, мышцы стонут от перенапряжения. Жизнь плавно переходит в черный цвет. И куда вообще можно свернуть с этой черной дороги, если он видит в чужих глазах лишь пустоту, и жаждет только её?