История Джигоку: Эксперименты Куросаки Ичиго

Следующие двенадцать часов они провели, обсуждая различные тактики боя, иногда применяя на практике, как развивающую тренировку. В отличие от большинства учителей Ичиго, хозяин Мурсьелаго[1] большую часть времени тратил не на физические упражнения, а на умственные. Аналитический мозг подсказывал демону, что в этом и было дело: Царь Джигоку много знал, многое умел, как хороших приёмов, так и плохих, но применять умения в нужной ситуации зачастую забывал. То есть, если Куросаки попался бы враг, которого можно было бы с одного раза вынести определённым Кидо, например, замораживающим, он, не подумав, полез бы сразу в ближний бой, а если бы не прокатило — попытался бы применить Гетсуга Теншоу. С горем пополам Улькиорра научил бывшего и. о. шинигами не лезть сразу в драку, а со стороны попытаться оценить уровень силы врага и количество собственных атак так, чтобы способности получилось использовать максимально эффективно. Улькиорра вспоминал всех арранкаров армии Айзена Соуске и различные умения, показывал через Солита Виста и просил словесно описать тактику ведения боя с конкретно этим Пустым. Ичиго сопел, пыхтел, со скрежетом, но выдавал идеи. Иногда они граничили с абсурдностью, а иногда были вполне стоящими. Настолько стоящими, что Шиффер запоминал кое-какие. На всякий случай. И только после того, как он смог понятно пояснить, почему от Заэля лучше бежать, если противник не такой же маньяк-учёный, или атаковать из засады — только тогда бывший арранкар расслабился. Теперь он мог чуть ли облегчённо выдохнуть: быстрая смерть от глупости Ичиго не грозила не только стараниями голода, слава-Ками-сама. Из „задушевных“ проклятий всему свету по мере усложнения „загадок“, новый он узнал, что занпакто этому „везунчику“ достался самый вредный, особенно в банкае. Про шикай Ичиго заикнулся лишь раз, да и то сразу как-то побледнел и стушевался, из-за чего Улькиорра сделал вывод, что духовный меч в первой ступени высвобождения — весьма колоритная личность, раз способен пугать даже неустрашимого Короля Ада. Вайзард вскользь обронил, что „старик доволен тобой и твоими тренировками, Улькиорра. Он иногда тоже меня учит, только немного своеобразно“. Внешне экс-Куатро Эспада никак не выдал истинных эмоций, хотя в душе на пару с Мурсьелаго хотелось танцевать пасодобль[2]. Похвала от такой уважаемой личности, как часть Повелителя грешников, была лестной, что не мешало с удвоенной жестокостью насесть на расслабившегося было экс-шинигами. — А теперь вершина мастерства каждого из Эспада — Серо Оскурас, — Улькиорра произнёс это спокойно и невозмутимо, хотя в голосе и слышалась частичка гордости за прежнюю расу. — Тебе повезло, Ичиго, ведь даже Койот Старрк не использовал его, справедливо опасаясь того, что уничтожит Лас Ночес. — А остальная Эспада? — поинтересовался преемник Мугетсу, одев маску полностью, потому что мощности ни четверти, ни половины для такого мощного Серо не хватило бы, по словам сенсея. — Несмотря на то, что я называл его „нашим“, на самом деле им владели только арранкары, у которых номер была „выше“, чем четвёрка. А Гранд Рей Серо могли пользоваться только Пустые рангом выше, чем Септима. Сплетись, Мурсьелаго, — неожиданно выдал Улькиорра, приподнимая катану чуть повыше. Невероятная энергия на мгновение прижала Ичиго к земле, пока не была подавлена собственной, более мощной и свирепой. А когда кокон из реатсу, покрывший Шиффера, развеялся, бывший арранкар предстал в первой ступени рессурексиона, который успел измениться. Обломок маски, который должен был укрывать голову демона сверху, не появился, как и дыра на уровне ключиц, так как он больше не принадлежал к расе Пустых. А вот одежда осталась прежней, как и чёрные, покрытые кое-где короткой шерстью перепончатые крылья, выпирающие из-за спины, выросшие на голове привычные тонкие рога, да расширившиеся полоски зелёных „слёз“ на лице. Осмотрев себя, экс-Куатро кивнул самому себе, сильнее сжав рукоять катаны тонкими белыми пальцами с удлинившимися чёрными ногтями. — Серо Оскурас, — на кончике ногтя вытянутого указательного пальца стал формироваться чёрный шарик с характерной зелёной каймой. Вырвавшаяся энергия прочертила широкую полосу на красном небе Джигоку, резко контрастируя по цвету. — Мне кажется, или это Серо стало сильнее? — риторически спросил Куросаки, флегматично наблюдающий за светопреставлением где-то в паре километров отсюда, где атака врезалась во что-то и взорвалась огромной тёмной вспышкой. — Ты прав, — обернулся бывший Четвёртый Меч, стараясь не задеть того крыльями. — Моё Серо Оскурас действительно эволюционировало. Оно стало, как минимум, в два раза сильнее прежнего. Я даже не уверен, что это то самое Серо Оскурас. — Мои поздравления, Улькиорра! — Эмма Дай-О, довольно лыбясь, по-отечески потрепал сенсея по голове, взъерошивая чёрные волосы. — Ты изобрёл новый вид Серо! Назовём его, — он закусил нижнюю губу, обдумывая вариант, — Гранд Серо Оскурас — Великое Чёрное Серо! А то остальные варианты звучат убого и слишком длинно. Например, пока произнесёшь „демоническое“, тебя на части располосуют. — Гранд Серо Оскурас? — тихо вопросил хозяин Мурсьелаго, сжимая в кулак ту руку, из которой недавно выпалил тем самым Серо. — Звучит неплохо. — Так что мне стоит ему научиться, да, Улькиорра? — спросил Царь Джигоку, обращаясь к наставнику с непривычно ослепительной улыбкой на лице. Шиффер, пропустив часть монолога парня, лишь утвердительно кивнул, улавливая остаток фразы. — Итак, что мне теперь делать, сенсей? — он отвесил экс-Куатро шутливый поклон. — Вам нужно призвать банкай и полную маску первой ступени, — пока преемник Мугетсу менял „одежду“ и, тихо шипя на Хичиго, призывал необходимый для тренировки атрибут Пустого, Улькиорра решил пояснить, зачем: — Серо Оскурас имеет очень сильную энергетику, которая может раздавить при недостойном сопротивлении твоего Иерро, если ты Пустой, или давления простой реатсу, если ты проводник душ. А маска нужна… — Смотри, Улькиорра! — Ичиго удовлетворённо улыбался, бережно держа только сформированное Чёрное Серо Эспады в руке. — У меня получилось! Шиффер подавился заготовленными словами, невероятными усилиями сохраняя на лице маску невозмутимости. Лишь слегка расширенные вертикальные зрачки выдавали всю степень удивления Голода. „Невероятно! Он смог освоить Чёрное Серо без всяких инструкций, лишь несколько раз понаблюдав, как его используя я!“ — мысли неслись с невообразимой скоростью в голове хозяина Мурсьелаго, наблюдавшего, как бывший и. о. шинигами с интересом рассматривал чёрный с красной окантовкой шар „Вспышки Пустого“, нетерпеливо гудящий от переполнявшей энергии. „Кроме того, он может так долго удерживать его, несмотря на крайнюю нестабильность собственной духовной силы!“ — Серо Оскурас, — уверенно произнёс он, выпуская атаку в воздух по той же траектории, что и бывший арранкар несколькими минутами раньше. Чёрная энергия заслонила половину неба, прочертив огромную полосу, и устремилась куда-то за горизонт. Столкнувшись с чем-то вдалеке, Серо спровоцировало взрыв, ещё больший, чем от ранее произведённой атаки Четвёртого Меча. Задумчиво разглядывая чёрно-алую сферу, развёртывающуюся где-то вдалеке, Ичиго обратился к молчавшему Улькиорре: — Кажется, я тоже только что использовал Гранд Серо Оскурас, вместо простого Серо Оскурас. — Куросаки, давай смахнёмся! — из ниоткуда появился Джаггерджак, сияя своей фирменной раздолбайской ухмылкой во все ровные и идеальные тридцать два. — Я тут попросил Обман сварганить мне кое-какую хрень, — он показал пальцем на серый на прямоугольный кристаллик, болтающийся на мускулистой шее экс-Сексты, — которая позволяет временно использовать всю мою реатсу без перехода в релиз. Давай смахнёмся снова, но без твоего Берсеркера! Я тебя по стенке размажу теперь! — С радостью, да вот только стенки тут нет, — ехидно ответил Куросаки, злорадно переглядываясь с Улькиоррой, — да и я кое-чему успел научиться. Так что кто кого размажет! — Шиффер! — радостно заорал Гриммджоу, заметив бывшего собрата-Эспада, изредка лениво шевелящего чёрными крыльями. — Начерти круг, будешь судьёй! — Не командуй мной, мусор, — безапелляционно ответил экс-Куатро, пронизывая бывшего Шестого коронным холодным взглядом, от которого иногда и сам Айзен, наверно, строил позади себя кирпичный завод. — Улькиорра, — неторопливо начал было говорить Вайзард, но Голод уже исчез. Повертев головой, будущие противники подняли взгляд и обомлели: Четвёртый Меч, медленно шевеля крыльями, летел в небесах. Остановившись где-то посередине воображаемого круга, он вытянул палец вперёд и чётко приказал: — Серо. Зелёная вспышка, повинуясь велению владельца, очертила неровный круг. Под демонстративные восторженные хлопки Короля Ада он спустился вниз, не развеивая рессурексион. Так, на всякий случай. — Шиффер! — снова заорал Джаггерджак. — Как закончу с Куросаки веселиться — смахнусь с тобой, летучая мышь! — К барьеру, сир, — язвительно высказался третий Эмма Дай-О, переместившись с помощью Сонидо в противоположную хозяину Пантеры сторону. — Я выстрелю Балой в воздух, как сигнал к началу, — Улькиорра быстро придумал небольшие дополнения к правилам. — Когда я определю победителя, я повторно выстрелю Балой. Если вы не остановитесь, то выстрелю в кого-то из вас, — предупредил экс-Куатро, концентрируя энергию в ладони. В алое небо Джигоку влетела такая же по цвету атака арранкаров, оглушительно взрываясь. — Серо, — Гриммджоу не стал тянуть кота за причинное место, сразу приступая к делу. Мгновенно призвав ранее развеянную маску, но не полностью, только четверть, Ичиго ответил такой же „Вспышкой Пустого“, подавляя атаку. „На первый взгляд, эти Серо были равны по силе“, — заметил демон-наблюдатель, внимательно следя за тренировкой. Тем временем противники обменялись парочкой простых ударов. Но в то время как Куросаки подавлял все, Джаггерджак предпочитал от большинства уворачиваться. Так и получалось, что бывший бог смерти и с места не сдвинулся, а экс-Секста уже полкруга оббежал. „Но на самом деле“, — бывший советник Айзена усмехнулся одним краешком губ, выражая всю иронию, — „Ичиго использовал пока только простое Серо и ослабленное, хотя Джаггерджак, наверняка, этого не увидел“. Это было не совсем так: Гриммджоу заметил, что вечный противник мало того, что не собирался двигаться, так ещё и издевательски ухмылялся, будто показывая, что это далеко не предел и что он не показал всего арсенала. Остановившись, Война прокусил палец и встал в стойку, концентрируя голубой энергетический шар. Кинув самодовольный взгляд на третьего Эмму Дай-О, он на мгновение замер: с указательного пальца левой руки Эммы Дай-О текла свежая струйка крови, а на конце ногтя формировался точно такой шар, только красного цвета. Останавливаться на полпути было не в стиле хозяина Пантеры, поэтому получилось так, что противники выкрикнули название синхронно: — Гранд Рей Серо! Великие Серо сорвались, устремляясь вперёд. Заметив сближение таких мощных техник, Улькиорра решил не подставляться лишний раз и ретировался, взлетев. С высоты открылся отличный вид: столкновение двух реатсу и самоуничтожение обоих. «Всё-таки, эта „Великая Королевская Вспышка Пустого“ не для Ичиго», — подумал Шиффер, паря сверху. Всевидящие зелёные глаза заметили, что Ичиго бил в полную силу, а недавно созданный демон — нет (хотя по силе Серо были равны). Втайне Голод был рад, что собственный стиль боя оказался схож со стилем Царём Джигоку, потому что это не только упрощало тренировки, но и показывало всем, что с бывшим арранкаром стоило считаться. Ведь многие демоны не привыкли к другим версиям Войны и Голода, вот и считали чужаков слабыми. — Что, Куросаки, спёкся? — радостно возопил Гримм, отпрыгивая от образовавшейся обоюдными стараниями пыли. Реатсу противника неожиданно резко снизилась. Но умник не знал того, что теперь знал Улькиорра: во время смены маски духовная энергия парня резко скакала с большого показателя на маленький. Нет, Ичиго не нарушил уговора, призвав Берсеркера. Он полностью одел простую маску. Использовав нестабильность, шум оседающих частичек грязи и пыль в качестве прикрытия, Куросаки сзади подобрался вплотную к Джаггерджаку, просунул руку в почему-то не исчезнувшую дыру Пустого, прислонил руку к груди и негромко выдал: — Серо Оскурас. Полыхнула чёрно-красная вспышка, заставившая экс-Куатро спешно спуститься вниз, чтобы проверить, жив ли вечно раздражающий субъект с голубыми волосами. Пыль довольно быстро осела от духовной энергии, которую на мгновение выпустил хозяин Мурсьелаго. Экс-Секста был жив, хоть и относительно потрёпан. В последний момент он смог высвободиться из хватки и недалеко переместиться с помощью Сонидо. Это и спасло. Ичиго остался стоять на прежнем месте, с интересом рассматривая чуть обожжённую Серо руку. В воздух взметнулась Бала. К парочке подошёл Улькиорра с результатами боя: — Победитель — Куросаки Ичиго, — предупреждая возмущённый вопрос Войны, он объяснил: — Ичиго полон сил и вполне мог испепелить тебя своим Серо Оскурас. Он намеренно позволил тебе сбежать, так как дорожит тобой, — сам третий Эмма Дай-О был довольно далеко от двух оставшихся на раскуроченном месте демонов. — Иди к Обману, он тебя подлатает, — Война, не успев сказать, фирменно фыркнул и ушёл, оставив Голод в гордом одиночестве. „И всё-таки я рад, что смог научить Ичиго чему-то новому“.