Что скрывает ложь

— Всё-таки жахнуло, — пробормотал Гарри, виновато глядя на творящийся вокруг бедлам. Мисс Колдуэлл и Динь суетились, спеша потушить мгновенно вспыхнувшие шторы. Сильвия оглашала гостиную звонким, заливистым хохотом, промакивая платочком выступающие на нарисованном лице слёзы. А Рокси — судя по всему совершенно ничего не соображая — вцепилась в него обеими руками и заворожённо наблюдала за происходящим. Она, кажется, даже дышала через раз. — Вот и поговорили, называется, — совершенно ошалелым тоном пробормотала слегка закопчённая мама Рокси, оборачиваясь к портрету. — Тётя Сильвия, займите, пожалуйста, детишек минут на двадцать — мне нужно в душ и переодеться. И, умоляю, без ваших любимых фокусов. Гарри уже четыре месяца не подходил к котлу — сила накопилась и застоялась. Никто не может гарантировать, что в результате следующей провокации не загорится ваш портрет. Лицо мисс Уинстон приняло невыразимо оскорблённый вид. — Не учи учёного, девчонка — без тебя разберусь. Иди уже, — и фыркнула в спину уходящей мисс Колдуэлл. — Вот молодёжь распоясалась. Собственной крёстной рожи корчит. Никакого уважения к старшим. Гарри же тем временем с недоумением следил за Динь, которая, совершенно не скрываясь, магией снимала шторы и левитировала на их место новые. Не решившись отвлечь домовушку, он обратился к обитательнице портрета. — Мисс Уинстон, а разве соседи не могли увидеть пожар или летающие сами по себе шторы? У мисс Колдуэлл не будет из-за меня неприятностей? — Нет, конечно. У живущих в маггловском мире родителей маленьких волшебников очень быстро вырабатывается рефлекс на спонтанное детское колдовство. Они сначала раскидывают повсюду отводящие магглам взгляд чары, а потом уже начинают думать — нужно это было или нет. Даже если в первую секунду кто-то что-то и заметил, то решил, что ему показалось. Гарри только вздохнул, устало удивившись, как много он, оказывается, ещё не знает. Что ни день — то сюрприз. И ни конца, ни края этому не видно. — Знаете, я, наверное, пойду и допишу оставшиеся главы из учебника. А то и в самом деле ещё что-нибудь испорчу. — Меня подожди!

* * *

Дневник Инкогнито. 24 декабря 2005 года. Какими, интересно, судьбами Колдуэлл занесло на Райвенкло? По ней же Слизерин плачет крокодиловыми слезами. И театральные подмостки рыдают в унисон. Конечно же я верю, что шторы задёрнули исключительно для того, чтобы порадовать ребятишек фокусами с левитацией и светящимися шариками. Конечно-конечно. И портрету старой провокаторши дали полную свободу действий исключительно из сентиментальности, да. И о том, что Гарри не магичил уже четыре месяца, все попросту позабыли. Что за вопрос? Выпускники Райвенкло ведь самые наивные и рассеянные люди на свете. За исключением, конечно, детских Целителей. Те вообще и имя своё только с третьей попытки вспомнят. Да-да, конечно. Интересно только — когда она им честно объяснит, что просто позаботилась о безопасности выхода «в люди»? Нормальная, кстати, мера предосторожности. Когда ведёшь маленького «боевичка» в незнакомое место, о безопасности нужно думать заранее — и тут нет ничего зазорного. И если я не ошибаюсь — а я не ошибаюсь — то чуть позже последует продолжение. Должна же эта Колдуэлл убедиться, что после фокуса с пожаром последовал отходняк, сопровождающийся небольшим упадком сил и редкостным спокойствием. У меня только один вопрос — куда она с детьми намылилась? Впрочем, я скоро об этом узнаю. А анекдот, как по мне, и вправду смешной.

* * *

Всё время до обеда Гарри провёл в библиотеке, наотрез отказавшись спускаться, пока всё не закончит. И даже когда подошло время есть, Динь пришлось доставить их порции на третий этаж. Быстренько подчистив тарелки, они продолжили своё занятие. Монотонная работа по копированию текста странно успокаивала Гарри и отвлекала от всех посторонних мыслей. А вот его подругу, тихонько сопевшую от усердия рядышком, скорее всего подстёгивала мысль, что осталось совсем чуть-чуть. Перекатать ещё пару страничек — и настанет долгожданная свобода. Гарри отложил перо, поставив последнюю точку, и только дожидался Рокси, погрузившись в свои размышления. Он пытался разобраться, почему так сильно вспылил, стоило только Сильвии упомянуть фамилию «Поттер». На самом деле, он до сих пор до конца не понимал, что на него тогда нашло. Просто в тот момент показалось, будто бы его жестоко обманули. Просто посмеялись. Если бы у него была возможность побольше пообщаться с портретом мисс Уинстон, та могла бы и раньше ему всё рассказать. И вдруг она ещё что-нибудь знает о его семье? Нужно будет позже спросить. И заодно извиниться перед мамой Рокси. И перед Динь тоже. А вот подруга совершенно точно на него не обижалась — ещё по пути на третий этаж ткнула его локтем под рёбра и сообщила, что «было круто» и «особенно смешно было за мамой наблюдать». Стоило и Рокси закончить, в библиотеку вошла мисс Колдуэлл, будто специально караулила за дверью. Усевшись напротив, мама Рокси окинула их весёлым взглядом и полезла во внутренний карман жакета. — Обычно, конечно, так не делается, но мой подарок, в отличие от всех прочих, вы получите не завтра утром, а сегодня. С этими словами та выложила на стол обычный, ни чем не примечательный карандаш и с независимым видом принялась за проверку их писанины. Лицо Рокси нужно было видеть. Похоже, за сегодняшний день любимая мамочка и её крёстная умудрились довести его подругу до бешенства. Однако Рокси не была бы собой, если бы молча это стерпела. — Как ты думаешь, Гарри, — ехидно пропела та, — портрет может кого-нибудь покусать? На миг демонстративно задумавшись, он ответил. — Я так не думаю. Скорее — если судить по подарку твоей мамы — мы в этом году были очень плохими детьми. И большего не заслужили. Мисс Колдуэлл тихонько хрюкнула от смеха, но ничего не ответила, продолжая с независимым видом проверять их работы сличающими чарами. А Гарри взял карандаш и повертел его в руках. На одной из граней были выбиты цифры: «24.12.2005 16:00». Не нужно быть гением, чтобы понять, что это дата и время. Но чего? Мама Рокси тем временем периодически поглядывала на свои наручные часы, только подогревая в нём уверенность — что-то будет. Но что? Наконец, когда до срока оставалось всего две минуты — Гарри тоже, чисто из интереса, сверялся с теми же часиками — мисс Колдуэлл отложила в сторону последний листочек пергамента и, как ни в чём не бывало, указала на карандаш, который он всё ещё продолжал машинально вертеть в руках. — Это портключ. Зачарован он на определённое время, так что нам лучше взяться за него всем вместе, и только потом я кое-что объясню. Дождавшись, пока эти указания будут выполнены, мама Рокси довольно кивнула и продолжила. — Держитесь за него крепко. Конечно, когда портключ сработает, отцепиться уже невозможно, но если вы вдруг разожмёте пальцы за мгновение до активации — неудачник останется куковать здесь в одиночестве. И без подарка. И последнее, о чём я хотела бы сразу вас предупредить. Мистеру Брауну или его помощникам не хамить. Животных не пугать. Все свои вопросы и капризы оставить до возвращения домой. И вообще хотя бы постарайтесь прикинуться приличными детьми, а не двумя маленькими чудовищами, как вы иногда любите. Особенно это касается тебя, хрюшка. Без твоего подстрекательства Гарри обычно ведёт себя куда спокойнее. — Но, мама... Что именно та хотела сказать в своё оправдание, никому не суждено было услышать. В следующий миг Гарри будто крюком подцепило под живот и потащило куда-то с немыслимой скоростью. Пальцы — как и было сказано ранее — намертво приклеились к карандашу. Но всё это длилось считанные секунды. Пол под ногами появился совершенно неожиданно, и Гарри, не удержав равновесия, с размаху уселся на задницу. Рядом, вскрикнув, повалилась Рокси. Место, в котором они оказались, было не то гостиной, не то кабинетом. По крайней мере, удобные на вид диванчики и внушительных размеров клетка с попугайчиками заставляли склоняться к первому варианту, а стоящий на противоположной стороне письменный стол и два здоровенных шкафа с какими-то документами настойчиво намекали на второй. Под непрекращающийся щебет птичек из-за стола поднялся серьёзный молодой человек в тёмно-синей мантии. Гарри уставился на того во все глаза — ведь раньше видеть этот предмет одежды волшебников ему доводилось только на вешалке, извлечённой Рокси из материнского шкафа. Исключительно в образовательных целях конечно. — Добрый день, мисс Колдуэлл, — пожал незнакомец руку маме Рокси, — я помощник мистера Брауна, Джон Донован. Сам он прибудет чуть позже, к оформлению документов. Насколько я знаю, вы берёте двоих? — Да, всё верно, — улыбнулась та в ответ. — Проводите? — Разумеется. Мистер Донован распахнул и придержал дверь, позволяя им пройти в соседнюю комнату. Вопросов у Гарри только прибавилось. Они оказались в маленьком, абсолютно пустом помещении, где из всей обстановки были только две двери. И всё. А ещё здесь было поразительно тихо, учитывая, что за стеной громко гомонили птички. Указав Гарри и Рокси на проход в следующее помещение, мистер Донован предупредил: — Мы дальше не пойдём — только вы двое. В питомнике не бегать, не кричать, никого не ловить и не пугать. Дайте малышам к вам присмотреться. И помните самое главное — не вы выбираете, а вас. Гарри, немного напуганный серьёзностью их провожатого и перспективой идти в какой-то непонятный питомник не пойми к кому, взял за руку притихшую подругу и толкнул дверь. За ней оказалось здоровенное помещение самого странного вида. Круглый пятачок, на который они вышли, был выстлан мягким зелёным ковром, а пространство вокруг представляло собой помесь джунглей с детской площадкой, только в миниатюре. Повсюду были расставлены разнокалиберные горшки с растениями. Тут были и цветы, и кусты, и пальмы, и даже удивительные крошечные деревья, названия которых Гарри когда-то слышал, но сейчас абсолютно не мог вспомнить. Тут и там торчало множество оплетённых верёвкой столбиков разной высоты и непонятного назначения. В нескольких местах стояли крохотные домики. Ещё он заметил несколько странных конструкций, отдалённо напоминающих этажерки для растений, но с мягкими на вид полочками, и даже песочницу вдалеке. А вот обещанных «малышей» видно не было. — Ну, и что будем делать? — защекотал его ухо шёпот Рокси. — Ничего, — серьёзно ответил Гарри. — Мистер Донован сказал, что к нам должны присмотреться, что бы это ни значило. Будем ждать. Сказать куда легче, чем выполнить. Стоять на месте, просто глядя по сторонам, оказалось ожидаемо скучно. По ощущениям Гарри не прошло и пяти минут, как Рокси, потеряв терпение, просто уселась, где стояла, и достала из кармана невесть с какой целью прихваченные карты. Ловко перетасовав колоду, его подруга — не далее, чем месяц назад возомнившая себя настоящей гадалкой — принялась выстраивать таро в какой-то мудрёный расклад. Очевидно — вычитанный в библиотеке. В обычной. В маггловской книжке. При виде этого у Гарри всегда возникало желание закатить глаза, но он стойко держался. Вот уж чего его подруга не выносила категорически, так это критики своих многочисленных увлечений. Так что у Гарри всегда оставался небогатый выбор, если он не хотел нарваться на персонально для него устроенную пакость. Либо смотреть в сотый раз проклятую «Русалочку», выслушивать бредовые предсказания и заниматься множеством других дел разной степени увлекательности в компании Рокси, либо молча свалить по своим делам. Ключевое слово — молча. Однако сейчас выбора он был лишён напрочь. Радовало лишь одно — Рокси гадала себе, и доносить до него «свет истины» не спешила. И на том спасибо. Ещё немного посомневавшись, Гарри плюнул на то, какое впечатление произведёт на неведомых «малышей», и тоже с удобством расположился на мягком ковре — других развлечений, кроме наблюдения за Рокси, пока не предвиделось. Та же выглядела довольной, как слон — видимо, таро в очередной раз наобещали золотые горы и тележку конфет впридачу. Его просто изумляло, что Рокси могла откровенно подтасовывать расклад, но продолжала упорно верить в собственные предсказания. Цирк да и только. Неожиданно Рокси — наклонившись, чтобы собрать карты — так и замерла с протянутой рукой. Огромные перепуганные глаза и дрожащий шёпот едва не заставили Гарри удариться в панику. — Что у меня на спине? Осторожно повернув голову, он едва удержался, чтобы не прыснуть. Плюшевая шёрстка коричневого с лёгкой рыжинкой цвета, круглые глазки, коротенькие лапки и смешной хвостик-морковка «напавшего» на Рокси «зверя» вызывали разве что приступ умиления.

* * *

Мистера Брауна, появившегося только на пару минут для подписания каких-то бумаг, Гарри совершенно не запомнил. Всё его внимание было сосредоточено на уютно устроившейся у него за пазухой дымчато-серой пушистой крохе. Котята с лёгкой руки Рокси мгновенно получили имена Фобос и Деймос. По словам подруги, та давно хотела завести пару хомячков и назвать их именно так. Ведь хомячки «страх и ужас» — это же так прикольно. Или, в крайнем случае, назвала бы так своих будущих детей. Похоже, Рокси было совершенно всё равно, кого так назвать. Главное, чтобы имена не простаивали без дела, ведь «они такие классные, согласись, Гарри». Кстати, Деймос Гарри оказалась девочкой. Но стоило хоть кому-то из взрослых заикнуться о смене имени, Рокси начинала кукситься и шмыгать носом. Даже слёзы на глазах вызывать ухитрялась. Перенос обратно воспринимался как-то буднично, хотя самостоятельно удержать равновесие так и не получилось — их обоих поймала мисс Колдуэлл. Рокси тут же направилась на выход, не прекращая нежно ворковать над своим питомцем. А Гарри придержала за руку мисс Колдуэлл. Усадив его рядом с собой, та почесала за ушком показавшуюся из-за пазухи Деймос и полезла в свою сумочку. — Хочу поздравить тебя с окончанием наказания, Гарри, — с шутливой торжественностью провозгласила мама Рокси, протягивая ему массивный ключ, подозрительно похожий на тот, которым его подруга отпирала скрытые комнаты, и маленькую синюю коробочку. — Я искренне надеюсь, что в следующий раз тебе хватит благоразумия притормаживать мою дочь на поворотах, а не слепо идти у неё на поводу. И, честно говоря, мне немного обидно, что вы пошли пакостничать, не прошло и дня с нашего с тобой разговора. Я была лучшего мнения о своей способности убеждать людей в чём либо. Думала, хоть на недельку хватит. Несмотря на то, что мисс Колдуэлл явно уже не злилась, и даже шутила на эту тему, Гарри готов был сквозь землю провалиться от стыда. И страшно хотелось объясниться. Поэтому он зачастил, пока его не прервали, или не закончилась решимость. — На самом деле мы с Рокси ничего такого не делали с самого моего дня рождения. Просто в тот день я узнал, что Дурслей заставили меня взять к себе. А ещё про письмо, которое им оставили вместе со мной. И мне честно-честно больше не хотелось делать им гадости. Я просто очень хотел узнать, что же в том письме было. Мы только поэтому и подлили им снотворное — чтобы никто не проснулся, пока мы ищем. — Так, стоп! — всплеснула руками та. — Давай по порядку. Что узнал? Как узнал? Что ещё за письмо? — Перед моим днём рождения, днём, я подлил тёте с дядей Зелье Болтливости, — ощутимо пламенея ушами пробормотал Гарри. — А вечером, когда я им на глаза попался, они мне много чего наговорили. В том числе о письме, которое им со мной оставили. И про то, что это письмо они не смогли ни уничтожить, ни увезти подальше — оно возвращалось всё время — тётя проболталась. Вот я и решил это письмо найти. — Вот как, — задумчиво пробормотала мисс Колдуэлл, привычно барабаня пальцами по столу. — Перескажешь? — Я и показать могу, — с готовностью откликнулся Гарри, готовый хоть сию секунду сорваться с места. — Я его переписал. Принести? Та на секунду задумчиво нахмурилась и покачала головой. — Думаю, лучше вечером. Или завтра. Время терпит. Не будем портить себе праздник серьёзными вещами, хорошо? С этими словами мисс Колдуэлл поднялась с насиженного места и неспешно направилась к двери, на ходу распечатывая такую же маленькую синюю коробочку, как и у него. — Это волшебные сладости. Шоколадные лягушки. При Рокси есть не советую — она тебе весь аппетит испортит, — уже в дверях мисс Колдуэлл обернулась и подмигнула ему. — Это наш маленький секрет, хорошо? Рокси топала ногами и вопила, что в нашем доме шоколадным лягушкам не место. Не выдавай меня. Внутри коллекционная карточка, если захочешь оставить — прячь. А коробочку лучше выбросить потихоньку. В камин например. Когда библиотека окончательно опустела, Гарри поудобнее устроился на диванчике и выпустил зашебуршившегося за пазухой котёнка. Деймос немедленно воспользовалась возможностью и отправилась отважно разведывать новую территорию. Гарри тихонько рассмеялся — серенький комок меха, неуклюже скачущий по комнате выглядел донельзя потешно. Распечатав коробочку, он едва успел схватить выпрыгнувшую оттуда шоколадную лягушку. Свободолюбивая сладость и теперь дрыгала лапками, стремясь выбраться из рук. Зажмурившись, он торопливо, чтобы не передумать, откусил одну из лапок, и конфета тут же замерла. Шоколад был очень вкусным, однако Гарри уже понял, чем эти волшебные сладости так не угодили его подруге. Шевелящаяся еда — это же тихий ужас. Оно того не стоит. Не глядя быстренько запихав остатки конфеты в рот, Гарри продолжил меланхолично жевать, разглядывая коллекционную карточку, попавшуюся ему. Там был изображён человек в очках-половинках, с крючковатым носом и длинными седыми волосами, усами и бородой. «Альбус Дамблдор» гласила надпись под картинкой. Гарри недовольно скривился и пообещал себе сжечь карточку в камине вместе с коробочкой от дурацкой конфеты. Зачем ему этот Дамблдор нужен, спрашивается? Уже собираясь засунуть кусочек картона в карман, он зацепился взглядом за текст на обратной стороне. Стало любопытно, что же пишут об этом странном старике. Так. Директор Хогвартса. Это он уже знал. Победа над Гриндевальдом. А это ещё кто такой? Двенадцать способов применения крови дракона. Скукотища какая. Фламель? Имя показалось Гарри знакомым. И минуты не прошло, как он вспомнил, где его слышал. Знаменитый алхимик, которого упоминала мама Рокси. Вот уж про него точно стоило бы почитать что-нибудь. А Дамблдора — на фиг.

* * *

После того, как первый восторг от подарка прошёл, у Гарри возник очень важный вопрос, который он и задал мисс Колдуэлл за ужином. Однако оказалось, что опасался он зря. Его питомице не только не придётся мыкаться в чужом доме — её появление, оказывается, было заранее согласовано с тётей Петуньей. Если бы Гарри до этого ещё сомневался в существовании волшебства, то непременно поверил бы в него сейчас. А потом мама Рокси принялась рассказывать им, обладателями каких интересных зверушек они оказались. О существовании книзлов — волшебных сородичей кошек — Гарри уже был наслышан. Те были очень умными животными. И очень верными — но только тому хозяину, которого выбрали сами. Однако у этих зверьков была слишком примечательная внешность, из-за чего их содержание в маггловском мире было крайне нежелательно. Но в конце девятнадцатого века один предприимчивый делец озаботился выведением особого вида книзлов. Спустя пару десятков лет его старания увенчались грандиозным успехом. Была выведена порода книзлов, своим внешним видом точно повторяющая очень популярную в Англии породу кошек — британскую короткошёрстную. Отличали их только размеры — взрослые книзлы были значительно крупнее. И обладателями таких чудесных животных и стали они с Рокси. Затем разговор плавно перетёк к теме, начатой ещё утром. И на сей раз Гарри удалось-таки добиться от мисс Колдуэлл и мисс Уинстон внятных объяснений, кто же он такой и чем это грозит. — ...Взрывы, поджоги и иные способы уничтожения всего и вся — это прям твоё призвание, Гарри, — тяжело вздыхала мама Рокси, переглядываясь с портретом своей крёстной. — Честно, мне очень жаль Петунью. И я бы с радостью укоротила тому, кто оставил тебя ей на воспитание, слишком длинные руки! Чтобы не совал их, куда не просят, если нет привычки думать головой! Это просто чудо, что у вас в семье все до сих пор живы и здоровы! Гарри только ошеломлённо хлопнул глазами, совершенно не представляя, что можно на это ответить. Он был в слишком большом шоке, чтобы даже определиться, что чувствует в данный момент. Внезапно он оказался в крепких, тёплых объятиях и только тогда понял, что его потряхивает. — Ох, ребёнок, — тихонько вздохнула мисс Колдуэлл, целуя его в макушку, отчего на глаза немедленно навернулись слёзы. — Не принимай на свой счёт. Ни в коем случае. Просто пойми, что ты не должен был жить с ними ни при каких обстоятельствах. Детей, с таким даром в маггловский мир выпускают крайне неохотно даже погулять. И только под присмотром взрослых волшебников, способных предотвратить любую катастрофу, на которые вы горазды. И это длится вплоть до совершеннолетия. Никаких прогулок среди магглов без присмотра. Я тебе больше скажу. Даже если у семьи нет денег на жильё в магическом мире, им стоит только предоставить справку от детского Целителя, который засвидетельствовал, что ребёнок — прирождённый «боевик», и Министерство Магии оплачивает им проживание за счёт бюджетных средств вплоть до того момента, как маленький терминатор закончит школу. Гарри непроизвольно захихикал сравнению. На его собственный взгляд, на персонажа «железного Арни» он не тянул абсолютно, да и вряд ли был столь разрушительным, но мисс Колдуэлл, наверное, было виднее. Видимо, именно такой реакции та и добивалась — удовлетворённое фырканье откуда-то сверху было тому лучшим подтверждением. — Так вот, — уже гораздо более легкомысленным тоном продолжила мама Рокси, — законом, конечно, не запрещено, но... очень не приветствуется, когда дети с талантом к боевой магии контактируют с магглами. Строже к этому вопросу подходят только, когда речь заходит о метаморфах. — А кто такие метаморфы? Это тоже какая-то врождённая особенность? — Нет, это то, что принято называть даром, — перехватила инициативу Сильвия. — Есть вещи, которым нельзя научиться — с этим родиться нужно. А метаморфы — это люди, способные изменять свою внешность без каких-либо подручных средств и дополнительных манипуляций. Просто по желанию или на эмоциях. Однако в детстве это практически не поддаётся контролю. Естественно, что им категорически запрещено проживать в мире магглов на постоянной основе. И вообще желательно там не появляться лишний раз. Гарри заметил, что беседа снова уходит куда-то не туда, и поспешил вернуть её в прежнее русло. — И всё таки, почему вы не можете меня учить, мисс Колдуэлл? Не подумайте, пожалуйста, что я не благодарен вам за всё, что вы уже для меня сделали, просто... — Просто очень хочется? — понимающе улыбнулась та. — Дело в том, что я просто не могу. Маленького «боевичка» должен натаскивать взрослый, обученный боевой маг. И в специально оборудованном для этого помещении. В противном случае это всё чревато разрушениями в доме. Если повезёт. А если не повезёт — травмами. Причём, несмотря на то, что твоя магия по идее является мощным защитным механизмом, она и по тебе может ударить. Не напрямую, конечно. Но представим, что ты устроил пожар. Пожару всё равно, что именно ты его устроил. Гореть будешь, как все остальные. И это, кстати, ещё одна причина, по которой твоя жизнь с магглами — большая ошибка. Ты не только для них опасен, но и в какой-то степени — для себя. Рядом недовольно зафыркала молчавшая до сей поры Рокси: — Ну, круто вообще! Офигенные нам достались способности. Гарри опасен даже для себя, а я вообще — непонятно что. Класс!