* * *
С аппетитом уплетая вкусную запеканку с курицей, он воспрянул духом и, заодно, вспомнил главную цель своего прихода. Поэтому сразу перешёл к делу, стоило им только закончить обед. — Рокси, ты не могла бы мне дать ещё что нибудь почитать? «Историю Хогвартса» я уже закончил. Он достал из за пазухи книжку и протянул подруге. — Могу. Пойдём. Девочка вскочила и выбежала из кухни. Гарри поспешил за ней. Путь до библиотеки не занял много времени. Нужно сказать, что волшебное книгохранилище впечатляло гораздо больше, чем «обычная» библиотека Колдуэллов. Книжные стеллажи стояли в четыре ряда (по пять шкафов в каждом), образуя три небольших коридорчика. Чуть в сторонке стояла приставная лесенка, позволявшая свободно брать книги даже с верхних полок. Что уж говорить о самом собрании книг... Гарри двинулся было к ближайшему стеллажу, но подруга схватила его за руку и поволокла в центральный проход между книжными шкафами. — Рокси, ты чего?! — Ты не туда идешь, — невозмутимо парировала девочка. — У меня есть идея. Гарри тут же прекратил упираться, заинтересованно уставившись на подругу. — Какая идея? — А такая! — было видно, что ей не терпится поделиться своей задумкой, но природная вредность борется с желанием похвастаться. Второе предсказуемо победило. — Тебе только читать интересно, или хочешь немного попрактиковаться? Гарри будто током стукнуло. Немедленно всплыл в памяти ответ мисс Колдуэлл на его вопрос о том, почему она не купит дочери волшебную палочку и сама чему-нибудь не поучит. Причины оказались веские. Настолько, что сейчас Гарри судорожно соображал, как же отговорить подругу от сомнительной авантюры. А сделать это было необходимо. — Но ведь мы не можем! Рокси, твоя мама сказала, что до совершеннолетия колдовать в маггловском мире строго запрещено! Да в нашем возрасте колдовать вообще нельзя, ты же знаешь! Но даже если бы и было можно — волшебных палочек у нас всё равно нет! Рокси хитро улыбнулась. Сразу стало понятно, что расплывчатая формулировка была очередной провокацией. Видимо, всё-таки победила вредность. Ну что за девчонка?! Она же вреднее кота Марси Фоулан! А уж к этому пушистому чудовищу Гарри давно испытывал «нежные чувства». — Кто вообще говорил о колдовстве? — корчила из себя оскорблённую невинность рыжая вредина. — А о чём ты?! — собирая по крупицам остатки собственного терпения, уточнил Гарри. — Смотри! От лёгкого толчка в спину, он чуть не уткнулся носом в одну из книжных полок. Пробежавшись взглядом по корешкам книг, Гарри восторженно улыбнулся. — Рокси, ты гений! — Еще бы! — гордо вздёрнула подбородок та. — А у кого-то были сомнения? — Ты уверена, что нам можно? — на всякий случай решил уточнить он. — Не была бы уверена, не стала бы предлагать, — фыркнула девочка, прежде чем лукаво улыбнуться и тоном змея-искусителя, предлагающего Еве яблочко, проворковать. — Будет интересно, это я тебе обещаю. К тому же, мама такое занятие только поддержит — как она мне объяснила, это помогает справиться с проблемой детских магических всплесков. Меньше шансов спалиться перед магглами. Да и Дурсли твои, я думаю, станут более мирными, если вокруг тебя больше ничего не будет ломаться ни с того, ни с сего. Возьми пока с собой вот эти две книжки, и ещё я дам тебе блокнот. — А его-то зачем? — вскинулся он, будто выходя из под гипноза. — Запишешь, если найдёшь что-то интересное, — деловито распорядилась его подруга, видимо уже убедившись, что бунт на корабле отменяется. — А теперь беги домой, Гарри. Ты же наверняка не хочешь всю оставшуюся жизнь просидеть в чулане под лестницей? — Почему всю? — слегка опешил Гарри. — Да ты хоть понимаешь, что ты несёшь домой?! — закатила глаза Рокси. — Хотя... Если Дурсли это найдут, твоя жизнь будет недолгой. Они просто переедут тебя машиной. Гарри только собрался ответить, как с другого конца библиотеки раздался незнакомый женский голос. — И кого же вы там запугиваете, юная леди?* * *
Дневник Инкогнито. 24 июня 2005 года. Становится всё интереснее и интереснее. Чувствую, это не последний фортель, выданный этой юной бандиткой. И всё же, если подумать, идея чудо как хороша. Ну и нахимичат эти двое. Остаётся надеяться, что обойдётся без жертв. Хотя мне почему-то кажется, что эти надежды беспочвенны. И зреет уверенность в том, что я абсолютно точно знаю, кто именно будет жертвой.