12 подвигов Геркала или ох, уж этот Маюри!

- Ну, что? – в сто пятый раз поинтересовался Яммамото у Урахары. - Да все, понял я, как эта фигня работает, есть только одна проблема – источник питания исчерпался. Как там Маюри? В себя пришел? - Прийти-то пришел, только не помнит ничего, - вздохнул главнокомандующий. - Не помнит или прикидывается? – уточнил торговец. Окинув его задумчивым взглядом, капитан первого отряда пригладил бороду и с плохо скрываемым злорадством ответил: - Пойду, выясню… Не прошло и недели от последнего подвига, как Эврисфей вляпался в неприятности – после изгнания Авгия, не с кем было царю Микен переписываться, вот он решил завести дружбу с Диомедом, царем Фракии. Последний оказался тем еще гадом: сорвал выгодную сделку и с первого же письма послал Эврисфея так далеко и надолго, что тот несколько дней из покоев не выходил. Но желание сделать подлянку победило, и царь приказал позвать Геракла. - Дорогой ты мой, - Эврисфей обнял ошарашенного таким проявлением нежностей героя. – Ты у меня такой молодец! Вся Эллада наслышана о твоих подвигах! Были бы все у меня такими, как ты! Покачал сокрушенно головой царь, грустно вздохнул, бросая на Геракла взгляды, но тот просто ждал, когда же ему изложат суть очередного задания, и проявлять сочувствие не спешил. Догадавшись, что ничего ему не перепадет, Эврисфей перешел к делу: - Диомед обидел меня, пообещал коней продать, деньги взял, а коней не пригнал. Сходи, забери, а? Кивнул герой, захватил палицу из дома и двинулся на север. Аполлон по меркам Олимпа считался странным. Не то чтобы слишком, но все же. А дело было вот в чем – бог страдал невероятным влечением ко всяким рюшам, лентам и воланам. Ничего постыдного – ну любил бог шить, просто его гений опередил время на несколько веков, ему бы жить во времена ампира, но вот незадача, его удел Древняя Греция. Конечно на фоне Зевса, вышивающего от скуки гобелены, эта его страсть не выглядела слишком глупо, только другие боги старались его избегать. Может кроме Афродиты, которую саму по себе считали странной… - Ты дома, Аполлон? – владыка Олимпа постучал и приготовился ждать. Бог науки и искусств всегда открывал двери минут через пять после стука – прятал манекена с очередным обрюшенным творением в шкаф. Все остальные боги считали, что Аполлон ходит по своим покоям обнаженным, но только Зевс знал правду, и сейчас собирался воспользоваться этим знанием. - Входи, - щелкнул замок и верховный бог оказался внутри. Все в комнате было завалено подушечками, что были вышиты лентами или золотыми нитями, даже портьеры были украшены тысячами складочек. Окинув взглядом комнату, что больше подходила богине, Зевс величественно опустился на диван: - У меня к тебе дело, Аполлон. Темноволосый бог вздохнул, поправил тогу и поинтересовался: - Какое же? - Как ты знаешь, мой крестник Геракл – герой Эллады. И сейчас он направляется во Фракию на очередной подвиг. Хочу, чтобы ты за ним присмотрел. - А что мне за это будет? «Практичный», - злобно подумал Зевс, но привычная улыбка осталась на лице. - Я кое-что для тебя сделаю. - О, нет. Спасибо. Убираться у меня не надо, а то Арес до сих пор «нарадоваться» не может... - Могу убедить богов на твой следующий день рождения одеться в одежду твоего дизайна, - будто между прочим перебил Аполлона владыка Олимпа. Бог науки замер и покраснел, а Зевс продолжил: - У тебя в шкафу ведь полно одежды. - Откуда ты знаешь? – теперь Аполлон побледнел. - Я же верховный бог - я должен все знать! - Только это останется между нами, а остальные пусть одежду вроде как заранее закажут, - темноволосый бог нервно теребил тогу. - Договорились, - Зевс встал. – И давай, дуй во Фракию! Никого не трогал Геракл, шагая на север, никого не беспокоил, просто шел себе, надеясь на тишину и покой. Но не тут-то было! Появившийся рядом худощавый парень никакого божественного трепета не вызывал, но горделиво представился: - Я – Аполлон, бог искусств и врачевания. Геракл угукнул и зашагал дальше, игнорируя очередного спутника, но тишина ему только снилась. Герой успел мысленно проклясть всех и вся в этом мире – Аполлон все три дня пути читал парню лекцию: «Почему быть богом круче, чем простым человеком». - Боги – бессмертны, и обладают огромной силой, - прервала размышления Геракла очередная фраза. – Еще боги питаются амброзией и нектаром, а они вкуснее любой человеческой еды… Знали бы вы, с какой теплотой герой вспомнил Ареса и Посейдона, какие нежные слова достались Афине, Деметре и Гере, как рад бы был он сейчас встретить Диониса или Артемиду… но в этом подвиге его сопровождал нудный до невозможности Аполлон. «За что же Зевс меня так карает?» задавался вопросом Геракл раз за разом. - Боги просто круче, и смирись с этим, - бог науки назидательно поднял палец к небу. «А я вроде и не возмущался», пожал плечами герой. - И не нужно проклинать свой жребий, ты всего лишь смертный… «Да молчал я!», Геракл подкатил глаза и вздохнул. - Тебе не на что надеяться, впереди ждет царство Аида… - Фракия! – обрадовано воскликнул герой и ломанулся веперд. - Эй, постой! Я еще не закончил, - но догнать Геракла было тяжело, а остановить вообще невозможно. Со скоростью выпущенной из лука стрелы несся герой в царство подлого Диомеда. С невероятным удовольствием расшвырял парень высланное ему навстречу войско – подобно снарядам вылетали из гущи схватки воины, тяжелые удары дубинки сотрясали землю, а золотая львиная шкура сверкала в закатных отсветах. - Чего это он так разошелся? – искренне дивился Аполлон, поняв, что герою его помощь нафик не нужна. А Геракл, заметив в стороне тщедушную фигуру, с еще большим рвением спешил покончить с подвигом побыстрее, чтобы избавиться от заумного бога. Уничтожив Диомеда, запряг парень обещанных Эврисфею коней в колесницу и, даже не махнув Аполлону на прощание, рванул домой в Микены. - Нервный какой-то, - пожал плечами Аполлон. - Сынок, ты чего? – вкрадчиво поинтересовался Иссин, застукав рыжего на кухне. Не прекращая выгружать содержимое холодильника на поднос, парень поинтересовался: - А что не так-то? - Ичиго! – потряс дом гневный голос маленькой шинигами. – Тебя только за смертью посылать! - Извини, папс, потом поговорим. Парень рванул наверх по лестнице, а до ошарашенного бывшего капитана донеслось: - Вообще-то, я одну мелкую смерть уже встретил! Которая давно обнаглела до крайности и самое поразительное, продолжает наглеть! - Ах, ты!... Последнее что слышал Иссин прежде, чем двери захлопнулись, это вопль сына: - По коленке-то зачем!