«Иллюзии жизни или Гадкий Я»

Кирилл. Захожу домой и почти сразу понимаю, что квартира пуста. На кухне стоит остывшая еда. Значит, Тема здесь был, но куда он делся — непонятно. Почему не оставил даже записки? Неужели он понял мою ничтожность и решил уйти тихо, не сказав ни слова? Все ниже падаю даже в своих глазах. Раньше уходил я, а сейчас какой-то малолетка просто исчезает из моей жизни, заставляя думать о нем. Чтобы заглушить чувство жалости к себе, предательство кого-то важного, достаю из холодильника бутылку водки. Оставшийся вечер я помню смутно, но проснулся я утром в своей постели не один. Рядом спал парень, но вот имени его я вспомнить своей больной головой не смог. Вставать и что-то делать не хотелось, и поэтому, повернувшись от юноши на другой бок, опять погрузился в сон. Разбудил меня звонок в дверь. Разлепив глаза и одев домашние брюки, я поплелся открывать настойчивому гостю. Даже в выходной спокойно выспаться с бодуна не дадут. Сейчас я готов на многое, чтобы эта хрень за дверью убралась восвояси. Открываю, и возникает желание себя ущипнуть, потому что на пороге стоит Артем. Ну и рожа сейчас у меня, наверное. — Ты что-то забыл? – без приветствий спрашиваю парня, его выражение лица меняется, когда он пробегает взглядом по моему внешнему виду. — Я хочу поговорить, — пропускаю его внутрь, не устраивать же концерт для соседей. — О чем? Вчера я тебя прекрасно понял, когда ты сбежал, даже не оставив записки, а сегодня ты хочешь это обсудить? Прекрасно. — Я не сбегал. Просто мне нужно было время подумать. — Рад, что ты иногда это делаешь, но, по-моему, у тебя это занимает слишком много времени, — сегодня я жесток с этим ребенком, чтобы не привязаться к нему слишком сильно, а когда он, наконец, уйдет, я не сошел с ума. В это время из моей комнаты выплывает мой ночной гость, одеждой он, видимо, обременять себя не стал и просто искал душ. — Ванная за следующей дверью, — решаю упростить его поиски. — Сколько их у тебя? – слышу вопрос от Артема. — Много. Извини, но считать никогда не пробовал, — я очень устал, и мне очень не нравится, как осуждающе смотрят эти глаза. — Ты… Ты… Да как тебя земля носит? — Сам удивляюсь. Но в любви и преданности я тебе не клялся. Жестоким быть сегодня почему-то сложнее, чем обычно, но он слишком молод, чтобы вляпаться в такое существо как я. Да и предатели никогда не были в моем вкусе. Слезы встают в глазах юноши: — Ты вызываешь только жалость. Можешь не переживать, из-за тебя я умирать не собираюсь. Прощай, — и эта мелкая дрянь уходит с гордо поднятой головой, вытирая с щек пару слезинок. Через некоторое время закрываю дверь и за вторым гостем и остаюсь один. Опять. Звоню своему знакомому, который торгует «счастьем» на вечеринках. Это пользуется большим спросом. Прошу доставку на дом. Вскоре, наглотавшись таблеток, погружаюсь в мир грез и иллюзий. Но Егорка, продавец таблеток, не торопится уходить. Он целует меня страстно, нетерпеливо. Сказать, чтобы он катился ко всем чертям по кочкам и ебеням не могу из-за поцелуев, а отбиться не представляется возможным – все силы покинули тело, значит, наркотик начал действовать. Егор заталкивает меня в комнату Ромы и валит на кровать, срывая одежду. Впервые чувствую такую беспомощность. Мои глухие протесты слышать никто не хочет. Движения кажутся какими-то вязкими, мало управляемыми. Вот парень уже обнажен и очень возбужден. Вдруг тело пронизывает сильнейшая боль, эпицентром которой является низ живота. Мое небольшое возбуждение как рукой сняло. Хочу закричать, но чужие губы на моих не дают мне сделать даже этого. Блять. Неужели этот ебанутый торговец «счастьем» трахает меня без подготовки? Из-за адской боли из глаз бегут соленые капли. Вовремя приходит отвращение к себе и ненависть ко всему происходящему. Боль скрутила все тело. Понимаю, что наркотик ее все-таки уменьшил, иначе потеря сознания под этим пахнущем потом свиньей мне была бы обеспечена. Секс в роли пассива не такой лучезарный, если партнер даже не старается доставить тебе удовольствие, думая лишь о своем удовлетворении. Этот моральный урод, наконец, кончает и, сказав «Ты был великолепен», уходит, прихватив свои вещи. Лежу на кровати и чувствую, как из меня вытекает его сперма вместе с моей кровью. К горлу подступает комок, а через секунду меня вырывает слизью. В душе пусто и противно. Меня впервые разложили и трахнули. От эмоционального и физического истощения, не успев ничего сделать, проваливаюсь в сон. Просыпаюсь уже вечером. Каждое движение приводит меня к мыслям о нежелании жить. Горячая ванная помогла уменьшить боль и отмыть тело. После чего я что-то съел на кухне и убрался в комнате Ромы. Одиночество бывает разным. Иногда, находясь среди людей, хочется кричать во весь голос, чтобы они услышали, обратили на меня внимание, но вовремя понимаешь тщетность своих попыток. Иногда из-за одиночества начинаешь разговаривать сам с собой в голос, лишь бы не молчать и не утопать в тишине. Меня никто никогда не поймет. Нет такого человека на земле. Одиночество – моя карма, это мой спутник жизни. А в какой-то момент хочется остаться одному, уйти от этой бурлящей толпы, послать их куда подальше и оказаться наедине с тишиной, желательно в темноте. Тогда одиночество спасает, и ты считаешь себя самым счастливым человеком, которого оставили в покое и не тянут в водоворот встреч, бессмысленных разговоров, скучных знакомств. Цикличность моей жизни удивляет даже меня, хотя… удивить сейчас меня практически невозможно. Депрессия накрыла меня в полную силу. Ем я для того, чтобы просто существовать, спать не могу, потому что закрываю глаза — и передо мной встают картины произошедшего. Из дома я не выходил. Во время звонков Саши посылал того на свободу, а открывать ему дверь даже не вставал с постели. Так прошло четыре дня, пока мне не позвонил отец. — Кирилл, — он был очень рассержен, что я определил по ледяным ноткам в голосе. – Ты совсем забросил университет. Не позорь меня и отправляйся туда завтра же. Я договорился. Объяснять этому самонадеянному человеку, что этот университет со всеми его студентами я видел в гробу в белых тапочках, почему-то не хотелось. — Хорошо, — ответил я, когда план дальнейших действий всплыл в сознании. После чего отец, как всегда не попрощавшись, положил трубку. На следующее утро я привел себя в порядок и направился в универ, чтобы забрать документы, а декану рассказать в каких именно позах я его имел вместе с его заместителем. Морально удовлетворенным я выхожу из корпуса и иду мимо студгородка. По дорожке мне навстречу шли парень и девушка. Причем парень был слишком знаком, главный герой моих ночных кошмаров, человек, ставший моей совестью, тот из-за кого моя жизнь треснула. — Привет, — улыбается он мне и проходит мимо, мило щебеча со своей подругой. — Стой! – кричу им вслед. – Рома – это ты? — Ну да. Я думал, ты моего имени-то не вспомнишь, — останавливается он, разворачиваясь ко мне. Чувствую себя, как будто встретил призрака, но он реален. — Ты жив? – я, наверное, сейчас бледный, как поганка. — Извини, что не умер от горя. — Но ведь ты выпрыгнул из окна, — дышать становится сложнее. — Ну, не выпрыгнул, а поскользнулся и упал. Кусты под окном меня просто спасли. — Нафига ты полез на подоконник? – не верю во все происходящее. — Убраться хотел. Окна помыть. Не удалось. Застываю, пребывая в шоке. Поняв, что собеседник из меня сейчас никакой, Рома попрощался и, обняв девушку за талию, повел куда-то мимо общаги. Купив в ближайшем магазине сигарет, я, наконец, вдохнул отравляющий дым. Но придти в себя хотя бы немного это не помогло. Потащившись по дороге домой, за углом школы замечаю знакомого кудрявого парня, который жадно целовался с каким-то юношей своего возраста, думая, что их увидеть никто не может. Придя в квартиру, я выпил стакан водки, а потом невесело надрывно засмеялся, освобождаясь от скопившегося стресса. Мысли крутились в голове сломавшейся каруселью, слишком быстро. Я всю жизнь играл с людьми, выворачивая и извращая их души, ломая жизни, а сейчас сама судьба пошутила надо мной. Я сам растоптал свою жизнь, уничтожил будущее. Я больше не намерен играть по правилам этой суки судьбы. Все! Хватит! Беру сотовый и набираю номер Саши, единственного человека, которому я дорог. — Кирилл. Это ты? – с нескрываемой радостью отвечает парень. — Да. Я звоню извиниться за все, чем обидел тебя. — Кирюш, что случилось? Зачем ты так? — Прости, что я не тот человек, которого ты заслуживаешь. А теперь прощай, — не дождавшись ответа, я сбрасываю звонок и отключаю телефон. Во время уборки я нашел пакет уже знакомых таблеток. Видимо, Егор его забыл, когда собирался уходить. Достаю эту радость наркомана и высыпаю в ладонь несколько десятков таблеток, наливаю в стакан воды и иду в ванную, где напоследок, улыбнувшись себе в зеркало, напоминаю себе сумасшедшего. Несколько минут смотрю на эту горсть, которая станет освобождением от этой игры под названием «жизнь». Наконец, решившись уйти из жизни, с удовольствием, в несколько глотков съедаю все, что мне подкинула судьба. Несколько минут стою и жду результатов, как идиот. И вот у меня начинает кружиться голова, двоиться в глазах, пытаюсь за что-то ухватиться и разбиваю стеклянную полку над раковиной. Многочисленные предметы летят в разные стороны, а я сажусь в ванную, готовясь встретиться с прародителями, но быстрее всего я повстречаю Белиала. Из полусонного состояния меня выводит истошный крик «Кирилл!!!». А через секунду на меня со слезами на глазах смотрит Сашка. – Что же ты делаешь, любимый? – бросается он ко мне и трясет за плечи. Зачем он сейчас здесь? Уже умереть спокойно не дадут. — Держись. Я сейчас скорую вызову, — хватается парень за телефон. — Не надо. Это мой выбор. Уходи, — говорю еле слышно, из последних сил. — Я тебя не брошу. Слышишь? — его горячие слезы капают на мои ладони, которые он держит у себя в руках. – Я ведь люблю тебя. Не бросай меня. Умоляю. — Мне страшно, — признаюсь я, когда тело охватывает озноб. – Пошли со мной, — говорю, наконец, вкладывая в его дрожащие от нервов руки лезвие, которое оказалось рядом. «А я все-таки неисправимый эгоист» — успеваю подумать, прежде чем теряю сознание, сливаясь с бесконечностью. Конец.