Foresight

      POV Мелисса       Джерри рядом со мной, вересковое поле вокруг: ирландские просторы стали для нас чем-то вроде колыбели. На их фоне произошла первая встреча, первый поцелуй, наша свадьба. Теперь мы приходим сюда, чтобы просто побыть рядом: согреваясь в объятьях друг друга, молча, прислушиваясь к тишине. Вокруг нас кипит жизнь: где-то в траве шуршат полевки, над вереском взлетают и снова прячутся пустельги и жаворонки, в высоте орланы высматривают своих жертв.       Сегодня мы тоже молчим. Джерри приподнялся на локте и всматривается в мое лицо, проводит по щеке травинкой. Его обычно задорный вид что-то омрачает: пропала искра шалости, шутливый взгляд сменился тревогой. Даже цвет вереска приобрел вслед за этим какие-то мрачные тона.       Я киваю: «Что случилось?» Он наклоняется надо мной и прикасается к губам. Шепчет «Дыши». Не могу понять, о чем это он, и слышу все громче: «Дыши уже!».       Его сильные руки поднимают меня легко, как пушинку. Люблю вот так у него на руках прижиматься к мощной груди, обнимать за шею, целовать. Его губы ищут мои, и по телу разливается нега. Такие мгновенья стоят всей жизни: я и он – и никого больше. Никто не отнимет его у меня. Никто не посмотрит на меня, так как он.       Печаль в глазах мужа сменяется теплой улыбкой – он целует, я слышу любимый голос: «Мэл, ты должна идти дальше. Я – твое прошлое, которое ты сохранишь в сердце. Теперь живи, люби, радуйся. Моя любовь с тобой… Прощай…» – все исчезает вокруг, одна темнота.       Я закрываю лицо руками: «Вернись… Не уходи, мне страшно без тебя!» – я кричу это и слышу свой же голос, задыхаясь от боли. Начинаю чувствовать свое тело: боль в груди, онемевшие пальцы. Цепляюсь за кого-то рядом, ногти рвут ткань одежды.       Полковник Морган: утыкаюсь лицом в его плечо и уже не могу себя сдержать. Без слез – просто выговориться, как после одиночной камеры. Он поймет, я знаю.       - Я видела его… Моего Джерри…боже, так невыносимо одной! Нет воздуха… нечем дышать… – перевожу дух, собираюсь с силами, – Знаешь, время совсем не лечит, оно только убирает остроту, новые мысли накрывают старые дыры. Все это время одна работа – это моя обезболивающая повязка на рану в душе. Я люблю то, чем занимаюсь, живу им, но устала, я до капли выжата… Нет, жить не сложно, мне сложно выжить, не надеясь на его поддержку. Даже не его смерть меня покалечила, а эти три года одиночества. Сама себя не отпускаю из прошлого. Он так много значил... Его не будет больше никогда. Как страшно, что я это осознала… Только сейчас…       Я не плачу и смотрю ему в глаза: невероятно, но кажется, что он понимает, что я несу…       - Не знаю, как это произошло, но я видел только что тебя и, вероятно, твоего мужа, тут – он постучал по своему виску, – у меня в голове… Вокруг была трава… И тишина… – полковник на секунду замялся. – Ты целовала меня в это время.