Преданный

Никогда бы не поверил, что можно так просто уснуть. Уснуть в руках человека, который сделал тебе больнее всего в жизни. Но Андрей был настолько опустошен и слаб, что хватило каких-то жалких двадцать минут забыться и провалиться в сон, будучи рядом со мной. Но даже в такой момент я боялся сделать что-то не так: неправильно двинуться или вздохнуть слишком громко. Ни в коем случае я не должен был его разбудить, поэтому просидел с ним так еще некоторое время. Что в полной темноте потом аккуратно относил в спальню, где так же бережно уложил на кровать. После я долгое время пытался вглядеться в его черты лица. Только включить свет я не осмелился, поэтому полностью отдавался во власть памяти. Проводил вдоль заостренных линий скул, касался столь нежной кожи, вспоминая каждую маленькую деталь, даже не заметную родинку за ушком. Непроизвольно сжимал простынь в руках от безысходности, в которую меня больше вгоняло нынешнее положение дел. И при всем моем желании не покидать его, я набрался сил и вышел сначала из комнаты, а потом поспешил покинуть квартиру. Но стоило оказаться на улице, ощутить этот «удар» ночной прохлады, как встал на месте. Из головы просто вышибло все посторонние мысли, осталось только одно. - Не знаю, куда мне идти. Просто стоять кажется глупым, что присаживаюсь на скамейку. Прокручиваю в голове снова и снова все время, проведенное сегодня с Андреем. Пытаюсь уловить момент, где мог поступить не так как следовало бы. Но зачем что-то сейчас додумывать, если прошлого уже не вернешь?! Мне кажется не уместным возвращаться в его квартиру, но ехать к себе не хочется совсем. Податься к мужу? Уже поздно, чтобы тревожить семью. - И как так получилось, что чувствую себя потерянным?

***

Появиться в его доме снова я боялся. Обдумав все произошедшее в следующие несколько дней, закопал себя еще в большей куче сомнений и переживаний. Истерика, которая охватила в тот день Андрея, отложила во мне крепкое начало неуверенности в правильности своих действий. Не хотелось подвергать парня еще большим проблемам, которые несомненно настигнут нас обоих, если я продолжу эти жалкие попытки толи вернуть его, толи мне вообще непонятен смысл моих действий. Даже завалы на работе, в решение которых я углубился, не давали свободы от всего этого неупорядоченного потока мыслей. Они мучают меня, выжимая все соки и лишая сил. Уже были жалкие попытки поговорить с Андреем хотя бы по телефону. Набрать номер и нажать вызов – смелости на это не было. От всех раздумий отвлекает телефонный звонок. - Да. - Вадим, ты во сколько собираешься домой? - Даже не знаю, работы за последние дни накопилось значительно, пока я разбирался с просьбами твоего отца, - вздохи с его стороны как укол мне. - Тогда я не буду надоедать, - в голосе столько печали, что немного приводит в ступор. Обычно муж бы возмутился, обиделся бы на мое отношение к семье и работе. - Я постараюсь приехать пораньше, - не знаю, почему сказал это. - Буду ждать.

***

В доме слишком тихо, как будто Артема здесь вовсе нет. Даже не знаю почему, но снять верхнюю одежду пытаюсь как можно аккуратнее, чтобы не потревожить мужа, которого позже застаю в гостиной. Он мирно дремлет на диване, обнимая огромного плюшевого медведя, который достался ему давно от его первой любви. Как-то одним из вечеров мы разговорились, что рассказали друг другу о всех своих бывших. В этом оказались похожи: у нас было не мало отношений, но хорошим они ни чем не закончились. Правда, это не касалось последних наших отношений. Как и у меня, Андрей был серьезно настроен. Только для меня все закончилось из-за моей трусости, а у него из-за измены. Хотя, не думаю, что мне стоит вспоминать тот рассказ и ворошить его прошлое. Мне не хотелось бы будить Артема, но зная его самого... Если он так и останется спать здесь, то завтра проснется с больной спиной и ломотой в конечностях. Слишком хрупкий, что иногда мне его даже жаль. Наверное, поэтому я со всей аккуратностью пытаюсь поднять его на руки и не разбудить. Это выходит, что неспешно отношу его в спальню. Парень наверняка вымотался, пока ждал меня. Хотя, я всеми силами старался уйти пораньше (что и удивительно). Закрыв за собой дверь, осознал, что в доме сейчас темно и тихо. От этого на душе непонятно тоскливо, и наоборот желанно. Почему-то мне нравится ощущать себя частью нашей семьи (неполной правда, но все же семьи). - Ха, да уж, что же твориться со мной в последнее время. На кухне нахожу приготовленный Артемом ужин, который давно остыл. Есть неохота, но я все равно ставлю разогреваться в микроволновку. Мне кажется, что я обязан это съесть, хотя бы в знак своей благодарности. Пока же техника совсем незаметно жужжит, в попытке разогреть еду, я отхожу в зал, где совсем недавно спал Артем. Зачем-то поправляю этого глупого медведя и чувствую неприятный укол ревности. Неужели хочу, чтобы муж испытывал ко мне те же чувства, которые описывал по отношению к тому человеку? Кажется, я старею... Взгляд вдруг устремляется на лежащий рядом с игрушкой конверт. Логотип смутно напоминает что-то, но я не особо зацикливаюсь на этом. Он уже вскрыт, поэтому с легкостью могу прочесть содержимое. На листке натыкаюсь на какие-то анализы, но сначала обращаю внимание на рентгеновские снимки. - Ни черта не понятно, ну что за дурацкие надписи! В самом конце нахожу строчку "лечащий врач" и прилагающийся номер. На рабочий думаю вряд ли стоит звонить в такое время, но благо указан также личный номер для крайних ситуаций (видимо клиника весьма дорогая). Начинаю хаотично искать телефон в карманах, но не нахожу. В этот же момент раздается звук от микроволновки. Как-то спеша бреду на кухню вместе с листком, на столе сразу же замечаю столь необходимый мобильный. Очередной раз пищит микроволновая печь, что с некой раздраженностью отключаю ее. Опять нахожу номер телефона и сумбурно вожу цифры на экране, а руки тем делом почему-то начинают дрожать. - Да что же это, черт возьми, такое?! Гудки нервируют еще больше, что начинаю нервное блуждание из одного угла комнаты в другой. - Алле, - наконец-то слышу ответ с другого конца, что начинаю сразу же говорить о деле. - Здравствуйте, это Вадим Данилович, муж Тишина Артема Дмитриевича. Я звоню по поводу результатов анализа, которые сегодня мы получили. Так вышло, что Артем мне сейчас объяснить особо ничего не может, да и я хочу все-таки услышать мнение специалиста. С ним все порядке? - Да-да, как я понимаю, вы о последнем обследовании, которое прошел ваш муж. Не беспокойтесь, сейчас его беременность проходит гладко, так как лечение, которое ему назначено, подействовало, что Артем Дмитриевич спокойно смог забеременеть. Теперь осталось только проконтролировать саму беременность, так как при аутоиммунном тиреоидите без надобного наблюдения чаще всего трудно выносить плод. Но я Вас уверяю, тот курс, прописанный мной, гарантирует полную безопасность. - Погодите, погодите, - вздыхаю от полученной информации. - Я же правильно понимаю, что мой муж забеременел? - Да, все правильно. И если я не ошибаюсь, у Артема Дмитриевича срок в семь недель, думал, он уже сообщил Вам эту новость. - Ах, да, я не это имел ввиду, - пытаюсь суматошно оправдаться, но слов подходящих не нахожу. - Ладно, простите за беспокойство, до свидания. Это же не может быть! Нет, правда, как такое могло произойти? А главное, зачем... Зачем Артем скрывал от меня это?! Меня одолевают смутные чувства. Не понимаю, я сейчас счастлив или нет? Как будто кто-то сверху смеется надо мной: сначала узнаю о том, что у меня есть сын, а потом обнаруживаю новость, что скоро у меня еще появится ребенок! Кажется, судьба играет со мной злую шутку. Не успел разобраться с одной проблемой, как на горизонте уже маячит другая. Я правда не знаю, что мне делать дальше.