Преданный

Знакомый двор, ничуть не изменившейся подъезд и прежняя входная дверь с потертой табличкой "103". Но внутри квартира была чужой. Ни малейшей детали от прошлой обстановки, новый интерьер в стиле модерн. Нынешний житель, как мне описывал его отец, был выходцем знатной семьи. Сам лично я мало что знал о нем, даже как выглядит сия персона мне было неизвестно, хотя сама фамилия давно на слуху. Что поделать, но семья Новак является одной из основополагающей из того звена общества, которое принято называть элитой. Слышал, что у поляков скверный характер, а по тем историям, которыми я насытился от новостных статей, это табу казалось правдой. Слишком придирчивая и заинтересованная личность в виде меня часами засиживалась перед компьютером в поиске новой информации об этой семье. Ничего значительного о сожителе я узнать не смог, в отличие от главы, его отца, и старшего брата. Последнего недавно выдали замуж. И хотя вся эта история с замужеством представлена как что-то из вон чудес, предназначенное судьбой, только дурак не найдет в этом договоренность. Фиктивный брак, обыкновенное слияние двух лидирующих компаний. Еще один идиотский план элиты одурачить простой народ. Но что говорить о его семье, если про самого младшего Новака ничего не известно, кроме поверхностных фактов. Студент-медик, неблагодарный сын, отошедший от семейных дел. Возможно, за последние два года, отданных на заботу о ребенке, я слишком много утолял скуку через телевизор и банальные сериалы. Но удивительно, что парня насильно не заставили идти против собственной воли, как это обычно бывает в любовных фильмах. Если он такой, каким мне его представил папа, то есть вероятность, что мы подружимся. Иначе кому-то придется искать другое жилье, и уж точно не мне. Но сейчас об этом можно забыть. После долгого перелета охота оказаться в ванне, смыть всю грязь, расслабить напряженные мышцы, а после заняться заселением.

***

Вечер во Владивостоке встретил давно забытым огнем фонарей и бледной пеленой облаков. С высоты шестого этажа открывался весьма обыкновенный вид на такие же многоэтажки, изредка нарушаемые магазинными зданиями. К этому времени все мои вещи расположились на пустых полках (которые, видимо, были заранее приготовлены моим сожителем). Кстати о последнем. Его до сих пор не было. Холодный ветер гулял по коже, неприятно морозил руки, заставляя искать в карманах толстовки спасение. Есть не хотелось совершенно, кофе у парня не было, а мятный чай, полки которым были заполнены до отказа, никогда не привлекал моего внимания. В глубине сумки спрятано красное вино. Отец сунул ее мне, добавив, что так я отмечу свое возвращение. Но с кем? От прошлых знакомств осталось лишь кислое воспоминание. Чужие жизни вряд ли ждали моего прибытия, чтобы начать развиваться. Без каких-либо сомнений, у всех сейчас другая жизнь. Грустно осознавать, но большинство друзей я завел благодаря ему. Даже в этом меня сковывают связи, в конце сходящиеся на Вадиме. Как же забавны человеческие отношения, раз те, кого я считал друзьями, по-настоящему таковыми и не были. Вроде бы разорвал все пути общения с одним, а это подвигло к полному разрешению того каскада, который выстраивался мною на протяжении стольких лет. - Привет, - тяжелый как удар голос раздался позади. Почему-то не было сомнения, что именно он тот самый Станислав Новак, с которым мне предстоит делить общий очаг. Бледно-серые глаза изучали меня с неким интересом, но в тоже время в холодном взгляде присутствовала нотка иронии и безразличия. Необъяснимо, но это заставляло неприятно вздрогнуть внутри сердце, сжаться в каком-то тоскливом и обиженном позыве. Русые волосы представляли мне модную стрижку. Куда ни глянешь, везде парни сбривают себе виски, оставляя густую растительность на макушке. И вот этот жест, который не заставил себя ждать: рукой по голове, зарываясь пальцами в волосы. Его порванные на коленках джинсы совсем выбивают меня из колеи. Ожидания увидеть какого-нибудь мажорного паренька в костюме из последней моды оборвалось сразу же. Вряд ли эта потертая толстовка с изображением "Микки Мауса" является неотъемлемым атрибутом гардероба богачей. - Ты поздно, - срывается как замечание с моей стороны, но на суровом лице губы растягиваются в некой улыбке. - Работа, - привычный жест, когда двумя пальцам проводят по бородке. Знаете нынешнюю моду с ее стильными заросшими щеками у мужчин. Но мне почему-то кажется, что этот человек не тянется к этому модному представлению, просто он именно такой. Именно к этому образу сейчас тянется молодежный идеал у альф. А Станислав просто напросто был рожден таким. - Андрей, - протягиваю руку в знак приветствия (которое длится уже минут пять). - Станислав. Его рука с огрубевшей кожей сжимает ладонь слегка, словно перед ним стою не я, а какая-то невообразимо хрупкая кукла. На секунду такие мысли вводят в ступор, но он быстро сменяется негодованием. Не охота показывать свои слабости, не хочется чтобы меня считали неженкой и слабаком. Возможно, это нежелание и заставляет сильнее сжать огромную ладонь, затем видя в огромных глазах недопонимание, а затем повторение легкой усмешки. Кажется, меня раскрыли. - Не голоден? Парень выходит с балкона. Нетрудно догадаться, что сейчас его путь лежит к холодильнику. - Я ужасно проголодался, - зачем-то поясняется. - Поэтому, если ты тоже, то можешь составить компанию бедному студенту. Я никак не комментировал фразу про бедного студента, просто согласился и спокойно пытался затолкать в себя видимо вчерашние остатки салата. В глубине души остался какой-то непонятный осадок. Разочарование в образе, который кардинально отличался от того, что витал в моей голове последние дни. Только непонятно мне то чувство, которое будоражит меня после этого разочарования. Не понимаю, рад я, что ожидания оказались сказкой, или это все до жути обидно? Обидно из-за того, что заблуждался или жаждал увидеть именно свое представление? Кажется, размышлять на уставшую голову - не самое правильное решение, из всех выбранных мною в жизни.