Perfect

      Весь день я переживала и ругала себя за свое поведение. Что мне дальше делать? Я доигралась до того, что Юнги собирается ухаживать за мной, при этом думая, что я свободна. Но я же не свободна!       Когда я пойду с шефом на свидание, я изменю ХоСоку. Эта мысль не давала мне покоя.       А что есть измена на самом деле? Гугл выдавал мне сумбурную информацию в ответ.       А если представить, что я актриса и мне нужно сыграть роль свободной женщины, то всё воспринимается уже не так страшно. Я просто проведу время с Юнги. Без поцелуев и прочих вытекающих последствий. Не будет же он меня силой брать в конце то концов!       А может ли конфетно-букетный период считаться изменой? Наверное, нет. Если, конечно, ХоСок не узнает.       Я решила, что мне просто нужно растянуть этот период на всё лето. А когда я точно закреплюсь на работе, можно сказать менеджеру что-то вроде «Мы с бывшим сошлись. Извини!» и выйти сухой из воды.       Никакого секса и никакой измены. Потому как за три месяца у взрослых людей до поцелуев точно дойдет. Для отклонения от последующего есть разные причины: голова болит, месячные и т.д.       Я кое-как успокоилась и спокойно выполняла работу. ЧиМин спрашивал о самочувствии, но я старалась не выдавать своих переживаний.

***

– Извини за то, что просветила менеджера в подробности твоей личной жизни, – ЮнА, впервые за долгое время, заговорила со мной. – Ничего страшного. Я все равно уже развожусь, – я улыбнулась во все зубы, а лицо Юны выдало её смятение и расстройство.       На самом деле я была очень зла её поступку и понимала, почему она это сделала. Если бы она просто промолчала, Юнги бы никогда не узнал об этом. Поэтому эта была своеобразная месть за то, что она поставила меня в такое неудобное положение.       ЮнА хотела что-то спросить, но наш разговор прервал Юнги. – БуЁн-щи, вы не забыли? – он старался говорить это так, будто это касалось работы. – Нет, менеджер Мин. Я буду готова через 10 минут, – он улыбнулся и быстро ретировался, чтобы не возникало слухов.       Глаза Юны предательский округлились, выдавая все ее эмоции на данный момент.       Я решила, что расспросов от неё я не выдержу. И поэтому быстро ушла с места работы.

***

      Юнги ждал меня на парковке. Он учтиво открыл мне дверь своего авто. Я совсем не разбиралась в марках машин и могла сказать только то, что у него был черный внедорожник.       Он завел машину и повез меня в известном лишь ему направлении. Как водитель он был очень спокойным. Скорость была средняя и его машина будто скользила по асфальту. – Куда мы едем? – я первая решила нарушить тишину. – Туда, где можно спокойно поговорить, – не вдаваясь в подробности, ответил он. – В уютный ресторан, – поспешил добавить Юнги, увидев мой полный недоверия взгляд.       Мы подъехали в довольно элитное заведение столицы. Наш столик располагался в очень уютном месте. По крайней мере, так казалось мне. Потому как вид оттуда был великолепный, а для меня это один из важных аспектов для душевной беседы. Я надеялась, что дальше нее у нас не дойдет все три месяца.       В наивности мне не занимать. – Что закажете? – к нам подошел милый официант с той же дежурной улыбкой, с которой хожу я обслуживая клиентов в гостинице. Мне уже стало его жаль. Он был совсем молод. Но потом я вспомнила, что мой муж не может получить даже такую работу. Точнее может, но официант – слишком нелепая работа для Его Величества Чон ХоСока.       Меня одолела злость. То ли от того, что приходиться изменять ХоСоку, то ли оттого, что частично он сам меня на это толкает.       Я настолько задумалась, что только спустя минуту увидела вопрошающий взгляд Юнги. – Что ты будешь? – видимо, во второй раз спросил он, – Ты же не против перейти на «ты» в не рабочей обстановке? – Я доверюсь твоему выбору, – я даже не расслышала, что он заказал. Потому как очень пристально наблюдала за преображением Мин Юнги вне гостиницы.       Это был другой человек. Нет, его манера поведения, прищур хитрых глаз остались при себе. Но что-то в нем изменилось. Возможно, взгляд, устремленный в мою сторону.       Он смотрел на меня как на женщину. Женщину, к которой он что-то испытывает.       Это одновременно пугало и радовало. Лёд треснул. Я сумела поработить его сознание за такое маленькое время. – Думаю, стоит оговорить некие нюансы для начала. Насчет твоего недовольства в первый день работы. – Может не стоит говорить о работе? – я пыталась уйти от этой темы. – Я думаю, что стоит, – он не принимал возражений, – Ты, может быть и хорошо училась в университете и не спала на парах. А вот многие работники гостиницы – нет. Поэтому я говорил это им. Теперь ты понимаешь? – Возможно, – я кивнула. Ну что ж, достойный ответ. Я оценила.       Далее наша беседа пошла как по маслу и содержала в себе мало информации о личном. В большинстве своем мы говорили о музыке, о жизни, о более абстрактных понятиях. Поэтому мне не приходилось выворачивать свою душу наизнанку, чтобы соврать и не покраснеть.       Спасибо, Юнги.       Он довез меня до района, где я жила. Я нарочно не сказала ему точный адрес, чтобы ХоСок не раскрыл меня.       Как и ожидалось, я пришла очень поздно, поэтому муж уже благополучно спал на кровати. Я разделась, и устало плюхнулась рядом с ним. – Прости, – тихо прошептала я над его ухом и провалилась в сон.