Blood on my name

      На кухне — мерзкая, тягучая, свинцовая тишина. Она давит на мозги, стягивает запястья тугой веревкой, больно врезаясь в кожу, обхватывает лёгкие стальным обручем, мешая нормально дышать. Винтер сидит неподвижно, будто его минуту назад подвергли обнулению. В его взгляде нет ничего, кроме яростно гнева, который сожжёт его изнутри. По его лицу было понятно, что он обдумывает все возможные варианты мести, когда мы найдём того, кто причастен к пропаже Романовой. Капитан же был сосредоточен, пытаясь вычислить организации, которым могла понадобиться лучшая шпионка.       — КГБ? — спросил он, памятуя о тёмном прошлом Вдовы.       — Его распустили, пока ты спал. В декабре девяносто первого, — ответила я, продолжая смотреть в одну точку, — а вообще, можете считать параноиком, но я грешу на ГИДРУ.       — Зачем ей Вдова? — подал голос Винтер, и я боковым зрением заметила, как он перевёл взгляд на меня.       — Давай подумаем. Они с Капитаном разворошили осиное гнездо. Романова убила Пирса. Ну, и в качестве бонуса к моей бредовой теории — нечто вроде мести. Я лишила ГИДРУ совершенного убийцы, отдав его Капитану. Теперь ГИДРА может лишить ЩИТ совершенного агента. Она может убить Романову, но это будет слишком скучно, старо и неинтересно.       — Проще создать тебе замену, Бак, — понял Роджерс.       — А если это ЩИТ? — для проформы возразил Винтер.       — Бартон бы знал, — ответил Капитан.       — Но это вполне могут быть любые другие крупные преступные группировки. Я не собираюсь втягивать вас в свою паранойю, просто делюсь предложениями.       Я упёрлась локтями в столешницу, запуская пальцы в распущенные волосы. Зажмурившись, я тяжело выдохнула. Святая Дева Мария, ну куда я только вляпалась? Опять.       — Сейчас всем спать. Тебе — особенно, — Капитан легко дотронулся до моего плеча, а затем быстро разорвал контакт, — мозговой штурм откладываем на завтра. После пробежки, разработки твоей руки, Бак, и плотного завтрака. Отбой.       Капитан несильно хлопнул ладонями по столу, поднимаясь. Я снова выдохнула. Такое чувство, будто мне вечно не хватает воздуха — ГИДРА всегда держала холодную руку на моём горле, сдавливая его в нужный момент. Я поднялась и взглянула на Винтера. Таким его я видела два месяца назад, в своей кухне. Разница — лишь во взгляде. Я приблизилась к нему, аккуратно запустив холодные от волнения пальцы в его спутанные волосы.       — Мы найдём её, я тебе обещаю, — я посмотрела на него, чуть склонившись через плечо. Винтер поднял льдисто — голубые глаза, которые сегодня были затуманены не водами воспоминаний, а смогом от пожара бессильного гнева. Он закивал, принимая мои слова на веру. Я испустила слабый вздох облегчения и, едва улыбнувшись, прислонилась к нему лбом, прикрыв глаза. Он запустил бионическую руку в мои волосы, и я уже хотела было отпрянуть по старой привычке, но Винтер лишь слегка поворошил их.       — Спокойной ночи, Шерлок, — проговорил он, поднимаясь.       — Воистину своевременное пожелание. Спокойной ночи, Джеймс, — я с трудом выговаривала его имя. Мне было тяжело отучаться от привычного прозвища, но под красноречивыми взглядами Капитана я сдалась, привыкая называть Винтера по имени. Ему было в два раза тяжелее. Мужчины положили руки друг другу на плечи, дружески сжав их. Затем, кивнув напоследок, Винтер вышел.       — Наверное, я тоже должен тебе кое — что пообещать, — проговорил Капитан, глядя на меня. Эти глаза всегда приводят меня в ступор. Их цвет варьируется от небесно — голубых до тёмно — бирюзовых оттенков. Маниакальная зависимость от освещения.       — Не убивать меня, если я снова назову Джеймса Винтером?       Капитан улыбнулся уголками губ, чуть склонив голову.       — Нет. Мы найдём Наташу. Я тебе обещаю.       Я неотрывно смотрела на Капитана. Святые угодники, сколько же силы течёт в его жилах. Не физической, доказательством которой является гора мускул. Его внутренний стержень поразил меня ещё тогда, в музее. Я поддалась порыву, приблизилась к Роджерсу, уткнувшись лбом в широкую грудь.       — Я знаю, — выдохнула я, чувствуя, как его пальцы медленно перебирают мои волосы.       — Слушай, — я подняла на него глаза, — а ты можешь пообещать не убивать меня, если я по привычке назову Джеймса Винтером?       — Обещаю, — усмехнулся Роджерс, — а сейчас спать.       Капитан мягко подтолкнул меня в гостиную, выключая свет в кухне. Я забралась в остывшую постель, зная, что сегодня ослушаюсь приказа Капитана — бессонница всё равно возьмёт вверх. Но как только я почувствовала, как прогнулся диван под телом Роджерса, верх взял сон. Я провалилась в забвенье, согреваемая теплом Капитана, которое исходило от его тела постоянно. А утром в угрюмом молчании мы отправились на пробежку. Полезная привычка, если не прерывать регулярность её исполнения поисками пропавшей шпионки. По возвращении, мужчины уступили мне душ первой. Мы договорились о мозговом штурме чётко после завтрака, поэтому сегодня в квартире было непривычно тихо.       Когда Капитан отправился в душ, мы с Винтером разрабатывали его правую руку, восстанавливая двигательную активность после перелома.       — Включи телевизор, что ли, а то эта тишина меня раздражает, — попросила я. Мужчина дотянулся до пульта, нажав на первую попавшуюся кнопку. Я благодарно кивнула, слушая монотонную болтовню ведущего новостей, пока мой избирательный слух не уловил знакомую фамилию. Я оторвалась от занятия, переведя взгляд на экран.       — Прибавь.       Винтер увеличил громкость.       — Сегодня утром в номере гостиницы «Анерли Армз» было найдено тело известного общественного деятеля Эрика Макфарлейна без видимых следов насильственной смерти. По предварительным данным, смерть наступила в результате остановки сердца. Подробности этого дела держатся в тайне агентами ФБР, но они заявляют, что расследование будет проведено по всем правилам, — произнёс телеведущий. Я перевела взгляд на Винтера.       — Помнишь его?       — Его фамилия есть в деле Вдовы, — ответил он.       — Да, она присматривала за ним на международной конференции в Сингапуре, — вспомнила я. — Капитан, хватит плескаться, у нас есть дело!       — Если ты о Наташе, то я помню, — ответил тот, выходя из ванной.       — Сегодня утром нашли тело Эрика Макфарлейна, — проговорила я.       — Вдова прикрывала его на международной конференции в Сингапуре, — пояснил Винтер, видя замешательство на лице Роджерса.       — Ты действительно видел упоминание о нём лишь в деле Романовой? — уточнила я.       — Да. А ты знаешь больше?       — Я пару раз сталкивалась с ним в коридорах научного центра. Мне было где — то около восемнадцати, а он любил молоденьких. От него поступали недвусмысленные намёки о продолжении моей карьеры на более высоком уровне.       — Что он сделал с тобой? — я заметила, как Капитан напрягся.       — Неправильная постановка вопроса. Это я с ним сделала кое — что не очень приятное после его поползновения в сторону моей незапятнанной чести. Просто сказала о нём Рамлоу, в которого тогда была влюблена по уши. Он и поговорил с этим любителем молодых и гибких тел. С тех пор Макфарлейн обходил меня за километр.       — Стало быть, он — двойной агент? — заключил Роджерс.       — Именно. Слушайте, у меня тут небольшое дельце нарисовалось. Вы пока завтрак приготовьте, а я приведу себя в божеский вид, — проговорила я, резво направившись за сумкой в прихожую.       — Куда собралась? — спросил Винтер.       — Пока что в спальню, Винтер, а дальнейшее направление строго засекречено, — увильнула я, проходя мимо Капитана и закрываясь в спальне. Я выудила из шкафа бежевое платье с чёрными орнаментальными узорами. Оно было простого покроя, с длинными рукавами, доходило до середины бедра. Я вывезла его из прошлой квартиры, тайком наведавшись туда под покровом ночи. Приложив платье к телу, я повертелась перед зеркалом. Решив, что этот вариант вполне сойдёт, я переоделась. Влажные после душа волосы уложила в простую, но элегантную причёску. Достав из сумки, которую я разберу через неделю, косметичку, я тронула тушью ресницы, подвела глаза, губы накрасила светло — персиковой помадой. Придирчиво оглядев себя, я убедилась, что Рику ну точно понравится. Брызнув немного парфюма чуть ниже мочек ушей и на запястья, я бросила контрольный взгляд в зеркало. Затем выудила из аптечки одноразовые перчатки, планируя убрать их в карман пальто.       Выпорхнув из спальни, я направилась в кухню, на суд мужской.       — Кружки оставляем в сторону и ничего не жуем, чтоб не подавиться, — предупредила я, остановившись на пороге. Две пары голубых глаз с интересом уставились на меня.       — Так куда ты собралась? — спросил Капитан, сложив руки на груди.       — Сначала — оценка моего внешнего вида. Винтер.       — Неплохо, — бросил он, делая глоток чая.       — Капитан.       Я с ехидством взглянула на него.       — Нормально, — ответил он, слегка прищурясь. Значит, всё просто шикарно.       — А запах?       Я приблизилась к Роджерсу, поднося к его носу левое запястье.       — По — моему, резковат, — заметил Капитан.       Я усмехнулась, протягивая правую руку Винтеру.       — А мне нравится, — ответил тот, флегматично пожав плечами и откусывая бутерброд.       — Значит, Рику тоже всё понравится, — заключила я, покидая кухню.       — Перчатки зачем? — осведомился Винтер, заметив этот предмет, зажатый в правой ладони.       — В морге без них никак, — бросила я, застёгивая сапоги.       — В каком ещё морге? Куда ты вообще собираешься? И кто такой Рик? — Капитан вышел в прихожую, засыпав меня вопросами.       — Полезная связь, благодаря которой мы уже сегодня будем знать всё об Макфарлейне, — ответила я, указав на пальто. Роджерс помог надеть мне этот предмет гардероба, в карман которого я сунула перчатки.       — Буду вечером. Мозги не сломайте, когда будете думать о Романовой. И не выходите из квартиры, а, чтобы я не нервничала лишний раз.       Я выпорхнула из квартиры, захлопнув дверь. Зная о масштабности пробок, я торопилась, ибо кто — кто, а Рик Симпсон в кабинете не прохлаждается.       Через несколько часов я уже была в штаб — квартире ФБР. Я приветливо улыбалась встречавшимся агентам, по пути припоминая местонахождение его кабинета. Память меня не подвела — табличка на двери гласила, что я прибыла в пункт назначения. Пару раз постучав в дверь, я открыла её, остановившись на пороге. Симпсон сидел в удобном кожаном кресле, ведя увлечённый разговор по телефону. Я прислонилась к косяку, постукивая ногтями по дереву. Рик перевёл взгляд на меня и моментально оживился.       — Слушай, приятель, мне тут надо допросить одну очень важную свидетельницу. Перезвоню тебе позже, — мужчина кидает трубку на рычаг и поднимается с кресла.       — Роуз, — растягивается он в довольной, плотоядной ухмылке, оправляя костюм.       — Допрашивать будешь с пристрастием? — я закрыла дверь, медленно направляясь к нему.       — Роуз, — довольно протянул он, мгновенно сокращая расстояние между нами, превращая его в жалкие миллиметры. Он по — хозяйски устроил руки на моей талии, жадно впиваясь в губы поцелуем.       — Тебе опять что — то нужно или ты просто соскучилась? — спросил он, наконец оторвавшись.       — И то, и другое, — улыбнулась я, облизнув губы.       — Тогда давай развеем твою скуку допросом с пристрастием, — шепнул он.       Зеленоглазый шатен с остро очерченными скулами, сильными руками, прекрасным телом и страстным сердцем буквально покорил меня несколько лет назад. Но, помня уроки ГИДРЫ, я использовала нашу продолжительную связь в своих интересах. Хорошо, что он так сильно прикипел ко мне, что я могу просить его о чём угодно.       Рик резко сгрёб все предметы со стола на пол и усадил меня на столешницу, рукой скользя по внутренней стороне моего бедра.       — Тише, тигр, для допроса ещё рано, — я остановила его руку, сжав её, — сначала накорми свидетельницу завтраком. А то она так спешила к тебе, что решила пожертвовать им.       Я слегка прикусила его нижнюю губу, чуть оттянув. Тяжело выдохнув, Рик сдался и отступил.       Мы сидели в уютном кафе неподалёку от офиса, не спеша выпивая кофе.       — Расскажи мне о Макфарлейне, — попросила я.       — Звонок поступил утром, когда горничная пришла убирать номер и обнаружила, что он лежит без движения на кровати, будто спит. Но на деле он просто умер. Предварительное заключение — инфаркт. Да это вполне естественно — Макфарлейн уже не молод.       — А как у него обстоят дела с девушками?       — Молоденькие секретарши, новые сотрудницы его фирмы. В общем, всё как всегда.       — В последний вечер он был один?       — Никто не видел. Нет ни единого свидетеля его возвращения в гостиницу. А с чего такое любопытство, мм, Роуз?       Он не знал о моей преданности ГИДРЕ. И знать ему было ни к чему.       — Старые обиды, Рик. Он пытался затащить меня в постель на заре моей карьеры. Теперь я очень интересуюсь его жизнью в надежде, что Высшие силы его накажут, — я мило улыбнулась, — а если ты меня ещё и свозишь в морг, то сделаешь самой счастливой девушкой на свете.       — Обычно, я делаю тебя самой счастливой девушкой на свете иным способом, — он довольно ухмыльнулся.       — Рик, — смущённо протянула я.       — Ладно. Я уже давно привык к твоим необычным желаниям. Поехали.       В морге милый, слегка полноватый мужчина, доктор Кортман, любезно предложил нам предварительный отчёт, показал тело и удалился по срочным делам, напоследок добавив, что ещё не все анализы сделаны, так что следует ожидать возможных изменений.       — Рик, не принесёшь кофе, пока я буду упиваться своим триумфом?       — Ты безумна, — ответил он, целуя меня и удаляясь.       Я быстро пробежалась по строчкам отчёта. Причиной смерти значилась банальная остановка сердца. Нет, двойные агенты не умирают так прозаично. Не в этой жизни. Натянув перчатки, я направилась к телу Макфарлейна. Следы насилия отсутствовали. Вообще. Внимательно осматривая его, я заметила едва различимое белое пятно в уголке его рта. Приблизившись, я поняла, что это ничто иное, как бумага. Клочок бумаги, который кто — то заботливо вложил ему в рот. Я отыскала небольшой пакет, аккуратно вынула изо рта жертвы клочок и сунула его внутрь, решив посмотреть его дома. Спрятав пакетик в карман, я сдёрнула перчатки и выкинула их ведро. И вовремя. Рик вернулся с обещанным кофе.       А потом он повёл меня в ресторан, попросив коллег прикрыть его до конца рабочего дня. Затем — к себе домой, посмотреть фильм. До постели не дошло, ограничились прелюдиями. И слава Богу. Когда он заснул, я ушла, захлопнув за собой дверь. Домой вернулась поздно ночью. В квартире было темно и тихо. Мужчины спали. Видимо, мозговой штурм их утомил. Скинув пальто и сапоги, я сразу направилась в душ, смыть с себя Рика. Ненавижу добывать информацию таким путём. После этого хочется снять с себя кожу, чтобы очиститься от всей этой грязи. Завернувшись в махровый халат, я босая пошлёпала в гостиную. К тёплому Роджерсу. Я присела в кресло рядом с диваном и запустила руку в волосы спящего Капитана. Который, как оказалось, вовсе не спал.       — Где ты была? — суровым шёпотом спросил он, отрывая голову от подушки.       — Добывала информацию, Капитан.       — Каким же способом? — Роджерс сел в кровати.       — Ненавистным мне, но не таким мерзким, как ты думаешь. В постель я не ложилась. И не легла бы. Просто я думаю, что к этому причастна Романова. Поэтому решилась вновь использовать Рика. Это мерзко, Капитан, очень мерзко. Я ощущаю себя продажной. Именно поэтому я люблю дождь. Мне отчаянно кажется, что он сможет смыть с меня всю кровь и грязь. Но этого не происходит. Я только больше погрязаю во всём этом.       Я замолчала, закусив губу, чувствуя, как щиплют глаза нахлынувшие слёзы. Капитан молча взял меня за руку и потянул к себе.       — Нет, Капитан, не надо. Это всё лирика.       — Не упрямься.       Я сдалась и перебралась к нему. Он обнял меня сильными руками, прижав к себе. Я прикрыла глаза, чувствуя его тепло. Внутренний стержень. И большое, доброе сердце.       — Всё будет хорошо, Розмари. Я тебе обещаю.