Когда два сердца бьются как одно

— Семён! Я едва не подавился бутербродом, который Юля заботливо приготовила мне вчера вечером. Даша ворвалась в подсобку, сверкая в полумраке голыми ногами, едва прикрытыми сверху коротенькой юбкой. Я отметил про себя необычный учительский костюм, одновременно пытаясь справиться с застрявшим в горле кусочком колбасы. Наверное, не стоило так жадно есть, однако время подбиралось к половине третьего, а у меня во рту со вчерашнего дня не было ни крошки. — Семён, помоги, пожалуйста! Там... нет времени объяснять. Пойдём! — она потянула меня за руку, буквально срывая с места. Протащив меня до своего кабинета, она распахнула дверь и указала вглубь помещения. Отчего-то все окна в кабинете были задёрнуты плотными шторами, будто на прошлом уроке тут крутили диафильмы. — Вот там. Заходи, сам всё увидишь! — Да что там такое? Объясни хоть вкратце. — Там... я сама не знаю, что это. Просто взгляни сам. Заинтригованный, я двинулся в указанном направлении, но, дойдя до середины помещения, остановился как вкопанный — в кабинете погас свет. Даже из коридора не пробивалось ни единого луча — лишь спустя несколько секунд я сообразил, что Даша закрыла дверь. Сзади раздались странные шорохи и позвякивания. — Что случилось? Даш, ты здесь? Я потянулся к заднему карману, намереваясь достать телефон — хоть какой-то источник света, — но рука нащупала лишь пустое место. Ах да. Вчерашний день меня полностью вымотал, поэтому сегодня я едва не проспал на работу. Пришлось собираться впопыхах, и я естественно забыл захватить мобильник с собой. — Даша? Что происходит? Громко чиркнула, бросая на чёрные стены зыбкие, призрачные тени, спичка. Даша стояла у учительского стола, поджигая две невесть откуда взявшиеся на нём толстые свечи. Между ними, блестя отражёнными сполохами маленьких огоньков, стояла высокая тёмная бутылка. — Сюрприз! — неуверенно-радостным голосом воскликнула она. — Что? — только и удалось выдавить мне из себя. Меньше всего я ожидал попасть сейчас в такую ситуацию. — Давно хотела предложить тебе отдохнуть, немножко расслабиться, — Даша подошла ближе и легонько провела кончиками пальцев по моей руке. — Давай, сегодня же пятница! Работа почти закончена, мы с тобой взрослые люди... Имеем право на это. — Слушай, это всё очень неожиданно... — испуганный её напором, я слегка отступил назад. — Знаешь, я не могу вот так вот... Даша не дала мне договорить. — Опять?! — закричала она. — Ну почему все от меня шарахаются, как от прокажённой?! Размахнувшись, она больно ударила меня кулаком в плечо. — Почему даже ты пытаешься убежать? Что во мне не так, скажи? Ну скажи?! Захлебнувшись рыданиями, она кинулась вперёд и прижалась ко мне. — С самого первого дня, как я тебя увидела, я думала только о тебе. Ты так похож на Мишу... просто поразительно. Мне было так плохо, когда я его потеряла. Она вдруг резко оттолкнула меня. — Нет. Миша бы меня никогда не бросил. А ты иди, что стоишь? Хотел же сбежать, так беги. Беги, не желаю тебя больше видеть. Никогда. Никогда!! — она вновь сорвалась на хриплый крик. — Уходи! Убирайся! Она отвернулась и тихо, как-то безнадёжно заплакала. — Ну хватит. Я не это имел в виду, — подойдя к Даше, я прикоснулся к её плечу. Она мелко дрожала, всё ещё уткнувшись лицом в ладони. — Я никуда не собирался... — Не уходи. Останься. Ну пожалуйста! — не дослушав, она прильнула к моей груди. — Не бросай меня в этот раз, умоляю! *** Домой я вернулся только поздно вечером. Голова гудела, и, не особо разбираясь в причине боли, я просто закинул в себя две таблетки аспирина. Даже если это от усталости — всё равно должно помочь. Юля сидела на диване, нацепив свой вновь обретённый плеер, и что-то строчила в своём ноутбуке. Увидев меня, входящего в комнату, она вскочила, едва не порвав тонкий проводок наушников. — Ну наконец-то! Я себе места не находила, а ты телефон дома забыл, растяпа! Я уже напридумывала тут... — она с облегчением вздохнула, наконец расслабившись. — Что случилось? — М? Случилось? Нет, всё в порядке, — устало бросил ей я, плюхнувшись на диван. Даша совершенно измотала меня как физически, так и морально. Юля, резко переменившись в лице, отступила назад, будто получила от меня пощёчину. — В порядке? Значит, ты просто... — она закусила губу и, прикрыв глаза, мотнула головой. — Нет, ничего. Всё в порядке, значит? Вот и замечательно! Она вышла, едва ли не выбежала из комнаты. Я проводил её непонимающим взглядом. Кажется, она опять из-за чего-то разозлилась. Я рассеянно повертел в руках свой телефон, лежавший рядом с закрытым ноутбуком. Мобильник был тёплым, будто по нему совсем недавно разговаривали или долго держали в руках. Но зачем Юле понадобилось говорить по моему телефону? Я быстро пролистал журнал. Два входящих с неизвестного номера, один принят. Надо будет спросить, кто это был. Наверное, опять пытались что-то рекламировать. Постучав ногтями по металлическому корпусу, я отложил телефон в сторону. Поведение Юли смутило меня, и теперь я старательно перебирал в памяти события минувшего дня, пытаясь найти причину. Пришёл на работу, весь день скакал по этажам с ведром и тряпкой, а в два часа Даша утащила меня к себе, и в конечном итоге мне пришлось просить у завхоза отгул, чтобы довести её до дома. Единственное, что мне можно поставить в пику — забытый телефон и слабый, едва уловимый запах алкоголя, но ни один из этих проступков не тянул на серьёзную, полноценную обиду. Поговорить с ней? Опять ведь скажет, чтобы я не лез в своё дело и что ей нужно подумать. В лучшем случае. Пожав плечами, я уставился на ноутбук, уже долгое время не дававший мне покоя. Что она там постоянно пишет? Может, разобрать его завтра да вынуть жёсткий диск? Ну заметит, что я залезал — ну и что? Разве что обидится чуть больше. Не впервой. Комната плавно покачивалась, утопая в зыбком жёлтом свете торшера. Острые лучи, расходившиеся от поразительно яркой лампочки, резали воспалённые глаза. Нет, неохота возиться. Да и вряд ли я смогу собрать его обратно. А может просто встать за спиной да подсмотреть этот несчастный пароль? Вроде такое простое решение, почему я раньше до него не додумался? Ах да. Она просто не будет вводить пароль в таком случае. Маленькая хитрая девчонка. Как же подсмотреть комбинацию незаметно от неё? Взгляд упал на телефон, уютно устроившийся под боком у ноутбука. Ну конечно! Вот кто мне поможет. Только незадача — старичок не в состоянии писать видео дольше минуты. Придётся подгадать момент. В комнату заглянул папа. Вздрогнув от неожиданности, я чуть не выронил мобильник из рук. — А, Сень, вернулся? Что-то ты припозднился сегодня. Гулял что ли с кем? Я лишь неопределённо хмыкнул в ответ. Меньше всего сейчас мне хотелось рассказывать о своих похождениях. — Сына, а где Юлька? — он пощёлкал ножницами, которые держал в руке. — Она там где-то... — я неопределённо мотнул головой. — В туалете, наверное. — А мне бы тут подровнять немного, — он потянул себя за прядь волос, торчащую рядом с ухом. — Щекочется, зараза, прямо хоть выдирай. А, Юль, вот ты где! Она появилась в дверном проёме, сверкая красными, припухшими глазами. Ну твою ж мать... — Давай, пап, — Юля выхватила у него из руки ножницы и подвела отца поближе к свету. — Не шевелись. Вот он, момент. Убедившись, что Юля занята волосами отца, я разблокировал мобильник и, включив запись видео, положил телефон на подушку с противоположной стороны дивана, а сам как ни в чём ни бывало устроился поудобнее на своём месте, про себя отсчитывая секунды. Десять. — Ну вот, теперь всё ровненько, — Юля щёлкнула ножницами и у неё в руке остался внушительный клок волос. — Выручила, дочка, спасибо, — потерев остриженное место, папа заметно повеселел. — Весь день прямо в ухо лезли, я измучился весь, а Лену просить не хотел, она сегодня не в духе. Забрав отстриженные волосы, он вышел из комнаты. Тридцать. Юля, не проронив ни слова, села на диван, отодвинувшись от меня на максимально возможное расстояние. Сорок. Откинула крышку ноутбука, уставилась на экран, ожидая выхода из спящего режима. Пятьдесят. Пятьдесят два... Пятьдесят пять.. Пальцы застучали по клавиатуре, набирая заветную комбинацию. Тихий писк прорезал комнату, возвещая об окончании записи. Юля с недоумением покосилась на телефон. — Разрядился, похоже. Ну-ка... оп-па! Перегнувшись через Юлю, я подцепил горячий от работы телефон. Ну что же, надеюсь, что всё прошло успешно, и я ничего не запорол. Теперь остаётся только ждать. *** С утра голова неожиданно разболелась с новой силой. Проглотив очередной кругляшок аспирина, я прислушался к неестественной тишине, стоявшей в квартире, и только сейчас понял, что нахожусь дома один. Юля убежала на свой день здоровья, а мама, убедив наконец отца продать гараж, последние пять лет служивший лишь подобием мастерской — отец уже не мог водить свой мотоцикл, а машины не признавал за средства передвижения, — ушла вместе с ним на встречу с покупателями. Обойдя на всякий случай пустые комнаты и убедившись, что мне никто не помешает, я прошёл к себе и дрожащими руками вытащил из-под дивана Юлин ноутбук. Глянцевая крышка откинулась, на экране мелькнул невзрачный логотип. Я тем временем копался в своём телефоне, выискивая видео, записанное вчера вечером. На маленьком дисплее заметались неясные тени. Вот наконец Юля устраивается на диване, открывает ноутбук... Я напряг зрение, вглядываясь в расплывчатую, мыльную картинку. Кажется, все буквы строчные. Отмотав видео назад и то и дело ставя его на паузу, я стал вбивать пароль в ноутбук. y, t, v, t, c... Enter! Рабочий стол встретил меня чёрным фоном. Пара стандартных ярлыков, плюс ярлык какого-то необычного блокнота — кажется, для программистов. Получается, этим она всё время занята? Пишет программы? Быстрый осмотр содержимого жёсткого диска не дал ничего, кроме пары мутных фотографий спящего меня, сделанных на веб-камеру ноутбука ещё в нашей старой квартире. Ровным счётом ничего, за что можно было бы зацепиться. Задумавшись, я рассеянно кликнул на значок блокнота. Скорее всего, я там ничего не пойму, но посмотреть-то надо. Замещая собой черноту рабочего стола, передо мной возникло белое окно, испещрённое крупными буквами — стена текста уходила далеко вниз, превращая полосу прокрутки в тоненькую палочку. С замершим сердцем я принялся за чтение.